Красивое решение

Прошла ещё одна неделя, которую все, кто был задействован в недавно случившейся ситуации провели плодотворно. Оби-Ван занимался поисками преступника, которые оказались не слишком долгими, он оказался на свою беду и на счастье Ордена, товарищем не слишком умным и не особо осторожным. Мелкий наёмник, босса которого Энакин когда-то арестовал решил поквитаться за то, что остался без работы, а после ходил весь такой важный, гордый тем, что убил джедая и не простого, причём, а самого крутого. Это тщеславие в итоге его и сгубило. Старый друг из кантины рассказал Оби-Вану, как тот пришёл в его заведение и громко хвастался достижением. Декстер не поверил и позвонил Кеноби, узнать, правда ли, что Энакина убили, узнав же, что нет, мигом выдал приятелю ориентировки на хвастуна. Таким образом преступник был пойман и посажен в тюрьму. Кеноби лично сообщил об этом Асоке, как только ту выписали из больницы вместе с рожденными близнецами, которых он прилетел встретить вместе с Райо и Айоном, который по такому случаю вырвался на Корусант, дорогой Райо поделилась с Кеноби тем, как ей пришлось принимать роды у Тано и теперь, по прошествии времени, когда эмоции утихли, а с ради, которых она натерпелась, улеглись, рассказ звучал как весёлое приключение. - Нет, вы только представьте себе, Магистр Кеноби, - смеялась Райо, улыбаясь одними глазами - Я захожу в квартиру, а Асока тут глянула на меня безумными глазами дикого зверя, а потом как схватить меня за руку и потащит за собой, а там, в гостиной, упала на диван и давай рожать, а мне помогать велела, ужас, думала сама умру, пока детей из неё вынимаю. - Акушерочка ты моя, - нежно улыбнулся Айон, целуя жену в висок, а Кеноби сдержанно усмехался, он живо представил себе эту картину и никак не мог дождаться пока сам не станет её непосредственным участником. Сатин упорно откладывала рождение их первенца, прикрываясь карьерой. Оби-Ван это понимал, но при этом немного печалился, годы уже не юные, он повидал за них немало детей и выучил не одно поколение молодых джедаев, но так ни разу не испытал счастья держать на руках своего ребёнка. Быть может теперь, когда узнает о рождении детей Скайуокеров, а ещё лучше, увидит их, Сатин переменит своё решение. А пока все втроём стояли на пороге больницы, ожидая, когда спустится Асока. И вот она появилась в сопровождении двух медсестёр, державших её малышей. Сама Тано выглядела неважно - очень бледная, под глазами, странно большими на осунувшемся лице, огромные синяки, живот ещё не сошёл после родов, к тому же, она едва могла стоять от слабости. Швы обещали снять через неделю, а пока ей нельзя было сидеть, только лежать или стоять. Оби-Ван протянул ей роскошный букет цветов от всей компании и нерешительно принял одного из детей, мальчика. Тот сейчас спал и выглядел очень милым, бело-розовый, пухлый, с белесым пушком на голове. Кеноби смотрел на него и улыбался, чувствуя на своих руках живое тепло младенца. Медсестры, глядя на него, тоже едва сдерживали улыбку, очевидно, считали, что он и есть отец близнецов. Кеноби не стал ничего уточнять, просто наслаждался моментом, а Райо, приняв в свои руки тогрутскую девочку, едва её коснувшись, внезапно ощутила странный толчок где-то внизу живота. От этого движение по направлению вверх мягко и медленно начало растекаться уютное тепло, которое расслабляло и заставляло сосредоточиться всеми мыслями только на нём. То был древний инстинкт любой женщины, видящей ребёнка, но ещё ни разу не испытавшей, какого это быть матерью. В этот миг Райо захотелось совершить что-то невероятное - прижать малышку к себе, обнять её, покрыть поцелуями крошечное личико, а после приложить к своей груди и почувствовать, как из неё течёт горячее сладкое молоко. Но хватило лишь одной ничтожной секунды, чтобы прийти в себя и вернуться в настоящую реальность, в которой ей никогда не светило ни испытать, ни сделать ничего подобного по вине жестокой природы, не давшей ей нормальных детородных функций. Не на что тут обижаться, надо просто смириться и не роптать. А сейчас и вовсе не до самоанализа, надо помочь Асоке приготовить комнату и помочь устроиться, ведь Энакина нет, а значит, ей на первых парах потребуется помощь друзей, ведь кроме них ей не на кого рассчитывать. И тяжко вздохнув, Чучи осторожно переместила ладони под спинку и головку девочки, поспешила вслед за мужем в спидер Кеноби, который их уже ждал.

***

И с того самого дня наступила невероятная круговерть, центром которой стали Асока и её дети, названные Джин и Шми. Энакин до сих пор находился в интенсивной терапии и его состояние улучшалось плохо и очень медленно. Несчастной Асоке приходилось просто разрываться между больницей детьми, неизвестно, как бы ей это удалось, не окажись рядом верных друзей. Правда, Айон снова улетел в командировку, за то Райо осталась на Корусанте и просыпаясь почти на рассвете, тут же мчалась к Скайуокерам, прежде забежав в детский магазин, чтобы купить молочную смесь. Асока к её приходу уже просыпалась, успев покормить детей тем, что приготовила с вечера, потом, передав их Райо, бежала в больницу к Энакину. Там она проводила почти весь день, ухаживая за беспомощным мужем, а потом какое-то время стоя возле его кровати, рассказывая обо всём на свете. А в это время Райо купала детей, переодевала их и шла с ними гулять. Сатин тоже прилетела по первой же просьбе Оби-Вана и охотно включилась в процесс, прибираясь в квартире и готовя ужин для Асоки, которая придёт лишь вечером, совершенно обессиленная и тут же свалится на кровать. На другой день ситуация менялась и теперь уже Сатин купала и выгуливала близнецов, а Райо впрягалась в уборку, стирку и готовку. Но детское питание неизменно покупала она, поскольку ей было ближе и удобнее. А потом ей приходилось ещё лететь в дом отдыха, чтобы навестить миссис Эмму, к счастью, это было нужно не каждый день, а лишь по вторникам и пятницам. И вовсе не большая любовь к свекрови заставляла её с таким рвением выполнять семейные обязательства перед матерью мужа.

***

Придя в первый раз навестить миссис Эмму, Райо неожиданно встретила на дорожке перед входом того, кого менее всего ожидала - по ней, не думая ни о чём предосудительном, спокойно вышагивал Карлос Моретти. Надо же, а она совсем забыла, что у него здесь могут быть дела и испыталась странную неловкость за то, что так сильно обрадовалась этой встрече. Хотела даже сперва пройти незамеченной, делая вид, что не видит Карлоса, но вскоре посчитала эту выходку чересчур детской и смело шагнула ему навстречу, улыбаясь вежливо и приветливо: - Здравствуйте, мистер Моретти, я не чаяла так скоро увидеть вас. - Здравствуйте, миссис Папанойда, - в тон ей ответил Карлос - Видеть вас в добром здравии великая честь. - Вы здесь по делу? - спросила Райо, когда церемонии были улажены. - Консультировал некоторых пациентов, - охотно пояснил мужчина - А как дела у вашей свекрови? - Это я сейчас и собираюсь выяснить, - ответила ему Чучи - Сейчас собираюсь к ней зайти. - Быть может, потом мы пойдём вместе? - решился Карлос на отчаянную смелость и внутренне уже был готов к тому, что сейчас его пошлют или просто поставят на место, но Райо неожиданно сказала: - Почему бы и нет? Давайте встретимся здесь после того, как освободимся? Карлос согласно кивнул и они на время попрощались, пошли каждый в свою сторону, не зная толком ещё зачем решили снова увидеться и что они скажут друг другу при встрече, но точно знали, что оба этого хотят, а это уже было важно само по себе. Тем более, что в этом не было ничего ужасного, просто желание поговорить и обсудить общие интересы, которых у них оказалось не так уж и мало. Кто знает, вдруг это и есть то самое, чего им обоим так недоставало последнее время - простое желание поговорить.

***

Асока уже забыла когда последний раз засыпала без мыслей о том, что завтра, открыв глаза, она может увидеть что-то, бывшее ещё хуже, чем то, что происходит сейчас. Перед её глазами почти круглые сутки стояло лицо Энакина - безжизненное и неподвижное, наполовину скрытое кислородной маской. Часто она просыпалась ночами в холодном поту, видя во сне, как монитор, к которому он был подключён, издаёт длинный и сплошной писк, а по его экрану ползёт прямая линия. Она и сегодня увидела этот сон, спустя почти неделю, но утром её ждало совсем другое.