Лучшие враги

      Лучшие враги — так их все называли. Они никогда не могли поладить. С самой начальной школы у этих двоих всегда происходили какие-то стычки, из которых оба выходили побитыми и злыми. Для всего класса это стало уже традицией — разнимать Арину и Леви. Постоянно избитые ребята могли поссориться из-за любой мелочи, начиная с того, что кто-то не так дышит, и заканчивая тем, что кто-то разбил кому-то нос. Это же происходило и в десятом классе.       Перемена закончилась ещё минут семь назад, учителя в классе не было, а Аккерман и Эванс снова придумали, из-за чего поругаться на этот раз. Постоянно нанося друг другу не очень значительные побои, одноклассники вышли в коридор. Ребята ругались тихо, чтобы никто не услышал, но в сторону каждого через раз летели ласковые слова. — Идиот, да тебя с таким ужасным характером ни одна девушка не сможет полюбить, потому что ты обращаешься со всеми, как со скотом! — процедила Ари, оттолкнув от себя брюнета, который чуть не повалился на пол.       Голубоглазая довольно усмехнулась, и победно сложила руки на груди, смотря на то, с какой яростью Леви сжимает кулаки. Парень посмотрел в сторону девушки холодным взглядом. По коже Эванс пробежали мурашки, но она не показала этого. — Ах ты, мелкая дрянь, — от злобы прошипел Аккерман и, быстро подойдя к Арине, простыми движениями рук прижал ее к стене, — тебе ещё хватает смелости не следить за своим поганым языком… — Леви сильнее сжал её шею, приблизившись к лицу. — Чёртов подонок… — хрипя, прошептала Эванс, пытаясь оторвать от себя руки брюнета. — Из вас бы получилась замечательная сладкая парочка, — чей-то голос послышался слева.       Повернув голову, Аккерман увидел их общую одноклассницу, Пик. Девушка стояла неподалёку, сложив руки на груди и наблюдая за тем, как эти двое снова устроили разборки. — Ребят, да вы бы видели, какую позу сейчас приняли Арина и Леви… — начала говорить девушка, открыв дверь кабинета. — Твою мать! — крикнули оба, после чего разбежались.       Арина, завернув за первый поворот и открыв дверь, сразу же оказалась в женском туалете. Она заперла за собой дверцу и, уперевшись в нее спиной, медленно скатилась на пол.       Леви в это время благополучно убежал на лестницу и остановился на верхних ступенях, не желая спускаться ниже. Дыхание немного сбилось, но не только это мешало ему.       В голове ребят после слов Пик мигом пронеслась одинокая, но достаточно слащавая мысль:

«А может…»

Один год спустя Май

      В школе была тишина. Только изредка можно было услышать одинокий скрип двери кабинета номер семнадцать. Внутри стояли парты, на которые были подняты стулья; на столе учителя лежал классный журнал одиннадцатого класса; слабо покачивались шторы, так как форточка была открыта для проветривания; на полу валялись несколько ручек, а где-то под столом учителя — пара смятых бумажек.       В конце кабинета находился классный уголок. На нем были разные списки, памятки и фотографии всего класса… Только в самом низу висела фотография двух подростков. Два улыбающихся и обнимающихся человека. Смущала только небольшая черная полоса в нижнем углу фотографии.       Арина и Леви начали встречаться в ноябре прошлого года. Все тогда радовались, потому как вечные ссоры между этими двумя наконец-то закончились. Но ошибкой стал роковой день в середине декабря, сразу после дня рождения Ари. Ребята переходили дорогу, как вдруг какой-то пьяный водитель проехал на красный светофор. Эванс и Аккерман погибли на месте, скорая не успела приехать…       С того момента прошло уже почти полтора года. Лучшие враги — так их все называли. Даже после смерти…