Клятва на закате

Я приду к тебе, по воде и пеплу, Я приду к тебе, по осколкам стекол… (с.) Глава 1 Солнце медленно клонилось к закату, растекаясь жидким золотом на спокойной поверхности океана. Волны с легким шелестом набегали на берег, чтобы, спустя мгновение, отползти назад, оставив полоску белой пены. Харука сидел на большом камне, глядя вдаль. Свежий морской ветер, овевающий лицо, крики чаек, ровный гул моря – все это делало его счастливым. «Может быть, я зря все это оставил?...» За спиной послышались легкие шаги, и теплая рука легла ему на плечо. Харуке не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это, - внутреннее чутье безошибочно определило Макото Тачибану. - Что ты здесь делаешь? Светловолосый парень улыбнулся, встретившись с ним взглядом. - Я был уверен, что найду тебя здесь, Харука. С тех пор, как ты появился в нашем городе, ты не пропустил почти ни одного заката. - Отсюда очень красивый вид, - обронил Хару, гадая, что же все-таки привело сюда Макото. У них были ровные отношения, но все же, не настолько близкие, чтобы искать его общества, только для того, чтобы поболтать. Повисло молчание. Харука любовался морем, а Макото переминался с ноги на ногу, явно собираясь с духом. Наконец, он взял Хару за руку и вложил в нее небольшую баночку. - Я знаю, что это - не мое дело, - начал он, чувствуя, как дрожит голос и краска заливает лицо, - но я больше не могу молчать. Прости, я не присматривался специально, но сегодня снова заметил синяки на твоей коже – на шее, на руках. В общем, это мазь… чтобы они быстрее прошли. Харука закусил губу. Но его голос звучал совершенно спокойно: - Спасибо, Макото. - Послушай, - спустя несколько мгновений сказал Тачибана, - это ведь Рин виноват, да? - Откуда ты знаешь? - Просто ты больше ни с кем не общаешься. Хару, почему ты делаешь это? Почему позволяешь так с собой обращаться? Выполняешь любой его приказ, любую прихоть? Ты же не любишь его, верно? Харука снова перевел взгляд на море: - Почему ты так думаешь? Может, меня все устраивает? - Это не правда, - горячо возразил Макото, - тебе плохо, Хару. Я помню, какие у тебя были глаза, когда мы впервые встретились, – яркие, сияющие, словно море под солнцем. А сейчас они тусклые, безразличные. И все же, ты от него не уходишь. Что происходит, Хару? Я могу чем-то помочь? Глава 2 «Ты такой наблюдательный», - Харука почувствовал, как потеплело на сердце, словно ласковая волна накрыла его с головой. «Может, все было и не зря…» - Давай поговорим об этом завтра, - он сжал его руку. – Если ты, конечно, не передумаешь. - Конечно, Хару, приходи в любое время. Я буду ждать, - он наклонился, крепко обнял Харуку, и, повернувшись, быстро зашагал по тропинке вверх. Нанасе провожал его взглядом, пока тот не скрылся за поворотом, и пропустил момент, когда за его спиной выросла тень. - Как мило, Хару, - протянул знакомый голос, - тебя нельзя одного и на пять минут оставить. Чтобы никто не начал клеиться. Харука напрягся, стараясь, внешне ничем этого не показать. Впрочем, он понимал, что для Рина все эти уловки бесполезны – тот читал его, как раскрытую книгу. - Мы просто разговаривали. - Ну, разумеется, - Рин обнял его за плечи, притягивая к себе. – Что-то часто стал попадаться этот Тачибана. И на тренировке сегодня глаз с тебя не спускал. - Я – не твоя собственность, Рин, - выдохнул Харука, начиная злиться. «По крайней мере, скоро перестану ей быть…» - Конечно, Хару, - он приподнял его лицо за подбородок, - ты – моя драгоценность. Но только моя, помнишь? Так что никаких «завтрашних» встреч, ни с Тачибаной, ни с кем другим, понял? Навнасе не ответил, машинально отмечая, как изменилась погода. Закатное небо заволокли серые тучи, скрывшие солнце, ветер усилился, море стало серым, холодным и неприветливым. Тем временем, Рин разжал его ладонь и забрал пузырек с мазью, хмыкнул, прочитав название. - Какой заботливый парень, - спустя мгновение, мазь оказалась в бачке для мусора. – Но тебе все равно это не поможет, Хару. Потому что, сегодня ночью, я собираюсь поставить новые метки на твоем теле. Чтобы даже Макото Тачибана знал, кому ты принадлежишь. Глава 3 - Ах… - Харука впился зубами в подушку, пытаясь сдержать стон. Он тяжело дышал, на лбу выступили капли пота, тело горело, словно в огне. Рин рывком повернул любовника на спину, заставляя посмотреть себе в глаза. - Не сдерживайся, Хару. Хочу слышать твой голос, когда беру тебя. Хочу знать, что тебе хорошо. «Мне плохо», - Харуке отчаянно хотелось выкрикнуть это, ощутив очередной толчок в собственном теле, но глупая гордость не позволила. Даже если ему приходиться подчиняться, нельзя допустить, чтобы одержимость Рина сломала его. Рин поднял его ноги выше, скрестив их за своей спиной, и меняя угол проникновения. - Ты мой, Хару, мой, - хрипло прошептал он, крепче удерживая под собой любовника. От его пальцев на бедрах Харуки остались синяки, но Рина сейчас это беспокоило меньше всего. Все, что имело значение, - прижавшееся к нему стройное, гибкое тело, напряженные мышцы, сжимающие его плоть. Харука прикрыл глаза, пытаясь дышать как можно глубже. Резкие толчки Рина, вместо удовольствия, приносили только боль. Возможно, потому, что охваченный нетерпением любовник не слишком хорошо его подготовил, или же Мацуока просто решил отыграться за ту вечернюю встречу с Макото. «Не думай об этом сейчас», - приказал себе Харука. И не сдержал облегченного вздоха, когда Рин, наконец, замер, и с коротким вскриком, излился в глубине его тела. Несколько мгновений спустя, сильная ладонь сжала его плоть, заставив вздрогнуть от удовольствия. Но разрядка, острым наслаждением пронзившая его, только усилила конфликт между душой и телом. Тело радовалось блаженной истоме, душа же страдала от боли, причиненной нежеланной страстью. Он лежал неподвижно, чувствуя, как нежно пальцы Рина ласкают его тело. Торопливый поцелуй, ожегший губы, заставил его открыть глаза: - Харука… Любимый… Не получив ответа, Рин нахмурился. Он не хотел признаваться, но его сильно беспокоило то, что, сколько бы раз они не сливались воедино, сердце Хару оставалось по-прежнему недостижимым. А именно его он и добивался с таким упорством. Он провел кончиками пальцев по шее любовника, с удовольствием изучая следы своих ласк. И, верный данному слову, прижался губами к чувствительному местечку, где билась жилка, стараясь сделать метку как можно больше. Глава 4 Харука решил притвориться спящим. Иногда помогало, и Рин, вполне удовлетворенный, мирно притягивал его к себе в объятия и засыпал сам. Но не в этот раз. Хару вскрикнул, когда его не слишком-то вежливо перевернули на живот. Пальцы Рина скользнули по выступающим лопаткам, по позвоночнику и спустились ниже, лаская ягодицы. Харука сжался, почувствовав прикосновение к своему и без того саднящему входу. - Такая узкая дырочка, - усмехнулся Рин. – Даже не верится, что совсем недавно ты смог принять меня полностью. Он протолкнул пальцы глубже, проигнорировав слабый стон, вырвавшийся у Хару. - Так тесно, так влажно, - прошептал Рин, чувствуя, что снова возбуждается. – Но мне даже нравится. Не важно, сколько раз мы делали это, ты по-прежнему узкий. Думаю, тебя можно лишать невинности каждую ночь. В ответ ему достается удар пяткой в бедро. Харука прошипел что-то непечатное, пытаясь выскользнуть из-под него. Ухмыльнувшись, Рин вытащил пальцы и растянулся рядом с любовником. - Прости, если сделал тебе больно, Хару. Но все равно, такому красивому ротику, как твой, не пристало говорить гадости. Повернув к себе лицо Харуки, он задумчиво очертил кончиком пальца его губы. - Такие нежные. Пожалуй, стоит найти им лучшее применение. Рин медленно поднялся, провел рукой по своему полувозбужденному члену. - Отсоси у меня, Хару. В синих глазах мелькнула молния. И тут же погасла. Рин с довольной усмешкой наблюдал, как его любовник медленно опустился на колени. Сильные пальцы вплелись в темные волосы, притягивая Харуку ближе. - Давай же, Хару. Рин застонал, толкаясь в подставленный рот. Впрочем, увидеть Харуку таким покорным, податливым, на коленях перед ним, уже было достаточно для того, чтобы кончить. «Жаль, что Тачибана не видел тебя таким. Глядишь, забыл бы о всяких глупостях», - мелькнула в голове мысль, но Мацуока благоразумно не стал ее озвучивать. Ему совсем не хотелось лишиться важной части тела. Прикрыв глаза от удовольствия, он двигался быстро и резко, погружаясь в манящее тепло чужого рта. И, когда, наконец, кончил, выкрикнув имя Хару, в изнеможении упал на своего любовника, прижимая его к себе. - Харука… Хару, - бессвязно повторял Рин, уткнувшись в его плечо. Харука тихо вздохнул и протянул руку за полотенцем. - Дай мне, - отдышавшись, приказал Рин, и принялся осторожно вытирать Нанасе. – Ты такой красивый, Хару, - прошептал он, любуясь светлой кожей, правильными, словно выточенными из слоновой кости, чертами лица, разметавшимися по подушке темными волосами. Отбросив грязное полотенце, Рин зевнул, и укрыл себя и любовника легким покрывалом. Устроив голову Хару на своем плече, он нежно поцеловал его в висок. - Спокойной ночи. Но сон не шел. Странное беспокойство охватило Рина. Он и сам не мог бы сказать, в чем причина, но давно привык доверять своей интуиции. - Хару, поговори со мной. - О чем? - Хотя бы о том, что ты собирался рассказать этому Тачибане. Если что-то не так, я первый должен услышать об этом. Не хочу, чтобы у тебя были от меня тайны. Повисшая в комнате тишина показалась Рину невыносимой. - Ты скоро сам все узнаешь, - тихо ответил Харука, - уже поздно, Рин. Давай спать. Глава 5 Мацуоке снился странный сон, уже в который раз за этот месяц, – бесконечная гладь океана, сверкающая в солнечных лучах, и исчезающий вдали чей-то блестящий силуэт. Он смутно чувствовал в нем что-то очень знакомое, что-то очень важное, и изо всех сил пытался догнать… Но так и не смог. Проснулся он с щемящим ощущением потери. «Харука!» Протянув руку, Рин коснулся тела любовника, и только после этого смог глубоко вздохнуть. Рин повернул голову, взглянул на часы – без четверти двенадцать – и попытался успокоиться. Ну, подумаешь, какой-то глупый сон. Он никогда не потеряет Харуку. Тот принадлежит только ему. Закрыв глаза, Мацуока вспомнил тот день, когда они впервые встретились. Почти год назад, после шторма рыбаки нашли на берегу двух потерявших сознание юношей. Ни тот, ни другой, ничего не помнили о своем прошлом. И все попытки властей узнать хоть что-нибудь, ни к чему не привели. Впрочем, Рина это не волновало. Для него жизнь началась заново, с той минуты, когда, открыв глаза, он увидел рядом с собой, темноволосого парня. С того дня они были неразлучны. Ближе притянув к себе любовника, Рин решил подумать о чем-то более приятном. Например, о том, что завтра утром, можно принять душ вместе с Харукой. Или же отправить его на кухню, готовить завтрак, в одном фартуке. Или, вообще, не выпускать его из спальни, ведь завтра - выходной… Его мысли прервал бой часов. Полночь. Рин перевернулся на другой бок, собираясь снова заснуть, когда вдруг Харука осторожно выскользнул из-под его руки. Рину послышалось тихое «ну, вот и все…», произнесенное со странной смесью облегчения и сожаления. В лунном свете было хорошо видно, как Харука поднялся, и принялся, не спеша, одеваться. - Ты куда? – Рин зажег ночник. Нанасе вздрогнул от неожиданности, но ответил спокойно, не повышая голоса: - Я ухожу, Рин. - Уходишь, куда? - Просто ухожу, - пожал плечами Нанасе. – Навсегда. Мацуоку буквально подбросило на кровати: - Что за глупые шутки, Хару! Немедленно иди сюда! - Нет, Рин, - Харука слабо улыбнулся, - ты больше не можешь мне приказывать. Сегодня годовщина. Срок нашего договора истек. Мацуока прижал ладони к вискам, отозвавшимся резкой болью на слово «договор». Ему показалось, что он когда-то слышал нечто подобное. - О чем ты, Хару? Что вообще происходит? Он бросился вперед и с силой жал руку Хару. Тот только вздохнул: - По-прежнему, ничего не помнишь? Я мог бы уйти, ничего не объясняя, но, думаю, ты имеешь право знать. Смотри, Рин. Он коснулся свободной ладонью лба Мацуоки. И мир изменился… Глава 6 Ветер пах свежей рыбой. Рин повернул голову, пытаясь определить, куда направился большой косяк, но потом передумал. Он и так был сыт. Зато свободное время можно было потратить на развлечения – проследить за людскими кораблями, испугать далеко заплывших купальщиков. Или, еще лучше… Разрезая волны, Рин устремился к берегу. И вскоре нашел то, что искал, только вот радости ему это не прибавило… В открытом море плавали человек и дельфин. Громкий, счастливый смех, не заглушаемый плеском волн, разносился далеко вокруг. Держась одной рукой за гладкую спину, светловолосый парень то нырял вместе со своим другом, то ласково гладил его по умной морде. Радость и счастье светились и в зеленых глазах человека, и в маленьких глазках дельфина. Рин не мог смотреть на это спокойно. Выставив вперед острый плавник, он начал медленно подплывать к парочке, надеясь, если не ранить, то хотя бы напугать наглеца, посмевшего отнять у него Хару. Но дельфин заметил его первым. Он метнулся вперед, закрывая человека своим телом. Рин услышал мысленную просьбу, не вмешиваться. «Прекрасно, в таком случае, отправь двуного на берег. В море ему не место», - ответил он, наблюдая, как дельфин подставил человеку свою спину, и они скрылись за набежавшей волной. Несколько минут спустя, с берега донеслось: - Я люблю тебя, Хару! Приплывай еще. Я буду ждать. Разозлившись, акула обнажила острые зубы, пристроившись к вернувшемуся дельфину. «Откуда он знает твое имя?» «Может, прочитал мои мысли?» - дельфин казался таким довольным, что Рин не удержался, и ткнул его мордой в бок. «Не выдумывай! Двуногие на это не способны. К тому же, вам все равно не быть вместе. Ты же – не человек». Дельфин ничего не ответил, но Рин почувствовал охватившую его печаль. Впрочем, и самому Рину не приходилось злорадствовать – пусть он и мог общаться с Хару, дружить с ним, плавать вместе, этим все и ограничивалось. Дельфин и акула тоже не могли создать пару. Глава 7 Примерно одну луну спустя, Рин, в превосходном настроении, отправился на поиски своего друга. Дельфин медленно плавал вдоль побережья, явно поджидая кого-то. Вид у него был несчастный. «Как вижу, твой двуногий дружок так и не появился?» «Просто ты напугал его», - мысленно отозвался Хару, и повернулся, чтобы уплыть в море. Акула преградила ему дорогу. «Знаешь, я тут подумал. Неплохо все-таки быть двуногим. Они живут в удобных домах, у них полно вкусной и свежей еды. И, между прочим, занимаются любовью не только для продолжения рода. А когда хотят, и сколько хотят». «Ты приплыл, чтобы прочитать мне лекцию, Рин?» «Нет», - обнажила зубы акула, - «чтобы предложить тебе сделку. Я вчера удачно поохотился, и, среди прочей мелюзги, поймал настоящую золотую рыбку. Она предложила исполнить любое желание. Хочешь стать человеком, Хару?» Дельфин ударил хвостом по воде: «И что, никакого подвоха?» «Какой подозрительный», - прозвучал ответ, - «может, я решил помочь тебе, по старой дружбе». «Ты ничего не делаешь просто так». «Ну, хорошо», - сдался Рин, - «я тоже стану человеком. И ты будешь моим». В мысленном ответе Хару послышалось веселье: «Стать человеком, только для того, чтобы принадлежать тебе? Ни за что». «Хвост отгрызу», - яростно щелкнула челюстями акула. Её никогда еще так жестоко не отвергали. «Сначала поймай», - отплыв на безопасное расстояние, ответил дельфин. Рин устремился за ним. «Подожди, Хару. Я не хочу с тобой ссориться. Я даже готов уступить. Ты проведешь со мной только один год, но будешь выполнять все мои желания. Подумай сам, разве это не стоит твоей мечты?» Дельфин тоскливо взглянул на теряющийся в туманной дымке берег. Ему действительно хотелось там жить. «Это жестоко, Рин», - наконец, ответил он. «Не больше, чем твои игры с этим двуногим. Думаешь, мне было приятно на это смотреть? Выбирай, Хару. Один год со мной, или ты никогда не сможешь стать человеком…» … Рин, задыхаясь, упал на кровать. Картинки прошлого, вспыхнувшие в его голове, были настолько яркими, словно это было вчера. - Почему я не помнил об этом? - Это было мое желание, - Харука отвел глаза. – Я так отчаянно мечтал, чтобы ты забыл прошлое… Или, чтобы я не понравился тебе, в облике человека… Вот только… - Мои чувства к тебе не изменились, - тихо закончил за него Рин. – Харука, не уходи, пожалуйста! Я люблю тебя… Не отвечая, Хару направился к дверям. - Ты думаешь, он простит тебе все это? – Рин взмахнул рукой, указывая на смятую постель. – Ты целый год спал со мной! Это что, доказательство вечной любви? - Знаешь, он обещал дождаться меня, когда я был дельфином, - в синих глазах светилась надежда. - И вчера повторил мне это снова.