Сумерки: до, между, после

      Заходящее солнце окрашивало и не без того красноватую пустыню в ещё более насыщенный оттенок. Это даже было красиво, учитывая контраст: пустыня и рядом зелёное, кипящее жизнью, ранчо.       Особенно поразительный вид открывался с нагретой крыши большого дома, куда мне пришлось взбираться по лестнице.  — Что, совсем разучилась быть ловкой? — весело улыбнулся дядя, подавая мне руку.  — А если я тебя скину сейчас с крыши, ты свернёшь себе шею? — вопросом на вопрос ответила я.  — И как всегда мила.       Я лишь ухмыльнулась, отходя от края крыши и смотря на людей внизу. Тейт тоже нас заметил, помахал рукой и поспешил к отцу. Джошуа одарил меня мрачным взглядом. Мы так и не поговорили, когда я поняла, кто он на самом деле: приезжать на свадьбу он отказался, как рассказывал дядя, и даже Минди не пустил, хотя она хотела, потом нас очень долго не было, больше года, а сейчас, когда мы, наконец, добрались до Нью-Мексико, просто-напросто не было времени, а ещё я охотно избегала любых разговоров с ним.       Зато Тейт, задорный мальчишка, весь светился радостью и оптимизмом, он быстро нашёл общий язык с Сетом и даже не подозревал, что у него есть единокровные братья, и что один из них здесь, рядом с ним.       Присев рядом с Питером, я согнула одну ногу в колене, наблюдая за небом. Мы оба молчали, но это не было напрягающим. Иногда нужно просто помолчать вдвоём, а с Питером Хейлом мы делали это часто. — О чём задумалась? — О детях. — Что решили? — глянул на меня Питер. Я посмотрела в его холодные глаза. — Решили не скрывать от них ничего. Я имею в виду оборотней. В большинстве случаев трансформацию легче пережить, когда знаешь и подготовлен, а их это ждёт. — Маленькие чудо-дети, — хмыкнул Хейл. — Магия квилетов будет с ними с детства. И не мудрено, ведь и они гибриды.  — Прости, я перестала тебя понимать, — покачала я головой, посмотрев в сторону. Хорхе загонял лошадей в конюшню. Дядя усмехнулся, устраиваясь поудобнее.  — Я долго думал по этому поводу. По идее, гибридами должны были быть мы: я, Талия и Кэтрин, но что-то пошло не так. Ген изменяющихся не передался нам от нашей матери, либо же не пробудился. Чего не знаю, того не знаю. Хотя с Кэтрин всё ещё сложнее, у ней был другой путь, сама знаешь.       Я ничего не ответила, вновь обратила на него взгляд, продолжая слушать.  — Я только потом узнал от матери, что ген может пробудиться до двадцати пяти лет, ты знала об этом?  — Уже знаю, прочитала в записях Карвера, — ответила я. Питер удовлетворённо кивнул.  — В любом случае, он обошёл нас стороной, видимо, решив передаться через поколение или типа того. Иначе не знаю, как объяснить всё это, в том числе и эволюцию Дерека. Так вот, а потом пришёл Томас, запечатление с Кэтрин и рождение двух детей. Дети Луны и изменяющиеся одновременно. Они переняли лучшее от обоих.  — Ты мне льстишь, — фыркнула я.  — Если бы. Просто прикидываю плюсы: нет зависимости от полнолуния, лучше себя контролируют, обращаться могут и полностью, и частично. Это лишь часть.  — Значит, гибрид… Да только странно это… Разве гибрид не совмещает в себе два разных вида? — А ты разве этого не делаешь? Я только что тебе говорил о детях Луны и изменяющихся. Ты, моя дорогая племянница, активно относишь себя к последним, но давай заглянем правде в глаза.       Может быть, Питер прав. Всё, что он назвал… Но вслух этого не скажу. Хотя, по его взгляду, дяде этого и не надо. — Получается, Джеймс и Эмбер… — я не договорила.  — Тоже гибриды, — кивнул Хейл. — Никем не признанные, потому что таких, как вы, единицы.       Чудо-дети…       Снизу позвал Сет, и я поднялась, поспешив к лестнице, ответив на ехидное замечание Питера, что я не в любимой игрушке Криса про ассасинов, которые частенько прыгают с крыш, а после спустилась вниз, взволнованно оглядываясь, но на лице Клируотера царила улыбка, за руки он держал близнецов.       Я тут же присела, заключая подбежавших детей в объятия, чувствуя прохладу от их нежной кожи. Они-то пока такими температурами не обладали, как мы с Эмбри.       Мой муж быстро заметил нас, отходя от строящегося домика, в чьей стройке он принимал активное участие, учитывая, что этот домик будет потом принадлежать нам. Он даже по размерам был чуть больше, чем остальные.  — Всё хорошо? — спросил Эмбри, беря на руки Эмбер и легко щекоча её, отчего малышка засмеялась.  — Всё здорово, — улыбнулась я, поднимаясь и беря на руки чуть более спокойного Джеймса, прижав его ближе к себе. — Немного поговорила с Питером. Не устал? — Нет, — улыбнулся в ответ Эмбри. — Уложим детей и пойдём к остальным? — и, дождавшись моего кивка, обратился к Клируотеру. — Сет, ты с нами или будешь торчать в доме?       Самая лучшая нянька для наших детей задумался, а затем решил остаться дома, поближе к Эмбер. Я возражать не стала, в своей позиции о запечатлении я стояла твёрдо, даже если это запечатление на моих собственных детях. Эмбри на это лишь чуть покачал головой, но спорить не стал.       Мы вошли в большой дом, укладывая близнецов. И смотря на их лица, я понимала, что Питер прав. Действительно, чудо-дети, и дело было даже было не в том, что они гибриды. Дело было в том, что они появились от самого замечательного человека на свете, от нашего необычного союза. У природы всегда есть лазейки, всегда есть чудеса для тех, кто отчаялся и уже не ждёт. И они стали чудом, нашим чудом.