дверь на солнечную сторону.

— Я бы хотел остаться с вами, — сказал Эрен, обернувшись напоследок в сторону дверного проема, в котором стоял Леви. Он эгоистично хотел, чтобы мужчина его остановил, чтобы он принял это решение за них двоих. Эрен хотел, чтобы Леви сказал хоть что-нибудь. — Вы меня не забывайте, хорошо? Ответ остался внутри, он не вырвался из горла, похороненный вместе с другими сотнями несказанных нужных фраз. Может быть, так и надо? Может быть, это простая история, не стоящая ни одной эмоции, переживаний и лишних мыслей. Поэтому Леви не вышел за пределы крыльца, спустившись по лестнице, не обнял его на прощание. Не поцеловал, не прошептал на ухо своим неизменно красивым спокойным голосом невысказанные ранее слова любви. Эрен вышел за пределы дома, затем поднялся по тропинке на холм и скрылся за ним поспешно. Может быть, он даже бежал? Леви смотрел ему вслед. Эрен ушел, а сожаления остались. Это лето обещало быть одним из самых худших для Эрена. Впрочем, не только для него. Последней каплей для родителей, учителей и полиции стало то, что они втроем, Йегер, Жан и Конни, взяв машину отца Эрена, отправились покорять город. В подростковых сериалах это никогда до добра не доводило. Их случай не был исключением, благо, что они в конце концов на небольшой скорости врезались в дерево. К счастью, практически никто не пострадал, но Эрен, выйдя и осмотрев ошарашенно тачку, понял, что влип он по-крупному. В итоге они втроем загремели на лето в лагерь для трудных подростков. Здесь их должны были вылечить дисциплина, постоянный труд и физические упражнения с походами. По крайней мере, такова была идея. Хорошо, что загремели они втроем в один лагерь, хотя бы это подняло Эрену настроение. Однако у них отобрали телефоны, ноутбуки, не оставалось ничего, кроме жалкого часа в неделю на разговор с родителями по телефону и на посещение компьютерного класса, в котором еле-еле ловил интернет. Да, это была самая настоящая глушь. Вот, что Эрен имел в виду. Надо сказать, единственное, что ему здесь нравилось — лес, скалы и природные просторы. Но обо всем по порядку. Хотя нет. Для начала надо сказать, что Эрен предложил играть в карты и сам же в них проиграл. Как это произошло, непонятно, но он остался в «дураках». Лишних денег, как и телефонов и прочих личных вещей у них не водилось, поэтому играли они на желание, и посовещавшись, парни решили, что они полакомятся яблоками, а угостит их ими естественно «дурак». Звучит вполне легко до тех пор, пока не узнаешь главное условие — нужно пролезть в один из садов местных жителей. Три раза в неделю им была доступна вольная прогулка, поэтому в один из таких часов свободы они отправились к частным домам с садами и выбрали один из таких. Перед ними красовался маленький домик с небольшим садом, и сад этот был чрезвычайно ухоженный и красивый. Ближе к забору располагалось дерево, на котором уже висели и ждали жаждущих приключений парней молодые яблочки. Наверняка этот красивый маленький сад принадлежит какой-нибудь милой старушке, у которой сейчас время сна. По крайней мере, Эрен пытался себя в этом убедить. Если кто-то из жителей сообщит о нарушении порядка руководству лагеря, Йегеру придется принять какое-нибудь наказание, а ему хотелось бы обойтись без неприятностей в этом поднадоевшем лагере, который просто высасывал из него жизнь. Летом он хотел бы найти подработку, слоняться по заброшенным зданиям с друзьями и просто наслаждаться, но все пошло наперекосяк. Парни остались ждать неподалеку от забора, приняв удобное для наблюдения место. — Пусть мне повезет, — Эрен выдохнул, зацепился за край забора руками и поднялся, через считанные секунды ловко его перепрыгнув. Проще простого. Дерево было достаточно высокое и старое, и ветви его поднимались высоко над землей, поэтому пришлось поднапрячься. Эрен стал взбираться по стволу, и зацепившись за толстую ветку, выпрямился, приняв более-менее удобное положение. Он снял панамку с головы и стал собирать с дерева молодые яблоки. Эрен огляделся еще раз, поняв, что все идет по плану, и можно расслабиться. Неподалеку парни смотрели на него, а он показал им свою довольную улыбку: все прошло гладко вопреки тому, что они ожидали. А они ожидали веселье. Эрен собрал яблок столько, сколько вмещала его панамка, и посмотрел на парней еще раз. Только на этот раз их лица стали какими-то странными. Они словно окаменели, и только Жан спустя несколько секунд догадался крикнуть: «Беги!» Но было уже поздно. Эрен обернулся, увидев внизу человека, а затем, потеряв бдительность и равновесие, соскользнул с дерева и шлепнулся на землю, при этом успев зацепиться за ветку и более-менее смягчив себе падение. — Яблок захотел? Эрен понял, что смысла ему бежать нет. Он только выкрикнул друзьям: «Валите быстрее!», и те сразу же скрылись в лабиринте частных домиков. — Мне очень жаль, — искренне сказал Эрен, вставая с земли и при этом понимая, что эти слова ничего не решат. — Мне правда очень жаль. Давайте договоримся, что… — Я сообщу, куда надо, — сказал мужчина. — Я знаком с директором лагеря, так что вас ждут отличные каникулы. Эрен вдохнул, не зная, что еще сказать. Да, действительно, все было бес толку. — Я прошу вас сказать только обо мне, хорошо? — Я сам решу, — он скрестил руки на груди, посмотрев на него исподлобья. — Яблоки можешь забирать, приятного аппетита. — Стойте, может быть, уладим это как-то? Я могу помогать вам в саду, понимаете, мне очень важно не получить выговор. — Покинь мой сад, пока я не достал ружье, — сказал мужчина. Эрен четко запомнил его лицо, которое на тот момент показалось ему устрашающим, холодным, неприятным. Он с досадой покинул сад, но теперь уже через калитку, не оборачиваясь. Страха не было, Эрен уже по дороге в лагерь смирился с тем, что его ждет какое-нибудь наказание, после которого он не сможет нормально жить. Парни хрустели яблоками и шумели, смеясь и переговариваясь, Эрен уже был готов к своей судьбе. Но почему-то наказание не наступило ни вечером, ни на следующий день, ни через неделю. Эрен выдохнул: может, забыл или просто решил припугнуть? Ну тогда этот мужик просто сукин сын, но спасибо ему. Следующая их встреча внезапно для всех оказалась в местном продуктовом магазине. Кое-какие деньги парни все же припрятали, поэтому прикупили всяких вкусностей и энергетиков, жаль, что о сигаретах оставалось только мечтать. Мужчина задумчиво выбирал крупы, разглядывая заставленные упаковками полки. Эрен смотрел на него и думал, напоминать о своем существовании или нет. С одной стороны, можно и поблагодарить за человечность, а с другой — Эрен мог бы напомнить о себе и спровоцировать ситуацию похуже. Но парень все рано решил подойти, авось прокатит. — Здравствуйте, — начал он, встав с ним в ряд и смотря на полку. — Спасибо, что не сдали. — Ну, и как тебе яблоки? — ни ответа, ни привета. Его вопрос явно давал понять, что дружить мужчина не настроен. — Я не знаю. У меня после этого случая не было аппетита, зато парням, видимо, понравилось. Это было мое наказание за то, что я в карты проиграл. Лучше бы я налысо побрился, — подытожил Эрен. Мужчина оторвал взгляд от внимательного разглядывания круп и посмотрел вверх. Они наконец встретились глазами. — Нет, было бы уродливо. — Спасибо, — ухмыльнулся Эрен. — Может я все же пригожусь вам в хозяйстве? Хочу загладить свою вину. И это будет благодарность за ваше молчание. — Судя по всему, не работает эта ваша система воспитания трудных подростков. Все такими же балбесами остаетесь, — он сложил в корзину упаковку, которую выбрал, и направился в сторону кассы. Затем обернулся. — Чего стоим? Помогать собираешься? Эрен опомнился и крикнул парням, спорящим по очередному пустяку, чтобы те дали ему рацию. Ими они пользовались секретно от вожатых и воспитателей лагеря, чтобы общаться и быстро предупреждать в разных ситуациях. Раций у них водилось действительно мало, но все же это лучше, чем ничего. Это было действительно удобно. А иного выбора им не оставалось — все равно телефонов нет. Эрен старался на него не смотреть, но ему было очень уж любопытно. Всем своим видом мужчина показывал, что ему не нравится какой-либо интерес в сторону него. Эрен рассмотрел его тайком: он носил черные прямые брюки и белую свободную рубашку. Его прическа была красиво уложена в отличие от гнезда на голове Эрена, которое становилось еще хуже, еще запутанней от ветра. Роста мужчина был небольшого. — Что интересного? — сказал он, повернувшись в сторону Эрена и смотря ему в глаза. — Стесняетесь? — попытался превратить все в шутку Эрен. — Ты со мной шутки не шути, — сказал он коротко. — Ладно, просто хочу узнать ваше имя. Мужчина представился. Он оказался не очень приветливым и добрым на словцо, но Эрен подумал: «Что ж, я это заслужил». Они подошли к дому. Эрен вспомнил, что первой мыслью его было тогда: «Наверняка это дом какой-нибудь милой старушки». Как же он ошибался. Впрочем, вполне легко так подумать, учитывая убранство двора: на его передней части росло множество красивых цветов, узкая дорожка вела от дома к выходу, а по обе стороны от нее в ряд располагались постриженные кусты. К дому были приставлены горшки с цветами вроде петуний и васильков. Стоял самый пик лета, поэтому все цветы пестрили своими красками, украшая двор. На заднем дворе росли всякие овощи и ароматные травы, и все выглядело так аккуратно и красиво, что чувствовалась ежедневная кропотливая работа. — У вас все так круто и красиво, мне кажется, я здесь уже бесполезен, — обратился он к Леви. — Ты будешь полезен для другого. Оказалось, здесь нужна была физическая сила. Эрен вздохнул: черт возьми, снова. Сегодня был один из немногих выходных, когда ему удавалось отдохнуть от каждодневных изматывающих тренировок в лагере, но вот ему снова приходится это делать. Он потер руки и принялся за работу. Нужно было перетащить мешки и кое-какие вещи из погреба наружу, и на это ушло куча времени и сил. Затем Эрену было поручено взобраться на крышу и прикрутить несколько разболтавшихся креплений. Впереди Йегера ждало еще много заданий: Леви эксплуатировал его на полную. Наступал вечер. Эрен совсем испачкал одежду и тело, был весь в какой-то пыли и земле. — У меня есть летний душ, — сказал Леви, подавая ему полотенце. Это было забавно. Он вспомнил детство, бабушку, летний прохладный дом и душ. Эрен помылся в летнем душе — это было довольно необычное явление для него, и в конце концов, он засмотрелся на голубое небо и неспеша проплывающие облака. Прохладная, немного нагретая за день вода была приятной и охлаждала его разгоряченное работой тело. Эрен вышел из душа с мокрыми волосами и уселся рядом с Леви на противоположную часть скамейки рядом с домом. Мужчина дал ему лимонад, и вкус этого напитка оказался настолько бодрящим и освежающим, что Эрен почувствовал себя удовлетворенно. Эрен расслабился и закрыл глаза, откинув голову и подставляя ветру свои волосы. Какой свежий ветер, подумал он. Забавно, что он чувствовал какую-то приятную усталость. Леви, до этого момента оглядывающий свой сад, повернулся в его сторону. Он остановил взгляд. Ему предстало какое-то притягательное и по-своему красивое зрелище. Волосы Эрена не до конца высохли, и на кончиках их свисали капельки воды. Его футболка была местами мокрая и прилипала, показывая силуэт сильного развитого тела. Эрен почувствовал, что на него смотрят, и открыл глаза, встретившись с мужчиной взглядами. Зрительный контакт с ним оказалось тяжело поддерживать, взгляд его был холодным и тяжелым. — На сегодня я свободен? — спросил он. — Да, можешь больше не приходить, — сказал Леви. — Серьезно? Я бы хотел попить еще вашего лимонада и поесть яблок, потому что я их так и не попробовал, — улыбнулся Эрен. — Разрешаю еще раз заглянуть, — коротко и немного отстраненно сказал мужчина. — Всего один раз? Ладно, значит в следующий раз забегу, — сказал он, поднимаясь со скамьи. По рации Эрен услышал, что через полчаса время подойдет к концу, и ему нужно поспешить. Йегер ответил ребятам и помахал напоследок сидящему на скамье мужчине. Он побежал прочь из частного сектора в сторону леса, поднимаясь по холму и ощущая тепло летнего заката. Это лето совсем уж было бы испорчено, если бы его разлучили с Жаном, Конни и Флоком. Правда, они добавляют ему проблем, и из-за них Эрен постоянно получал наказания. Что ж, если не учитывать то, что в этом лагере они были словно птицы в клетке, Эрену здесь нравилось. Уникальная природа, недоступная каждому, успокаивала Йегера, ему нравилось рассматривать огромные зеленые просторы, что уходили вдаль, а на километры вперед не находилось ни одной живой души. Это несомненно было плюсом. Эрена бесили люди. А еще у него были очень большие проблемы с контролем агрессии. Иногда ему казалось, что он потеряет контроль над своим телом и убьет кого-нибудь, ничего не поняв. Эрен часто поддавался своим эмоциям, переходил на повышенные тона и кулаки. И это не было влиянием гормонов и общества, он с детства рос таким. Жан обычно подливал масло в огонь, они могли спорить на любые темы и никогда не принимали точку зрения друг друга, в конце концов переходя на драку. Зачем они вообще дружили? Непонятно. Но ему было бы скучно, если бы в этом тухлом лагере стало на одного друга меньше. В среду парням позволяли созваниваться с родными, и пока Эрен с неохотой отвечал на вопросы родителей, до него доносились звуки разговора Жана с Армином. Это был их общий друг, который впоследствии стал Жану кем-то большим. Друзья всё понимали, но те предпочитали не признаваться друг другу и игнорировать взаимную симпатию. Никто не мог сделать первый шаг. Закончив вымученный разговор с родителями и созвонившись с Микасой, Эрен незаметно подошел и стал прислушиваться к их разговору. Жан совсем отдался этому часу счастья и вообще его не замечал. — Скучаешь по мне? — спросил в который раз Кирштайн. При разговоре с Армином его голос делался чрезвычайно мягким и тихим, в отличии от разговоров со всеми остальными. В трубку тихонько посмеялись: — Да, да и еще раз да. Очень скучаю, — сказал Армин. Эрен непроизвольно издал смешок и сразу же пожалел, что не смог себя сдержать. Жан резко повернулся, и Эрену предстало его покрасневшее удивленное лицо. Вмиг эмоция сменилась на агрессию, когда он понял, что Эрен все это время стоял возле него. — Блять, вот только посмей хоть что-то сейчас сказать, просто уйди отсюда, — сказал Жан. — Так переживаю за ваши отношения, — засмеялся Эрен, уворачиваясь от удара в живот и покидая покрасневшего Жана. Армин на том конце трубки что-то залепетал, скорее всего, тоже изрядно покраснев. Эрен подумал: да, эти двое действительно заслуживают отдельной истории. Все закрутилось слишком быстро. Эрен не смог опомниться, как понял, что влюбился. Ему не было знакомо это чувство, но он вмиг осознал, что это такое — влюбиться. — Помощь нужна? — крикнул Эрен, помахав рукой. Леви обернулся, отвлекшись от клумбы с цветами, и махнул рукой. Он возился с цветочной клумбой, вырывая лишние мешающие цветам сорняки и срывая засохшие листочки. Эрен увидел, насколько он был сосредоточен и подумал, что выглядит довольно забавно. Мужчина надел круглые очки, чтобы лучше видеть с ближнего расстояния, он оставался в своей неизменной одежде: белой рубашке и прямых черных брюках. Эрен подумал, что даже во время работы в саду он никогда не видел его в поношенной одежде, которую не жалко испачкать, работая с землей. Он сосредоточенно возился возле клумбы, а когда Эрен присел и посмотрел на него, Леви поднял на него глаза. — Тоже давай берись и работай, — сказал он, снова уткнувшись в свою, должно быть, захватывающую дедовскую работу. Эрен лениво убирал сорняки. Солнце сегодня светило нещадно, прямо сейчас стоял пик той самой невыносимой и неприятной жары. Эрен поднял взгляд, посмотрев на лицо Леви, проглядывающее через стебли и бутоны цветов. Он рассмотрел его лицо: несмотря на то, что мужчина периодически работает в саду, его кожа оставалась достаточно бледной. В отличие от него, Эрен стал очень смуглым за прошедший период времени, учитывая, что они в лагере постоянно находились на открытом солнце. Острые скулы придавали его лицу мужественность и серьезность вкупе с его тяжелым взглядом, а серая радужка глаз — какой-то отстраненный холодный вид. Но с удивлением Эрен обнаружил, что у мужчины красивые длинные ресницы. Леви поднял взгляд, и внутри Эрена что-то дрогнуло. — Лимонад хочешь? — Хочу. — Ну значит, работай, в чем проблема? Эрен отвлекся и принялся работать усерднее. В итоге Леви снова эксплуатировал его по полной, настолько, что Эрен жутко вспотел и запыхался, и встретившие его позже друзья недоуменно спрашивали, в чем дело. Лимонад, который Эрен пил с Леви на скамейке в тени от солнца, был одним из самых вкусных напитков, которые он когда-либо пробовал. Прощаясь с Аккерманом, перед уходом он спросил: — Ну что, я искупил свою вину? — Да, вполне, — сказал Леви. — Но лучше бы тебе вообще больше не влипать ни в какие истории. В итоге это может закончится чем-то похуже, чем разбитой машиной и украденными яблоками, правильно? — Скучно жить просто так, не влипая в такие истории, — признался он. — Могу ли я прийти снова? Эрен вмиг пожалел о своих словах. Он подумал, что выглядит крайне настойчивым. Но в конце концов ему было интересно. — Пожалуй, можно, — коротко сказал он. Что ж, доходчиво. Эрен подумал, что этот мужчина, должно быть, не из тех людей, которые будут молчать и притворяться, что им нравится какой-то человек, а скажут все в лицо. Эрен услышал сдержанное одобрение, значит, все в порядке. Все действительно было в порядке? Обратно в лагерь Эрен вернулся в необъяснимом, эфемерном смятении. Что-то было не так. В лагере помимо внеочередной тренировки в саду, Йегера и всех остальных снова напрягали физической силой. Затем приезжал тренер по восточным единоборствам, который учил их техникам, благодаря которым они якобы должны были обрести внутреннее спокойствие и стать более сдержанными. Затем шли иностранные языки, таким образом, даже летом они не переставали учиться. Это оставалось действительно удручающим фактором, в то время как на остальное можно было закрыть глаза и даже посчитать веселым времяпрепровождением. Они постоянно ходили в походы, учились самостоятельности, строя маршрут и обустраивая ночлег. Да, это было довольно весело, особенно учитывая, что Эрен нашел себе нового друга в лице Флока. Здесь оказалось довольно легко заводить друзей, в отличие от старшей школы. Но несмотря на все, Эрен утомлялся и в один момент понял, что мчится вниз по холму навстречу… Навстречу чему? Он остановился, отдышался после бега и понял, что почему-то бежит. Эрен попытался успокоиться, направляясь в сторону частного сектора, чтобы прийти к домику с садом и яблоней. В этот день оказалось достаточно прохладно, но эта прохлада стала приятной и освежающей, потому что всю неделю было очень жарко. Впрочем, лимонад был не лишним в этот ветреный день. — А давно вы тут живете? — Пожалуй, примерно года два с того момента, как выкупил этот дом. — Вот как. Наверняка обошли здесь кучу мест? Есть у вас какое-то секретное место здесь? — Не то, чтобы оно секретное. Думаю, о нем мало кто знает. Только придется карабкаться вверх. Они направились в нужную сторону, а затем стали подниматься вверх по холму. Взбираться оказалось довольно тяжело, так что Эрен несколько раз поскользнулся, чуть не покатившись вниз. Во второй раз, почувствовав, что Йегер соскальзывает и не может ни за что ухватиться, Леви схватил его за руку, уберегая от падения вниз. Эрен обнаружил, что у мужчины достаточно сильная мужская рука, как бы не казалось, что он слабый и хрупкий, смотря на его маленький рост. Наконец преодолев сложную часть маршрута, они оказались на высоте. Пройдя немного дальше, Эрен понял: он видел это место раньше, но находясь внизу, а теперь же он был на той самой высокой точке, которая открывала вид на бескрайние лесные просторы, простирающиеся далеко вперед. Здесь из скалы выступал «язык», который и открывал все эти виды. Посмотрев под ноги, Эрен понял, что давит кроссовками землянику, ее здесь было усыпано очень много. Жужжали насекомые, а неподалеку в лесочке пели птицы. Здесь было куда ветренее, чем там, внизу. Они прошли и уселись на выступающий песчаный язык скалы. Леви сел на землю, Эрен сел вслед за ним. — Я думал об этом месте, точнее, видел его снизу, но ни за что бы не нашел дорогу сюда. — Здесь я иногда хожу и собираю ягоды. Эрен издал смешок и тут же остановил себя. — Что, смешно? Ты должно быть, думаешь, что я мечтаю заниматься всеми этими дедовскими делами, — обратился он к Эрену, повернувшись к нему. — Но вовсе нет, пусть это и спокойная размеренная жизнь, она не сравнится с той, что была раньше. Я был вынужден привыкнуть к той жизни, и может быть, в итоге привыкну и к этой. — Чем вы занимались? — Я отставной капитан. Два года назад я получил травму ноги и был отпущен и уже непригоден для службы. Вот как. Эрен в принципе об этом догадывался. — Мне нравится, что вы меня сюда привели, — сказал Йегер, отведя взгляд от мужчины в сторону, на небо и лес, и как бы приглашая своим взглядом посмотреть тоже. — Выглядит здорово. Ветер завывал, бегал среди травы и веток деревьев, наводя панику, проникал сквозь белую рубашку мужчины, колыша и вздымая ее. Он навел свой порядок в волосах Эрена, делая его еще больше похожим на взъерошенного воробья. В какой-то момент произошло так, что они одновременно подняли руки и, сидя друг к другу достаточно близко, соприкоснулись. Эрена это немного смутило, он не подал виду, но с удивлением обнаружил, что почувствовал себя как-то странно. Ему было спокойно и хорошо от этой атмосферы, прохладной погоды, этого невозмутимого мужчины, что незаметно заставлял его становиться спокойным и сдержанным. Но ему стало неловко от собственного смущения. Флок по рации сообщил, если Эрен не вернется через полчаса, в лагере ему поставят очередное наказание. Мужчина с парнем спустились с холма, на этот раз у него получилось это гораздо лучше, без падений и спасений. По пути к дому Эрена встретил Флок. — Быстрее пошли уже, — сказал он нервно. — Ты меня ждал? — удивился Эрен. — Естественно, — улыбнулся он. Эрен обратился к Леви, пытаясь попрощаться с ним ненавязчиво, но не получилось ничего лучше, чем: — До скорой встречи. Он посмотрел ему в лицо, ожидая ответа. — До скорого. Эрен повернулся, идя прочь и оставляя Леви на пол пути к его дому. Флок перекинул руку через затылок Эрена, кладя ее на плечо. Йегер совершенно не заметил этот жест, потому что выглядело это совершенно по-дружески, но незаметно Флок обернулся назад, смотря в глаза мужчине. В этом взгляде было что-то враждебное, неприятное и вызывающее. Леви лишь напористо смотрел в ответ, пока Флок не повернулся назад, обращаясь к Эрену. В один из дней, посвященных единоборствам в лагере, Леви представился перед парнями и пояснил что он приглашен на вводный урок по каратэ. Впрочем, некоторые из парней были с ним знакомы. Леви обвел их взглядом, давая понять, что он будет следить за их поведением и движениями. Перед Эреном мужчина предстал немного в другом свете: обычно он был одет в классическую черно-белую одежду, сейчас же — в спортивную форму. Тренировки проходили на открытом воздухе в глуби леса, где находился их лагерь. Леви учил их основам, затем они разбивались на пары и отрабатывали удары. Эрен тренировался с Флоком, но на этот раз был каким-то рассеянным. Он подумал о себе, боже, кого я из себя строю, но перед своим новым знакомым ему отчего-то хотелось выглядеть куда взрослее, проворнее и умнее. Однако получалось у него довольно плохо. Эрен ощущал на себе его взгляд, хотя должно быть, сам себе внушал, что Леви на него смотрит и оценивает. В конце концов он разозлился и решил избавиться от этих странных навязчивых мыслей. Флок был силен и также в процессе постоянных тренировок приобрел проворность, но у Эрена оставалось преимущество в росте и весе. Вскоре Йегер наконец стал связывать движения между собой, и у него получилось уложить Флока на землю, затем снова и снова. Эрен подал ему руку, помогая подняться. Несмотря на свои попытки сосредоточиться, парень постоянно ощущал взгляд Леви на себе. Ему казалось, что он в любом случае должен выглядеть перед ним не иначе как взрослым и крутым. Эрен усмехнулся своим мыслям. Какой детский сад, подумал он. Спустя два часа тренировка была окончена, и все попрощались с Леви, оставшись под впечатлением от такой колоритной личности: внешность его не соответствовала силе и умениям. Эрен хотел лично спросить у Леви, может ли он снова прийти к нему в скором времени, но замешкался, ощущая себя слишком навязчивым. Ему уже надоедало это чувство: он не мог понять, хочет ли мужчина продолжать общение с ним, потому что он показывал не очень большой спектр эмоций, и Эрену не всегда были ясны его чувства. Леви предстал перед ним как закрытая книга. Это злило Йегера, его злило, что он не понимает его. Он чуть было не пошел вместе с остальными в душ, но вскоре выбежал и вернулся к собирающему вещи Леви, который собирался уходить. — Когда я могу с вами увидеться еще раз? — спросил он. То ли от жаркой погоды, то ли от прошедшей длительной тренировки его щеки покраснели, и он почувствовал жар на лице. Леви поднял на него взгляд: — Завтра я буду дома, — сказал он. — Вот как, — произнес Эрен. — Я с нетерпением буду ждать этой встречи. Йегер вмиг понял, что сказал, но было уже поздно. Он постарался улыбнуться, но смущение нарастало, и он побежал обратно. В душе он прокрутил кран до самой холодной воды, пытаясь привести себя в чувство и остыть. В голове крутилась эта глупая фраза и неоднозначный взгляд Леви в ответ на нее. «Я с нетерпением буду ждать этой встречи!» — он повторял эту фразу про себя несколько сотен раз, пытаясь убедить себя в том, что это просто необдуманное предложение, которое ничего особо не значит. Леви посмотрел ему вслед. Его посетили смешанные чувства, он не знал, каким образом это интерпретировать. Он успел рассмотреть его тело, когда Эрен снял мокрую футболку, направляясь в душ, и затем вернулся к нему обратно. Кожа его была достаточно смуглой от постоянного нахождения на солнце, а тело сильным и развитым из-за постоянных тренировок физической силы. Его волосы отрастали, видимо, он не думал их стричь, что придавало ему какой-то более взрослый вид. Однако вечно взъерошенная прическа и возникшие от солнца небольшие скопления веснушек на лице и плечах выдавали его какую-то мальчишескую незрелую сторону. Леви знал, что имеет дело с не совсем стабильным человеком. Но все произошло слишком быстро. Это лето, в отличие от предыдущего скучного лета, шло слишком быстро, мчалось к его завершению, а вместе с тем могло бы предотвратить эту череду событий, если бы Леви имел достаточно силы воли, чтобы прекратить это тесное общение. Лето неумолимо приближалось к своему скорому завершению. Наступал август, становилось холоднее. Эрен помогал мужчине ухаживать за садом. Может быть, он и справился бы сам, один. Вероятнее всего, так и есть. Однажды Эрен смотрел на его фотографии со службы и награды, которые он получил. Он листал эти фотографии одну за другой, рассматривал мужчину на небольшом количестве снимков, понемногу осознавая то чувство, которое он испытывал к нему. Это было восхищение. Ощущение складывалось, что он хотел бы стать кем-то похожим на него. Эрен хотел бы избавиться от своей вспыльчивости, приобрести хладнокровие, сдержанность. Он хотел бы так же, как и Леви, делать то, что должен, не поддаваясь чувствам и гневу. Спокойным, невозмутимым и терпеливым — вот каким он желал стать. Понемногу Леви становился в его глазах другим человеком — предметом восхищения. Он делал вкусный ароматный чай, выращивая в своем саду пряные травы вроде розмарина, мяты, мелиссы и ягоды. В какой-то момент Эрен осознал, что находится внутри его небольшого дома, сидя рядом с ним. Для Леви готовить и пить чай являлось целой церемонией, которой он уделял достаточно много времени. Эрен также понял, что порой наблюдает за движениями его рук: как мужчина срезает ароматные травы в саду, наливает чай, держит кружку. Был ли хоть один язык на свете, который мог бы лаконично и красиво описать красоту этих простых действий? Наверное, нет. Однажды, когда парни сообщили по рации, что скоро подойдут и встретят его около дома, Эрен понял, что не хочет уходить. Этот дом был наполнен спокойствием, чистотой и сдержанностью, одновременно с этим ему нравилось, как из приоткрытого окна доносится жужжание пчел, как белоснежные занавески веранды танцуют свой вальс от ветра. Леви рассказывал ему о своих поездках и службе, знакомых и друзьях, которые оставались служить там, в его прошлой жизни, что была наполнена событиями и даже опасна. Несмотря на первое впечатление, Леви все же был достаточно разговорчив, так что Эрен почувствовал себя каким-то особенным, потому как он был одним из немногих, кто это знал. Эрен размышлял: может быть, пустить все на самотек, а потом он просто оставит это место лишь в воспоминаниях, никогда сюда не приедет и просто будет с теплотой вспоминать эти моменты солнечного лета. Может быть, он будет жалеть. Жалеть, что не поделился своими чувствами? Жалеть, что поделился ими, но ни к чему это все равно не приведет? Леви проводил его до порога веранды. Надев кроссовки и спустившись с крыльца, Эрен вдруг подобрал нужные слова и обернулся, посмотрев на него: — Леви, вы… очень красивый мужчина, — холодный августовский ветер взбирался под футболку, Эрен покрылся мурашками и несмотря на то, что был полностью уверен в своих словах, он не был уверен в своих действиях. — И мне приятно находиться рядом с вами. Я думаю, я в вас влюблен. Он старался казаться взрослее, старался высказать свои намерениями и всю свою серьезность перед ним. Послышались знакомые голоса парней. Эрен вдохнул воздух, ему почудилось, что он не дышал целую вечность. Он пошел прочь, закрывая калитку сада, не оборачиваясь и встречая друзей. Он постарался успокоиться, унять дрожь в голосе и не совсем осознавал свои прошлые действия, хоть и понимал их реальность, он предпочел забыть это все на некоторое время. Он не понимал, что ему делать дальше. — Что-то ты не навещаешь больше своего деда, — сказал Жан. Они устали после тренировок и просто валялись на траве, смотря на пасмурное небо, ожидая, когда уже наконец пойдет дождь и уймет этот жаркий день. Эрен повернул голову и посмотрел на Жана, скривившись. — Он не дед. Он классный, просто так вышло, что закончил меня эксплуатировать за мой косяк. Жан усмехнулся и тоже повернул голову, посмотрев ему в глаза. — Ты серьезно думаешь, что я поверю в это? Ладно, твое дело. О, дождь. Дождь начал понемногу спускаться на землю, моросящими каплями, покрывая траву мельчайшими росинками, покрывая их разгоряченные уставшие тела. — Он мне нравится, я ему об этом сказал. Но он ничего не ответил. Так что я переболею, уеду отсюда и забуду. Жан особо не удивился этой новости. Но удивился другому: — Быстро ты сдался, я тебя не узнаю. Дождь усиливался и стремительно поливал землю, она становилась сырой и неприятной, начала покрываться лужами. Но они не хотели вставать, потому что слишком устали, сил не осталось совсем. — Мне кажется, еще есть время, — сказал Жан как-то отстраненно. — Как и у меня, думаю, тоже еще оно есть… Флок, обнаружив пропажу друзей, выбежал из общежития и подошел к ним двоим, встав между ними и подавая руки. Эрен протянул руку, но специально повалил за собой Флока, чтобы тот также испачкался и вообще познал всю прелесть лежать на сырой земле, чувствовать этот запах и ощущать свежесть дождя. Флок свалился со стороны Эрена и обнаружил на небе грозные тучи, которые сгущались, соединялись между собой узорами, полнели и темнели. Опомнившись, он обнаружил, что держит Эрена за руку. Его сердце пропустило удар, а в горле застрял ком. Это было… так приятно. У Йегера была большая рука с костлявыми пальцами, рука Флока утопала в ней. Форстер опомнился и резко поднялся, на этот раз с силой утягивая друзей с собой. Он взглянул на Эрена — у него отрастали волосы и щетина, от этого он казался куда более взрослым. Он был чем-то озабочен. Флок обнаружил, что поникший взгляд тоже был ему к лицу. Эрен думал о словах Жана. Гораздо лучше стоило бы оставить все это как приятное летнее воспоминание, что через год или два просто доставит ностальгию и мысли: «Вот я когда-то там был такой глупый и влюбленный». Когда Леви пригласили на вторую тренировку в лагере, Эрен чувствовал себя ужасно. Он был невероятно рад видеть его снова. Лицо мужчины, манера речи, взгляд серых глаз заставляли Эрена каждый раз засматриваться на него, ожидая каждую смену выражения лица. Он чувствовал себя ужасно из-за того, что злился на него. За то, что мужчина не сказал ему ничего в ответ, только выслушав его. Оба они замечали взгляды друг друга на себе. Они хорошо это осознавали. Эрена бесило, бесило все, он был очень зол и на себя, и на Леви. В конце тренировки, когда все попрощались с мужчиной, начали собирать вещи и идти в душ, Леви остановил Эрена. Тот взглянул на мужчину своими удивительно красивыми голубыми глазами. Когда их взгляды встретились, Эрен осознал себя эмоциональным подростком, потому что лицо его залилось краской. — Давно не виделись, — сказал Леви, не отрывая от него взгляд. — Да, давно. Соскучились по мне, ведь так? — постарался отшутиться Эрен. — Да, пожалуй, — сказал Леви совершенно серьезно. Эрен улыбнулся. — Чем займемся? — Я бы хотел показать тебе еще одно место. Эрен кивнул. В миг его настроение улучшилось настолько, что он был готов наброситься на Леви, сжав в своих объятиях. Но это оставалось невозможным. Может быть, когда-нибудь потом, не сейчас? Может быть, когда они скроются от лишних глаз. Ему показалось, что взгляд мужчины стал мягче. Они попрощались. Ночью Эрен долго не мог уснуть, воображая сначала поцелуи, затем его посетил ворох мыслей эротического содержания, он представлял многое, и это делало ожидание их встречи невыносимым. — Это очень тихое место, — сказал Эрен, когда они присели после получасового пути в тень. Это было отдельно стоящее от остальной части леса дерево, оно выглядело величественным и большим, а ветки его создавали обширную тень, в которой можно спрятаться и ощущать дуновения прохладного ветра. Эрена переполняли эмоции. Он чувствовал, физически ощущал эти минуты счастья, которых не будет завтра и их надо уловить, поймать, чтобы они не бежали так быстро. Одновременно с этим он понимал, что скоро это закончится, просто потому что. Причина ясна как день. Будет ли у этой истории продолжение, долгожданный второй сезон или сиквел, отдельный фильм? Будет ли у него хороший конец или концовка останется открытой? — Кстати, я не шутил, — сказал Эрен. — Я знаю. — Почему вы тогда не поднимаете эту тему? Я вас смущаю своими словами? — хитро улыбнулся он. — Да, смущаешь. Я не очень умею выражать свои чувства в слова. Я думаю, ты очень… мне интересен. Этого Эрену хватило, чтобы залиться краской смущения, но несмотря на это, он не переставал смотреть ему в глаза. «Думаю, ты мне очень интересен» — ах, как же это прекрасно! Как прекрасна жизнь, прекрасно все вокруг! Эрен нагнулся за поцелуем, и Леви ответил на него. Йегер чувствовал его влажные тонкие губы, ощущал горячий язык. Он на полном серьезе целуется с мужчиной, который ему нравится, и это заставляло все внутри него сжиматься, переворачиваться, устраивать американские горки, кровавую бойню, столкновение планет. Он думал, ах, нравится ли ему также? Болен ли он мной так же, как я болен им? Оставшиеся дни лета превратились в череду ожиданий свободных часов, чтобы Эрен убежал для встреч с мужчиной в его летнем доме, где понемногу увядали цветы, но царил все такой же порядок. Он возился в саду, Эрен время от времени помогал ему и чувствовал безграничное счастье настолько, что в конце дня его скулы болели от частых улыбок. Он думал: какой же я идиот. Как это все непостоянно, быстротечно, но притягательно и невозможно оторваться. Летний душ открывал вид на бескрайнее небо. Сегодня оно было чистое, безоблачное, а солнце доживало свои последние дни лета прежде, чем понемногу отдавать трон хмурой осени. Эрен мылся нагретой за этот жаркий день водой и не мог избавиться от ощущения, что он находится рядом с Леви. Мужчина, он рядом, только рукой подать. Это чувство заставило его представлять пошлые сцены с участием его и Леви. Эрен размышлял о том, как он выглядит под своей неизменно строгой одеждой: должно быть, у него чрезвычайно красивый рельеф мышц, что вкупе с миниатюрностью и низким ростом создавало необычное ощущение. Леви практически не загорал на солнце, так как являлся одним из тех, чья кожа краснеет и обгорает, поэтому его кожа была бы бледной, а сквозь нее проглядывали бы синие узоры вен. Эрен повернулся и рывком открыл занавеску душа, обнаружив Леви, который неизменно копошился в саду. Аккерману предстало смущающее зрелище: отросшие до плеч волосы Эрена прилипали к телу, выдавая на плечах и шее хаотичные узоры. Он был голый, только едва ли прикрывался небольшим полотенцем. Его кожа имела красивый цвет, он полностью загорел. У ключиц застыли в ожидании капельки воды. Эрен посмотрел в глаза мужчины. Он не произнес ни слова, но Леви было понятно это немое приглашение. Аккерман подошел к летнему душу, и Эрен схватил его за рубашку, он не мог терпеть отсутствие тепла его тела. Леви посмотрел на него снизу вверх, Эрен старался не отводить взгляд, пытаясь настойчиво идти до конца, он стремился избавиться от нахлынувшего смущения. Он расстегнул пуговицы рубашки Леви, одну за другой, снял ее, выкинув куда-то за занавеску, затем расстегнул пряжку ремня. Леви снял брюки, оказавшись перед ним полностью голым. Эрен включил слабый душ. Птицы пели свои летние песни. Солнце не щадило никого, но летний душ давал телу приятную прохладу. Леви выглядел так, как представлял Эрен в своих непотребных юношеских мыслях. Сильная рука мужчины схватила его член. Своей рукой он начал водить вдоль вставшего члена Эрена, и Йегер, не желая оставаться в стороне и желая сделать ему также приятно, занялся тем же самым. Эрен целовал его шею, ключицы, плечи, то хаотично, то нежными короткими поцелуями шел от виска до конца его плеча, немного остановившись на ключице, обводя ее языком. Леви положил голову на его грудь, чувствуя запах чистого тела, пахнущего мылом. Эрен ощущал его горячее дыхание на своей груди. И в какой-то момент дыхание мужчины стало прерывистым. Эрен не умел и не хотел сдерживаться, издавая стоны и кончая в руку мужчины. Леви запрокинул голову назад, сжав губы и закрыв глаза. Эрен видел нежный розовый румянец на его лице, это был один из тех редких моментов, поэтому он запомнил его так явно и в деталях, что потом ни один раз прокручивал в своей голове. Завтра, послезавтра, еще долго. Они смыли водой свидетельства их страсти на руках и животе, затем Эрен обнял мужчину, закрыв своим широким телом. Он провел рукой по рельефу его спины вниз и остановился внизу, на ягодице, сжав ее своей рукой. Эрен чувствовал, как Леви обнимает его за шею. Это ощущение он долго вспоминал потом, раз за разом. Это было что-то иное, неземное. Лето подходило к концу. Оба они поняли однажды, что пора прощаться. Или, может, не прощаться? Эрен хотел бы сложить его в чемодан и незаметно проехать вместе с ним всю дорогу, где он привез бы мужчину в город и никогда не отпускал из виду. Да, звучало это крайне эгоистично. Эрен усмехнулся своим мыслям. Будет ли иметь эта история продолжение? Он задавался этим вопросом и сейчас, когда стоял перед ним, прощаясь и ожидая каких-то слов от него. Леви предстоял сложный выбор — дать этим отношениям резко завершиться или же рискнуть. Он ничего не ответил. Эрен посмотрел на него с каким-то сожалением. Должно быть, этого всего не должно было случаться. Да, лето совершенно точно подошло к концу. Эрен молча собрал вещи, зарядил телефон и плеер, сдал постельное белье и скрутил матрас. Затем их собрали у автобуса и повезли прочь из лагеря, к вокзалу. Спустя полтора часа вечером все уже ожидали поезд, который отвезет их далеко за пределы этого чистого безлюдного места в город, наполненный шумом и событиями. Эрен вырвал клочок бумаги из тетрадки, взял ручку и написал две строчки — почту и номер телефона и оставшиеся полчаса мял в своей руке этот клочок, соображая, выбросить его или же вдруг. Или же вдруг. Он думал: может быть, я также просто останусь в воспоминаниях Леви как сослуживцы и товарищи на его фотографиях и в его памяти. Он с ними не встречался больше, избавился от этой жизни, но вспоминал только хорошее или же вообще хотя бы просто вспоминал. Может быть, и обо мне он будет думать порой и потом когда-нибудь задастся вопросом: «А что с ним случилось?». Эрен сунул бумажку в карман, объявили посадку на поезд. Парни всей оравой пошли к платформе. Эрен ждал очереди на проверку документов и обернулся, чтобы поболтать с кем-нибудь из стоящих парней и заметил сидящего на скамейке Леви. Эрен опешил. Сердце его забилось так сильно, что он начал слышать его удары в ушах, щеки покраснели. Он пришел, чтобы что? Чего он ждал? Леви завидел Эрена в толпе других парней и поднялся, чтобы сделать несколько шагов вперед. Эти шаги были вполне обдуманным поступком. Жалел ли он? Нет. Эрен подбежал, взял его холодные руки в свои и положил Леви на ладонь ту самую записку, что была уже изрядно нервно помята. — До скорой встречи, — сказал Леви. — До скорой встречи, — повторил Эрен и улыбнулся. Он убежал и скрылся среди толпы, но Леви видел, что он оборачивался раз за разом, пока его не затолкали в несчастный поезд. Аккерман взглянул на него еще раз, в окно поезда, где он увидел его лицо и запечатлел в памяти. Он вспоминал его потом. Раз за разом Леви думал об этой цветущей молодости, об этой красоте и энергии, о неукротимом тигре, чей взгляд горел, горел даже в ночи леса. Он запомнил его лохматые волосы, смуглую кожу и небольшое скопление веснушек на лице. Его сильное тело, его переменчивый взгляд. Поезд тронулся, и Эрен скрылся вдали. Поезд уже не было видно там, вдалеке. Леви разжал руку, посмотрев на мятую бумажку, вырванную из тетрадного листа. День в поездке, и вот поезд оказывается в городе, на вокзале. Там Эрена встречают родители, Микаса и Армин. Они набрасываются на них троих, Эрена, Жана и Конни, встречая теплыми объятиями и вроде бы не так все плохо, но. Спустя несколько дней Эрен приходит со школы, садится за компьютер и обнаруживает письмо на почте. К письму прилагалось фото деревьев, сквозь которые пробивалось солнце. Эрен рассмотрел фото, прочитал письмо. Его позабавило и одновременно умилило, что Леви пишет исключительно официально, без использования жаргона и сокращений. «Здравствуй, Эрен. Надеюсь, ты доехал без происшествий. По крайней мере, если ты ответишь на это письмо, все относительно в порядке. Я думал, что остыну и напишу это письмо беспристрастно, но я не остыл даже спустя несколько дней. Я много думаю о тебе. Молодые люди очень ветреные и непостоянные, поэтому я лелею надежду, что ты не забудешь меня и это необычное лето. Да, это звучит эгоистично, но я ничего не могу с собой поделать, я пишу то, что крутится в моей голове. Да, я поглощен этими неприятными мыслями. И я пишу это письмо в надежде, что ты развеешь эти мысли. Как только твой поезд скрылся из виду я ощутил пустоту внутри. И эта пустота ничем не заполняется, а только расширяется с каждым днем. Мне не хватает твоего присутствия здесь. Поэтому я буду ждать письмо от тебя. Леви.» Он несколько раз перечитал письмо и принялся печатать ответ.