Доверие

Спустя десять месяцев.

Олег просыпается от вибрации телефона, которая не прекращается уже минут десять. Вставать совсем не хочется, но внутри огромное желание дать по башке тому, кто так настойчиво пытается дозвониться до Волкова. Встать физически не получается, потому что на нем сверху лежит тяжелая тушка, которая еще плюсом переплела свои ноги с Олеговыми, создавая дополнительную преграду. Но, к счастью или сожалению, тельце сверху тоже просыпается от телефонной дрели и раздраженно хмурит брови. — Выруби, — просит сонная бестия и слезает с Волкова, ложась к нему спиной. Олег наконец-то берет телефон и отвечает на звонок хриплым ото сна голосом, даже не посмотрев, кто ему звонит: — Алло? — Наконец-то, — раздается приглушенный голос Саши на другом конце провода, — Ты где бродишь-то? — Что? — Олег не совсем вникает в разговор, поворачиваясь к рядом лежащему Сереже. Он приглаживает растрепанные рыжие волосы, перебирая их пальцами, и не сдерживает улыбку, когда Разумовский снова поворачивается к нему, обнимая поперек живота. — Половина первой пары прошла уже, а тебя до сих пор нет. Вот оно как. Олег принимает сидячее положение, ловя недоуменный взгляд рыжего. Вот же черт. — Я ко второй буду, — осведомил Волков друга и сбросил вызов. Встает с кровати, начиная трясти и так проснувшегося Сережу. Не то, чтобы он сильно переживал за прогул, но профессор обещал автомат, если полугодие по его предмету будет без пропусков (максимум один, который Олег только что потратил), — Давай, подъем, мы проспали. — Мне ко второй, — Сережа грустно стонет, накрываясь одеялом с головой, но Волков его высвобождает из кокона. — Вот, пока соберемся, пока доедем — начнется уже вторая пара. Сережа спустя десять секунд все-таки встает, сдавшись под слабым напором Олега. Угрюмо проходит мимо него в туалет, на что Волков только усмехается. В его жизни все вдруг завертелось, когда они сблизились с Разумовским. Все начиналось с того Олег ходил почти на каждое выступление Сережи, пока они не закончились, встречал его у ДК и они вместе шли в кофейню. Компания в виде рыжей бестии была непривычна, но Волков быстро адаптировался, найдя нужный подход к парню. Это привело к частому совместному времяпровождению как и в университете, так и за его пределами — но из-за частых холодов они засиживались на территории общежития. Но каким-бы спокойным и усидчивым не казался Разумовский — он совершенный антоним этих двух слов. Постоянно выражает свои эмоции, причем в громкой форме, и никогда не сидит на месте долго. Олегу порой кажется, что он какой-то дед, которого попросили присмотреть за энергичным внуком. А дальше идет вся эта банальщина: Волков понял, что до жути влюбился (потому что, объективно, никакой друг не будет засматриваться на своего приятеля и подмечать, что он бы с удовольствием прикоснулся к его изгибам тела). Через некоторое время — буквально пару месяцев — он признался, получив взаимную симпатию в ответ. И Олег уверен, что с того момента он подписал договор с дьяволом, что Серый теперь не будет от него отлипать. Но что Волков считает самым забавным, так это их частые попаданцы — то чуть ли Вадим не застукает их целующимися, то Саша недоверчиво посмотрит на обоих, пока они как голубки что-то шепчут друг другу на ушко. Олег и не скрывает. Ждет, когда в лоб прилетит ожидаемое «Вы встречаетесь?» и он ответит положительно. Из раздумий Олега вырывает голос под ухом: — Ты меня слушаешь? — Прослушал, — честно признается Олег, натягивая бадлон, — О чем ты говорил? — он слышит вздох. — Вахта говорит, что есть вероятность, чтобы ты переселился ко мне в комнату, — Волков наблюдает за Сережей, который уставился в зеркало перед собой, собирая хвост из рыжих волос. Он надел его футболку Арии, которая ему как раз, и это заставляет Волкова улыбнуться, — Всех новеньких уже заселили, а у меня осталось свободное место. — Тогда подойдем к ней вечером, — Олег тоже смотрит в зеркало, пальцами проводя по отросшей щетине, — Еще немного и рожа станет как у арабского террориста. — А мне нравится, — чуть ли не мурлычет Разумовский. Он поворачивается к Олегу и обнимает за шею, целуя сначала в колючую щеку, а потом в губы. Волков сминает его губы, удивляясь, как они остаются мягкими, ведь Сережа их постоянно терзает. Ладони опускаются вниз, ложась на талию парня и притягивая к себе ближе. Но, не успев насладиться поцелуем, Разумовский отталкивает его от себя, чмокая последний раз. — Давай, а то и на вторую опоздаем, — и спешит надеть пальто. Олег закатывает глаза, улыбаясь.

***

Шурик: «Почему Разум в твоей футболке?»

Вы: «Потому что я ее ему одолжил.»

Шурик: «Как парочка какая-то.»

Вы: «А я когда-то это опровергал?»

Шурик: «Стоп.»