Сказка — ложь

В банк вошла молодая состоятельная пара. Он снял стильные солнечные очки, аккуратно повесив их на карман пиджака цвета охры. Она поправила яркие блестящие локоны, спадающие на плечи чёрного кашемирового жакета, и обратилась к консультанту. Их провели к ближайшему менеджеру. – И тогда через год доход составит, – банковский сотрудник повернул дисплей к посетителям, – вот столько. – Нет, нужно увеличить вклад, – молодой человек скривился и нервно застучал пальцами по столу. – Должно было ещё оставаться на поездку в Гластонбери*. – Что? – девушка вскинула бровь. – Мы же договорились, что вместо этого отдохнём на целебных источниках. – Как договорились? Ты просто упомянула, но мы остановились на фесте. – Ты никогда меня не слушаешь! Спор разгорелся и дошёл до того, что на глазах у растерянного менеджера девушка чуть сумочкой не заехала по лицу своему милому. “Чуть” только потому, что тот успел закрыться скрещенными руками. А потом попытался вырвать у неё столь грозное оружие. – Ааааааааа! Спасите! Он поднял на меня руку! – разразилась она криком, который эхом рикошетил по всему залу. – Он хочет меня покалечить. Нет, убить! Менеджер в панике взялся за трубку, чтобы связаться с охраной. Отлично сработано. Олежа сидел у окна в кафе напротив входа в банк и наблюдал за происходящим через несколько открытых вкладок на экране ноутбука. Он дождался, пока в банковский зал забегут несколько охранников, вошёл во взломанную систему контроля видеонаблюдения и установил на камерах хранилища режим циклического повтора записи. Потом соединился с линией “А” и вполголоса произнёс в микрофон: – Можно. – Понял, – раздалось в ответ. Всё шло, как по маслу. Оля с Димой продолжали свой драматический спектакль, стягивая внимание, а успех плыл в руки. Олежа снова включил звук из зала, наслаждаясь плодами общих усилий. А потом: – Чтооо?! Это у меня одиозные увлечения? – голос Димы звучал выше, чем обычно. – Может, это в моей ванной свечи в форме черепушек по всем углам?! Если бы Олежа не успел допить чай, то сейчас пролил бы его на себя. – Дима, ты что? Это сли… Но его тихому голосу было не под силу остановить надвигающуюся бурю. – Дурень, у тебя и ванной своей нет! – в этот раз Оля с размаху подарила Диме настоящую пощёчину. Ценные бумаги и колючие слова летели во все стороны. Некоторые посетители банка оказались настолько участливы, что принялись занимать одну из сторон конфликта, чем сильно мешали попыткам охраны навести порядок. Когда один из них явно направился назад за подмогой, Олежа вскочил на ноги и снова подключился к “А”. – Как обстановка, Хакермен? – тут же послышалось в наушниках. – Плохо! К тебе идут. – Что?! Я на оставшихся двоих уже всё снотворное извёл. Чем там Бонни и Клайд заняты? – Связь потеряна… Забудь. – Олежа просто молился, чтобы Оле хватило ума как-нибудь не спалить наушники. – Я не закончил! – У тебя семьдесят пять секунд. Послышалось недовольное мычание. – Рассказываю, куда отступать, – Олежа просматривал схему здания. Он заканчивал объяснять, параллельно заметая за собой киберследы, потом быстро спрятал ноут в рюкзак, кинул на стол купюру и поспешил прочь из кафе. Теперь он молился, чтобы плечи оказались не слишком широкими для окна в туалете. Осторожно огибая здание банка, уже на подходе он услышал удар, будто что-то тяжёлое упало на что-то шуршащее. Значит, не слишком широкие. Приземление Антона оказалось мягким, но у него самого был вид, не оставляющий сомнений: если хоть один из чёрных мешков сейчас распорется, то весь банк взлетит на воздух. – Фух, – Олежа опёрся на свои колени. – Скорее, уходим отсюда! Тут из банка раздался режущий сигнал пожарной тревоги. Кто-то вспомнил про существование плана? Браво... – Ха, – Антон злорадно улыбнулся и достал из кармана петарду с зажигалкой. – Точно, хотя бы поддадим жару перед уходом. – Нет, стой! – вскинул руки Олежа. Но Антон уже поджёг фитиль и попытался забросить петарду назад в окно. Только… – Чёрт! – отчаянными рывками Антон размахивал рукой. – За перчатку зацепилась!.. *** Вечером все четверо сидели в полумраке за столом вокруг общей тарелки. – Ну, – Дима первым воткнул вилку и проглотил пельмешек. – По крайней мере, мы с Олей сработали на отлично. – Я в нас не сомневалась, чертёнок. Оля одарила Диму сияющей улыбкой, а Олежа с Антоном – синхронными понурыми взглядами. У одного была перевязана правая кисть, у второго – левая. Из-за стены доносилась самая известная мелодия Чайковского.