Сберегу

15 января, 2013 Сегодня я столкнулась с ней прямо на лестнице! Звонок уже прозвенел, я опаздывала, и она, похоже, тоже. Летела сверху и едва не сбила меня с ног. Я просто приросла к полу и как идиотка смотрела на неё , чувствуя, как горячая волна накрывает все тело. Надеюсь, что она не заметила, как я покраснела! В тот момент я действительно была готова сказать ей «привет», но она убежала так быстро, что я так и осталась стоять там… Прогуляла урок, просидев в туалете. Наверное, это глупо отрицать… думаю, она правда нравится мне… Я каждый день залипаю на неё , стоит ей оказаться где-то поблизости, а когда нет, то я сильно надеюсь, что она окажется. Черт, она постоянно в компании своих одноклассников … Хотя я не думаю, что смогла бы подойти и познакомиться. Но когда наши взгляды случайно пересекаются, кажется, сердце пропускает удар. Не знаю, как иначе это объяснить, потому что в этот момент дыхание перехватывает, но я почти сразу же отвожу глаза... мне кажется, что она все поймет… 14 июля , 2013 Сегодня у неё день рождения… Как всегда, в центре внимания. Видела, как Дима с Сашей и девчонки из нашего класса ее поздравляли. А стена ВК вообще завалена поздравлениями, как и лс, я думаю. Куда пропала вся моя решимость поздравить ее?.. Мое банальное поздравление, скорее всего, просто затеряется среди остальных. Да и странно, мы ведь с ней не знакомы… Эх, была бы я немного смелей… 20 июля , 2013 Сегодня мы столкнулись с ней в коридоре в музыкалке! Я опаздывала на сольфеджио, но она остановила меня. Я думала, что сердце выпрыгнет из груди. Руки так тряслись, а голос куда-то пропал. Наверное, я снова покраснела. Было страшно, что она узнает меня и поймет, что я записалась туда из-за неё . Я думала,что именно поэтому она меня и остановила, но она лишь спросила, не видела ли я какого-то Семена Васильевича. Я чувствовала, что не могу открыть рот и сказать что-то вразумительное. Это было ужасно! Мне так хотелось завести с ней нормальный разговор, один из тех, которые я так часто придумываю в голове, но вместо этого заикалась на простом «я не знаю такого». И прежде, чем я смогла взять себя в руки, она уже ушла… Снова! Какая я же я идиотка! Я снова упустила прекрасный шанс 25 мая, 2013 Последний звонок… Раньше выдыхала с облегчением, что почти три месяца не нужно будет ходить в школу и видеться с одноклассниками, а сегодня как-то грустно. Не увижу ее целое лето… Хотя, может, оно и к лучшему — вдруг это наваждение пройдет, и меня не будет передергивать от одного ее появления в поле моего зрения… 29 июля, 2013 Всё, что между нами — это нити наших снов. Это выше, чем цунами и больнее, чем любовь. Только миражи, всё равно держи — Любовь мою, держи. 23 ноября, 2013 Ты же знаешь, что это возможно, посмотри на свои следы. Не касаясь Земли, осторожно — дальше вместе, лишь я и ты. Ты же видишь, как это красиво! Не проси, я уже с тобой. Я люблю тебя, кажется, сильно — ласковый берег мой. Я держу тебя за руку крепко. Прыгнем с самой высокой горы! Разлетится, останется ветром; нам салюты — цветные шары. Ты же видишь, как это красиво! Не проси, я уже с тобой. Я люблю тебя, кажется, сильно — ласковый берег мой. 2 июня, 2014 Ну вот и все… Школа позади, как и люди в ней, как и мои безумные фантазии. Ночью я была слишком пьяна для того, чтобы бояться и переживать за последствия. Господи, я правда была готова подойти к ней и все рассказать! Признаться, что влюблена в него вот уже полтора года, и пусть бы понимала это, как хотела. Я серьезно была готов прижать ее к стенке и поцеловать! Не представляю, что было бы, если бы я все-таки это сделала… Наверное, она бы ударила меня (зато этот выпускной точно не забыл бы никто). Но я так ничего из этого и не воплотила в жизнь… 2 июня, 2018 А я однажды сгорел к тебе, солдат бумажный, Оставил след дождем вчерашним, Остался тем, кто есть… Это была последняя запись в дневнике. Разве могла Костья подумать, что меньше, чем через месяц ее не станет?.. Бэлла продолжает держать дневник, скользя невидящим взглядом по последних строчках. Мягкий свет заката неумолимо тает — сумерки уже захватывают комнату и заполняют ее своими тенями. Так же, как написанные слова наполнили тенями недоверия и неизбежного осознания ее душу... Странное чувство того, будто она держит в руках частичку Костьи (её душу!) после прочтения только усилилось. Бэлла внезапно ловит себя на том, что ее руки слегка дрожат. Неужели Купер знала ее столько лет? Неужели все это время она была так безнадежно отчаянно сильно влюблен в неё?.. Бэлль пробует это слово на вкус — влюблена... влюблена... влюблена... Костья был влюблена в неё ! Целых шесть лет! А она даже и не подозревал об этом. Да что там, она даже с самой девушкой не была знакома, разве что видела когда-то в школе и мельком в университете, но даже не задумывался о том, что это один и тот же человек. Она была абсолютно безразлична к ее особе... Так холодно безразличена... Осознание неумолимо приходит, но мысли все еще хаотичны и путаны, все еще не укладываются в голове. Костья наблюдала за ней. Костья ревновала ее к девушкам . Костья посвящала ей свои стихи и песни. Костья поддерживала ее все это время… Костья любила ее, несмотря ни на что происходящее в ее жизни… Кузнецова чувствует, что не может дышать. Все это слишком! Ей нужен свежий воздух. Блондинка наконец закрывает дневник и встает. Тело затекло от неподвижной позы, в которой она сидела последние полчаса, дочитывая написанное. Бэлла направляется на балкон, захватив с подоконника пачку сигарет. Машинально вытягивает оттуда одну и зажигает. Делает пару затяжек, выдыхая дым в сизое вечернее небо. Да, определенно ей нужен никотин, чтобы успокоиться и навести порядок в своей голове. Когда она думала о том, что ей должна была рассказать Купер , что задержало ее в этом мире, Бэлла полагала, что это какая-то ситуация, сложившаяся между ними, о которой она сама ничего не помнила. Но никак не чувства длиною в целых шесть лет! Блокнот все еще в ее руках. Кузнецова открывает его и снова листает страницы, словно они могут подсказать ей, что делать дальше, как относиться ко всему написанному и как вести себя с Костьей. Зачеркнутые фразы, порванные кончиком ручки листы бумаги, размытые слова… В этом дневнике будто и вправду жила частица души Купер : отчаявшаяся и израненная. Та часть, которую она прятала глубоко внутри и не позволял никому увидеть. На глаза снова попадается запись-крик души о том, чтобы Бэлла оставила ее в покое и исчезла из ее жизни, наконец отпустил ее… Это была настоящая истерика, и Кузнецова невольно представляет себе Костью , которая в состоянии опьянения дрожащей рукой пишет эти строки, а ее трясет от злости… Бэлла всматривается в постепенно заполняющие своим светом огни города. Стоит на балконе так долго, пока не докуривает сигарету до конца (надо же, из-за неё Костья тоже подцепила эту пагубную привычку). Так долго, пока не начинает замерзать от прохладного вечернего воздуха. А когда возвращается в комнату, понимает, что она там уже не одна… Купер сидит на полу там, где она всегда сидела, показывая Бэлле воспоминания своей жизни, вот только сейчас Кузнецова наконец ее видит, отчего вздрагивает и снова, как в первый раз, инстинктивно хватается за сердце, которое начинает биться чаще. Она такая, какой Бэлла ее всегда и представляла — смуглая кожа,множество татуировок , каштановые волосы, застенчивая извиняющаяся полуулыбка. На ней черные джинсы и черная толстовка, Бэлла невольно усмехается — это так похоже на ее собственный стиль... Неужели Костья переняла у неё и любовь к черной одежде? Купер робко смотрит на неё , не понимая, какие чувства скрываются за опешившим видом и этой неожиданной усмешкой. Ей хочется привычно натянуть на голову капюшон, словно она поможет ее спрятать. Как и черная одежда в целом, которая всегда служила ей своеобразной броней, словно скрывала от постороннего взгляда ее внутренний мир… Надо же, она столько дней мечтала о том, чтобы Бэлла наконец не только ощущала ее присутствие и прикосновение, но и смогла увидеть, но сейчас снова вернулся страх. Отступать больше не было куда — спустя столько лет и столько пережитых моментов они встретились лицом к лицу. — Привет, — с трудом произносит Кузнецова , сглатывая. Та Костья была другом, эта — больше, чем друг. Костья несмело улыбается в ответ. — Привет, — произносит она. Ее голос звучит, и Бэлла его слышит. Спустя столько лет... Девушка чувствует, как к горлу подступают слезы и делает глубокий вдох. —Ты не злишься? — За что? Это ты должна злиться на меня. Я совершенно не замечала, что в моем мире есть человек, для которого я так много значу… — Ты не обязана был знать... И отвечать на мои чувства тоже не обязана, — голос Купер дрожит, слезы подступают к горлу, и она больше не в силах с ними бороться — глаза становятся влажными. — Ты — лучшее, что было в моей жизни. Ты и музыка. Бэлль сглатывает ком в горле, но не может произнести и слова. Слишком много боли в голосе Купер , и она не знает, как с ней справиться. —Знаешь, я находила себя в твоих песнях, как будто ты писала их обо мне, хотя я и знаю, что это не так... Но мои песни... написаны для тебя, — грустно улыбаясь, произносит Костья. У Бэллы перехватывает дыхание. Купер доверяет ей свою музыку, свое сердце, свою душу и ничего не просит взамен. Едва уловимая робкая улыбка. Костья решается сделать то, что не раз представляла в своих мечтах. Свободной рукой касается щеки Бэллы и, не встречая абсолютно никакого сопротивления, пальцами скользит к скуле, уголку глаз и возвращается вниз к уголку губ, очерчивает линию подбородка, изучая ее кожу, каждый сантиметр такого любимого и давно желанного лица. Бэлла чувствует, как руки Костьи дрожат от желания и возможности ее осуществить, и позволяет ей и дальше прикосновениями изучать свое лицо. Отпускает ее руку, освобождая ее, и в следующий миг чувствует ее на второй щеке. Пальцы касаются ее губ, и Бэлла видит, как Купер заливается краской, когда она шумно выдыхает. А затем от подбородка плавно опускаются на шею, обжигая своим холодом. Бэлла слегка вздрагивает, но остается сидеть неподвижно, наблюдая за тем, как лицо Костьи все приближается. Когда между ними остается буквально сантиметра четыре — непозволительно близкое расстояние, когда отступать уже поздно, она на мгновение замирает, словно снова спрашивает разрешение и, не встречая сопротивления, сокращает эту дистанцию, накрывая своими губами губы Кузнецовой. Внутри взрываются фейерверки, ликование затапливает собой все тело, от губ и кончиков пальцев до самого сердца. Адреналин вливается в кровь. Бэлла понимает, что не чувствует к Купер того же, что она к ней. Понимает это так четко, что от этого становится больно. Насколько все было бы проще... Она не может дать ей ничего больше этого поцелуя. Такого желанного долгие годы. Первого и последнего. И когда Костья начинает отстраняться, Бэлла не отпускает, на какую-то секунду слегка захватывая ее нижнюю губу. Даже не поцелуй, а полупоцелуй... Купер выдыхает, смешивая их дыхания, и отстраняется. В ее глазах удивление смешивается с благодарностью. Бэлла понимает, что прямо здесь и сейчас они прощаются. Больше не будет разговоров через синтезатор, больше не будет картинок прошлого и впечатлений в голове от прикосновений, больше они не будут ждать друг друга дома... Костье пора уходить. Ее руки соскальзывают с шеи Кузнецовой и безвольно падают. Оба понимают, что этот момент настал, хотя это осознание и не поддается рациональному объяснению, оно просто есть. Несколько раз Бэлла порывалась сделать это, но перед собой видела лишь воздух. А теперь она сидела прямо перед ней и Купер наконец могла ее обнять, поделиться с ней своим теплом... — Я тебя сберегу, Костья. Я буду тебя помнить, — тихо произносит она, сильнее сжимая ее в объятьях. Купер не заслужила ничего из того, что с ней случилось. Она заслуживала долгой и счастливой жизни, признания, настоящей взаимной любви... Она заслуживала кого-то лучше, чем девушку, которая никогда не замечала ее существования, пока она не умерла. Костья чувствует, как глаза наполняются слезами. До чего же парадоксально и иронично — она еще никогда прежде не чувствовала себя более живым, чем сейчас... Она отстраняется, продолжая держать Бэллу за плечи, и в последний раз заглядывает в эти штормовые глаза, которые перевернули ее мир с ног на голову. — До встречи в следующей жизни... Ком в горле не дает говорить, да и слов больше нет. Костья просто ерошит смоляные волосы и целует ее в лоб — «я с тобой навсегда». Если так суждено, они найдут путь друг к другу сквозь время и пространство. И, может, в следующей жизни им повезет больше... Я тебя найду среди сломанных стен, С нас небо рисует странные тени. И мы с тобою танцуем в этой пустоте, Я тебя сберегу!