Пока падает дым

Падать с обрыва вовсе не страшно. Над головой - чистое небо, на нем нет ни единого облака. Взгляд скользит по нежной голубизне и не на чем ему остановиться. Падать с обрыва вовсе не страшно. Ветер, который совсем недавно тихо шуршал, теперь срывается вместе с телом. Воздух тщетно пытается удержать, толкая в расслабленную спину изо всех сил. Падать с обрыва вовсе не страшно. Красные волосы трепещут волнами, устремляясь ввысь. Раскрытая ладонь в последний раз сжимается, пытаясь ухватить голубое полотно перед собой. Падать с обрыва вовсе не страшно. Сердце почти не стучит, лишь иногда вспоминая о том, что кровь еще не застыла в жилах. Воздух лишь покидает легкие, вовсе не пытаясь попасть вовнутрь вновь. Падать с обрыва вовсе не страшно. Страшно не упасть. Когда время отказывается двигаться, останавливая мысли на каждой детали. Когда глаза смотрят на замерший край земли, который так и не желает удаляться прочь. Было ли специальным это падение? Нет, вовсе нет. Неудачное движение. Отлетевший клеймор. Толчок. Может, взрыв? Калейдоскоп мыслей остановился вместе с последним шагом по твердой поверхности. Было ли специальным это падение? Да, скорее всего - да. Его случайное начало, которое превратилось в свободный полет, он никак не пытался прервать. Можно было бы попробовать перевернуться. Можно было бы достать планер. Можно было бы… Но был бы в этом всем хоть какой-то смысл? Лишь падая, Дилюк понимал, что некому схватить его за руку. Некому крикнуть в пустоту, со страхом в глазах, когда он сорвался. Длинные ресницы продолжали дрожать после того, как он опустил веки. Сознание померкло куда раньше, чем спина почувствовала последний сокрушительный удар. Странное холодное тепло окутывало Дилюка. Он с удивлением приоткрыл глаза и обнаружил себя лежащим на чужих коленях. Лицо человека над ним, который задумчиво смотрел куда-то вдаль, было незнакомым. Дилюк попробовал пошевелиться и понял, что до земли он в итоге не долетел - боль если и была, то только от тех ран, которые он успел получить в бою. Движение привлекло внимание незнакомца. - Очнулся? Как себя чувствуешь? - голос раскатился по миру, по какой-то причине пробирая Дилюка до глубины души. - Да, - собственный голос был словно чужим, куда более чужим, чем у человека с янтарными глазами перед ним. - Помнишь, что произошло? - Дилюк вновь ощутил холод с теплом, когда рука в перчатке коснулась его лба, чтобы убрать прядь волос. - Смутно, - захотелось соврать. Сейчас он и сам для себя не мог объяснить собственное поведение. Почему же он летел до конца? - Понимаю. Рагнвиндр задумался - действительно ли его понял незнакомец? А если и понял, то насколько? Свет янтаря не давал отвести взгляд, слишком сильно маня. Разодранная собственными мыслями и действиями душа Дилюка словно успокаивалась, когда он видел это спокойное сияние. Он попробовал пошевелиться вновь, но незнакомец остановил его. - Ты, конечно, можешь уйти, но я бы советовал тебе еще немного отдохнуть. - Почему? - Рагнвиндр действительно не понимал, по ощущениям с телом было все в порядке. - У тебя было довольно сильно вывихнуто плечо. Будет больно идти сразу. Больно? Но боль уже давно стала чем-то привычным. Почему кто-то случайный задумался о его боли? Пусть и только о физической, но подобного не было с Дилюком уже очень давно. Сердце странно сжалось в груди. - Нет, нормально будет, - он хотел подняться с чужих колен рывком, но холодное тепло рук незнакомца было быстрее. Дилюка подняли осторожно, помогая сесть удобнее. - Тогда, береги себя, - теплый свет янтаря в чужом взгляде, который Рагнвиндр успел потерять на несколько секунд, вновь приманил его. Дилюк почувствовал себя мотыльком, летящим на пламя костра. Но ведь огнем был он сам, разве нет? - Спасибо, - Рагнвиндр вновь почувствовал себя неловко от чужой заботы, - могу я узнать твоё имя? - Чжун Ли, меня зовут Чжун Ли, - незнакомец улыбнулся Дилюку тепло и мягко, - а тебя? - Дилюк. Дилюк Рагнвиндр. - Что ж, это имя мне известно, - почему же Дилюка совсем не порадовало это? Почему хотелось оставаться для него таким же: неизвестным, случайным? - Славные вина из вашей винокурни, мастер, довольно сильно ценятся у нас в Ли Юэ. - Рад слышать, - мысли пронеслись с поразительной скоростью: Ли Юэ? Здесь? Как он здесь оказался? Где они вообще? Дилюк впервые оглянулся по сторонам. Вокруг были остатки лагеря, в котором он дрался перед падением. Слова сорвались с уст до того, как он это успел понять, - что-то мы высоковато, думал что должны быть внизу. - Ну, иначе, - Чжун Ли обернулся и взял из-за спины клеймор Рагнвиндра, - ты бы не смог забрать его. - О, - на что-то более связное Дилюка не хватило, - спасибо... Новое необычное. Кто вообще задумался бы о чужом мече? Зачем вообще было о нем думать? Всегда можно выковать новый, ради этого не стоило бы зачищать лагерь хиличурлов. Стоп. Зачищать лагерь? Дилюк по-новому взглянул на Чжун Ли. Значит, он еще и умелый воин. Рагнвиндр взмахнул мечом так, чтобы сработала магия исчезновения. Воин. Не слишком ли мягким он казался Дилюку сперва? Вопросы копились в голове с поразительной скоростью. - Все же, у меня не получается смолчать, - Чжун Ли поднялся с земли и прошел несколько шагов. Теперь он стоял к Дилюку спиной, подняв голову к небу, на котором теперь были белые барашки облаков, - пока я не знал кто ты, у меня были сомнения. Но умелый воин из Мондштата, бывший рыцарь, который не сопротивляется? Почему? - Хотел бы я и сам знать ответ, - значит, думал Дилюк, понял Чжун Ли гораздо больше. Ответ, который Рагнвиндр осознал ещё в падении, давать вовсе не хотелось. Вспоминая теплый свет янтаря, Дилюку хотелось быть не таким разбитым внутри перед ним. - Всегда есть другой путь, - Чжун Ли не оборачивался. Его голос стал тише. Казалось, что если сейчас прошуршат листья на кронах, то невозможно будет ничего разобрать. - Даже если этот путь кажется странным? Нелепым? Непонятным? - Дилюк тоже поднялся с земли и застыл в неуверенности. - Если заранее знать все развилки дорог, то будет ли это настоящим путем, который проложишь ты сам? Туманный ответ не придавал решимости Рагнвиндру. Задавать новый вопрос, чтобы вновь получить зыбкое нечто, он не осмелился. Дилюк почувствовал, словно ему в руки бросили призрачную нить. Теперь надо было плести узор или свернуть клубок, чтобы вернуть нить обратно. Несколько шагов, в ту же сторону, где стоял Чжун Ли. Руки Дилюка словно сами по себе скользнули на его талию. Неуверенные объятия для того, кто сейчас собирал его разрозненную душу и тревожил сердце. Холодное тепло поверх собственных пальцев сперва испугало. Но руки Дилюка не отбросили, а лишь притянули сильнее, делая объятие глубже. - Видел ли ты когда-нибудь, как падает дым? - Дым? Падает? - Да, - Чжун Ли кивнул, - он взлетает в небеса, так высоко, как не может ни одна птица. И там, он остывает, становится пылью. Мелкими крупицами, что падают вниз. Дым, который забыл, что был огнем, становиться единым с землей. - Интересно, - Дилюк и правда задумался, - но зачем ты рассказал мне это? - Пока падает дым, земля всегда будет ловить его в свои объятья.