Imagine an owl

– Что может быть прекрасней, когда семья в Рождество собирается вместе? – ворчал Лафейсон, в то время, как его мама переобнимала уже всех Мстителей и теперь дружелюбно жала клешню Дубине. Со своей родной мамой Локи познакомился уже давно, но вот знакомить её с мидгардцами не спешил. И дело было отнюдь не в скрытности бога обмана, а в чрезмерной открытости его матери. Т/и всегда была тем самым человеком, для которого границ не существовало – она могла, проходя, ввязаться в какую-нибудь авантюру (как-то так она в своё время за Лафея замуж и вышла), или сказать парню, который ей понравился, что она бы его… – Мама! – вскрикнул Локи, услышав, что именно Т/и сказала покрасневшему Роджерсу. Капитан же ошарашено глядел на асгардку не в силах и слова вымолвить в ответ на такое предложение. – Да что такого? Ты его вообще видел? Это же естественные желания, – Т/и пожала плечами, но не стала спорить, когда сын оттащил её от Капитана Америка, только помахала ему рукой на прощанье. – О, а это что? – Рождественская ель, – с гордостью заметил Тони, уперев руки в боки. Он сам – с помощью ботов – приволок её сюда. Пришлось разобрать пол между двадцатым и двадцать первым этажом, чтобы вся зелёная красавица влезла. Теперь Мстители дружно занимались её украшением. – Можно с вами? Никогда не праздновала Рождество. – Как насчёт помощи с гирляндой? – предложила Наташа, а Т/и с готовностью кивнула и пошла за Нат. К печали Локи она не забыла чмокнуть сына в нос. Вот прям так – на глазах у всех. – Мама. Но Т/и на возмущение не ответила – уже скрылась в лифте с Романофф, чтобы подняться на этаж выше и начать наматывать гирлянду с вершины ёлки. Старк хохотнул и открыл новую коробку с игрушками. – Чего это ты раньше не знакомил нас с родительницей, а, Северный олень? А Локи фыркнул. Он бы и сейчас не знакомил, да только Т/и ворвалась в башню, как к себе домой, Лафейсон и сделать ничего не успел. Теперь придётся терпеть весь этот хаос, который Т/и устроит. – Вау! – а Т/и не заставила себя ждать: распихала в стороны ветки и просунула голову через дыру в потолке. – Я такие здоровые деревья только в Йотунхейме видела. – Могу поспорить, что у нас найдутся и выше, – оживился Старк. Т/и фыркнула, а Локи взмолился, чтобы никто не заметил, что эта привычка ему досталась от матери. – А я могу поспорить, что видела много чего такого, чего ты и представить не можешь. – Например? – Голого маленького Локи. – Мама!!! Но хохочущая Т/и уже скрылась за ветками. Локи хлопнул себя по лицу, а Старк засмеялся. – Нравится мне твоя мать, Ледышка. Хоть кто-то в вашей семье не деревянный. Локи лишь оставалось надеяться, что Рождество настанет, как можно скорее и так же скоро пройдёт. *** На украшение ёлки они убили почти четыре часа. Когда всё почти было закончено, на помощь явился Тор. Хотя какая помощь, он ведь почти не отлипал от Т/и. Локи иногда испытывал иррациональную ревность: сам не до конца понимал, кого ревнует сильнее брата к матери, или мать к брату. Тор ещё с первых дней знакомства повадился называть Т/и названной мамой. Т/и же называла Громовержца своим сыном. О приставке «названный» у неё и речи не шло. – Не фелонь, Златовласка. Давай вешай мишуру вот от той ветки, – скомандовал Старк. Локи проглядел момент, когда его мать снова оказалась в опасной близости от Роджерса. Оборвав только начавшийся разговор с Наташей, он бросился к ним. Премило болтая, Т/и и Стив уж очень долго вешали игрушки на одну и ту же ветку. – Сейчас скажу ужасную глупость, – услышал Локи слова матери и попытался морально подготовить себя к самому страшному, – у моего покойного мужа были такие же глаза, как у тебя. Роджерс улыбнулся своей очаровательной улыбкой и хотел что-то сказать, но подоспевший Локи не удержался от замечания: – Ага. Только у Лафея глаза были красные. Т/и хмыкнула и обернулась к сыну. – Я же не про цвет. Такие же красивые, хотела сказать, – и снова бросила взгляд на Роджерса. – И он так же на меня сурово смотрел, а когда улыбался, то был таким же милым. Моё сердце каждый раз так громко билось от одной этой улыбки. – Соболезную Вашей утрате, – то, что Роджерс сочувствовал Т/и было даже неплохо, но Локи это совсем не понравилось: если Кэп своими «красивыми глазами» и «суровыми взглядами» растопит сердце Т/и, та уже никак его не отпустит. Судя по мечтательному вздоху, Стив был к этому близок. Локи негодовал. – Да, – кивнула Т/и и вдруг указала на Локи. – Это он его убил. Если судить по округлившемся глазам Роджерса, Тор другу не всю подноготную своей семьи рассказывает. – Мама! *** Видят все боги Асгарда, перерыв Локи был очень нужен. Желательно длинною в век, потому как эти короткие посиделки с мамой и Старком за чашкой кофе, грозили перерасти в настоящий театр абсурда. А Локи ведь ещё так молод; рано ему умирать от эмоциональных потрясений. – Я не могу понять одно, – Локи хотелось заткнуть Старку рот, – отец Снежной принцессы ледяной великан, ты – асгардская богиня. Как вы…? – он замолчал, подбирая слово, но Т/и поняла его и так: – О! Так тебя интересует процесс зачатия? Там на самом деле всё очень просто. Мы с Лафом… – Мама!!!!! – Локи закрыл уши да ещё и глаза – ну так, для верности. – Прошу вас, давайте поговорим о чём-нибудь другом! Т/и посмотрела на сына, потом на Старка и улыбнулась последнему, шепотом прибавляя: – Я расскажу тебе обо всём позже. – Мам, – и Локи, теряя самообладание от своего бессилия, громко стукнулся головой об стол. Когда же всё это закончится? *** Наговорившись и наверняка наградив Локи парочкой седых волос, Т/и и Тони решили прогуляться по Башне – Старк изъявил желание «показать свои владения», а Т/и с любопытством идею поддержала. Локи пришлось плестись следом, надеясь, что речь о его зачатии не начнётся заново. Нелёгкая занесла их в спортзал где заскучавшие Роджерс и Барнс решили устроить спарринг. Локи боялся смотреть на свою мать – ровно с того момента, как услышал её восхищённый вздох. – Йотунский мороз, – протянула Т/и не своим голосом. – Как бы теперь ноги вместе собрать? – Мама… *** Преодолевая все свои страхи и сомнения, Локи всё-таки решился оставить мать наедине с двумя суперсолдатами: Т/и поспорила с Роджерсом, что в спарринге победит Барнса. Почему она не поспорила с тем же Барнсом, Локи думать абсолютно не хотел. Ему нужна была помощь. – Тор! – Громовержец обнаружился, да ещё и не один. С Хелой. – Брат, нужна помощь с Т/и. Долго уговаривать Одинсона не пришлось, а Хела пошла вместе с ними. Она и без того была наслышана о матери Локи, но воочию никогда прежде её не видела. – Моя названая мама, что здесь произошло? – Тор сразу начал задавать вопросы, едва увидел сидящих на ринге Баки и Стива, с воркующей над ними Т/и. – Мама? – Хела с усмешкой посмотрела на брата, а потом перевела взгляд на Т/и. – И что мне тебя теперь тоже «мамой» называть? Т/и медленно окинула взглядом Хелу и пожала плечами: – Можешь «мамочкой». – Мама! На очередное восклицание сына Т/и опять же не отреагировала и приложила к плечу Роджерса лёд – уж каким боком он умудрился травмироваться было не ясно. Капитан кивнул, но руку Т/и не убрала. – Я богиня смерти, – Хела нахмурилась, но Локи видел, что злилась она не взаправду. – А я богиня мороза. Будем титулами меряться или познакомимся уже? – Хела. – Т/и. Они кивнули друг другу и обменялись улыбками. Локи вдруг подумал, что Роджерс для его матери, в принципе, не такой уж плохой вариант. *** Рождественское утро встретило Локи страшным открытием: Т/и в их комнате не было. Куда за ночь смогла деться мать, Лафейсон и думать боялся. – Джарвис, где Т/и? – В комнате капитана Роджерса, – услужливо подсказал голос, а Локи отчётливо ощутил пробежавший по коже мороз. До комнаты Кэпа Локи добрался в три удара сердца, да так перед дверью и замер. Вот зайдёт он, и что увидит? Впервые со дня кончины Лафея, Локи действительно пожалел о его смерти: кто знает, будь бы тот жив, может и не свалилось бы на голову бога обмана столько проблем. А теперь вот приходится разгребать последствия собственных действий. Локи постучал в дверь. – Войдите, – раздалось с той стороны голосом Т/и, и Локи вошёл. Позирующий со щитом Кэп и Т/и создающая маленькие ледяные скульптуры – совсем не то что Лафейсон ожидал увидеть. – Вы что делаете? – задал он вполне обоснованный вопрос. – Я ещё вчера хотела сделать ледяных ангелов на ёлку. Ну таких, чтобы не таяли, но потом Стив мне проспорил, и я решила с его помощью сделать маленьких Капитанов. Я бы и других маленьких Капитанов сделала, но, – Т/и подмигнула Кэпу, а Локи с горестным вздохом вышел из комнаты. – Мама. *** Рождественская ночь, к великой радости Локи, настала: все Мстители, собрались вместе за одним столом, а с ними Локи, Хела, мисс Поттс, миссис Бартон и двое детей Соколиного глаза. Т/и тоже была здесь – сидела впритирку к Роджерсу. К неописуемому удивлению Локи, соседству с Т/и Кэп совсем не противился. Даже улыбался ей – совсем тепло. По-дружески? Во всяком случае Локи хотелось верить, что именно по-дружески. Сегодня за матерью он почти не следил, а теперь ещё припомнил, что и Роджерса за весь день всего один раз видел. Лафейсон нахмурился. – Т/и и Стив подружились, – Тор пихнул брата локтем в бок и кивнул на улыбающуюся друг другу парочку. Совсем не дружелюбный вид Локи, Громовержца не настораживал. – Вот будет забавно, если они… – Я Капитана Благочестие звать отцом не буду, – бросил Лафейсон и отвернулся от брата, да и от болтающих Т/и и Стива тоже. Старк тем временем, на правах хозяина дома, толкал праздничную речь. Все похлопали, выпили, а Т/и потянулась к какому-то незнакомому ей фрукту. – Я возьму? Махнув рукой, Старк кивнул: – Да бери, что хочешь, – Т/и же вдруг расцвела счастливой улыбкой. – А у вас так можно? Мне всё больше и больше нравится Мидгард, – подскочив на ноги, она схватила не успевшего даже удивиться Роджерса за руку и потянула за собой. – Тогда я беру Стива, – и обратилась уже к самому Кэпу: – хотел бы побывать в Асгарде? Локи вздохнул, прикрывая лицо ладонями. – Мама…