Сумеречный воин

Глава 17.  Чужая страсть Когда ладонь Тайги крепко сжали чужие пальцы, его словно обожгло жаром. «Неправильно»,   - мелькнуло у него в голове, - «вампиры же не живые. Их тела должны быть холодными…» Впрочем, Аомине не дал ему много времени на раздумья, уверенно, и в то же время, нежно привлекая в свои объятия. Его губы коснулись уха Кагами: - Знаешь, вечная жизнь – это безумно скучно. Приятно, когда находишь хоть что-то, что может сделать ее интереснее. - Я тебе – не игрушка! – Кагами отчаянно пытался вырваться. Но тело, обычно такое тренированное, подвело его. Мышцы словно налились свинцом, и все, что он мог делать, это вертеть головой, не позволяя вампиру прижаться к его губам. Дайки чуть отстранился, успокаивающе проводя руками по его плечам: - Не бойся. Давай забудем на время о том, кто мы такие. Здесь сейчас нет ни вампира, ни охотника. Ты мне действительно нравишься, Тайга, и я могу сделать тебе очень приятно. Или, совсем наоборот, если будешь сопротивляться. - Иди ты…! Усмехнувшись, Аомине толкнул его спиной на мягкие подушки, и тут же навалился сверху, запуская ладони под футболку Кагами. - Непокорный. Это так заводит, - наклонившись, он чуть прикусил кожу на ключице Тайги. Парень сразу же напрягся, ожидая увидеть клыки вампира, но Дайки с сожалением вздохнул: - Это только сон. А во сне нельзя почувствовать вкус крови, даже такой замечательной, как у тебя. Но ничего, скоро мы с тобой встретимся в реальности. - И я убью тебя, - скрипнул зубами Тайга, чувствуя, как рвется под когтями Дайки тонкая ткань, как чужие пальцы начинают медленно ласкать его тело. Ключицы, соски, впадину пупка… - Такой самоуверенный, - голос Дайки стал хриплым. Небрежно сунув руку за пояс пижамных брюк Кагами, он взглянул ему прямо в глаза.  – Знаешь, провидица вампиров рассказала мне об оружии, с помощью которого можно  покорить мир. Но мне будет достаточно, если я покорю тебя.      Тайга прикрыл глаза, пытаясь выровнять дыхание. Ему хотелось кричать от отчаяния, но он держался, понимая, что этим бы только порадовал врага. «Это всего лишь сон, - повторял он про себя. – Завтра я об этом и не вспомню. К тому же, он еще долго не сможет использовать «живой» сон». Но, несмотря на все убеждения, по его телу пробежала дрожь, стоило Дайки стянуть с него пижамные брюки и уверенным движением развести его ноги в стороны. - Ублюдок, - прошептал он, чувствуя, как вампир медленно ввел в него липкий палец. Дайки рассмеялся, как будто услышал что-то забавное. -  Знаешь, я прощу тебе эти слова. Наверное, не слишком приятно позволить другому парню трахать себя, пусть пока только пальцем. Но я мечтал об этом с той самой ночи, в переулке, Кагами. Когда ты проткнул меня серебряным колом. Мне было очень больно. Видишь, я с тобой обхожусь куда гуманнее… - Надо было бросить тебя там, как он и предлагал,- не сдержался Кагами и вскрикнул, потому что Дайки тут же добавил еще два пальца в плохо растянутое отверстие. - Кто – «он», Кагами? Говори, или я разорву тебя на части! Тайга выгнулся на подушках. Его ладони  скользили по шелку, пытаясь за что-нибудь уцепиться, на лбу выступили капли пота. Но голос остался твердым: - Кажется, твоя сила не влияет на мое сознание, Аомине. Ты не можешь заставить меня ответить. Зарычав, Дайки выпустил когти в опасной близости от шеи пленника. Кагами отвернулся, чтобы не видеть, как они вонзятся в его тело. Но гнев вампира излился на бархатную подушку, которая за несколько мгновений превратилась в клочья. - Не зли меня, Тайга. Или тебе и твоему приятелю не поздоровиться, когда мы встретимся. Аомине не любил долгую прелюдию. Тем более, сейчас, когда упрямый любовник ухитрился разозлить его. Его трясло от желания войти в распростертое под ним тело, и, раз и навсегда, утвердить права на него. Резким движением вытащив пальцы, Дайки нетерпеливо сбросил собственную одежду. Потом, подложив под поясницу любовника подушку, поудобнее устроился между его разведенных ног. Наступившую тишину разорвал вскрик Кагами. Он дернулся, пытаясь отползти, но Дайки только сильнее прижал его к себе, глубже погружаясь в его тело. - Ты такой классный… Такой узкий… Тайга, так хорошо, - страстный шепот перемежался короткими поцелуями-укусами. Кагами задыхался, чувствуя, как чужая страсть словно разрывает его тело. На его глаза навернулись слезы, и он был почти счастлив, когда, после очередного толчка Дайки, мир вокруг померк… Кагами впал в блаженное забытье.