Экзистенциальный кризис: от пустоты к смыслу

У меня новая проблема, связанная с тем, что я как ненормальная не могу прекратить засыпать ее комплиментами. Лукина наверняка считает меня маленькой и глупенькой девчонкой, которая боится и стесняется ее как огня, при этом волочится за ней как собачонка. Ну и пусть! Плевать! Я не выбирала в кого влюбляться, в этом нет моей вины, ведь я просто не могу иначе. Ох нарвусь же на нее и что буду делать.. Каждый год все желающие с нашего факультета могут поехать на выходные на базу отдыха, традиция такая. Хорошая, надо сказать, традиция, потому что преподаватели тоже принимают участие в ней. Лозунг психологини - сохраняя и приумножая традиции, в соотвествии с этим она не просто ехала отдохнуть, но и провести тренинги. Итак, этот раз не стал исключением и мы поехали отдыхать. Господи, под «мы» я не имела в виду всех, а только ее и меня. Это все, что имеет значение для меня сейчас. Весь день в этом долбанном сосновом бору я пыталась найти Лукину и хоть немного с ней поговорить. И, конечно же, как идиотка я отвешивала раз за разом ей комплименты. Я до сводящей с ума боли в костях хотела, чтобы она обратила на меня внимание, но все мои попытки были тщетны. Сколько бы я не пыталась пройти мимо, включиться в беседу, она просто делала вид, что меня существует. К вечеру это знатно потрепало мне нервы, и я отчаялась. Все мои попытки установить с ней контакт были заранее обречены на провал. Вечером нас так же ожидал концерт, состоящий из номеров, которые мы сами подготовили. Но к тому моменту мне же все осточертело, поэтому во время концерта я вышла на улицу и ушла в самую дальнюю беседку, дабы предаться излюбленному за последнее время занятию - самобичеванию. Все шло по плану: я захватила наушники, нашла почти скрытый от всех уголок и устроила свой концерт по заявкам, которые были поданы моими загонами. Ни что не могло омрачить мое и без того мрачное состояние, но тут появилась она. Шла, разговаривая по телефону, в мою сторону. Сначала Лукина не заметила моего присутствия, чему я была бесконечно рада, а затем, все таки заметив меня, она даже остановилась. Боже, это было ужасно. Она была в ступоре, она явно не хотела меня видеть, но и просто так она тоже не могла развернуться и уйти (она же психологиня). Я сделала вид, что не замечаю ее, тупо смотря в экран телефона и делая вид, что занята чем то важным. Потом она ушла, и меня накрыла новая волна отвращения к самой себе. Я ей настолько неприятна, что она обходит меня стороной и не может даже смотреть на меня. АААААААААААААААААААААА Я устала. В этом всем нет смыла. Почему я не могла влюбится в какого нибудь смазливого парнишку, который холил и лелеял бы меня. Все было так просто, и мы бы были счастливы. Никаких мучений. И в этот момент чьи-то руки обвивают мою талию, я дергаюсь в испуге от неожиданности, слышу шепот, обжигающий ухо, шею и рассудок –Солнышко испугалось? Не бойся, я не кусаюсь, хотя могу. – Боже, Лукина. Ее руки сжимали мою талию, а я превратилась в человека неспособного произнести ни слова. Маша, соберись! –Эмм..Лаура Альбертовна, меня напугало ваше неожиданное появление, а не вы. – Браво, Маша. Можешь, когда хочешь. Сказала что-то нормальное. –Неожиданное? Можешь врать самой себе, но не мне. – Эх, Маша, ты даже не представляешь, что я вижу в тебе. Святая простата, действительно ведь полагает, что я ничего не понимаю. –Что ввы имеете в виду? – Я закапываю сама себя, а она довольная и продолжает давить на меня. Я не могу. Хочется кричать, просить о помощи, но не испытывать на себе этот жесткий и испепеляющий взгляд. Теперь она сидит рядом и не сводит с меня глаз. –Я имею в виду, что по-моему это ты, а не я, сегодня весь день пыталась быть рядом со мной и у меня на виду. Осторожнее, дорогая, я могу подумать что-то не то. – Ну молодец Лукина, сейчас у девочки случится инсультом с инфарктом. Но ведь она весь день хотела моего внимания, а я такая, какая есть. Ей нравится мое давление, моя жесткость. Она, конечно же, это отрицает, но ей нравится. –Я не понимаю о чем вы, Лаура Альбертовна. Мне просто вы приятны как преподаватель и как человек. – Что я несу? Преподаватель и человек, черт. Лукина, лучше бы ты заткнулась и снова обняла меня. –Интересно…как преподаватель и человек. Мм, чего то не хватает, тебе не кажется? Подожди-ка, а как женщина я тебе не нравлюсь? – Ну да, я убиваю психику и последние нервы Третьяковой. Мне не стыдно. Но как же хорошо, что стыдно ей. –Ну что вы, Лаура Альбертовна, вы потрясающая женщина. Вы очень красивая, умная и тааакая завораживающая. Нуу, я имею в виду, что вы хороший человек, это ведь все характеризует вас как человека. – Ага, обворожительность - просто характеристика человека. –Мм, я тебя услышала, Маша. – Бедная, покраснела, глаза бегают и смотрят куда угодно только не на меня. Хочется прижать и успокоить, а потом показать причины, по которым стоит краснеть и отводить взгляд. Она маленькая. Но она сама, все сама, я ничего не делаю. Это маленькая девочка выглядит абсолютно беззащитной, такая милая. Касаюсь ее щеки, она отводит взгляд и опускает голову. Лукина, остановись! Она же не в твоем вкусе. Ты статная женщина, у которой на первом месте карьера. Ты деспотичная женщина, ты жаждешь власти. Ты сломаешь ее. –Извини, Маша, мне нужно идти. – Сбегаю, но не понятно от нее или от себя…