Романтика и пельмени

Игорь уже долгое время вообще никого не звал на свидания. Ну как долгое, всю жизнь. Неловкое молчание, которое будет висеть в воздухе, попытки найти тему для разговора и всё такое, ну зачем это ему? Так думал Игорь долго, пока не встретил свою занозу в заднице, своего стажёра, любовь своей жизни, художника не от слова «худо», Диму Дубина, у которого явно шило в одном месте и обострённое чувство справедливости. Нельзя сказать, что их отношения развивались медленно. Нет, они развились быстро и легко, когда после ареста Разумовского, Дима подошёл к нему, когда он был один и поцеловал. Игорь тогда стоял как валенок у доски и молча открывал рот. Но после глубокого самоанализа и ещё нескольких поцелуев в губы, Игорь, собрав всё своё мужество в руки, пригласил Диму... поесть шаурмы в выходные, Юля тогда только у виска покрутила, мол, больше идей для свидания не нашлось. Игорь это за свидание не считал, они просто поговорят и поедят. В тот день они попали под дождь, шаурму так и не съели, зато успели друг другу объясниться, даже без мата обошлось, мат заменили жаркие поцелуи, контрастирующие с холодным проливным дождём. И всё же, это было не совсем свидание, как считал Игорь. Если бы Игорю сказали, что он будет волноваться перед свиданием с парнем, Игорь бы рассмеялся, а потом и в зубы дал. Сейчас, когда Дима аккуратно вешал синюю куртку на вешалку, Игорю было не до смеху, но и не до волнения. Игорь делом занят, он тесто для пельменей месит. Романтическое свидание с ужином в ресторане это конечно хорошо, но это ещё и денег стоит, а вспоминая денежные доходы Игоря... Да и чем лепка пельменей не романтика? Игорь чуть вздрагивает, когда Дима обнимает его со спины, но не отстраняется, остаётся на месте. Дима утыкается ему носом между лопаток и честно, это приятно, хоть и немного щекотно. — Так, мы будем так стоять, или делом займёмся? — с напускной строгостью в голосе спрашивает Игорь, Дима что-то мычит ему в спину и отходит. — Конечно, займёмся делом! Давно пельмени не лепил, — Дима подходит к раковине и моет руки. За окном сегодня ветер и дождик, а в квартире тепло, и чувство какого-то покоя не покидает Игоря с утра. Он заканчивает с тестом, закатывает рукава рубашки и принимается за дело. Дима присоединяется к нему и тоже втягивается в работу. — Я вообще-то хотел сам, но, — Игорь чуть мнётся с дальнейшими словами. — Ты хотел сам слепить пельмени, для меня? — удивлённо спрашивает Дима и начинает улыбаться во весь рот. Игорь чувствует себя не то идиотом, не то школьником. Игорь никому никогда не готовил, Игорь никогда не звал никого на свидания, а теперь это всё для Димы. Дима он... особенный, это наверное как-то слишком заезженно, но да, Дима для него особенный. Вот такой вот обычный живой человек со светлыми волосами, с очками на носу, с голубыми глазами, он для сурового майора Игоря Грома особенный. Игорь молча добавляет в тесто фарш, стараясь игнорировать как Дима на него смотрит. С улыбкой, сверкая глазами из-под очков. Такой чудесный момент, а вот язык Игоря, это враг Игоря, ибо Игорь - мужлан. — Сидим, как на похоронах, — да, отличное сравнение, Игорь, браво. — Расскажи хоть что-нибудь. — О, я расскажу тебе о тех двенадцати холодильниках! — улыбается Дима, снимая очки и потирая переносицу. Игорь чуть-чуть улыбается и закатывает глаза, мол, рассказывай.

***

Пельмени готовы, стоят, дымятся, ждут их. Игорь и Дима снова целуются. Они сидят на полу перед огромным окном и целуются так, словно за ними кто-то гонится, вот сейчас придёт и растолкает по разным углам. Никто не приходит, дождь стихает, тучи расходятся, руки Игоря притягивают Диму к себе. У Димы чуть холодные ладони, но Игорю сейчас это нравится, эти холодные ладошки, что гладят его по щеке. — Так, мы... вообще-то есть собирались, — через силу выговаривает Игорь, пока Дима целует его в шею и обнимает за плечи. Дима мурчит как кот, и Игорь ощущает себя сметаной. — Дим, Дим, ну, — еле-еле отрывает он от себя парня, подавая его очки, а сам ищет глазами свою рубашку, которую кое-кто решил снять за ненадобностью. Дима берёт в руки тарелку с пельменями, тихо шикает «горячо» и ест. Игорь всё-таки находит свою рубашку, она закинута за диван, надевает её и садится рядом с Димой. Они оба заняты едой, стоит тишина, только ложки стучат об тарелки. На Игоря сыплется штукатурка. Дима смеётся. Игорь сначала хмурится, но когда штукатурка сыплется и на Диму, который вскрикивает от удивления, начинает смеяться сам. Завтра Игорь хочет, чтобы они проснулись вместе.