Hopelessly in love bastard

Парень сильно стукнул студента об стену за его же спиной и приставил нож к горлу. Чонгук, а именно так звали бедного студента, болезненно зашипел и сплюнул кровь на ботинки стоящего перед ним Юнги. –Мелкий ублюдок, ты не представляешь, как я тебя ненавижу,–Мин поставил колено на пах парня и сильнее вжал того в стену. Чон издал полузадушенный вскрик, он быстро взял себя в руки и нагло ухмыльнулся. –Мы же ещё не дошли до дома, прямо тут ? Так сильно хочется меня ?–Гук выбил из рук парня нож и им же разорвал одежду Мина, пытаясь посильнее задеть. Хотя, кто знает, пытался ли, слишком аккуратно, как для одного из лучших в Мафии. В ответ на действия студента, Юнги заломал руки парня над головой и только сильнее вжался в пах, паралельно отбирая оружие назад. Щелчок наручников на запястьях младшего вывел Гука из привычного нахальства. Тот загнанно посмотрел на своего хёна и попытался вытащить кисти рук из холодных оков. –Что такое, м ? Не нравится ?–Мин провел лезвием ножа по челюсти, слегка задевая кожу.–Я убью тебя. Ты просто не представляешь, как сильно ты мне ненавистен, уебан. Понарожают же пидорасов, блять. Хах, а может ты просто хочешь побыть моей шлюшкой ? Милой спокойной проблядью ?–Юнги лишь сильнее стал оскалиться, и убрал колено от паха, услышав удовлетворённый выдох. Нож отправился назад в карман, освобождая руки Шуги. –Отьебись от ме.. ах,–на последнем слове Мин сильно сжал полувставший член через джинсы и вскинул бровь, наблюдая за младшим. Тот неосознанно простонал и сразу же пожалел об этом, почувствовав, как его разворачивают лицом к стенке. А затем задницей почувствовал размеры старшего, тяжело сглатывая вязкую слюну. Но через пару минут, на удивление Чонгука, его развернули. –А хотя знаешь, я передумал. Не хочу, чтоб кто-нибудь увидел, как я трахаю заправскую шлюху. Мы сделаем тебя элитной проблядью, даже в дом заведем, м ? Но ты не надумал ничего лишнего, просто не хочу из-за тебя потерять репутацию,–тело Гука быстро оказалось на спине Мина, который уже направлялся в сторону своей квартиры. Все попытки вырваться у младшего проваливались с огромным треском. Треском по его худой заднице с характерным звуком. Гука отпустили только тогда, когда дверь квартиры закрылась на всевозможные замки, а ключи были куда-то спрятаны. Его буквально просто швырнули, не заботясь о его приземлении. –Ты ответишь мне, сучка, за все,–Юнги наклонился ближе к Гуку и схватил его за наручники, заставляя встать с пола. –Что ты хочешь от меня ?!–Чон загнанно дышал и понимал, что их обычные "игры" вышли из-под контроля. Паника медленными волнами стала потряхивать Чонгука, а через пару минут глаза застелила безудержная влага. –Хочу узнать, почему всех моих девушек и парней я видел под тобой, почему каждое ебучее важное задание поручали тебе, хотя опыта у меня больше. Ты, блять, на них сдохнуть решил ?! Денег тебе мало ?! Я могу заплатить за твое блядство, хочешь ?! Если тебе нравился кто-то из моих стерв, ты мог спокойно сказать об этом, ублюдок ! Я тебя ненавижу, каждой своей клеткой. Ты у меня уже в печенках сидишь !–говорит Мин, а в голове крутиться "И в голове, и в сердце, черт". Внезапно из влажных глаз Гука выпадают две кристальные слезинки, мешаясь с кровью на лице и пачкая одежду. Юнги смотрит за направлением капель и непонимающе пялится на Чона, который закусывает до того разбитую губу и тихо шепчет: –Лучше убей. Взгляд Мина немного смягчается и тот ослабляет хватку на руках, всё ещё в упор смотря на плачущего парня. Это был первый раз, когда Юнги видел слезы Чонгука. Младший всегда казался стенкой, из спектра эмоций имея только язвительность и гадство. –Может объяснишь ?–Шуга вскинул бровь и презрительно оглядел положение парня, прикидывая свои дальнейшие действия. –Лучше п-просто убей, только н-не смотри на меня,–Чонгук опускает голову и на его рубашку приземляется ещё несколько кровавых капелек. –Посмотри на меня, куколка,–с нежностью в хриплом прокуренном голосе говорит Юнги, поднимая за подбородок лицо вверх и рассматривая такое уязвимое создание, которое старший любит уже около 2, может 3 лет. Чонгук глотает слезы и пытается показать гнев и безразличие, выдавая свою нервозность полностью. –Ты же так хочешь меня убить, так убей !–рычит младший, снова делая попытки выбраться из сильной хватки его любимого. –Господи, Чонгук, ну чего ты как маленький ?! Говори, что, сука, не так ?! Давай я перееду ? Наша группировка мне уже предлагала, так что я могу просто переехать, ты получишь много девушек и бабла, так тебя устроит ?!–Юнги начинает выходить из себя из-за молчания Гука. –Нет,–еле слышно вырывается с губ Чона. Шуга вообще теряется. –Тогда, может поделишься, что я, блять, делаю не так ?! Я же с твоего первого рабочего дня старался просто поладить, ты этим мне мстишь за это или что ?!–в голосе старшего читается отчаяние, граничащее с сумасшествием. –Да в этом-то и проблема ! Я люблю тебя !–вырывается со злости у Чонгука раньше, чем тот успевает это осознать. Губы Мина мягко и почти нежно касаются губ Чона, сразу ввязывая в глубокий поцелуй. Соленые слезы продолжают катиться по щекам, пачкая теперь и остатки порванной ранее одежды старшего. Юнги продолжает брать инициативу на себя и хватает младшего за руку, сразу осознавая, что наручники никуда не делись и кровоподтёки на челюсти тоже. Резко отстраняясь от Гука, Шуга смотрит на покрасневшего и совершенно запутанного парня, вставая и направляясь за ключами от наручников. С комнаты слышится всхлип и Юнги понимает, что ничего не объяснив, ушел от его малыша. Убегая назад в комнату, тот застаёт Чонгука в позе эмбриона с рыданиями. Поднимая хрупкое тельце на кровать, Шуга параллельно отстегивает наручники и ложится рядышком с дрожащим тельцем, обнимая его. Коленки, которые упирались Мину в грудь, понемногу выпрямляются, показывая опухшее лицо Чона. Студент открывает рот, чтоб спросить наконец, что же тут происходит, но Юнги опережает его, притягивая к себе и нежно целуя в носик, скулы, лоб, подбородок.. все-все личико, пытаясь этими действиями успокоить. Вытирает рукавом кровь с детского личика и улыбается. –Я тоже тебя люблю, малыш, так что успокаивайся и язви мне дальше. Плачущим ты выглядишь как девчонка, а я, знаешь ли, Чонгукосексуал, девушки в эту ориентацию не входят,–насмешливо проговаривает Юнги, получая нихуевый такой удар под ребра. –Мудак,–дуется, боже. Чонгук дуется. Надувает щёчки и сжимает свои губки, из-под челки смотря на старшего. Кто-нибудь откачайте Мина. –Ты теперь мой. Только мой. И из Мафии ты уйдешь, хрен тебе. Я не хочу, чтоб ты был в постоянной опасности. Как же давно я хотел это сказать. И уводить у меня тебе больше некого будет. Ну разве что подрочить приспичит, но, не поверишь, даже не запрещаю,–счастливо смеётся мятноволосый, утыкая чужую мордашку себе в шею и зарываясь носом в волосы Гука. –Но я хочу продолжать там работать, хён,–лениво тянет младший, полностью измотанный перенасыщенным днём. –Ты хочешь стать поваром, уж я-то знаю. Ты спокойно закончишь этот год, и последующие. Потом устроишься на работу, мы купим новую квартиру и проживем вместе до старости, пока я не начну просить тебя принести мне вставную челюсть, ведь иначе я прострелю тебе твое в будущем больное колено,–мурлычет какой-то бред Юнги, убаюкивая младшего. –А потом ты мне надоешь и я усыновлю ребенка, настраивая его против тебя. А ещё заведем себе собачку, назвем её Холли,–сонно поддерживает эту сказку Чонгук, медленно проваливаясь в сон. Не факт, что у них все будет гладко, надолго и без ссор, зато искренне и по-настоящему. Без лишнего притворства и лжи, а значит точно с счастливым концом.

~Конец~