One Empire, Free Of Charge - Technoblade et al. v The World

Саут-Энд должен был стать удалённой портальной станцией. Не более того. Ничего другого от них и не ожидалось. Он не был… он не был готов к чему-то большему. Он еще не был готов. … Мы не были готовы. Я не… – Я не был готов, – голос Ашера эхом отдаётся в крохотном пространстве пустой бочки. – Я не был готов, я не был… Его крылья слабо трясутся, перья глухо стучат о дерево. Если он не сможет успокоиться, этот звук выдаст его местоположение. Сейчас самое главное не потерять сознание… … Иначе он умрёт. Это жалко, он знает – человек с тремя полноценными жизнями боится умереть. Но он думал, что Саут-Энд безопасен, он думал, что это место нельзя так просто взять штурмом. Но всё же это произошло. А теперь Ашер умрёт. Он умрёт в одиночестве, его распотрошат как рыбу, прямо в этой бочке. Но даже если это произойдёт, всё будет в порядке, правда? Он просто очнётся в отсеке возрождения, и всё будет в порядке. Только если отсек возрождения не повреждён. Только если отсек возрождения не захвачен, и враги просто не ожидают там, чтобы поймать их после респауна и отнять каждую жизнь по очереди. Если всё пройдет хорошо, он будет в порядке, и кто-то узнает, что он сбежал со своего поста как трус, и все будут разочарованы в нем, не так ли? Разочарование, разочарование, разочарование, РАЗОЧАРОВАНИЕ, РАЗОЧАРОВАНИЕ. Они сражаются. Где-то снаружи он слышит чужие крики, доносящиеся сквозь его самодельную дребезжащую клетку. Глупо, но он жалеет, что у него с собой нет арбалета. Хотя это оружие было бы абсолютно бесполезным в условиях ограниченного пространства. У него даже не хватило бы места, чтобы натянуть тетиву. Крик внезапно переходит на другую ноту. Страх липнет к его спине противным холодным комом. Раздается звук заряжающегося арбалета. Очень громкий звук. Несколько глухих выстрелов пробивают стену. Крики обрываются. Шаги неестественно щелкают по направлению к его укрытию, сопровождаемые пыхтением гончих. А потом всё затихает. На мгновение Ашеру кажется, что опасность миновала. Чья-то рука неровно стучит по крышке бочки, прежде чем открыть её. – Боже милостивый, как ты вообще туда залез? Ашер вскакивает из тесного пространства, как заведённая пружина, слепо вонзаясь в ближайшую открытую поверхность. Командор Блейд медленно моргает и смотрит на маленький нож, неглубоко вошедший под его рубашку. – Знаешь… – Глухо бормочет он. – Думаю, это справедливо. – О боги, – хрипит Ашер. – Вы в порядке? – Похоже, меня слегка пырнули ножом, – тупо замечает командор Блейд со всем энтузиазмом человека, комментирующего погоду. – Мне очень жаль, сэр. Командор Блейд издает неопределенный звук. – Я здесь больше никого не чую. Есть ещё какие-нибудь укрытия, о которых мне стоит знать? – Нет, сэр, – стыдливо отвечает Ашер. – Здесь только я. Что… что случилось, сэр? – Группа диверсантов прорвала нашу оборону, вот что. Мы с Филом вернулись сразу, как узнали об этом. – Из горла командора Блейда вырывается короткое рычание. – Не могу поверить, что такие идиоты смогли попасть на нашу базу. Нам нужно будет проверить систему безопасности, когда все утихнет. – Он снова смотрит на Ашера. – Ты в порядке? – Я… – У Ашера перехватывает дыхание. – … Мне очень жаль, командор. Я убежал. Я не держал оборону, я… я оставил свой пост. Техноблейд поправляет ремень своего арбалета и только теперь Ашер осознает, насколько он массивен. Неудивительно, что никто кроме командора Майнкрафта не смог дать ему достойный отпор. Золотое клеймо на его голове сверкает величественно, как настоящая корона. – Ты жив, – гудит Блейд. – Это всё, что мне от тебя нужно. Давай вернёмся к остальным. Пауза. – И, может быть, заглянем в медотсек, – резко добавляет он, – потому что, если я попытаюсь вытащить этот нож самостоятельно, командор Майнкрафт оторвёт мне голову. Ашер смеется и делает вид, что за этим смехом не следует угроза слез. – Да, сэр. (Позже Ашер будет одним из тех солдат, которые позволят себе смеяться с некоторым облегчением, когда командор Блейд будет пытаться успокоить разгневанного командора Майнкрафта, убеждая его, что он сам получил это ножевое ранение по неосторожности.) Они живы. На данный момент это всё, что имеет значение.