Привычка

      Сёко с трудом подавила желание закатить глаза, глядя на то, как Сугуру и Сатору снова собачатся.       — Сёко, скажи ему, что я был первее! — обратился к шатенке пепельноволосый, совсем по-детски раздувая щёки.       — Да как же! Я пересёк черту раньше тебя, — по-лисьи ухмыльнулся Гето.       — Да нихрена!       — Вот вроде «шестиглазый», а не видишь дальше своего носа, Сатору.       — Нарываешься?!       Подобное развитие событий наводило тоску.       — Клоуны.       Перспектива наблюдать дальше за этим фарсом, воплощающем всю суть дружбы этих дебилов, Иери не улыбалась, а посему она предпочла свалить от них как можно дальше, чтобы не позориться. Однако проблемой стала ужасно неудобная юката, которую Сёко надела лишь из-за прихоти своих парней, ибо те неустанно еба-… штурмовали её мозг на тему «В чём должна ходить девушка на фестивали», при этом сами эти уродцы припёрлись в школьной форме.       Остановившись возле одной из палаток с яблоками в карамели, которые Сатору Годжо просто обожал, девушка поймала себя на мысли, что ужасно хочет курить. И как говорил вышеупомянутый блондин, своим желаниям нужно потакать.       Неспешным шагом шаман направилась на поиски уютного уголка, где её покой найдёт себе пристанище хотя бы на четверть часа. Пробираясь сквозь толпу, Сёко не могла не отметить, что на фестивале танабаты* было слишком много влюбленных парочек. Память услужливо подкинула легенду о двух влюбленных, являющихся воплощением двух звёзд, — Вега и Альтаир, — что могли встретиться лишь раз в год на небосводе. Иери против воли устремила свой взор на ночное небо, выискивая среди миллиарда ярких точек две особенные, но очень скоро в глазах зарябило, и она бросила эту затею.       Годжо и Гето, скорее всего, её уже ищут.       Спустя пять минут шатенка вышла на небольшой склон, откуда можно было хорошо разглядеть ночной Токио. Удивительно, что здесь была только она, учитывая, насколько идеально это место подходило для романтических свиданий.       Однако она пришла сюда не видами любоваться.       Привычная горечь расцвела на кончике языка новыми вкусами, а под прикрытыми веками заплясали яркие пятна фейерверка. Табачный дым лениво царапнул стенки горла, вызвав легкое першение, и тонкой лентой уплыл в чистый воздух, растворяясь. В голове образовалась приятная пустота, пока никотин попадал в кровь и вместе с кислородом разносился по всему телу до самых кончиков пальцев.       — Ха.       — Так и знал, что она сбежала не просто так, — звонкий голос Сатору резанул сознание, рассеивая туман забвения. — Променяла нас на сигареты.       Вот ведь блядство.       — Ты же не надеялась действительно скрыться от нас, Сёко? — уха коснулись сухие губы, захватившие в плен чувствительную мочку уха.       Серёжки, что ли, начать носить?       — От вас-то спрячешься, как же, — раздражённо дёрнула бровью Сёко, стараясь сохранить каменное выражение лица.       — Тогда чего сбежала? — удивительно, как скоро чужие губы накрыли её собственные, а на языке таял вкус яблока в карамели. Сатору не изменяет своим привычкам…       … как и она сама.       — Ты уже забыла наш уговор? — тонкие пальцы ловко обхватили женское запястье, поднося сигарету, зажатую между девичьих пальцев, к губам. Сёко раздражённо промычала в губы Годжо, недовольная тем, что она не может следить за действиями Гето.       Судя по звуку Сугуру сделал затяжку.       Чужие пальцы коснулись острого подбородок, осторожно разрывая набравший обороты поцелуй и поворачивая в противоположную сторону.       У Сёко Иери были считанный секунды на то, чтобы отдышаться.       — Плохая девочка должна получить своё наказание, — певуче протянул Сатору, сквозь линзы очков наблюдая, как Сугуру выдыхает дым в приоткрытые губы девушки.       Сёко зажмурилась, на периферии сознания отмечая, что подобный способ курения соблазнителен, как и губы, находящиеся в паре миллиметров от её.       Чтобы потянуться первой, Иери пришлось проявить львиную долю мужества, давя противно орущую гордость, хотя, если быть откровенной, плевать ей было на своё самолюбие сейчас.       Губы Гето обжигали не хуже пламени, в то время как у Сатору влажные и прохладные губы, касающиеся открытых участков её шеи, пускали свору приятных мурашек по позвоночнику вниз. Выгнулась, глухо простонав в поцелуй, и больно укусила ухмыляющегося шамана за губу.       Чёртов лис.       Отстранилась, катастрофически нуждаясь в порции желанного кислорода, помутневшим взором наблюдая, как лучшие, мать их, друзья переглядываются, словно общаясь на телепатическом уровне.       Аргх, как же это заводит бесит!       Она даже не сразу заметила, как оказалась на земле, что приятно холодила кожу.       Пояс её юкаты куда-то пропал.       — Мы хотели привести тебя сюда ради фейерверков, но сейчас приоритеты сменились в иную сторону, — Ками, выражение лица, с которым Гето говорил эти слова, заставил Сёко почувствовать, как внизу живота приятно потянуло.       — Надеюсь, ты не слишком против? — взгляд Годжо ясно давал понять, что даже будь она против, что само по себе невозможно, сбежать ей никто не позволит.       Ха-ха.       — Без разницы, — дрожащими ресницами скрыла возбуждение во взгляде, стремясь вернуть голосу былую твёрдость. — Делайте, что хотите.       Недокуренная сигарета была благополучно забыта.       — Я вся ваша. Клоуны.       Похоже, Сёко Иери зависима не только от сигарет.