Наперекор всему

*** - Где? – спросил Кюхен у Сонмина, зайдя в их номер в гостинице. - Вышел на балкон. - Как он? - Ему обидно, – вздохнул друг. – Он до этого часа два успокаивал Генри, говоря что у него много поклонников и они любят его. Это ведь все еще совпало с его сольным дебютом, поэтому пришлось напоминать ему о том, что его альбом занял первое место в чарте, а это говорит о многом. Он вроде как успокоился и даже начал улыбаться, а вот сам ДжоуМи видимо еще переживает из-за всей этой ситуации. Кюхен тяжело вздохнул. Вся эта ситуация с их поклонницами, которые спустя столько лет все равно ни в какую не желали принимать Генри и ЧжоуМи в состав Супер Джуниор... И им плевать, что сами парни с самого начала принимали их на равных. Но нет – их фанатки придерживались другого мнения. Стоило этим двоим чуть чаще появляться на сцене во время их концертов, как мигом поднялась анти-фанатская волна. Это обидно. Кюхен хорошо понимал чувства своего парня и его категорически не устраивало, что тот сейчас грустит один на балконе. Хотя, скорее всего он сам прогнал Сонмина, говоря, что хочет побыть один. Но настроение его Мими сказывалось и на самом Кюхене, поэтому нужно брать дело в свои руки. ЧжоуМи стоял, облокотившись на перила балкона и наблюдал за красками ночного города, когда услышал звук отъезжающей в сторону двери. Он уже снова хотел сказать, что все в порядке, как вокруг его талии сцепились в замок руки, а в плечо уткнулась чья-то голова. Хотя почему чья-то? Он прекрасно знал, кто его обнимает. - Куйсянь, – он улыбнулся и положил свои руки на его. - Хватит тут хандрить, – недовольно сказал младший и потянул его к выходу. Китаец по опыту знал, что сопротивляться бесполезно, поэтому безропотно позволил увести себя в номер. В комнате по телу пробежал озноб, все же он слишком долго простоял на свежем воздухе и не заметил, как там похолодало. Что не укрылось от Кюхена, который всегда был внимателен ко всему, что касалось его китайского чуда. - Иди сюда, длинноногое недоразумение, – проворчал он, утягивая его на кровать и накрывая их обоих пледом. - Куйсянь. - Мм? - Мы одетые. - Я заметил. - Я не хочу спать одетым. - Мы и не собираемся сейчас спать. Я просто хочу, чтобы ты согрелся, – младший притянул ближе к себе холодное тело, согревая собой. - А где Сонмин? – Чжоу Ми только сейчас заметил что они совсем одни. - В номере с Генри, – пожал плечами тот. – Ты же не думал, что мы и правда будем спать в разных комнатах? Я соскучился. ЧжоуМи улыбнулся. Все-таки его Куйсянь очень милый, хоть и ни в какую не желает признавать этого. В полной тишине, обнявшись они пролежали минут двадцать. Наконец китаец спросил: - Они никогда не примут нас? - Да, – как бы ни было тяжело, но Куйсянь никогда не врал старшему. – Но гораздо важнее, – продолжил он, – что МЫ приняли вас. Мы считаем ВАС одними из нас. Именно поэтому решили дать вам больше концертного времени. Мы любим вас. - И вот к чему это привело, – грустно закончили за него. Кюхен вспомнил, как они за кулисами решали, кто же пойдет и скажет о том, что анти-фанатская волна, направленная на двоих участников Super Junior М, совершенно напрасна. Кандидатуру Кюхена даже не рассматривали – зная его заинтересованность в данном вопросе, не было уверенности, что эмоции во время разговора с поклонницами не возьмут над ним вверх, и он не скажет что-либо лишнее. В итоге было решено, что говорить будет Ынхек. Один. Группа рассудила, что если они выйдут все, то это не будет иметь должного эффекта. Фанатки будут смотреть каждая на своего любимого участника и, снимая/фотографируя, они не услышали бы главного. Ынхеку пришлось сказать, что они никогда не будут в составе Super Junior. Никогда не выйдут с ними на равных. Сам Кюхен никогда не смог бы такое сказать. Наверное, все же хорошо, что он не вышел. Теперь он понимает это, а до этого был немного обижен. - Если бы мы дебютировали вместе как Кибом и… Ханген, – продолжил китаец, чуть запинаясь на последнем имени. – Ничего бы этого не было. - Не было, – согласился кореец. – Но нет смысла рассуждать на тему «А что если». Это уже ничего не изменит. Не изменится мнение фанатов, но и наше мнение по поводу вас тоже не поменяется. МЫ СЕМЬЯ. Это никогда не изменится. Вот что важно. Ну, это, конечно, не считая того факта что с тобой встречается самый красивый и талантливый парень во всей Южной Корее. Тебе очень повезло, что у тебя есть такой чудесный я! - Ты забыл добавить про твою знаменитую скромность, – ЧжоуМи расслабился. Слова его «скромного» парня успокоили его, а последнее предложение так и вовсе развеселило. - Улыбнулся, вот и славно, а то я думал, что ты так и будешь играть роль несчастной девы. А все эти твои актерские навыки знаешь ли… – договорить он не успел, так как слетел с кровати. Все же китаец страшен в гневе. - Что ты там говоришь про мой актерский талант? - Говорю, что талант твой пропадает, – весело хмыкнул Чо, залезая обратно в постель. - Я - отличный актер и хорошо играю, – оскорбился парень. - Да? Что ж ты тогда, ненаглядный мой, не проявил свои таланты, когда сболтнул на интервью что мы спим вместе? – напомнил ему младший недавний случай. - Ну… - старший покрылся румянцем. - Это само вырвалось, я правда не хотел - Тогда почему ты просто не сказал что это шутка? Что ты сделал? Ты покраснел прям как сейчас и захихикал. Потом ты просто отвечал на вопросы дальше! - Куйсянь, – жалобно позвал ЧжоуМи. – Ну, я же уже попросил прощение за тот случай и даже исполнил два твоих желания. - Да, но ты не видел, что пришлось выполнять мне! Ведь я проспорил Чанмину, он говорил что однажды ты все равно проколешься в интервью. Так что Мими ты всю жизнь будешь отрабатывать мой проигрыш, – самодовольно закончил он, притягивая к себе своего парня ближе и целуя. - Я не против, – спустя несколько минут сказал китаец, восстанавливая дыхание. – И готов начать прямо сейчас, – он игриво провел пальцами по ключицам Куйсяня, чуть царапая их. - Всегда только за, – Кюхен снова потянулся к таким желанным губам, прижимая Чжоу Ми к постели. Они еще не раз столкнутся с недовольством фанатов, но Кюхен будет делать все, чтобы его Мими не переживал по этому поводу. Все-таки хорошо, что его парень не умеет долго грустить.