Розыгрыш

— Привет, Хотаро. — радостно поздоровалась Чи-тян — Есть какие нибудь идеи? — Идея на самом деле есть. Скажи мне, кто тебя в классе больше всего ненавидит? — простейшая логика. — Есть пара учеников… Миюки и Мицуо… всё время говорят, про то, какая я мерзкая и отвратительная… — всё ясно. — Это вероятнее всего они. Парни существа странные, они могут настолько тебя ненавидеть, что хотят изнасиловать. — и это так. Ненависть может выражаться в сексуальном влечении. По настоящему влюблённые иногда даже боятся даже в своём сознании представить свою пассию голой, ибо порочить образ любимой девушки — не есть хорошо. — В принципе это логично… и не логично. — просто логично. — Обычно если парень влюблен он наоборот должен тебя оберегать. Так что вполне логично. Их надо резко прижать, они от испуга признаются. — Спасибо Хотаро. Люблю тебя. — девушка обняла меня и поцеловала в губы…

***

— Эй, вы, двое. — крикнул я двум парням, что шли по улице рядом со мной. Я специально пошёл за ними, благо я точно уверен что это они. Один состоял в клубе каллиграфии, а второй отличается отвратительным подчерком. — Что? — обернулись они ко мне своими наглыми рожами. — Подойдите, разговор есть. — подозвал я их. К слову, я взял у клуба миллитаристов пневматическое оружие, идеально копирующее пистолет Desert Eagle. — Какой? — приблизились они ко мне, явно заинтересовавшись. — О вашей склонности к изнасилованиям невинных девушек. — бью козырём, тем самым временно обезоруживая врага. — Ты о чём? — лица немного дрогнули, тем самым полностью выдав себя. — О этом. — я достал тот самый конверт. Вероятность того что именно здесь они облажаются равна примерно ста процентам. — Это писали не мы. Ещё не хватало этой идиотке писать любовное письмо. — бинго! Попались на горячем, идиоты! — А откуда ты знаешь что это любовное письмо? — хаха… щенки. — Эээ… — замялись они. — Так вот. Либо вы обещаете ни подходить к Читанде ни на метр взамен на то, что никто об этом не узнает, либо… — выставил я условия, и показал им пистолет. Было ощущение, будто вся их наглость в этот момент вышла через задний проход. — Мы согласны! — а как же? — Вот и хорошо…

***

      Сегодня было воскресенье. Очередное скучное и не интересное воскресение, ведь уроки я уже все сделал, ко всему подготовился, ибо встречаюсь с отличницей, надо соответствовать как никак, иначе что люди подумают? «Очередная жадина до приключений на свою жопу и любительница типо крутых, в скобочках нет, парней?». Ну уж нет, ради неё я стану лучшим, или хотя бы достигну её уровня.       На улице хлестал дождь, дул сильный ветер, солнце спряталось за облаками, ведь испугалось звуков, которые издавал там-там грома, в который электрической колотушкой била молния. Дождь превратился в злой сильный ливень, ведь люди от слёз его горести и одиночества прятались под зонтами, превращая чистые слезинки вначале в лужи грязи на обрамлённом бордюром асфальте, которые затем стекут в смрадную канализацию, смешав его чувства и печаль с дерьмом. По окну летели капли воды, переливаясь и перетекая друг в друга, принимая совершенно новые формы, и растекаясь в самом низу. Ранее живые муравьишки перестали работать, спрятавшись в своё земляное общежитие. Тоже самое самое сделали и люди, оставив муравейник маленького городка и трусливо разбежавшись по своим домам. И лишь некоторые заблудшие души сейчас ходят по городу, но и они долго не протянут под градом капель воды и убегут, оставив лишь упоминания в виде следов на промокшей земле. Неожиданно, затрещал дверной звонок…