I'm so glad you came into my life.

Путешествие было длительным. Никто даже не думал, что обойти пол Тейвата, заглянув на часок к старому другу – дело не 5 секунд. Чжун Ли, вдохновившись такой вылазкой, накупил различное: цветы, овощи, фрукты и прочие диковинки. Тарталья же, оплачивал это из своего кармана. И ещё дорогущий обед в таверне с Анемо Архонтом... Всё это сильно ударило по кошельку Чаилда. Возвращение было поздно вечером. Уставшие путешественники решили остановиться в крохотном постоялом дворе. Чжун Ли долго разговаривал со старушкой-хозяйкой и, проникшись её историей жизни, отдал последний мешок моры. Сама хозяйка осталась в восторге, поэтому разрешила красивому и благородному мужчине занять лучшую комнату. Тарталья, тихо слушавший разговор, ткнул Гео Архонта, закрыл ему рот, чтобы этот благородный мужчина не стал отказываться. «Лучшая» комната оказалась крохотной, но зато хорошо украшенной. В углу комнаты стояла тумбочка с маленьким алтарём и благовониями. Кто тут молился неизвестно, но из-за этого, бельё на двуспальной кровати пропахло какао-бобами, напоминающими горький шоколад. Такая атмосфера комнаты сильно повлияла на выпившего Чжун Ли, который поплыл в руках Чаилда. Естественно, рыжему это не очень понравилось. Он пробурчал Архонту, чтоб тот шел в ванную, ведь спать, по крайней мере, рядом с телом, которое так пахнет вином, что никакие благовония не помогут - он не собирался. Гео архонт, на удивление, быстро ушёл в душ, но, к сожалению Тартальи, так же быстро вышел. Вышел он в одном полотенце на бедрах, да так, что эта тряпка вот-вот свалится. От тела шёл пар, а бледная кожа, при мягком освещении, казалась бархатистой. Так и манила прикоснуться. Чаилд проходится взглядом по всему телу архонта и останавливается на паховой области. Шумно сглотнув, он отводит глаза в пол и решает ретироваться в ванную. Чаилд быстро захлопывает дверь и облокачивается на неё спиной. Тело покрылось мурашками и внизу живота появилась лёгкая тяжесть. — Черт… – сквозь зубы сказал парень и начал снимать одежду, в которой становилось невыносимо жарко. Холодный душ снимает усталость дня и нормализует состояние тела. Чайлд смотрит в маленькое зеркало над раковиной и пальцами зачёсывает волосы назад, пытаясь успокоить колотящиеся сердце. Он до сих пор не мог поверить в то, что прошло уже два года с того момента, когда Чжун Ли ответил ему взаимностью. Целых два года в его жизни присутствует человек, которому он может сказать искренне, что любит его. Из-за частых заданий Тартальи или работы Чжун Ли, они могли не видеться неделями, но даже, когда любимый человек находится за тысячу километров от него, даже если мороз или гроза, им двоим становилось тепло просто от мысли, что они есть друг у друга. Каждая встреча становилась для Тартальи чем-то особенным. Реальный мир уходил на второй план, перед ним был только он. Чайлд часами мог смотреть в карие глаза возлюбленного, которые в солнечный день переливались в золотистый. Он так заслушивался его историями, постоянно узнавал о нем что-то новое. Парень любил в нем всё, даже какие-то его странные и не очень приятные стороны. Он любил то, как Чжун Ли каждый раз пытался выдумать причину отсутствия моры, и как он из раза в раз обещал отплатить ему вечером. Всё это было так незначительно для всех, но важно для Тартальи. Чжун Ли двигается к середине комнаты и останавливается у зеркала во весь рост. В комнате было довольно темно, единственным источником света была лампа, что висела справа от зеркала. Её теплый свет подчеркивал изгибы тела, придавая ему больше рельефности. Мужчина провел пальцем по ещё влажному и разгоряченному телу, оценивая его. Он стоял у зеркала, улыбался своему виду, но из-за закрытого окна в комнате становилось душно. Чжун Ли пришлось оторваться от себя, сделать буквально шаг и оказаться у окна. Плотные занавески, что не пропускали лунный свет в комнату, были раздвинуты. Деревянное окно удалось открыть, хоть с очень громким звуком. Комната сразу же наполнилась свежим воздухом, от которого Гео Архонт чуть протрезвел. Этого чуть-чуть хватило, чтобы сообразить и оценить весь день. Мужчина почувствовал легкий груз вины перед Тартальей. Взял его и вытащил в выходной день по своим собственным делам. Какой хороший и благородный мужчина так делает? Нет-нет, это срочно надо исправлять. Чжун Ли оглядывает комнату, чтобы быстренько что-то придумать. Его взгляд останавливается на маленьком алтаре с благовониями, и он решает, что благовония с какао-бобами вообще не создают интимную атмосферу для Чаилда, а значит их нужно взять и выкинуть в окно. Так, собственно, Архонт и сделал. Следующим что он решил сделать, это найти новые благовонии, которые идеально подойдут для его маленького плана. Ими оказались : пара палочек с сильным запахом корицы и отдушкой сандала, которые почему-то были в самом углу тумбочки. Благовония дымятся, окно освежает комнату, а значит, что всё идет так, как и должно идти. Единственное, что не дает покоя Чжун Ли - его собственное состояние нестояния. Мужчина подвязал полотенце, чтобы оно не упало, и прилёг на кровать. Пока он перебирал свои поблескивающие волосы, он одновременно сделал пару пометок в голове о том, чтобы не напиваться больше с Венти, даже если его умоляют на коленях. Тарталья, конечно, не особо понимает для чего люди молятся, но сейчас он помолился, потому что выходить к бодрствующему похитителю его сердца - равносильно стертым рукам. Рыжий подвязал свой халат, ещё раз поправил прекрасные мокрые волосы и тяжело вздохнув, открыл дверь из ванны в комнату. На его удачу, Чжун Ли выглядел так, будто спал. Тарталья осторожно подошел к нему, чтобы убедиться в своей правоте. — Спишь? – на всякий случай спросил он, отходя от мужчины. — Конечно. – кое-как произнес действительно недавно спавший Чжун Ли. — Лучше бы спал. – сразу тушуется Чаилд, делая ещё пару шагов обратно к ванной комнате. Чжун Ли поднимается на локтях, чтобы оглядеть парня, который в дневное время его даже успел отругать и чуть ли не отправить в Ли Юэ обратно. Мужчина шумно вздыхает, потирая переносицу, и встает с кровати. По пути к Тарталье, он бубнит что-то невнятное про сегодняшний день и как ему жаль, что он его вообще с собой потащил. — Раз тебе там как-то жаль, то иди спать. От тебя до сих пор пахнет. – ворчит Чаилд, замерев около двери в ванную. — Хм, это да. – архонт останавливается около Тартальи. – Но ведь я должен тебе отплатить за столь чудесный день, не так ли? – произносит уже около уха парня, заставляя его покраснеть. — Потом с тобой рассчитаюсь! – Чаилд пихает Чжун Ли в грудь, пытаясь оттолкнуть. Разве Гео Архонт не задавал риторический вопрос? Возможно, Тарталья бы мог и догадаться, но не догадался. Парня грубо прижимают к стене прямо рядом с дверью в ванную. Чжун Ли скользит рукой по телу Чаилда, замирает на поясе его халата, и развязывает легким и быстрым движением пару мешающих кусков ткани. У Тартальи перехватывает дыхание, он ужасно не хочет, чтобы Архонт продолжал, потому что это постоялый двор, потому что стены тут какие-то ненадежные, потому что чертово окно почему-то открыто, но, увы, его никто не спрашивает. — Что ты так напрягся? – Чжун Ли смотрит в лицо любимого ему человека и целует его в щеку. – Боишься, что обратная плата покроет все твои убытки? — Не надейся. – язвит Чаилд, но тут же понимает в какую точку невозврата себя загнал. Мужчина ухмыляется, что-то бросает колкое в ответ и медленно опускается на колени. Тарталья пытается толкнуть Архонта, чтобы тот потерял равновесие, но за такое его грозятся приковать камнем к стене, чтобы он не шевелился. Чжун Ли закидывает одну ногу Тартальи себе на плечо, целует внутреннюю сторону бедра и наблюдает за табуном мурашек на его мягкой белоснежной коже. Кусает, посасывает и, мазнув языком, движется к паху. Делая короткую паузу, он поднимает глаза на Чаилда, который с красным до ушей лицом, прикрывает рот тыльной стороной ладони и тяжело сглатывает. Чжун Ли проводит рукой по возбуждённому члену и большим пальцем размазывает выступающую смазку. Чаилд закусывает нижнюю губу. Благовония дают о себе знать, ведь перед глазами всё видно через пелену, и тело становится более чувствительным. Горячее дыхание партнера обжигало кожу и заставляло чуть ли не дрожать от нового прилива возбуждения. От сильного напряжения в теле, Тарталья прижимался к двери за спиной, из-за чего на лопатках оставались маленькие занозы, но сейчас это не имело значения, а поэтому, парень с каждым касанием к его телу, только сильней вжимался в неё. Аромат корицы и сандала доходят и до Архонта. Разум которого и так был в тумане, сейчас просто проваливается в темноту. Даже если в комнату зайдёт та старушка или кто-то другой их услышит, а может увидит - он не остановится. Языком проводит по всей длине члена, слизывая смазку. Целует головку члена и охватывает её губами, языком проводя по дырочке из которой продолжала выделяться смазка. С громким причмокиванием отстраняется от члена, оставляя тонкую нить из слюны, которая тут же обрывается. От такого, всё тело Чаилда бросает в жар, а с уст слетает тихий стон, который парень так сильно старался сдержать. — Если ты будешь сдерживаться, я не смогу понять нравится тебе или нет? – Чжун Ли поднимает взгляд и проводит языком от уретры к уздечке. – Прошу, не сдерживайся. — А если нас кто-то услышит? – спрашивает Чаилд, тяжело дыша. — Ничего страшного, пусть слышат как тебе сейчас хорошо. Чжун Ли насаживается до середины, чуть втягивает щеки и сильнее обхватывает губами. В своём темпе, он с каждым движением берёт всё глубже. Чувствуя чуть увеличение члена во рту, снова отстраняется, ведь ему нравится растягивать удовольствие. Чаилд, который был готов уже кончить, громко выдыхает, а всё тело натягивается как струна, мышцы сжало до такой степени, что сложно пошевелить конечностями. Чжун Ли, тем временем, проводит дорожку лёгких, еле ощутимых на коже поцелуев : от паховой области и до середины живота, а потом обратно, оттягивая время. Медленно проходит языком по каждой выступающей венке и задевает уздечку, от чего Чаилд чуть ли не взвывает. Терпеть Тарталье - было сущим адом. Рука так и тянется закончить дело, но он понимает, что Гео Архонт просто так ему не даст это сделать, хотя у последнего член возбужден до такой степени, что смазка уже каплями стекает на пол и образовывает влажное пятно на полу. Глубоко вдохнув, Чжун Ли снова приступает к делу, всё так же медленно набирая темп. Чаилд не может больше сдерживаться. Его рука ложится на затылок Архонта и нажимает на него, чтоб полностью поместить член в теплую ротовую полость. Чжун Ли не сопротивляется, он прикрывает глаза и подстраивается под темп парня, чтоб тот смог кончить. Чаилд чувствует скорую развязку и сильней надавливает на затылок так, что Чжун ли почти упирается носом в лобок. Мужчина от такой неожиданности - издаёт хрип, который дрожью проходится по члену во рту. Чаилд кончает, сильней вцепившись в волосы Архонта, не давая ему отстраниться ещё несколько секунд. Громкий стон полный наслаждения разносится по комнате, возможно не только по этой, но и по соседней, однако сейчас, получающего наслаждение, волновало это меньше всего. Тело сначала как будто рвут на куски, а потом пробивает дрожь, что сменяется волной удовольствия. Несколько секунд наслаждения и звон в ушах выбивают Тарталью из реальности, он чувствует себя таким пустым и беспомощным, что даже собственные ноги перестают его слушаться. Руками он облокачивается на плечи Архонта и ртом хватает воздух, пытаясь восстановить дыхание и прийти в сознание. Чжун Ли наконец поднимается на ноги, сглатывая белую вязкую жидкость. — То вино в таверне было очень дорогим, боюсь одним минетом я не расплачусь. – с лёгкой ухмылкой произносит Чжун Ли и отбрасывает полотенце в сторону. Большим пальцем нажимает на подбородок и Чаилд, ничего не сказав, покорно открывает рот. Ощущая чужие губы на своих, Чаилд закрывает глаза и руками обвивает шею крепкого и благородного мужчины. Чжун Ли стягивает халат и холодными пальцами проходит по спине Тартальи, от чего тот вплотную прижимается к тёплому телу Архонта. Вторая рука так же заводится за спину только теперь для того, чтоб поднять бедра парня себе на талию. Тарталья стонет прям в губы Чжун Ли, скрещивая ноги за спиной. — Здесь становится слишком душно. Не могу больше тут находиться. – говорит Чжун Ли, оторвавшись от мягких губ парня, подхватывая его под зад покрепче и выходит из комнаты. Свежий прохладный воздух сразу же окутывает тела и вызывает волну мурашек. — Какого че… – пока ещё шепотом начал возмущаться Чаилд, потому что не хочет, чтобы их услышали, но Чжун Ли не дает договорить, вовлекая парня в поцелуй. Краем глаза, мужчина заметил комод, из которого в начале заселения хозяйка доставала постельное белье, и, отодвинув в сторону цветок, посадил на столешницу комода Тарталью. Чаилд разрывает поцелуй, отталкивает от себя и вытягивает руки, чтобы его больше не могли заткнуть. — Ты что творишь? А если кто-то заметит? – в полголоса говорит он. — Когда ты стонал несколько минут назад, то эта мысль тебя не беспокоила. – Чжун Ли поворачивает голову и целует руку, упершуюся в его плечо. — У тебя после вина крыша сильно поехала? – начал возмущаться парень, но вскоре стих. Топот за входной дверью в коридор, который разносился по всему пространству, сковал тела страхом. Сердце Тартальи забилось в бешенном ритме, пока ключи в замочной скважине поворачивались. — Если мы сейчас не зайдем обратно, то я клянусь, что откушу тебе твой член. – цедит Тарталья сквозь зубы, пытаясь перегнать весь свой страх в злость. Ему кажется, что именно так проснется хоть какой-то стыд внутри Чжун Ли. — Не злись, котеночек. — Эта старушенция называла тебя благородным мужчиной. Знаешь, она нас увидит и сделает вывод, что ты так же благороден, как чертов олень в лесу. – всё еще давит парень, тыкая в партнера. – Отпусти меня, хотя бы, а… – Чжун Ли накрывает губы Чаилда, чтобы тот умолк хоть ненадолго. Мужчина чувствует насколько бешено стучит сердце парня и как пульсирует кровь внутри него, поэтому делает ему милость: в момент, когда дверь коридора открывается, Архонт захлопывает дверь в их с Тартальей комнату. — Говорил же, не злись. – Чжун Ли слегка подбрасывает парня, чтобы покрепче взять его. — Ты совсем головой не думаешь, дурной. – Тарталья, словно совсем обессилев, кладет голову на плечо к этому экстремалу. Гео Архонт, конечно, сам не рад своей авантюре, но легкий всплеск адреналина в крови ощущается всем телом прекрасно. Мужчина чувствует себя, как новенький, поэтому несет Тарталью к кровати. — Ты помнишь, что я ещё не до конца расплатился за вино? Чжун Ли валит Тарталью на кровать, нависает сверху и радостно улыбается, потому что теперь-то отплатит сполна. Отплатит и ляжет спать. Парень под ним начинает вертеться, чем-то ему угрожать и напоминать, что старушка зашла в тот чертов коридор, где бестолковый Архонт держал Чаилда в засаде. Чжун Ли как бы игнорирует все нападки на свое могучее тело, но увы, в такой ситуации он не может делать то, что хочет. Это ведь называют издевательством? — Ты будто не взрослый парень, а мальчишка какой-то. – архонт хватает руки возлюбленного и заводит их ему за голову. – Той старушке нет до нас никакого дела, просто расслабься. Чжун Ли проводит рукой по торсу парня, заставляя его выгнуться от приятных ощущений. Ведет руку вверх и задевает сосок, потом второй, считает пальцами ребра и слегка давит на живот. Смазано целует в губы, спускается к шее, опаляя её горячим дыханием, кусает и тут же зализывает, оставляет на коже красно-багровые пятна, которые продержатся неделю так точно. Тарталья уже меньше сопротивляется, поддаваясь движениям руки и получая наслаждение. Он постепенно забывает про старушку, которая где-то там ходит по коридору. Стеснений больше нет и комнату наполняют протяжные стоны полные наслаждения. Мужчина отпускает руки Чаилда, позволяя ему обвить свою шею, хватает его за бедра и приподнимает их, чтобы было удобно. Архонт начинает растягивать парня, вставляет сначала первый палец, слушая громкий вздох Тартальи, постепенно добавляет второй и тянет, слегка нажимая на внутренние стенки, проталкивая пальцы глубже, изучая полость и пытаясь нажать на простату. Чаилд сжимает руки сильнее, охает громче и прогибается в спине. Он просит быть Чжун Ли быстрее или уже вставить ему, переводит свои руки ему на спину и слегка царапает белоснежную кожу Архонта. Чжун Ли ухмыляется, тянет парня ещё, а после и вовсе вытаскивает пальцы под возмущенный вздох. — Хочешь получить удовольствие? – Чжун Ли, слегка насмехаясь, произносит около уха Тартальи. Мужчина подхватывает парня и переворачивается на спину так, чтобы Чаилд оказался сверху. Архонт ничего не говорит больше, дает свободу действий, и Тарталья это прекрасно понимает. Сам начинает двигаться и насаживаться на член мужчины, но в первый раз промахивается и приземляется на живот Чжун Ли, слегка улыбается, совершив небольшую своеобразную месть. Архонт что-то ворчит, хватает Чаилда за бедра и помогает ему, медленно вводя пульсирующий и напряженный орган. Тарталья немного привыкает к ощущениям, сам толкается вниз на всю длину и упираясь руками в грудь возлюбленному, начинает двигаться : подниматься и опускаться в своем собственном темпе. Он откидывает голову назад, и с каждым опусканием вниз, из лёгких как будто выбивают воздух, который вырывается из груди прерывистым стоном. Сначала, Тарталья делает это медленно, изводя Чжун Ли, потом ускоряется, но снова сбрасывает темп. На такие выходки, Чжун Ли реагирует резко, хватает парня за бедра и настраивает его темп под себя. От неожиданности, с уст Чаилда слетает громкий стон, но после он уже привыкает и сам ускоряет темп. В его голове пусто, всё занято наслаждением, всё занято одной похотливой мыслью. Внезапно парень тормозит, просит Чжун Ли приподняться к нему и целует, слегка ерзая бедрами. Он руками проводит по телу мужчины, играется с его сосками, заставляет стонать ему в поцелуй. Архонт не поддается, но тогда Чаилд резко насаживается на член, заставляя мужчину простонать в поцелуй и чуть не прикусить губу Тарталье от удовольствия. Парень улыбается, радуется, словно сорвал самое лучшее яблоко в соседском саду и, удовлетворенный своей маленькой победой, продолжает движение вверх-вниз. Чжун Ли разрывает поцелуй и опять ложится на спину. Ему нравится смотреть на лицо рыжего паренька, как тот старается довести себя до пика, так сладко постанывая, что у Чжун Ли остатки разума улетучиваются, словно их и не было. Он лежит, наблюдает, как подпрыгивают волосы у парня, как звенит его прекрасная сережка в ухе. Всё это выглядит так пошло : чуть приоткрытый рот, закрытые глаза и протяжные стоны, что так сильно заводят Чжун Ли. Он пытается запечатлеть этот момент в свой памяти, чтобы вспоминать его ещё долго. Внезапно, Архонту приходит гениальная мысль. Видимо, совместные стоны с Тартальей снесли ему башню... Он хватает парня за бедра и сажает его резко на себя, от чего тот чуть припадает на грудь Архонта. Чаилд возмущён, он смотрит на мужчину, чтобы поговорить с ним, но Чжун Ли прикладывает палец к его губам и пошло улыбается. — Будь хорошим мальчиком. – мужчина стаскивает с себя парня и за руку тащит его к зеркалу. – Хочу чтоб ты тоже увидел насколько ты красивый. С этими словами он ставит Чаилда напротив зеркала и обнимает его сзади. — Ты чего удумал, дядя? – рыжий смотрит прямо в глаза, хмурится и даже немного прищуривается, потому что он не видит совести в этом Архонте. – Давно ты такой? — Какой? — Такой извращенный. – Чаилд на секунду кривится, пытаясь выскочить из крепких рук, но его никуда не пускают, даже наоборот, сжимают крепче. Чжун Ли поднимает подбородок Тартальи, заставляя посмотреть на отражение в зеркале. Второй рукой он проводит по торсу Чаилда и пальцами чуть задевает головку члена, от чего тот тяжело сглатывает. Чаилд поддается удовольствию, упирается руками в края зеркала и выгибается, вдавливаясь задницей в пах мужчины. Архонт тяжело выдыхает и горячее дыхание обдаёт шею Чаилда. Упирается членом между ягодицами и начинает покачиваться, имитируя толчки. В отражение в зеркале он рассматривает парня, его светлую кожу, которая от легкого дуновения ветра покрылась мурашками, длинные худые ноги, на которых при напряжении можно было заметить напрягающиеся мышцы, тонкие хрупкие руки, которые таили в себе тёмную силу. — Ты такой красивый. – оставляет несколько поцелуев на шее и продолжает. – Я так рад, что ты появился в моей жизни. Я правда счастлив, мне так хорошо с тобой. – уже шепчет он и прикусывает мочку уха. Тарталья недовольно шипит, а на щеках появляется румянец, опускает голову вниз. Чжун Ли это замечает и вновь поднимает его голову вверх. Большим пальцем проходит по губам и чуть нажимает на них. Тарталья послушно открывает рот и чуть прикусив палец, начинает вылизывает его. Архонт не может больше терпеть, он, поддаваясь секундным слабостям, вводит свой член в парня. Сразу набирает темп и звуки громких пошлых шлепков разносятся по комнате. Каждое движение Архонта сопровождается рваным стоном Чаилда. Чжун Ли убирает руку из рта Тартальи, горячие влажные пальцы опускаются на его член и медленно двигает рукой вверх-вниз. Он не отводит взгляд от зеркала, ему нравится смотреть на лицо любимого, такое милое, но одновременно чертовски сексуальное. Рыжие пряди, что растрепались и лежали на лице, чуть красные и припухшие губы, приоткрытые голубые глаза, которые были даже тёмно-синими, как бездна, чуть что упадешь и не вернешься. Не упуская возможность, оставляет ещё пару красных меток на шее и целует выступающие шейные позвонки. Чаилд сильнее выгибается в пояснице и на уголках глаз появляются слезы. Ему сейчас так хорошо, перед глазами темнеет, тело становится таким легким, как будто вот-вот ноги оторвутся от пола, а мысли только о нем. Чжун Ли выпрямляется и носом зарывается в рыжие волосы, запах которых стал таким родным. Он его и только его. Архонт делает пару грубых толчков, от чего Чаилд громко вскрикивает, а внутри тела появляется ощущение тепла, и парень кончает во второй раз. Тело снова бросает в дрожь, ноги сводятся друг к другу, от чего в проходе становится теснее. Чжун Ли делает несколько движений, внизу живота появляется своеобразное покалывание, что можно сравнить с порханием бабочек, напряжение проходит по всему телу, а в ушах отдает пульсация, и вот достигает пика и изливается внутрь. Тело, что было напряжено как камень, резко расслабляется. В комнате повисает тишина, только тяжёлое сбившиеся дыхание можно было сейчас услышать. Тёплые, солнечные лучи освещали комнату. Утренний ветер тормошил занавески. Тихое пение птиц, сидящих где-то далеко. Чжун Ли лениво приоткрывает глаза, но тут же их закрывает от неприятного яркого солнечного света, медленно переворачивается на спину. От такого ерзанья, Чаилд переворачивается на бок, чтобы увидеть, что же могло разбудить мужчину. Чжун Ли приоткрывает сначала один глаз, и когда привыкает, открывает другой. Приподнимает корпус и облокачивается на руки. В спине раздается неприятный хруст, и Архонт замирает. — Спина… – прошипел Архонт без возможности больше двигаться. В комнате раздался тихий смех, который вскоре перерос в звонкий и такой детский. Тарталья переворачивается на спину, держась за живот и чуть ли не помирая от смеха. — Ну, что? Совсем старый стал? – Чаилд вытирает выступившие слезы. — Помолчи, лучше помоги мне встать. – мужчина начинает набирать воздуха в грудь, но резко выдыхает, шипя от боли. — Вы только посмотрите, благородный олень превратился в змеюку патлатую. – парень аж трясется вместе с кроватью от накатившей волны смеха. — Ты мне поможешь или продолжишь ржать, как дикий конь? — У… Да у тебя с метафорами плохо. – рыжий начинает медленно вдыхать, пару раз хихикает, но все же с успехом и без смешков медленно выдыхает. – Я уже мчусь тебя поднимать на руки и нести в свое Царство.