Сад бессознательного утреннего тумана

      Хах. Бывает просыпаться настолько сложно, что кажется вся сила этого мира трудится на благо непреодолимой тяжести пробуждения. За окном серо. Облака смешались с дымом выхлопных труб , потому и небо постоянно болело, его мутило и оно задыхалось. Ветер как дыхание астматика бил по незакрытым окнам. Треск в голове как после бешенного карнавала отдавал лишь один приказ - не рыпайся, а то хуже будет. Да теперь внутри было пусто, хотя всегда казалось, что во время сна в тебе растёт какой-то плод, целое яблоко. Но сегодня внутри было пусто. Лев вышел на лоджию, покрылся гусиной кожей и прикрыл окошко. Теперь в тёмной комнатке было абсолютно тихо,а внутри гулял ветер и порывался выйти только сухим давящим кашлем, который изрядно его достал. Парень сел на взъерошенную кровать, пытаясь словить взглядом этот мир в красках. Схватив в комоде полотенце и сменное бельё, он метнулся в ванную. Выключил основной яркий свет, отдав предпочтение одинокой лампе над зеркалом ,он принился снимать одежду. Лев был восемнадцатилетним парнишкой, который учился в столичном университете. С виду сухой и тощий, среднего роста и с кудрявыми волосами цвета кофе, он не был центром внимания, скорее старался не тонуть в мыслях, периодически всплывая с громким заявлением - я хочу жить. Как и у всех у Льва был свой загон, свои проблемы, но сейчас лучше о них позабыть. Парнишка стоял напротив большого зеркала весь ногой. Тени подрезали невыразительный торс, а рёбра как острые скалы кромсали силуэт. Руки совсем тонкие с реками вен легко калались бёдер, от чего шли муражки и становилось тяжело дышать. Он легонько провёл пальцем по ключице и снова остановился в мимолетном содроганин. Мальчик рьяно ненавидел своё тело и одновременно не мог без него жить. Лев, буд то заточенный в клетку собственных рёбер, проживал день ото дня с периодическими приступами ненависти к себе. Став под душ он расстаял на несколько минут в летнем дожде, в мыслях и желаниях. За окном тоже шел дождь. Странный прохожий непривычно пересёк улицу, тщательно прижимая к груди какой-то предмет, чтобы он не вымок. Водопад гневных небесных слёз укрыл от посторонних глаз его следы и теперь все как буд то растворились во влажном хлодном воздухе.