Это того стоит?

По правде сказать, никак не могу привыкнуть к этому. Кейю прижимают к стенке, та отвратительно холодит даже сквозь несколько слоев одежды, скрывающей все участки тела. Покупка информации никогда не была дешевым удовольствием, но... Рука, покрытая шрамами, опирается совсем рядом с его головой, показывая, у кого тут вся власть, вторая же тянется к замершему, слово ледяному, лицу капитана кавалерии. Единственный открытый глаз сверкает в вечерней темноте, но далеко не счастьем. Абсолютная ненависть ко всему происходящему читается в нем. К самой ситуации, к информаторам, совсем распоясавшимся в последнее время и считающим, что они имеют право на все подряд. А особенно — требовать чье-то тело в качестве оплаты за ничтожные крупицы того, о чем Кейа мог узнать и менее травмирующими способами. Было лучше, когда просили только денег... Один из парней отвратительно сально улыбается и тянет ворот темной водолазки вниз, открывая себе доступ к чужой шее, покрытой следами от их предыдущей встречи. Пьяное тяжелое дыхание ненадолго задерживается рядом с ухом. Кейа отворачивает голову, взгляд падает вниз. Да, лучше рассматривать камни. Все что угодно, лишь бы просто абстрагироваться, не чувствовать противные слюнявые поцелуи, оставляющие следом омерзительные засосы, которые Кейе снова придется скрывать, снова врать и придумывать отмазки. "Если бы только они могли перестать оставлять следы..." — думается Альбериху. Видящий глаз уже давно зажмурен, брови нахмурены. Чужие руки с талии до тошноты сильно хочется скинуть. Скинуть и сбежать, сбежать туда, где больше никто не заставит его заниматься таким. В горле ком, а в голове лишь одна мысль — пусть кто-то зайдет, заметит, прервет. Пусть кто-то спасет его. — Эй! — знакомый голос раздается совсем близко, но словно сквозь пелену. Сердце, кажется, пропускает несколько ударов. Бойся своих желаний, бойся... — Черт! Это Рагнвиндр, бежим! — один из информаторов тут же срывается с места, чуть не запинается о ступеньку и быстро накидывает капюшон, скрывая свое лицо, не давая узнать личность. Другие замирают ненадолго, лишь на долю секунды, а потом всем скопом быстро сбегают, опасаясь, что еще немного и их поджарят до золотистой корочки. — М-меня подождите! — Кейа сквозь слезы готов нервно засмеяться, не повезло пареньку, Дилюк наверняка уже успел рассмотреть его лицо и запомнить в мельчайших деталях. У Альбериха в голове мелькает мстительная мысль с надеждой на то, что от этого мальчонки останутся только обугленные кости, но... Блять. Красноволосый н и к о г д а не будет его защищать, не после такого. — Кейа! — Рагнвиндр подхватывает сползающего по стенке капитана, мягко опускается вместе с ним, смотрит обеспокоенно прямо в глаза, руками шарит по телу, пытаясь найти ножевые ранения. Это был первый раз, когда я облажался. Дилюк не должен был находиться поблизости, — думается парню. Его повязка впитывает в себя слезы, но вторая щека уже давно намокла, стала горько-соленой. — С тобой все в порядке?! — у красноволосого в голосе искреннее волнение, которое приятно греет сердце, но отогнать мерзкие мысли, замораживающие изнутри, не может даже оно. Тем не менее, он был здесь, мешая нашему обмену. Должен ли я злиться, это всего лишь стоило мне доверия информатора..? Альберих цепляется длинными пальцами за его сюртук, всхлипывает, утыкается носом куда-то в шею и дышит-дышит-дышит-дышит. Наконец-то он может спокойно это сделать, хоть на периферии сознания и свербит мысль о том, что магистр Варка будет на него зол, очень зол. Но я злиться не могу. Только не когда смотрю в его глаза... Кейа вздыхает, отстраняется, смотрит долго-долго, словно в саму душу залезть пытается, вытащить все чувства наружу еще больше, растопить лед, хоть сам и оберегаем крио стихией. Глаз его сияет слишком ярко, словно те волшебные льды на вершине Драконьего хребта, которые не подвластны огню. ...Глаза, наполненные беспокойством, совершенно не догадываясь, чем я был занят. Какое облегчение. Напряжение медленно стекает с них обоих, дыхание выравнивается, а сердце возвращает свой ритм, перегоняя живительную кровь по венам. Интересно, если бы ты когда-нибудь узнал правду, ты бы по-прежнему смотрел на меня так же? У Дилюка же в голове сотни тысяч мыслей, не узнать свое же подставное лицо было нетрудно, трудно было сдвинуться с места и вернуть себе голос, когда он увидел э т у сторону работы в Ордо Фавониус. Он, конечно, знал, что после его ухода многое изменилось, но не настолько. Это казалось совсем диким, чуждым, противным. Однако же, отвращения к брату по оружию не было. Было беспомощное чувство вины, сжирающее изнутри и гадко шепчущее на ушко, что это все его вина, что он мог бы заметить и раньше, заметить, помочь, спасти. Как долго мучался Альберих? Как долго он пытал и ломал себя, чтобы просто закрыть глаза и быть готовым ко всему за крошки информации, которая могла и не пригодиться? Ты бы все еще бежал, чтобы спасти меня, как всегда? Наконец, Кейа улыбается. — Да, теперь я в порядке, когда ты здесь... У обоих в душе надежда на то, что все обязательно наладится, все будет хорошо. Сердца их бьются в унисон уже давно, но осознали они это еще не полностью. Дилюк помогает встать парню, ведет его к таверне, мягко придерживая под локоть и не давая упасть. Чарльз на них смотрит лишь мельком, вздыхает горестно, качая головой, и кидает ключи от третьего этажа, куда дверь всегда закрыта для обычных посетителей. Кейе бы стало некомфортно, наверное, столько взглядов уперлось прямо в него. Даже будучи пьяным вусмерть он всегда твердо стоял на ногах, сейчас же парень постоянно запинался, хватаясь за Рагнвиндра. Дверь в кабинет раскрывается совсем бесшумно, Дилюк дает ему выпить что-то зелено-голубое, сладкое на вкус, а затем — все в тумане. *** Дилюк стучится в двери лаборатории неожиданно даже для себя. Сахароза, открывая ему, замирает в удивлении и за ее спиной что-то с громким хлопком взрывается. — Ой! Прости! Дилюк, проходи-проходи, зачем пожаловал? За снотворным или..? — она мило улыбается, убирая остатки своего эксперимента. — Я к Альбедо. Он еще тут? — Конечно, но я не совсем уверена, что он будет рад те... Дилюк! — девушка возмущенно топает ножкой, когда парень проходит мимо нее, прямо к кабинету, и входит без стука, тут же захлопывая за собой дверь. — Дилюк, — приветственно кивает алхимик и указывает на стул. — Садись, раз пришел. — Альбедо, — Рагнвиндр отвечает тем же кивком, но дальше двери не проходит.. — Здравствуй. Сможешь сделать мне быстродействующий яд? Не смертельный, чтобы человек помучался дня три, а потом его отпустило. — Цену вопроса ты, надеюсь, осознаешь? — блондин щурится, упиясь руками в стол. — Я задержусь в городе на пару дней, зайди завтра. Когда Дилюк уже развернулся, тот продолжил: — Если сэр Кейа узнает, он будет недоволен. Береги его от этой тайны. Дверь с грохотом захлопнулась.