Легион

Сережа много работает, иногда кажется, что он уже врос в свое кресло. Его кабинет пока что слишком мал, но пространства хватает, чтобы установить там рабочий стол и небольшой диван. На полу валяются рисунки, потому что ему нужно иногда отвлечься и почиркать на листах бумаги. Помещение освещается только мониторами, холодный белый свет отрезвляет. Олег снова уехал по работе на задание. С того времени прошел месяц, а Сережа хочет провести время его отсутствия максимально продуктивно. На самом деле он загружает себя работой, чтобы не переживать, но телефон его всегда заряжен, на нем всегда включен звук, потому что Олег ему звонит. Редко, но Разумовский не хочет пропустить драгоценные три минуты разговора с короткими вопросами и ответами по типу: – Ты в порядке? – Ты не ночуешь в кабинете, надеюсь? – Сереж, отдыхай немного. – Олег, я скучаю. – И я. – Волче, когда ты вернешься? – Скоро, быстрее чем ты думаешь.

***

И Олег возвращается, как и всегда. Сережа успокаивается все больше с каждым его возвращением. Отъезд Волкова по работе всегда страшен, но голова Сережи уже холодная на этот счет, и он верит голосу в телефонной трубке. А как не верить, если он ему еще ни разу не соврал? Олег возвращается, чтобы вытащить Сережу из душного кабинета, откормить, отмыть, заварить Сереже чай вместо горького кофе, закутать в теплый кокон заботы и отправить спать в его комнату спать на нормальную кровать. А затем Олег снова уезжает, надолго, и в этот раз Сережа воспринимает это слишком эмоционально. – Ты ведь только вернулся. У Вас не бывает отпусков? – Сереж, ты сам знаешь. Это приказ, не могу не ехать. Сережа тяжело вздыхает, садится на кровать, упирается локтями в колени, голова падает на ладони, и длинные рыжие волосы Серёжи падают вперед, закрывая лицо полностью. – Ты даже не заметишь, я снова буду здесь, – Олег опускается перед ним на корточки и берет обхватывает щеки ладонями, заставляя смотреть в глаза. – Я начинаю чаще думать не о том, как скоро ты вернешь, а о том на сколько ты вернешься, – Сережа поджимает губы и грустно выдыхает. – Куда на этот раз? – Не могу... – Все ты можешь, это я. Хоть страну скажи или я сам узнаю. – Ладно. В Сирии вспыхнуло несколько вооруженных конфликтов. Миротворцами едем, – Олег садится рядом с Разумовским, также упирается локтями в колени и сцепляет руки в замок перед собой. – Естественно, кем же еще, – Сережа только хмыкает, отворачивает голову в другую сторону. Олег встает на ноги, продолжает собирать свою небольшую сумку, Сережа лишь молчаливо следит за его перемещениями, а когда слышит звук закрывающейся молнии сумки, спрашивает: – Когда это закончится? Олег оставляет этот вопрос без ответа, лишь поджимает губы и хмурится. – А в прочем, ты же обещал возвращаться. Как приедешь, я в кабинете. Много работы, прости, – Разумовский резко поднимается на ноги и направляется к выходу, но Олег ловит его за руку почти в проходе. – Иди сюда, – кто такой Сережа, чтобы ослушаться Олега? Он послушно подходит, мужчина сгребает его в крепкие объятия, а Разумовский дышит в шею, и Олег знает, что тот злится. Не может не злиться, они это уже проходили. – Серый, телефон не выключай, – шепчет Олег. Сережа отвечает ему также шепотом: – Знаю.

***

За окном октябрь, а Олег не выходит на связь уже месяц. Сережа не может работать. В Питере холодная, сырая, ветреная погода, на душе у Разумовского также. Еще и темно. Абсолютно мерзко. Его сжирает тоска, у него в груди пустота и страх. Ночь стала идеальным временем для работы, темнота была замечательным партнером. А еще прекрасными партнерами стали капли для глаз, потому что глаза болят невыносимо. На столе рисунки, планшеты, телефоны, на тесты социальной сети уходит много времени и сил. Теперь пришло время работать в команде. Он все меньше сидит в мелкой комнатушке, все чаще забывает свой телефон и впервые в жизни пропускает звонок Олега, но получает сообщение: «Я в порядке. Надеюсь, ты тоже». А затем телефон замолкает снова. На этапе тестов «Вместе 2.0» команда программистов нашла невероятное количество ошибок. Кто-то предлагал упростить, убрать, не мучиться, но Сережа хотел только так, как задумал и не ступал шагу назад. Темные круги под глазами Сережи становятся новыми компаньонами в работе над модернизацией социальной сети. Иногда он поднимается на последний этаж офиса, в новый кабинет, там еще пусто, но вид открывается невероятный. Именно там он замечает пропущенный звонок и видит уведомление о непрочитанном сообщении. У него было три минуты, и он так бездарно их потратил. Даже не заметил. Сережа убирает телефон в карман брюк, опирается рукой в стекло, которое скрывает город, пятерней второй руки проходится по волосам, зачесывая назад, и кусает губы. – Блять. Утреннее солнце пробивается через плотные серые тучи, освещает пространство и немного слепит Сережу. Он становится с каждым днем все злей, упрямей и упорнее. У него нет сил бороться еще и с самим собой, нет времени на сожаления, поэтому он резко выдыхает и спускается в старый кабинет. Начинается новый день, а Разумовскому кажется, что они все сливаются в один. Не этого он ожидал. Спустя две недели он стоит на том же месте видит новый пропущенный звонок с неизвестного номера и сообщение: «Жив». Сережа не больно бьет себя кулаком в лоб несколько раз, жмурится до белых пятен. Также руками опирается на стекло в кабинете, а затем валится на новый диван, который поставили буквально вчера, закрывает глаза, перед глазами у него звезды, а когда он засыпает беспокойным сном, они исчезают, оставляя пустоту.

***

Сережа резко просыпается от прикосновений к волосам, часто моргает и потом трет глаза, а затем вскакивает. От резкой смены положения тела в глазах рябит, Разумовский несколько раз трясет головой, пока зрение не проясняется. – Олег… – Сережа говорит хрипло и тихо, но в ответ не слышит никакого приветствия. – На звонки не отвечаешь, сообщения игнорируешь, пришлось вернуться. Вдруг чего случилось с тобой, – Олег сидит на краю дивана, его рука замирает на затылке Разумовского. Сережа прочищает горло, заглядывает Волкову в глаза и отвечает: – Работал просто, – ему стыдно признаться в этом, хотя Олег его поймет. Всегда понимал. –Ну, конечно, – на губах Волкова появляется еле заметная улыбка, а голос становится немного мягче. – Ты надолго? – Сережа позевает и ежится от холода, ему кажется, что кто–то выбил все стекла, но они на месте. – Теперь больше не уеду, – Олег говорит совершенно спокойно. Так, будто это не он несколько месяцев назад срывался на задания по первому зову. Так, будто он больше не считал свою работу такой важной и необходимой. – Это как? – Сережа сначала сильно зажмуривается, а потом часто моргает, виски начинают ныть. – Уволился. – Олег встает с дивана и отходит в сторону панорамных окон. Потом он оборачивается, его руки в карманах брюк, и серьезно спрашивает: – На работу примешь? Сережа резко вскакивает, переваливается через спинку дивана и кидается на него с объятиями. В его глазах мир будто преображается, за окном светит солнце, тяжесть в груди пропадает, ему легче дышится. Олег как по отточенному сценарию отправляет его в ванную, заказывает ему еды, потом ведет в спальню. Сережа ставит телефон на беззвучный режим. Сегодня его нет, нужно отдохнуть, и это первый раз за долгое время, когда он спит, не просыпаясь восемь часов подряд и не чувствует себя разбитым спросонья. С возвращением Олега работа идет легче, и к весне он почти заканчивает работу над делом всей своей жизни. При этом он спит не менее шести часов в день, хорошо питается, а круги под глазами расторгают контракт на сотрудничество, но Сережа рад, он чувствует себя живым и счастливым. Олег вступил в должность главы службы безопасности башни «Вместе». Он контролирует почти всю его жизнь, все его встречи. Разумовский почти перестал видеться с сотрудниками и главами отделов, все распоряжения поступают по внутренней сети, виртуальный помощник работает и это здорово упрощает всем жизнь. Единственным человеком, с которым общается Сережа, становится Олег. Он окутывает его своей странной заботой, решает его проблемы, когда у Сережи истерика, и он не может справиться сам. У Олега стеклянные глаза, он не рассказывает ничего про Сирию, но Сережа не торопится спрашивать. Волков вернулся странно холодным, немногословным, он чаще стоит за спиной, склонив голову на бок и просто смотрит. Смотрит так, будто хочет выжечь дыру в голове Сережи. Но сам Разумовский только рад его присутствию, словно, уезжая, Олег забирал все его силы с собой, а теперь он снова чувствует себя наконец–то целым. В конце дня Сережа засыпает, прижавшись к Олегу, лежит на его груди и пытается успокоиться под размеренное биение сердца Волкова, но ничего не слышит. – Волче, а сердце-то не слышно, – шепотом говорит Сережа. – Глупостей не говори, Сереж, как ему не биться? – звезды перед глазами снова меркнут, погружают во тьму, и Разумовский засыпает.

***

Проснувшись в спутанных простынях, Сережа первым делом хватается за телефон, листает новости, проверяет уведомления и видит несколько пропущенных. – Олег? – Сережа зовет Волкова, но в ответ он слышит лишь тишину, пожимает плечами и идет в ванную с телефоном в руке, все еще читая новости. Дверь в ванную комнату остается открытой, Сережа кладет телефон на тумбу рядом с раковиной и умывается холодной водой, чтобы окончательно проснуться. Телефон на тумбе начинает вибрировать. Разумовский вытирает руки светлым полотенцем и поднимает трубку. – Здравствуйте. Сергей Разумовский? – Да, это я. Затем мужчина на другом конце провода представляется, что-то долго говорит, Сережа слушает не особо внимательно, изредка отвечая «ага» на некоторые вопросы. Его сердце бьется быстрее, когда он слышит фамилию Волков. Мужчина на другом конце провода прочищает горло и сообщает о том, что Олег Волков погиб при исполнении во время военных действий на территории Сирийской Арабской Республики. Силы вдруг покидают Сережу, и он выдавливает из себя лишь одно: – Что? – он поднимает взгляд на зеркало и видит, как Олег стоит позади него, опираясь на косяк дверного проема. Он отталкивается от него и подходит к Сереже со спины, мягко забирает телефон из рук оцепеневшего парня, другой рукой обнимает его за талию, сбрасывает звонок, а затем прижимается губами к виску Разумовского и говорит: – Ну что такое, Сережа? Всего-то шутка, разрядить обстановку, милый, успокойся, – Сережа молча оборачивается, обнимает Олега и немного дрожит в его руках. – Это не смешно, не делай так больше, – бубнит Серёжа в его шею. – Не буду, я обещаю. Первоапрельская шутка не удалась, но я не в обиде, – Олег гладит Сережу по спине мягкими успокаивающими движениями, поднимает глаза на зеркало. Серёжа стоит спиной к нему и не видит, как глаза Олега загораются золотыми огнями. На календаре 17 мая.