Фанфики от Пьетро

Пригласить к себе домой кучу подростков мутантов? Какая хорошая идея! Не лезть к ним в мысли ради этики? Ещё лучше! Ничего страшного же не случится… Именно так думал Чарльз, когда создавал свою школу. Но когда он зашёл в комнату Пьетро, его мысли кординально изменились. Начнем с того, что с некоторыми заскоками детей просто свыклись. Ну клептоман Пьетро и что? Убить его? Так не получится. Убежит, зараза такая. Или вот Курт. Приучить его нормально передвигаться, а не телепортироваться, пугая малышей, просто невозможно. Таких примеров в школе ещё очень много, но по сравнению с ежемесячными проверками, кучей бумаг или опасными, прежде всего для самих себя, мутантами, они слишком незначительны. Намного легче раз в несколько месяцев забирать Пьетро из полицейского участка и пополнять запасы валерьянки для жертв Курта. Кроме того, у директора была ещё и личная жизнь. Эрик наконец умерил свой пыл и не планировал устраивать геноцид ещё лет так 8. Не идеально, но и не плохо. Конечно Чарльз пытался заставить парня быть скромнее и не светить отношениями перед учениками, но тот не захотел, а когда Эрик чего то не хочет, он этого не делает. Так например: " Эрик нет! Эрик да!" - стало мемом, который использовали все, включая учителей во время занятий. Или по шлему на голове одного и пластиковой коляске другого всегда можно понять когда они поссорились и валить в Канаду ( или в Магнитогорск), потому что эта парочка в гневе - это нечто. В такие дни даже Пьетро становился тихим и послушным, а Джин не лезла никому в голову, просто ради интереса. Получить нагоняй не хотелось никому. В остальное же время они были идеальной сладкой парочкой, которой завидовали все. И естественно это не оставалось без внимания девочек подростков, которым только дай кого нибудь пошиперить. Они это в общем то и делали, причём вполне успешно. На уроках частенько передавались записки с текстом наподобие: " представь, что сейчас в голове мистера Леншерра профессор Ксавье говорит как он его любит". И они всегда возвращались с пририсованными сердечками или милыми приписками. Не обходилось и без артиков. Правда увидеть их могли максимум 2-3 человека, включая художника, да и все они были строго в рамках приличия ( спалят ещё ) Но так не могло продолжаться вечно. В один прекрасный ( или ужасный, тут как посмотреть) день Питер Максимофф решил взять все это в свои руки. Заручившись поддержкой Джин он быстренько сообщил всем, что контент по Черику ( он сам придумал ) пусть приносят ему, и от него же забирают. Сначала все работало неплохо, а после того, как Чарльз случайно проговорился, что воздействовать на "твоего бешеного сыночка, Леншерр" телепатией невозможно, так как поток мыслей в его голове практически такой же быстрый как и он сам, и уследить за всем этим очень сложно, страх спалиться пропал совершенно. Со временем все осмелели и рассматривали арты даже на уроке. Так поступил и один новичок. Он пялился на рисунок таким странным взглядом, что не заметить это было просто невозможно. Ну Хэнк и заметил. Начал подходить и все бы закончилось очень печально, если бы не резкий грохот и вспышки молний за окном ( спасибо Ороро ), и если бы вместо бумажки на столе не лежала бы горстка пепла ( спасибо Скотт ). Так штат сотрудников пополнился, а хоть что-то провокационное запрещалось оставлять у себя на долгое время. Вторая модернизация произошла примерно через 2 недели, когда Эрик начал замечать подозрительно большое количество людей, входящих в комнату сына. Была даже проведена проверка, но никто не смог найти ничего такого, и дело тут даже не в том, что Циклоп неплохо заметает следы, просто в комнате Пьетро в принципе сложно было найти хоть что то. После этого к команде присоединился Курт, в роли курьера. А Джин стала регулировать, где что у кого забрать и где что взять. В таком режиме схема проработала ещё примерно месяц, а потом кому то стало скучно, и этот кто то спер из типографии монохромную систему печати, а общими усилиями ее удалось сделать полноцветной*. Теперь фанфики и артики поставлялись в промышленном масштабе. Примерно в это же время про это узнала Рейвен. На удивление она, несмотря на свой статус преподавателя, не стала отдавать никого Чарльзу на растерзание, а поддержала идею. Именно она разрулила ситуацию с кражей, за что ей, кстати, отдельное спасибо. Она же стала главной моделью для юных художников. Перевоплощаясь в Чарльза и Эрика она позировала в самых необычных позах и нарядах. Кроме того, от кого, как не от нее фикрайтеры могли узнать о любви Эрика к поцелуям в лобик или цвете нижнего белья Чарльза. В общем дело процветало. С уверенностью можно сказать, что если бы Пьетро получал деньги за все это, то даже с учётом зарплат и налогов, уже через пару лет смог бы выкупить часть школы у профессора Х. Ученики научились лучше скрываться, а задействованные в производстве совмещать работу с учебой. Так же они достаточно быстро стали настоящей элитой школы. Им всегда давали списать, делились едой, помогали с домашними обязанностями, занимали лучшие места. Все бы так и продолжалось, если бы Чарльз не решил заскочить в комнату к Ртути поздно вечером, чтобы предупредить о том, что им с Эриком придется на некоторое время удалиться, и на Питера возложена большая ответственность - ничего не разрушить за это время. То что он там увидел повергло профессора в шок. Внутри комнаты стояла большая печатающая машина, Джин называла места и имена, а Курт быстро телепортироваться с ещё теплой бумагой. Но самое странное было не это. Посреди всего этого безобразия, на подставке, сделанной из перевернутого игрового автомата, в крайне неприличной позе, воссидал он сам, позируя скромной девочке в круглых очках с толстыми стеклами. Немая сцена Чарльз ехал назад так быстро, как только мог, мысленно связываясь с Эриком. Может быть он все же был прав и геноцид не такая уж и плохая идея, только уничтожать надо не людей... Ладно, об этом он подумает завтра, а пока надо помыть глаза! С мылом! Хозяйственным!