Прости, я просто волнуюсь

Дима застрял в пробке. Да, обычно по пути в аэропорт они бывают. Но Позов не собирался куда-то уезжать. Он ехал встречать своего парня. Дима всегда волновался за Серёжу, когда тот должен был лететь на самолёте. Потому что никто никогда не знает, как в этот раз завершится полёт. Так же, как и непонятно, где по окончании этого полёта окажется его любимый: на земле или на небе. Ведь парень в очках не по наслышке знает, каково это. Матвиенко уже минут десять как должен был прибыть в аэропорт и сообщить своему парню об этом. Но этого не происходило. Наконец пробравшись сквозь пробки и припарковав машину, Позов пытался унять мандраж, но безуспешно. Начали накатывать флешбеки. Дима дрожащими руками набрал номер любимого и прижал телефон к уху. И тут чужой голос оповестил его о самом страшном: абонент вне зоны доступа. Нет. Нет, пожалуйста. Ведь так уже было! Он выскочил из машины и побежал ко входу в здание аэропорта. И тут чёрт дёрнул парня в очках остановиться и залезть в интернет в поисках свежих новостей. И он нашёл то, что так боялся найти. "Крупный российский авиалайнер разбился в лесах Самолёт должен был лететь из Екатеринбурга в Москву, но упал спустя час после взлёта. Причины крушения и количество пострадавших устанавливаются." Всё в этот момент замерло. Дима не мог и не хотел в это верить. Но это так. Сначала в авиакатастрофе погибли его родные, а теперь и Серёжа. Это был его последний самый близкий человек. Как он теперь будет жить без него? - Дима! Дим! Парень в очках резко обернулся на знакомый голос. К нему быстрым шагом приближался весёлый армянин с рюкзаком и с волочившимся следом чемоданом. - Ну где ты ходишь? Я думал ты меня там встретишь, - парень с гулькой подошёл к своему любимому, не понимая, почему же тот молчит. - П-почему... ты же должен был лететь... другим самолётом, - только и смог выдавить из себя Позов. - А. Ой. Прости, я тебе не сказал. У меня не получилось попасть в аэропорт вовремя и я взял другие билеты, - Серёжа так просто об этом говорил, но в Диме закипала злость. - Почему ты мне не сказал? Почему я должен ехать в пробке и трястись из-за того, что ты забыл мне это сказать? Ты думаешь, мне это не важно? ТЫ ДУМАЛ, ЧТО Я НЕ БУДУ ВОЛНОВАТЬСЯ? ТЫ ДОЛЖЕН СООБЩАТЬ МНЕ О ТАКИХ ВЕЩАХ, ЧТОБЫ Я НЕ ДУМАЛ ТУТ, ЧТО ТЫ... - парень в очках не смог закончить фразу. Не хватило духа. Тем временем Матвиенко уже перестал улыбаться. - Во-первых, у меня разрядился телефон, а во-вторых не надо тут на меня кричать, - спокойно, но обиженно проговорил он своему парню, - А теперь, если ты мне разрешишь, я хотел бы сесть в машину. Парень в очках запоздало прикусил язык. Не надо было повышать на Серёжу голос. - Прости. - Пойдём. Дима молча сложил багаж своего парня. Ехали они в полной тишине. Дима переживал, что Матвиенко обиделся и теперь будет ему это припоминать. Серёже же казалось, что что-то тут не так. Раньше Позов не повышал на него голос. По приезде в квартиру Матвиенко пошёл разбирать вещи, Дима отправился на кухню. За всё это время они не обменялись ни единым словом. На ужине они всё-таки сели рядом, хоть и на расстоянии. Парень в очках съел всё раньше своего парня, хотя обычно происходит наоборот. Серёжа нахмурился. Ну неужели опять?! - Дима, - наконец нарушил тишину Матвиенко, - что ты сегодня ел? Позов понурил голову. Его парень тяжело вздохнул. - Ты вообще сегодня ел? - Ел, - тихо ответил собеседник. - Когда? - Утром. Диме стало неловко. - Прости, - вновь извинился он. - Ну и за что же мне тебя в итоге прощать? - склонил голову Серёжа. - За всё, - нервно выдохнул парень в очках, - за то, что накричал, за то, что не поел столько, сколько надо. Я понимаю, что ты за меня волнуешься, но и ты меня пойми: я и так весь день на взводе был, а когда об авиакатастрофе узнал, то вообще... - Погоди. Какая ещё авиакатастрофа? - озадаченно переспросил Матвиенко. "Точно. Он ведь ещё не зарядил телефон и не посмотрел новости" - понял Дима. Нужно было выдержать небольшую паузу. Всё-таки трудно сообщать о таком близкому человеку. - Самолёт, на котором ты собирался улететь, упал, - глухо ответил Позов. Серёжа был поражён. Теперь он понял, почему его парень так боялся, и почему ему самому стоило бы бояться. Ведь к нему пришло это ужасное осознание всей ситуации. - А я ведь мог умереть, - тихо выдал парень после долгой паузы и опустил взгляд куда-то вниз. Парень в очках подумал, что его любимому нужно побыть одному и встал с дивана, но тут же был резко остановлен чужой рукой, сжавшей его запястье. - Останься, пожалуйста. Не уходи. Дима послушно сел рядом и приобнял своего парня за талию. Тот прижался в ответ, кладя голову на плечо. Вскоре Матвиенко был заботливо пересажен на колени к своему парню. Они сидели лицом к лицу, и каждый боялся только одной вещи: лишиться его. Позов начал покрывать поцелуями лицо любимого, целуя в щёки, в лоб, в нос. Серёжа приобнял его шею. Руки Димы покоились на талии парня напротив, порываясь опуститься ниже, но не решаясь. А вдруг он нарушит идиллию? Но Матвиенко сам опустил чужие руки на ягодицы, обтянутые джинсами. Поцелуи же второго опустились на нежную шею. Они не хотели друга друга отпускать и не представляли свои жизни друг без друга. Они лишь хотели стать ближе и не отрываться.