Haikyuu: Романтика. Стекло. И просто хорошие истории.

Kuroo Tetsuro

В какой момент жизни человек осознаёт, что ему что-то чуждо? Что любимое дело вдруг превратилось в рутину (1). Что любимый человек больше не вызывает ничего, кроме дискомфорта (2)? Я никогда не читала книг с похожим смыслом, но эта запала мне в душу. Книга, с некричащим названием — «Моя жизнь».

***

В издательстве, как всегда, стоял запах бумаги и свежей принтерной краски. И хоть за четвертый год работы тут, я научилась игнорировать это, сегодня ароматы книг и журналов по-особенному раздражали. «Когда это успело мне надоесть?», — навязчивые мысли переполнили мою голову. Надоесть то оно надоело, а внутри меня чувствовалось что-то неладное. — Мисс Атсуко, — знакомы голос, прозвучавший за спиной, заставил меня вздрогнуть, — через пол часа жду вас в своём кабинете. — Хорошо, — мой ответ прозвучал на удивление сухо. И почему сердце вдруг начало так стучать? Нервы.

***

Кабинет в корне отличался от остального в офисе: чисто и светло, минимум мебели, чёрный длинный стол директора, а вместо цветов — большое дерево бонсай в углу комнаты. Напрягает. — Мисс Атсуко, в последнее время, мне кажется, вы немного… Перегорели, — не успев я присесть, он тут же начал разговор. — Я… Заработалась немного, — звучит такое сухое оправдание от меня, как и ранее «хорошо». — Ладно. Несмотря на это, у меня для вас не самые приятные новости, — строгий взгляд начальника тут же привёл ясность в мой разум, а вот в глазах помутнело, — или мы будем вынуждены с вами попрощаться… — Или? , — тут же перебила я. — Или второй вариант. Видите ли, в последнее время наше издательство переживает не лучшие времена. Мы почти не имеем заказов, да и работы осталось не так много. Эта контора перестала приносить выгоду, — я молча слушала слова господина Хитоши, с трудом верив в его слова, — И вот мы вынуждены прекратить своё существование, как «Aiaksa» (название конторы). — Вы хотите сказать, всех уволят? , — не могу поверить. — Не совсем. Видите ли, издательство-партнёр из Парижа предложило нам «приютить» некоторых работников, а точнее десятку лучших. Все условия: жильё и повышенную зарплату. Как вы понимаете, вы входите в число лучших, и, если и дальше хотите развиваться в сфере изданий — отличная возможность. Конечно, я понимаю, что это неразумно далеко, да и вы с мужем привязаны к Японии, но прошу вас хорошо подумать, и не откидывать это предложение сразу. У вас есть дней 10 на подумать и сообщить мне решение, — кажется монолог господина Хитоши затянулся так надолго, что за окном заметно потемнело.

***

Любимое дело, ставшее рутиной, но всё может измениться. Но вот что делать со вторым пунктом?

***

Домой спешить не хотелось. Отказалась от метро, и пошла пешком через парк. Где-то в сумке вибрировал телефон, но мне сейчас не до этого. На полпути я приостановилась. Туфли натёрли ноги. Чёрт. Да за такие деньги, они должны были сами сделать мне массаж.

***

Закат плавно переходил в ночь. Ноги мокли в озере, остывая от рабочего дня. Обувь валялась возле камня, на котором так комфортно умостилась я. Тишина. Нечасто встретишь такое спокойствие в центре Токио. Только один звук, приближающийся издали. Мурлыканье. Спокойный чёрный кот, грациозно перепрыгнув мои вещи, умостился на коленях. Пункт два, блин.

***

Как бы ни хотелось зайти тихо, от объяснений отойти не получилось. Взволнованный и любящий взгляд мужа преследовал меня, пока я заходила в дом. Вскоре, поняв, что всё хорошо, на лице расцвела улыбка. Та улыбка, что грела меня долгие пять лет. — Ты сегодня не в настроении. Милая, что-то случилось? , — Куроо приобнял меня сзади. — Всё хорошо (скажу позже), слегка устала, — отстранилась я от мужа, натянув максимально натуральную улыбку. — Постель готова, будешь спать? , — ответил Тетсуро, присев на диван. — Угу, — спиной ответила я, направившись в спальню. Сон пришёл не сразу. Я даже слышала, как муж, закончив домашние дела, направился сюда, и убедившись, что я сплю, бесшумно упал в постель. Самый заботливый человек в мире.

***

Обычно ожидание тянется долго. Но эти десять дней тянулись невозможно быстро. Графики поджимали так, что я и сама не заметила, как ответила «я согласна ехать» за обедом с начальником. Осталось сказать Куроо. А ведь у меня было столько времени.

***

Типичный (уже) для меня путь домой, и привычная тропа через парк. Тот же чёрный кот, который ждёт меня каждый вечер. — Ну что маленький, скучал? , — беру пушистого на руки, — увы, нам придётся расстаться, я скоро уезжаю. В ответ мне только умиротворённо замурлыкали. Как же этот кот похож на Тетсуро. Так же ждёт меня с работы каждый вечер, так же уютно прижимается. Только вот коту я смогла сказать, что уеду, а мужу?..

***

— Добрый вечер, милая, — встречают меня с улыбкой, и руками, распростертыми для объятий. Паникую, и начинаю пятиться к двери, но меня обнимают прежде, чем я успеваю сбежать. — Тецу, — решаюсь начать, — я… я больше не люблю тебя, — его руки мгновенно ослабевают, — я уезжаю завтра, прости, прости, ты ничего не плохого не сделал, просто я… я… — Милая… кхм, Накаяме, — нервно-серьёзный голос, — я не в праве тебя судить, постелить в другой комнате? В этот же момент ноги стают ватными, падаю, и захлёбываюсь в слезах. Но больше, как раньше, меня никто не успокаивает. В ответ только пустота и эхо коридора.

***

Красные глаза открылись наполовину. Через три часа самолёт. Собираю вещи, пока Тецу уныло смотрит в чашку с остывшим кофе. Закончила. — Тецу… Я как буду на месте, пришлю все документы на разв… — меня прерывают — Атсу, — сдерживая эмоции звучит, — поговорим об этом позже, — хриплый голос. Он даже не нашёл сил поднять глаза.

***

Это решение не было спонтанным, все уже и так догадывались. Его родители любили меня, а мои были от Куроо без ума. И хоть нам тогда было всего по 19, все приняли это решение радушно. На мне было летнее белое платье. На нём — чёрные джинсы, и рубашка цвета кофе с молоком. Мы не хотели громкой свадьбы, даже родители надели кроссовки. Весь вечер мы сидели на уютной террасе любимой кофейни в компании самых близких людей. Тецу обнимал меня так, будто я самое ценное сокровище в его жизни. Я улыбалась так широко и искренне, ещё никогда мне не было так хорошо… Последним в шкаф новой квартиры отправилось то самое платье. Но взамен слезам расставания на лице лишь улыбка, как от детского воспоминания. POV Tetsuro И вот мы уже второй месяц не можем написать друг другу. Я понимаю её чувства. Понимаю свои. Понимаю — нам некуда с этим спешить, какая разница, когда мы разведёмся. Но кольцо, которое я всё никак не могу снять, душит меня воспоминаниями. В тот день как ты ушла в моей душе будто погасли все фонари. Вдруг стало так темно и одиноко. Еле перебирая ногами, я шёл открывать дверь курьеру — три дня не спал (работа), и готовить не было сил. Смотрю в глазок. Курьером оказалась симпатичная девушка, так похожая на тебя. Сердце неприятно ёкнуло надеждой. Щёлкнул дверной замок. Девушка напротив, вся в слезах, смотрела прямо в мои глаза. Нет, не девушка. Жена. Моя жена! — Тецу., — едва выговорила, — прости, прости меня. Я не выношу без тебя. Я перегорела, но… Но это была лишь временная апатия ко всему, что меня окружало… Тецу., — она продолжала говорить, но я мало что слышал. Старался держаться за дверь, чтобы не упасть. И вот, мой мозг понял, что происходит. Я рванул к ней, и крепко обнял. Соседи ещё долго будут ругать нас за шум, который мы создали на лестничной клетке. Сейчас не до того. Мы стояли так, пока я не решился говорить. — Милая, ты голодна? Не хочешь отдохнуть? У тебя, вероятно, была тяжёлая дорога. End of POV Tetsuro Я не хочу быть ни твоим другом, ни девушкой, ни бывшей. Мне так симпатичен статус «жена». Иногда не стоит делать поспешных выводов, и просто дать друг другу передохнуть.