Нет повести печальнее на свете

Лёня смотрел в окно, с балкона второго этажа. Завтра. Завтра он станет мужем человека, которого для него выбрал отец. Нет, даже не отец — отчим. Он будет жить с человеком которого не любит, и никогда не сможет полюбить. Но с тех пор как не стало папы, его слова в этом доме ничего не значит. Лёня смахнул слезу. Жить так, как живёт он не пожелаешь никому. На первый взгляд он ни в чем не нуждается: живет в шикарном доме, имеет хорошее образование, и кажется, стоит щёлкнуть двумя пальцами, и любое желание исполнится. Но какой в этом толк, когда за него уже все давно решили, несколько лет назад? Сколько себя помнил Лёня, в их доме все решал отчим. Его слушались и боялись. Даже папа не смел перечить ему. Лёня был совсем маленький, но он уже жил с ними, и законно считал себя отцом Леонида. Папа Лёни — добрый и милый человек, души не чаял в этом самодуре и тиране. Когда Лёня стал старше, он умолял папу оставить его. Но папа то и дело качал головой. К тому времени отчим уже стал главным прокурором области. А потом Лёня стал замечать синяки и чёрные круги под глазами у папы. Он понял, что отчим прикладывает руки. Терпеть этого Лёня не мог. Пошёл на разговор с ним. Отчим только скалился мерзкой и противной улыбкой. И тогда Лёня не стерпел и ударил. Но силы оказались не равны. Отчим избил его. Папа заступался, пытался оттащить разъяренного мужа от единственного сына. Но тот оттолкнул его. Омега отлетел к стене, и сильно ударился головой. Смерть была мгновенной. Тогда Леониду только исполнилось 14. С тех пор Лёня возненавидел отчима всем сердцем. Но, он уже успел его усыновить, и поэтому он остался с «отцом» Отчиму все ему сходило с рук, и на этот раз сошло. Смерти папы посчитали несчастным случаем. Лёня пытался бежать, но у него ничего не получалось. Когда ему исполнилось 16, молодой омега подвергся сексуальному насилию со стороны отчима. Он до сих пор помнит тот вечер, от которого становится противно. Это был его день рождения, шестнадцатилетия. В школе поздравили одноклассники. На этом собственно говоря и закончилась праздничная часть. Дома повар, хороший омега испёк для него торт, и большинство из персонала дома поздравили его с днём рождения, разделив с ним праздничный ужин в тайне от прокурора. Лёня всегда относился к персоналу с теплотой и благодарностью, в отличии от хозяина дома, и персонал это ценил. Вечером, он уже готовился ко сну. Мечтая о том, как вырастет и женится на порядочном альфе. Леня впервые ощутил в тот вечер себя омегой и был несказанно счастлив этому новому чувству. Тихо открылась дверь. В комнату вошёл отчим. Леня насторожился: взгляд отчима был весёлый и похотливый. — ну что, именинник — как-то странно произнес прокурор, садясь на край кровати — вот тебе и 16. Леня ничего не ответил. Он предпочитал избегать общения с этим человеком. Предпочитал вообще не зависеть от него. И общаться только по случаю необходимости. — а чего мы такие грустные? — весело кивнул прокурор. — сегодня же твой день рождения. — устал просто — тихо прошептал Леня. — это легко поправить, мальчик — хмыкнул отчим, и откинув одеяло принялся поглаживать Лёню по обнаженной ноге. — расслабься, сейчас я подарю тебе билет во взрослую жизнь. — пустите — Леня испугался не на шутку. Он только только стал привыкать к амплуа и не был готов к соитию с альфой. Тем более с таким альфой как отчим. — тише, тише расслабься — отчим заводился на него прижимая руки Лёни к изголовью кровати, затыкая рот противными поцелуями. От него пахло алкоголем. Силы были не равны. Отчим в два счета стянул боксеры Лёни и вошёл в него. Грубо и жестоко. Он двигался в нем быстро и резко, не обращая внимания на протесты стонущего под ним омеги. В тот момент Лёня словно действительно повзрослел, стал старше. Он возненавидел всех Альф. Абсолютно всех. Потом, конечно это прошло. Но жизнь превратилась в откровенный кошмар. Лёня был красивым. Высокий, худой блондин, с большими голубыми глазами. И отчим стал всё чаще и чаще склонять его к сексуальной близости. Лёня не хотел этого, сопротивлялся, но что он мог сделать? Топтунов считал себя птицей, в золотой клетке. Элитный детский сад, элитный лицей, лучший Вуз их города. Но вместе с тем, не было в нем никаких простых человеческих радостей. День рождения он отмечал с друзьями своего отчима, как правило толстопузыми дядьками разных возрастов. Пить, курить ему не разрешали, хотя ему уже 24. Друзей у него тоже не было. Он общался только с персоналом, который работал у них. Игорь Киршенбаум, молодой омега, работал домработником. Он был общительным и милым человеком. Лёня помогал ему убирать, накрывать на стол, и они общались. Ему было всего 20 лет, а он был уже женат на садовнике из этого дома, Борисе Столярчуке. Борис был тоже неплохим альфой. Лёня общался с ним, но гораздо реже. Игорь рассказывал что они с Борисом со школы вместе, что очень сильно хотят детей, но ничего не получается. Лёне никогда никого не приходилось поддерживать, и он не знал как это правильно делать, но Игорь был безмерно ему благодарен что он общается с ним, и просто выслушивает. Ещё общался Лёня с поваром — Анатолием Степановичем. Он работал у них давно, и знал судьбу Лёни, поэтому всегда старался помочь. Лёня был несказанно благодарен. Его личный охранник — Анатолий Андреевич Ситников тоже был не плохим альфой. Он понимал всё без слов, но так как работал на его отчима практически ничем не мог помочь. Хотя старался. Как мог старался. Лёня понимал. Однако, это были его лучшие друзья, несмотря на то, что друзьями они даже не были. Но был ещё один человек. Водитель отчима — Саша Акимов. Человек, которого Лёня любил всем сердцем. Человек который был для Лёни всем: лучиком солнышка, воздухом, смыслом жизни. Лёня знал, что Саша тоже безумно любит его. Лёню грели воспоминания о сладких поцелуях в саду, когда никто не видел. О поездках в город и нежных прикосновениях на кожаном сидении автомобиля. О сладких стонах, срывающихся с губ. Как бы он хотел быть с Сашей. Как бы хотел быть с ним, до конца своих дней, обнимать, наслаждаясь теплыми руками Саши, целовать, растить детей. Но этому не дано было случится. Лёня принадлежал другому человеку. Когда отчим лишал девственности молодого омегу, то сказал ему что теперь он принадлежит ему. Лёня понимал, от этого никуда не деться. Однажды он даже повеситься захотел. Но Ситников его спас. Отчиму он ничего не рассказал, но взял слово с Лёни что тот прекратит страдать ерундой, и теперь практически не оставлял его наедине. Однако, планы отчима сильно изменились. Он шёл по карьерной лестнице, быстрыми шагами. И хотел занять пост повыше. И был человек который смог ему помочь Этим человеком был Виктор Петрович Брюханов. Человек он был влиятельный, жадный и жестокий. Под стать отчиму Лёни. Однажды он увидел Леонида, и практически «купил» его за должность на высоко занимаемом посту. Прокурор согласился. Лёня помнил, как ему сообщили об этом. Он сидел в своей комнате, читал книгу, когда дверь открыл отчим. -Через два месяца у тебя свадьба. Я нашел тебе отличную кандидатуру. — Я не хочу женится — хмыкнул Лёня. -Тебя никто не спрашивает — завёлся прокурор. — Ты будешь делать все, что я скажу, маленькая тварь. Виктор Петрович отличный человек. -Виктор Петрович? — ужаснулся Лёня. — этот тот старый кудрявый шарпей. Ни за что! -Он твой будущий муж — ударил его ладонью по щеке прокурор. И к нему ты будешь относится с уважением. — Нет — зло прошептал Лёня. — Не буду. Я другого люблю. — Что? — заревел отчим — что ты сказал? -Что слышал! Я не выйду за него. Можешь хоть пристрелить меня. Отчим развернулся и со всей силы ударил. Лёня упал. Из носа хлынула кровь. Грубо и безжалостно поднимая за волосы омегу, альфа злым шёпотом прошептал. -Тебя никто не спрашивает. Ты будешь делать то, что я тебе скажу. — он оттолкнул его на кровать. А сам вышел из комнаты. Лёня не мог сдержать слез. Он выбежал из комнаты, столкнувшись с Анатолием Андреевичем. -Куда, ты Лёня? — охранник бросился следом. Лёня бежал по аллеям сада, прямо к гаражам. Ситников успел заметить как водитель, Саша, с которым он хорошо общался, поднял голову и увидел бегущего прямо к нему Лёню. Он встал и сходу заключил в свои объятия Лёню. Ситников остановился. Он не знал что делать, но сердце подсказывало не мешать. Он развернулся и пошёл обратно к дому. Саша обнимал плачущего Лёню, вытирая кровь. -Я не хочу выходить за него, я тебя люблю. — тихо шептал Лёня прижимаясь к большому и мягкому телу Саши. — я хочу быть только с тобой. -И я люблю тебя. — Саша наклонился, поцеловав его. — Лёня я пойду сейчас к нему и все расскажу. -Нет, нет, он убьёт тебя — прижал его сильнее Лёня. — не нужно, пожалуйста. Я не готов тебя потерять. -Но ты готов жить с тем человеком которого не любишь? — Акимов заглянул в глаза Лёне. — я не могу этого допустить. -Ты ничего не сможешь сделать. И мне ничего не остаётся. Если бы ты знал, как я устал. -Тише мой хороший. Я найду способ помочь тебе. -Нет Саша, мне уже ничего не поможет. Абсолютно ничего. -Лёня, давай сбежим. Уедем. И всегда будем вместе. — Нет, нет. — Лёня завертел головой. — он найдет нас. Найдёт и уничтожит тебя. А потом уничтожит меня. Саша обнимал дрожащее тело Лёни, успокаивал. Лёня отстранился. -Мне нужно идти. Нас могут увидеть. -Плевать — сжал крепче в своих объятиях его Саша. -нет, Саша, нет — отстранился Лёня — прости. Я люблю тебя. Очень люблю — он быстро коснулся губами мягких губ Акимова и развернувшись побежал прочь к дому. А Саша стоял сжимая руки в кулаки и вытирая слёзы отчаяния. С тех пор прошло два месяца. За эти два месяца они еще несколько раз встречались с Сашей. Ночью, Лёня сбегал из дома, а Саша ждал его где нибудь за забором. Он помогал перелезть ему через забор и они проводили летние ночи лёжа в траве в объятиях друг друга. Для обоих это были самые счастливые минуты. На рассвете Лёня возвращался домой. Однажды перемахнув через забор, он нос к носу столкнулся с Борисом. Тот недоумевающе глянул на Лёню. -Леонид, ты что здесь делаешь? Лёня не успел ответить. На аллею, покрытую туманом июльского утра вышел охранник. Борис быстро схватил его за руку. И потащил в кусты. Когда охранник прошёл мимо, Борис вывел Лёню на аллею. -Спасибо — тихо прошептал Лёня. -Будь осторожен — благословил его Борис. Лёня понял, что Борис догадался и не выдал его. Так же он знал, то и Ситников на его стороне, который постоянно прикрывает его. Однако, Лёня не хотел его подставлять. Так как он был одним из лучших сотрудников отчима, и если бы прокурор узнал, что Ситников его предаёт, добром бы это не кончилось. Он не хотел рисковать другими людьми, и главное он не хотел рисковать Сашей. И вот завтра всё закончится. Закончатся короткие свидания с Сашей. Закончатся прогулки под луной, в нежных и теплых объятиях. Закончится его жизнь. Потому что не станет рядом того, ради кого Лёня старался жить. Завтра у него свадьба. Свадьба с Брюхановым. Свадьба с тем кого он никогда не полюбит. Уже завтра. Лёня выдыхает глядя в окно. Там, Борис украшает цветами аллею. С кухни доносится вкусный аромат еды — завтрашнего праздничного застолья. Неожиданно дверь комнаты тихонько скрипит. Лёня оборачивается. На пороге стоит Саша. Непривычно грустный и поникший. -Саша, ты что тут делаешь? — пугается Лёня подходя ближе. — Я пришёл к тебе. -Если тебя тут увидят… — Лёня не успевает договорить, Акимов его перебивает. -Плевать — тихо шепчет Саша прижимаясь к Лёне. -Саша — Лёня выдыхает и повисает у Саши на шее. Саша гладит его успокаивающе, прижимая к себе. Затем отстраняется. Достаёт из кармана небольшой амулет круглой формы, со звездой в центре круга. — это Алатырь, талисман оберег — говорит Саша вешая его на шею Лёни. — Не снимай его, и я найду тебя. Вот увидишь, мы будем вместе. — я люблю тебя, Саша. Только эта мысль помогает мне жить дальше. Саше нужно идти. Но уходить не хочется. Хочется остаться, согреть, уберечь и не выпускать это хрупкое тело из рук. Хочется наслаждаться каждой секундой, каждым миллиметром кожи, гладить по тонким лопаткам усыпаны родинками и веснушками. Хочется быть рядом. Но нельзя. Леня обречён. Оба это знают. Однако, видеть как страдает твой любимый человек — невыносимо. Саша найдет способ. Не позволит Лёне мучится. Он обязательно заберёт его к себе. Обязательно. Топтунов касается мягких губ Акимова на прощание. Саша сдерживает слезы. Груз боли лежит на душе у обоих. Когда Саша уходит, Леня зарывается лицом в подушку и захлёбывается собственными слезами, сжимая рукой талисман Саши.