Пошёл за материалами, а оказался наполненным яйцами

Альбедо и Чжун Ли решили жить вместе какое-то время до рождения детей. Конечно, тайно Моракс надеялся, что учёный останется с ним, ведь успел привыкнуть к блондину за такой короткий срок. Алхимик думал примерно в том же направлении, что Властелин Камня разрешит побыть здесь чуть дольше, потому что уж очень его интересовало дальнейшее развитие дракончиков (как он называл пока нерожденных существ). Оба притеплились друг к другу, что даже к концу второго месяца "беременности" Альбедо начали спать в одной кровати. Мужчины, на удивление, чувствовали себя комфортно, будучи рядом. Ассисстентам алхимику пришлось приврать, что он встретил одного учёного из Сумеру, поэтому на какое-то время блондин задержится в Ли Юэ. Но, конечно, нужный материал для опытов принц мела им отправил, заставив Гео Архонта поработать посыльным.

***

— Если я не ошибаюсь, то ты говорил, что яйца не должны расти внутри меня, не так ли? — спокойным голосом однажды спросил Альбедо, пока оба мужчины завтракали. — Верно. По крайней мере, так было в первый раз, — ответил Чжун Ли, хотя внутри был удивлен такому вопросу, ведь они обсуждали это совсем недавно. — Кхм, следует тогда заметить, что твои слова неверны, — даже как-то слишком флегматично, по мнению брюнета, сказал учёный. — Правда? И почему же? — По моим исследованиям, я с начала кладки яиц не набрал почти нисколько веса, но, к твоему сведению, штаны на мне сегодня не сошлись. Моракс надолго ушёл в себя, думая, что либо сейчас что-то пошло не так, либо в первый раз он что-то упустил. Мужчина довольно надолго погрузился в мыслительный процесс, поэтому не сразу заметил, как алхимик будто следит за его потоком мыслей, пристально смотря на него. — Я... Возможно, я что-то и правда не заметил тогда... Приношу свои извинения, — он склонил низко голову при извинении. — Прекрати, я предполагал такое развитие событий. Всё же моё тело не приспособлено к вынашиванию детей, поэтому яйцам может не хватать места. Это нормально, я думаю. На самом деле Альбедо успел знатно переволноваться, заметив выросший живот. Взвесив все за и против, он выдохнул, но продолжал молиться Архонтам, а точнее, кое-какому одному, что алхимик сможет родить эти яйца и выжить после этого. Теперь же, когда они обговорили это, блондин был спокоен, ведь знал, что Чжун Ли не даст ему погибнуть.

***

К концу седьмого месяца Альбедо было тяжело передвигаться, да и вообще что-нибудь делать. Он понимал, что это не девять месяцев обычной беременности, когда должно быть намного труднее, но его не покидало ощущение того, что хоть яйца, которые заметно подросли внутри, остались такими же, но они стали намного увесистее и будто выкачивали из него энергию. Моракс, заметив такое состояние теперь уже возлюбленного, объяснил, что их дети и правда питаются энергией своей "мамочки", помимо других источников пищи. Вздохнув на эти слова, алхимик лишь улыбнулся, ведь скоро, по его подсчётам, они увидятся с дракончиками, а это значило, что принцу мела станет немного полегче. Учёный на протяжении всей беременности вёл записи, контролируя каждое изменение своего тела. В целом, всё было отлично, да и сам мужчина готовился родить со дня на день. Властелин Камня тоже не терял времени, подготавливая одну из комнат в доме под детскую, а в их общую добавил необходимые принадлежности, на его взгляд, для яйцекладки. Пара была готова к появлению детёнышей, каждый день перепроверяя, всё ли нужное на месте.

***

Однажды Альбедо с утра начал чувствовать сильную тяжесть в животе, а существа внутри определенно начали выкачивать из него ещё больше энергии. В этот день учёный мог только сидеть, чиркая пометки в тетради, будучи уверенным, что вот-вот дети захотят появится на свет. — Чжун Ли! — в какой-то момент алхимик решил позвать Властелина Камня, вспомнив, что забыл сообщить ему об этой новости. — Я только хотел предупредить: я скоро отложу яйца. Принц мела, конечно, ожидал какой-нибудь реакции, но не того, что его возлюбленный сосредоточенно кивнет головой и глубоко погрузится в себя. Пришлось подняться и немного растормошить брюнета. — Извини, я вспоминал, что нам следует делать на родах, — Гео Архонт обнял Альбедо со спины, поддерживая его живот руками, немного поглаживая пальцами. — Успокойся, у нас всё готово и всё есть, — учёный чмокнул того в щеку. Пусть оба и были для других "чёрствыми сухарями", но перед друг другом становились воплощением искренней любви. Они могли простоять так очень долго, но алхимик начал уставать, ведь ноша стала совсем тяжёлой для его тела. Чжун Ли понимающе усадил того к себе на колени, опустившись в кресло. Правда, и посидеть, нежась в объятиях друг друга не вышло: Моракс внезапно почувствовал влагу на штанах, а принц мела побледнел и схватил будущего мужа за руку. Мужчина резко поднялся, подхватив блондина на руки, и понес в комнату. В помещении необходимые принадлежности их уже ожидали, потому как алхимик предусмотрительно разложил всё утром в удобные места, чувствуя, что его беременность завершится сегодня. Брюнет, быстрым движением сняв с принца мела штаны и бельё, опустил своего пока что парня на кровать так, чтобы он полулежал, опираясь на подушки спиной, когда же сам Чжун Ли уселся между раздвинутых ног ученого. Альбедо, в свою очередь, старался не терять разум от накатывающей боли внизу живота, ощущая, как яйца медленно опускаются из недр тела к выходу. До родов он понимал, что боль может быть нестерпимой, но сейчас это было даже хуже, чем мужчина предполагал. — Готов? — спросил Гео Архонт, поглаживая напряжённый живот партнёра, чувствуя перемещения яиц. — Конечно, — сразу же откликнулся тот, вцепившись пальцами за одеяло. У драконов, как рассказывал Моракс, яйца разного размера. Первым выходит самое небольшое (хотя когда Чжун Ли описал его размеры, Альбедо понял, что для него оно совсем не маленькое), затем среднее и дальше очень крупное и тяжёлое. Алхимик особо не думал над данной информацией, но сейчас, испытывая весь спектр боли, она всплыла в голове, совершенно не радуя. Яйцо выходило очень плохо. Несмотря на то что пара почти каждый день занималась сексом, дабы растянуть проход принца мела, это сейчас не особо ощущалось. Альбедо держался, стараясь не кричать, пока Гео Архонт не спускал глаз с его нижней части. Наконец, яйцо показалось, от чего Чжун Ли даже выдохнул. Тут оно пошло быстрее и сию же минуту радостный отец держал его в руках, обтирая полотенцем. Учёный даже не почувствовал, что яйцо смогло покинуть его тело, ведь его накрыл сильный оргазм, когда оно проехалось по простате, от чего он чуть не потерял сознание, и упал обратно на подушки, переводя дыхание для ещё двух рывков. — Чжун... Покажи... — он вытянул руки, ожидая своего ребенка. Моракс тут же положил яйцо ему на грудь, аккуратно придерживая, чтобы оно случайно не скатилось на пол. Альбедо рассматривал его со всех сторон, подметив, что оно будто золотое. Но насладиться видом ему не дали, ведь оставшиеся яйца попросились наружу. — Давай, милый, ещё два, ты сможешь, — мягко подбодрил Властелин Камня, укладывая новоявленного "ребенка в скорлупе" в импровизированное гнездо из одеял и подушек. — Всё идёт отлично, оргазм — это нормально. Альбедо, глубоко вдохнув, продолжил свои мучения. На этот раз яйцо спускалось намного легче по растянутому проходу, немного застряв лишь на выходе. Когда оно угодило в руки Гео Архонту, а затем и в гнездо, Моракс поднялся и поцеловал алхимика, утирая его слёзы, которых тот совсем не замечал. — Ты отлично справляешься, осталось чуть-чуть. Потерпи ещё немного, дорогой, — говорил Чжун Ли, пока вытирал лицо ученого. — Последнее будет большим, давай ты встанешь в коленно-локтевую позу, так тебе будет легче. Принц мела, хоть и с трудом, но с помощью возлюбленного смог перевернуться, видя теперь перед собой только мокрую от слёз и пота подушку. Он ощущал, как яйцо медленно и тяжело опускалось по его проходу, болезненно растягивая стенки, а затем и сильно давя на простату. Мышцы нещадно болели, стараясь его вытолкнуть наружу, когда внезапно алхимик вдохнул, делая сильный толчок, но это не принесло особых плодов. — Я... Не могу... Оно... — почти задыхаясь от ощущений и плача, произнес он. — Сейчас я помогу. Брюнет, поддерживая возлюбленного, чтобы тот не свалился окончательно, вдруг обхватил его член рукой и принялся надрачивать. Альбедо даже не пытался понять, зачем и почему Чжун Ли это делает, стараясь довериться и отдаться ему полностью. Через какое-то время его член извергая спермой, а яйцо выскочило в руки счастливому Властелину Камня. После этого блондин смог хрипло вскрикнуть от боли разорванного прохода и упасть лицом в постель. — Всё-всё, спокойно, успокаивайся, — Моракс, быстро приведя новорожденное яйцо в порядок, поглаживал мужчину по спине. — Всё закончилось. Сейчас я займусь тобой. Как себя чувствуешь? — Н-нормально... — прохрипел алхимик. Альбедо, на самом деле, чувствовал себя ужасно и был в полном беспорядке: растрёпанные волосы, покрасневшие лицо и глаза, из которых всё ещё текли слёзы, дрожащие руки и ноги, а между последними мокрый хаос из разного рода жидкостей. Учёный даже не пытался хоть как-то подняться, зная, что сразу же упадет, не слезая с кровати. Он мягко улыбнулся Чжун Ли, мутным взглядом замечая, что тот стал наполовину драконом, и провалился в сон.

***

Прошло несколько месяцев после появления яиц на свет. Альбедо пришёл в себя и начал изучать невылупившихся детей, всё время что-то записывая, пока брюнет со счастливым лицом наблюдал за ним. Конечно, они знали, что учёному надо бы на пару недель вернуться в Мондштадт, чтобы его ассистенты не волновались, но алхимик просто не мог отойти от яиц даже в другую комнату. Почему-то ему становилось тревожно, стоило лишь их покинуть, поэтому чаще всего он и Моракс либо носили "детей" с собой, либо сидели в комнате. К слову, Чжун Ли теперь чаще всего пребывал в форме дракона, когда они всей "семьёй" лежали вместе на кровати. Он бережно оборачивался хвостом вокруг них, а блондин ложился к нему под бок, обнимая все три яйца. В какой-то момент принц мела смог пересилить себя и оторваться от яиц и возлюбленного. Умело скрывая своё нервное состояние, мужчина вошёл в город, где его радостно встретили Сахароза и Тимей. Они, конечно, то и дело расспрашивали, где был учёный так долго, но последний лишь отмахивался, быстро меняя темы на очередные эксперименты. Но в Мондштадте Альбедо долго пробыть не смог, хотя осилил три недели, ведь слишком сильно хотелось вернуться к своей, как он их теперь называл, семье. Для него это слово впервые звучало по-родному, отдаваясь теплом где-то внутри.

***

Прошёл ещё месяц после возвращения алхимика из Мондштадта, когда внезапно яйца, что внушительно подросли за всё время, начали раскачиваться. Чжун Ли и Альбедо сразу же, бросив все дела, рванули к ним и начали безотрывно наблюдать. Вдруг на самом большом яйце появилась трещина, а затем ещё и ещё. После начали трескаться и другие два. Кажется, мужчины даже не дышали. Тут со среднего яйца первым слетела часть скорлупы, а дальше послышался некий писк, который вывел родителей из оцепенения. Моракс, ставший наполовину драконом от волнения, сию же секунду начал аккуратно помогать малышу избавиться от белых остатков, пока учёный хватал пеленки и полотенца. Блондин, хоть и подготавливал себя к этому дню, всё равно начал паниковать, что было ему не свойственно. Вскоре проклюнулись оставшиеся яйца, а спустя ещё некоторое время счастливые и отчасти волнующиеся родители держали детей на руках. — Но... Они правда в порядке? — алхимик пребывал в глубоком шоке, рассматривая новорожденных. — Очень даже! Самые замечательные и здоровые! — Чжун Ли их вид нисколько не смущал, а наоборот радовал. Дети были не в привычном для Альбедо виде. Они оказались полностью дракончиками, пусть и небольшими. На первый взгляд, вся троица выглядела одинаково, но когда учёный пригляделся поближе, то понял, что оттенки рожек, лап и кончиков хвостов отличаются. У самого старшего — первого вылупившегося — насыщенный оранжевый, у среднего — как у Властелина Камня, а цвет младшего был светло-жёлтый, чем-то напоминающий волосы принца мела, но немного темнее. Чешуя, глазки и остальное одинаковые, такие же, как и у Моракса. — Чжун Ли... — блондин держал в руках уже чистого и спящего дракончика, пытаясь повертеть его перед глазами. — А как понять, кто какого пола? А также мы не придумали им имена. — Младший и средний — мальчики, а, соответственно, старшая — девочка, — ответил Гео Архонт, не прерывая странного звука, исходившего откуда-то изнутри его тела (который Альбедо обозвал "драконьим мурчанием"), и с обожанием и нежностью смотря на спящих детей. — Как ты вообще это понял? — Когда они проснутся, я тебе покажу, пока пусть побудут в умиротворенном состоянии. — Как знаешь...

***

Они не так уж и долго думали над именами. Чжун Ли, казалось, выбрал их заранее, причем несколько. Из предложенных блондин выбрал Мейфенг, для среднего — Лонгвей и Мэттью, которое принадлежало уже Альбедо, для младшего. Моракс успокоил учёного, что в год дети смогут перевоплотиться из дракончиков в привычных человеческих малышей. Алхимик, не теряя времени, аккуратно и внимательно каждый день продолжал свои исследования по поводу детей Гео Архонта, над чем последний тихо посмеивался, ведь не видел в этом чего-то необычного. Когда малышам исполнилось шесть месяцев, родители решили показать их знакомым. Первым оказался Итэр, который случайно увидел семейку в их тайном, но теперь не для путешественника, месте для прогулок. Сказать, что тот был поражен — ничего не сказать. Но шок сменился радостью за друзей, после чего парень ещё долго не мог оторваться от милых драконят, постоянно с ними играя или обнимая. На странность, он сразу понравился детям, поэтому последние также не хотели расставаться с юношей. Следующей оказалась Нин Гуан, которую Чжун Ли заранее предупредил о встрече и малышне. Когда они пришли, то женщина сначала капельку удивилась дракончикам, а после мирно беседовала о разном, няньча детей. Она была в полном от них восторге, поэтому потом надеялась на скорую встречу снова. Сахарозе пришлось сдерживать свои порывы об изучении этих существ. Альбедо это заметил по её взгляду, а потому отдал свою тетрадь с записями. Девушка чуть ли не запищала от счастья, а после более спокойно развлекала детишек. Конечно, она поняла, что алхимик не уезжал никуда с учёным из Сумеру, но не обижалась на него. Всё же это тоже своего рода эксперимент, да и дракончики ужасно прелестные, как она выразилась в конце. После немногие узнали о чудных детишках пары Архонта и человека, но и те оставались абсолютно счастливые, увидев драконят. Чжун Ли и Альбедо решили остаться вместе, хотя бы пока малыши не вырастут, а там... — А потом? — спросил блондин. — Ну, либо ты уйдёшь и вернёшься к прошлой жизни, — с нотками печали ответил Моракс, — либо мы продолжим жить всё так же вместе. — Хм... — мужчина притворно задумался, уже решив. — Второй вариант. И это не обсуждается. — Я знал, что ты это скажешь, мой милый Альбедо.