Сберегу

Дойдя до дома Бэлла зашла в свою квартиру и сразу же поёжилась от холода в ней . Слишком холодно. Будто открыто окно, сквозь которое в комнату вместе с ветром забирается последождевая ночная прохлада и сырость. Вот только Кузнецова точно помнит, что не оставляла окно открытым — закрыла его, когда уходила . Она сразу же бросает взгляд на оконную раму, но все правда закрыто. Бэлла быстро обводит взглядом комнату: темноту разгоняет мягкий свет ночника на прикроватной тумбочке, на телефоне тихо играет инструменталка, синтезатор покорно ждет в углу, когда Бэлла оживит его касаниями своим пальцев. Все, как всегда. И все же… Снова то самое ощущение — будто она здесь не одна. Она нервно сглатывает, чувствуя, как страх ледяными щупальцами расползается по телу. — Ты здесь? — слышит она собственный дрожащий голос. Кому она адресует этот вопрос? Неужели и вправду верит, что в этой комнате находится еще кто-то, кроме неё ? Призрак? Дух?.. Друг или враг? Она напряженно ждет, хотя в этот момент даже не может объяснить себе, чего именно она ожидает. Что-то кто-то откликнется? Выйдет из-за шторы или вылезет из-под кровати? Секунда, две, три… десять… Ничего не происходит. — Если ты здесь, дай мне знак… — снова произносит Бэлла, не успевая как следует обдумать свои слова. Какой такой знак она хочет увидеть? Едва Бэлла переступает порог комнаты, Купер замирает. От взгляда, который та бросает на окно, в кресле возле которого и устроилась Бэлла, ее сердце сжимается. Кузнецова выглядит встревоженной и… испуганной, и у Костьи уходит всего две секунды на осознание того, что Бэлла снова чувствует её присутствие и снова недоумевает, что происходит. Купер знает, что Бэлла не видит её , но не имеет ни малейшего понятия, может ли та слышать её . И поэтому боится даже вздохнуть… «Ты здесь?» — слышит она вопрос — и внутри все переворачивается. Бэлла обращается к ней. Она правда, по-настоящему, вполне серьезно обращается к ней. Неужели она верит, что кто-то действительно находится сейчас рядом с ней в этой комнате? Костья настолько поражена , что не в силах пошевелиться. Она просто всматривается в любимое лицо, а в эти бесконечно долгие секунды что-то умирает и возрождается внутри неё . «Если ты здесь, дай мне знак…» О боги всех религий! Бэлла правда ждет, что она покажет себя. Хоть миганием света, хоть качающимися занавесками, хоть едва слышным шелестом голоса… Но Купер будто парализована.Она не в силах сдвинуться с места, не способна даже пошевелиться, а дышать и вовсе забыла. Неужели Бэлла правда верит?.. А что будет, если Костья подтвердит её подозрения . Бэлла целую ночь не сомкнет глаз, не желая быть беззащитной перед… сущностью, о которой ничего не знает?.. Бэлла трясет головой, сбрасывая с себя наваждение. Никого здесь нет и быть не может — она просто устала. Этот день вымотал ее и физически, и морально. Слишком много эмоций и потрясений. А в комнате ей так холодно от резкого перепада температуры. — Какой бред, — произносит она вслух, чтобы окончательно убедить себя, и решительно выходит из комнаты, направляясь на кухню. Ей нужен горячий кофе и синтезатор — необходимо записать ту мелодию! Купер разочарованно выдыхает и корит себя за нерешительность. Момент упущен. На протяжении какой-то минуты Бэлла действительно готова была поверить в её существование, но Кочтья упустила эту минуту, упустила возможность рассказать о себе… Хочет ли она этого? Безумно сильно! Боится ли? Кажется, да… Новость о смерти их студента всколыхнула весь университет . То, что произошло с Костьей Купер , стало темой номер один в разговорах студентов и преподавателей. Печально, что она стала такой популярной среди них только после своей смерти. Бэлла уверена, что никогда прежде не слышала о ней… Хотя нет, подождите-ка… что-то знакомое в этом имени есть… Кажется, в школе вместе с ней училась одна Костья Купер ...Не она ли? — Я даже не знала, что ребятами была группа, с которой они выступали в клубах, — возвращает Бэллу в реальность голос Даши . — В воскресенье она как раз возвращалась домой после концерта… Это ужасно. Голос девушки дрожит, словно она вот-вот расплачется. Да, никто из них не был знаком с Костьей лично, более того, мало кто вообще знал о её существовании до этого дня, но это не меняло того факта, что её смерть была ужасной. И все кажутся подавлены этой новостью. Скрестив руки на груди, Купер стоит возле стенки там же, где и вчера, и наблюдает за развернувшейся картиной. Неужели они все правда расстроены новостью о её смерти? Неужели они правда сочувствуют ей? Неужели, в конце концов, они правда сейчас говорят о ней ? Это до безумия странно — наблюдать за тем, как кто-то говорит о тебе и твоей смерти. Это трогательно и больно одновременно. Приятно знать, что им не все равно. Особенно то, как эту новость восприняла Даша… Но взгляд Костьи снова и снова возвращается к Бэлле. Выражение его лица и чувства, которые бурлят внутри него, трудно разгадать. И все же Купер улавливает в её глазах испуг и понимает, Кузнецова снова что-то вспоминает, и это что-то пугает её . Значит ли это, что её воспоминания связаны с ней?Костья не знает что и думать. Едва Бэллапереступает порог квартиры, ей сразу же отчего-то становится не по себе. Не так давно они с Артемом и Дашей решили, что им пора жить отдельно, тем более что теперь у них была такая возможность. И поначалу ей нравилось это чувство уединения и спокойствия, но в последнее время возвращение домой немного… пугало её, что ли. Находиться в пустой квартире одному больше не казалось привлекательной идеей. Вот и сейчас её охватывает странное чувство. Она вешает куртку, относит пакет с продуктами на кухню, включает музыку, чтобы разогнать мертвую тишину квартиры, и медленно начинает разбирать покупки. Вот только настроение все равно не было таким радостным, как того хотелось бы. Наверное, каждый из них думал о Костье и том, что с ней произошло. Бэлла действительно никак не может выбросить это из головы. Да, к сожалению, подобные происшествия не были чем-то из ряда вон выходящим, и не одна Костья стала подобной жертвой, но сегодняшнюю новость Кузнецова восприняла слишком близко к сердцу. Бэлла сглатывает. Необъяснимый подсознательный страх сковывает её тело. Голосовые связки, кажется, занемели. В голове за несколько секунд проносится с десяток мыслей, пока не остается одна единственная — странная, но по ощущениям самая правильная из всех. Девушка делает глубокий вдох прежде, чем наконец решается произнести: — Костья? Купер вздрагивает от звучания собственного имени, произнесенного этим прекрасным бархатным так давно любимым им голосом. Сколько раз она представлял, как Бэлла обращается к ней, называя по имени, сколько раз озвучивала её в своей голове… И вот сейчас это наконец-то произошло! По-настоящему. Впервые за все долгие годы Бэлла действительно обратился к ней по имени, а не просто пространственно поинтересовалась у первого попавшегося ей на пути человека, не видела ли она преподавателя. Неосознанно, не успевая как следует подумать над своими действиями, Костья касается клавиши на синтезаторе, за которым сидит, и к её удивлению пальцы не проходят сквозь инструмент. Низкая нота «до» вырывается на свободу и разлетается по комнате. Бэлла снова вздрагивает и, инстинктивно хватаясь за сердце, отходит на пару шагов назад в коридор. Её глаза широко раскрываются от удивления и испуга, и Купер чувствует, как ускоряется её сердцебиение. В глубине души Купер все-таки надеялась, что её предположение окажется ложным… — Это значит «да»? — дрожащим голосом спрашивает она снова. Костья снова нажимает ту самую клавишу — нота «до» звучит почти как «да». — Черт побери, — одними губами шепчет Бэлла и на негнущихся ногах направляется к кровати, не сводя глаз с пустого кресла у синтезатора. Она осторожно присаживается на край кровати, чтобы не упасть, и нервно сглатывает. Что, черт возьми, здесь происходит? Как такое возможно? Она с силой щипает себя за руку, но боль лишь подтверждает, что все происходящее не сон. Что вообще призрак погибшей Костьи Купер делает в её квартире? — Как ты..? Что ты..? Что все..? — вопросы обрываются, слова теряются в бешено потоке мыслей, которые врываются в сознание. «Как ты здесь оказалась? Что ты здесь делаешь? Что все это значит?» Бэлла не знает, о чем спросить сначала? Неужели она и вправду общается с… — Ты призрак? — выпаливает прежде, чем успевает как следует обдумать этот вопрос. Тишина. Купер не знает, как ответить на этот вопрос — она и сам не понимает, кто она. — Да? — Тишина. — Нет? — Снова тишина. — Ты не знаешь, как ответить? Снова в воздух взлетает нота «до». Бэлла шокировано наблюдает за тем, как нажимается клавиша… Как чьи-то невидимые пальцы нажимают нужную клавишу. — О Господи… — опять одними губами произносит она и делает глубокий вдох, чтобы успокоиться. Похоже, что Костья… или её дух…или чем бы она ни была, может отвечать только «да» и «нет». — Это твой взгляд я ощущаю уже несколько дней? Снова «до». Значит, чувства её не обманули, за ней действительно наблюдали. — Ты спасла меня от той машины? — вопрос слетает с губ сам собой. Купер грустно улыбается и снова нажимает клавишу с «до». Бэлла выдыхает — прикосновение было реальным, никакой это был не адреналин. Если бы Костья не потянула ее на тротуар, она бы попала под колеса того автомобиля. Костья спасла ей жизнь… — Спасибо, — тихо произносит Кузнецова визуально пустому стулу. Купер улыбается. Впервые за последние несколько дней. Это невероятные ощущения — говорить с Бэллой. Пусть даже вот так, отвечая на её вопросы нажатием клавиш. Но осознавать, что Бэлла обращается именно к ней, — что-то неимоверное… Кажется, что пустота внутри, нагло охватывающая все её существо после похорон, начинает заполняться чем-то другим, чем-то сродни счастью. Кузнецова чувствует, как атмосфера в комнате меняется — страх отступает, отчаяние гаснет — все-таки друг… — Почему ты здесь? — задает она следующий интересующий вопрос. Костья пожимает плечами, но сразу же спохватывается —Бэлла же не видит её , пусть и смотрит в её направлении — и нажимает на до-диез. — Это обозначение для «я не знаю»? — усмехается уголком губ Бэлла. — Надо же, мы общаемся с помощью музыки… Купер не может сдержать ответной улыбки, хотя она и выходит у неё горькой. Если бы только Бэлла знала, как много Костья хотела сказать своей музыкой именно ей… — Бэлла… — преодолевая опасения в неудаче, наконец произносит Купер, голос ломается уже после обращения — сколько раз она мечтала вот так обратиться к ней, назвать ее по имени… Но Кузнецова никак не реагирует. Её лицо выражает внутреннее напряжение — она обдумывает сложившуюся ситуацию и все еще не верит, что это происходит на самом деле. Разве может Костья винить её за это? Хотя ей обидно, что их общение происходит только в одну сторону. — Почему я? — снова спрашивает Бэлла. Ее лицо слишком серьезное, и Купер понимает, что, отойдя от первого шока, она задает самый главный вопрос, который ее волнует — почему Костья находится именно рядом с ней. Внутри Купер все холодеет, а сразу после этого ее накрывает волна жара. Что она может ответить на это?.. Снова повисает тишина. Бэлла спохватывается, что на поставленный вопрос нельзя ответить ни одним из трех вариантов: ни «да», ни «нет», ни даже «не знаю». Она уверена,что как раз здесь Костья знает ответ, вот только ответить не может. Кузнецова начинает перебирать в голове варианты… — У тебя… есть какое-то незаконченное дело здесь? — ответом служит низкая «до». — Связанное со мной? — Снова «до». Бэлла прячет лицо в ладонях, трет глаза и трясет головой. Она точно не спит? Все кажется слишком невероятным… нереальным. Что может связывать ее с погибшей однокурсницей, которого она никогда не знала и с которой никогда не общалась? — Я тебя чем-то обидела? — это единственное, что приходит в голову. В ответ тишина. Вопрос застает Купер врасплох. Она никогда бы не подумала, что Бэлла может спросить её о чем-то подобном. И как ответить на этот вопрос? Конечно же, она никогда не обижала её намеренно, но именно по отношению к ней Костья испытывала чувства, которые по большей части ранили и причиняли ей боль… — На этот вопрос можно ответить однозначно, — растерянно уточняет Бэлла, и её лицо приобретает озадаченное выражение. — Да или нет? Высокая «си». Кузнецова облегченно выдыхает. Хорошо, она здесь не для того, чтобы отомстить или проучить её , не для того, чтобы превратить её жизнь в кошмар. Но какое тогда дело держит Купер здесь? И какое оно имеет к не отношение? — Ты должна мне что-то расказать? — снова пробует угадать Бэлла и, к своему удивлению, слышит совершенно новую ноту — фа-диез. — Это что… «возможно»? Костья удивляется тому, насколько легко Бэлла понимает её , насколько легко читает, или точнее слышит, её послания, словно она действительно произносит слова. — И ты пока не знаешь, как? — пораженно интересуется Кузнецова, чувствуя, как по коже отчего-то ползут «мурашки» — слишком странно говорить с пустотой, у которой есть разум, с которой они отчего-то так хорошо понимают друг друга. Рука Купер на секунду замирает над клавишей, а потом нажимает на низкую «до. Бэлла судорожно вдыхает и расстегивает верхнюю пуговицу на воротнике рубашки — трудно дышать. Что такого важного он должна ей сказать, что из-за этого осталась здесь в виде… призрака? Купер понимает, что отступать уже поздно. У неё был шанс еще вчера, когда она промолчала. Тогда она еще могла оставить Бэллу в покое. Но сегодня она все равно пришла искать убежища от пустоты и отчаяния к ней. И теперь Кузнецова знает о её существовании и ждет объяснений. — Я обязательно найду способ все тебе рассказать… Бэлла, — тихо произносит Костья, улыбаясь от того, как прекрасно произносить ее имя