Дюны

      «Я в школе!» — парень проверил ответ телефоне, сев на водительское место. Он быстро набрал ответ, цокнул языком и швырнул гаджет на соседнее сидение. Чонгук не так давно получил права на вождение, поэтому старался водить с осторожностью, когда ему выпадала такая возможность.       С одной стороны, школа всё усложняла, ставив под сомнение возможность встречи вообще. А с другой… с другой стороны — вид сзади на короткую гофрированную юбку светло-бирюзового цвета… Чонгук прикусил нижнюю губу, предвкушающе улыбаясь. Анджи была для него очень удобной. Девчонка восемнадцати лет оказалась из тех, кто вообще не выносил мозги, довольствуясь сексом и благодарностью парня за него. Она могла быть приятной собеседницей и хорошей партнёршей, а могла пропасть на длительное время, понимая что такой, как Чонгук, к ней не привяжется. Да и не нужен он ей такой безалаберный, вечно гулящий.       Машина остановилась на парковке у именитой старшей школы и парень сразу начал оглядываться, выискивая взглядом фигурку девушки. Он поджимал губы и постукивал пальцами по рулю, ожидая Анджи. Девчонка появилась совсем скоро, поспешно перебирая ногами и оглядываясь назад. Она шла без рюкзака в одной курточке. Чонгук открыл дверь и высунулся, чтобы та поняла, в какой именно он машине. Анджи поспешила и вскоре со вздохом облегчения уселась на сидение рядом с Чонгуком.       — Не делай так больше, оппа-а… — протянула она и захлопнула дверь сильнее, чем нужно. — У меня ещё несколько уроков! Хорошо, что девчонки подстраховать согласились.       — Трусы снимай, — выдал Чонгук по-доброму, но нетерпеливо перед тем, как куснуть подругу за нижнюю губу.       — Угу… — сразу согласилась Анджи, отвечая на «ласку» поцелуем.       — Знаешь какое-нибудь безлюдное место поблизости? — спросил парень, заводя авто и краем глаза наблюдая, как девчонка приподнималась и задирала юбчонку, чтобы зацепить лямки трусиков.       — М-м-м… да есть одно, давай выруливай на дорогу, а потом направо. Чуть дальше там частные домики, и людей не часто увидишь.       Парень последовал совету Анджи, проглатывая набежавшую слюну. Школьница, наконец, сняла трусы и бросила их на приборную панель, хихикнув. Анджи знала о том, что у Чонгука уже давно не было девушки, не верила своему счастью, что всё, накопившееся за это время, достанется ей. Парень и так был чересчур горяч и активен, а что будет сейчас, ей интересно было узнать. Пока Чонгук искал подходящее место для парковки, она сняла с себя куртку и пиджак, повесила их на специальный крючок, после чего справилась с пуговками на блузке и опустила бюстгальтер. Вид молоденькой упругой груди всегда нравился Чонгуку. Аккуратные соски, достаточно большие ореолы, чувствительные, слабые местечки. Всё в Анджи до сих пор говорило о юности и невинности, несмотря на её поведение и на то, что девственность она потеряла задолго до встречи с Гуком, да и между их свиданий не бывала одинока.       Чонгук отвлёкся от дороги, заметив манипуляции Анджи со своим телом. Она соблазнительно заморгала, не сводя мечтательного взгляда от профиля парня. Девчонка признавала врождённую сексапильность Чонгука. Его обычное поведение, выражение лица, улыбка, строение тела — всё заставляло закрывать глаза перед сном и сладко стонать от собственных прикосновений к интимным местам. Но обмануть себя не выходило ни своими руками ни чьими-то другими. Все парни казались пресными после Чон Чонгука, какими-то «недо» такими, как она хотела, из-за чего нередко оставалась неудовлетворённой. Но и тупицей Анджи не была, понимала, что в Чонгуке её привлекала опасность и дикость, коими от него веяло даже чересчур. Попытки представить его в своей жизни, казались абсурдными, именно поэтому жениха она себе выбирала умом, а не другим местом.       — Полезай на задние сидения, — сказал Чонгук, заиграв желваками и вернувшись лицом к дороге.       Анджи послушно перелезла, не переставая соблазнять Чонгука. Она оперлась коленями о сидение, а руками о спинку, прогнувшись в спине и выпятив пятую точку. Парень сильнее сжал руками руль, всё чаще косясь в зеркало заднего вида. Анджи приподняла подол юбки и принялась поглаживать небольшие ягодицы. Голова Чонгука отказывалась соображать, он нахмурился и вжал педаль тормоза у чьего-то дома, после чего создал целую симфонию грохота, выбираясь с водительского места, цепляя ногой брелок от ключа зажигания, головой — какую-тотарахтящую висюльку, прикреплённую к зеркалу, подлокотник с характерным треском опустился вниз, когда Чонгук за него схватился и подтянулся, его массивный кроссовок упёрся в кнопки, от чего зашумело не настроенное радио. Анджи огляделась, приоткрыв ротик. Макушка Чонгука проехалась по обшивке автомобиля, отчего парень пригнулся и налетел на девушку всем телом, жалуясь на отсутствие ещё пары рук. Оголённые ягодицы прижимались к ширинке джинс, пока парень пытался справиться с пуговицей. Когда джинсы оказались спущены, как и боксёры, скомкавшиеся под напряжённой задницей Чонгука, Анджи умудрилась вовремя напомнить о презервативах. Парень начал хлопать руками по карманам штанов, совершенно не помня, клал ли он туда средство защиты или вовсе забыл об этом. В результате, девчушка попросила подать ей куртку. Она то была более собранной и предусмотрительной. Анджи подала презерватив Чонгуку после чего тот мог, наконец-то, приступить к делу. Войдя без промедления, парень потянулся к рычагу, чтобы опустить спинку сидения. От внезапно навалившейся на девушку тяжести, она растянулась на сидении. Чонгук привстал и, подхватив Анджи под грудью, поставил на четвереньки. Затуманенным взглядом парень наблюдал за тем, как блестели от влаги мягкие складочки. Вид белой кожи и её гладкость в сжатых ладонях парня настоящий фетиш для Чонгука. Будто совсем девочка, и по худобе ног, сдвинутых вместе, и по узкости вагины, тонкости талии… А самое ценное — приятному девчачьему визгу, истеричным стонам, таким как в японском хентае. Чонгук величал себя лоликонщиком*. Девочки его не привлекали, а вот молоденькие, зрелые девушки, выглядящие невинными и нежными, будто им до сих пор по двенадцать — настоящий соблазн для него. Анджи пригнулась, её маленькая грудь тёрлась о сидение, а таз оставался приподнят. Чонгук навалился всем телом, повторив ее позу, но продолжая двигаться внутри. Он ощущал хрупкость создания под ним, реагировал на это сумбурно, шумно вдыхая запах волос, прижимая со всей силы, словно хотел переломать все косточки за то, что соблазняла. Милейшие стоны довели Чонгука до крайней точки. Он кусал Анджи за плечо и мочку уха, с жадностью смотрел, как с её губ капала слюна, набравшаяся во рту. От оргазма его брови сошлись у переносицы, зубы сомкнулись, а по телу прошлась бесконтрольная волна дрожи и мурашек.       Открыв глаза, наконец, и проморгавшись, Чонгук заметил какую-то женщину, торопливо убирающуюся подальше от них и оглядывающуюся по пути. Ему было похрен на то, что видели чужие глаза, ему кайфово, и он ещё собирался уламать малышку на сладкий минет, который она делала именно так, как он любил: без остервенения и спешки, лишних движений и заигрывающих взглядов, а просто, с желанием, отдаваясь полностью процессу.