Если бы я была тобой

Утро выдалось поистине странным, каким-то чрезмерно тревожным. Создавалось чувство, будто что-то вгрызалось в самое сердце, в душу, и при этом, так неистово рвало на части, мелкие, но вполне ощутимые. Кейл всё не мог понять, от чего именно исходит это чувство. От Рона, который весь день то и делает, что улыбается неизменной улыбкой. Или от его сына, что к слову, тоже особо разнообразием в выражении лица не блещет. Просто, каждый раз, когда он их видел, что-то в груди рвется. Сначала мальчишка подумал, что это из-за знаний о дальнейшем сюжете новеллы. Он вспоминал всякий раз, когда хотел дать волю своей немного ненормальной одержимости дуэтом отца и сына, о том, кто они на самом деле, и как повели себя после избиения настоящего Рыжего, и одергивал себя. Юноша говорил себе: " Это уже не те парни, о которых можно было прочитать в той толстенной книжке. Они опасны, очень опасны.» И это породило особый эффект. Теперь при виде Роновской улыбки, парнишка отворачивал взгляд и утыкал его куда-нибудь, но не на старика рядом. Это была смесь стыда, смущения и… Как и ожидалось, страха. Было страшно, не просто страшно за сохранность своей тушки, это чувство какого-то иного рода, и Кейл не мог его понять. Конечно, приходило одно лишь понимание, Рон не тронет его, даже если тот вытворит что-то не самое приятное. И это будет далеко не из-за того, что старик не хочет. Весь нервный парнишка словно сам себя поставил с ног на голову. Он ходил туда-сюда по комнате, запрещая старому слуге войти в его кабинет. Казалось, ничто не могло остановить этот вечный двигатель в виде одного рыжего юного графа, но случилось чудо. Рон, будучи хоть и терпеливым человеком, раздражался с каждым отказом Кейла. Не выдержав и 20 минут, он без особых усилий, тихо и незаметно открыл дверь, заходя внутрь. В кабинете было темно. Лишь тусклый свет свечи, стоявшей на рабочем столе, освещал небольшой участок и совсем немного задевал стоявшие чуть дальше книжные полки. Самого господина видно не было. Но мужчина отчетливо чувствовал, что он всё же никуда не делся. Потребовалось не более пяти минут, чтобы дать парню успокоиться, и уже после этого, безошибочно настиг его. Кейл сидел в тени у окна. Несмотря на то, что на улице вовсю светило солнце, на кабинет юного графа это никак не влияло. Может быть, все дело в плотных, черных шторах. Рон присел перед юношей и легонько дотронулся до руки. Парень вздрогнул всем телом и шокировано уставился на слугу. От чего-то появилось отвратительное чувство, загнанной в грот добычи. Но осознав, что сейчас опасность поджидает разве что, на задворках мироздания, парень состроил невозмутимое выражение лица. Можно сказать, что в этот момент в голове у старого слуги что-то щелкнуло, перестраивая мысли в более тревожное русло. Он не удержался от того, что бы тяжко вздохнуть и мысленно посетовать на свою не легкую долю. Как не крути, а его молодой господин, становился все страннее и страннее с каждым новым прожитым днем. Рона не должно было волновать это. Как и любые другие странности, творящиеся с Кейлом. Но, прирожденное любопытство и возникшее чувство приближающейся угрозы, не давало покоя, побуждая с новыми силами следить за рыжим юношей. Иной раз, старый убийца, даже допускал мысль, будто рыжего щенка подменили. И все же, с досадой каждый раз доказывал обратное. Мотивов похищения, а после и вовсе подмены личности, попросту не было. Да, врагов у бедного парня было не мало, но и те, просто жалкие шавки, которые и во век бы не решились на подобный сложный и опасный замысел. Кейл, не смотря на свой поганый характер и отвратное поведение, все еще значился старшим сыном графа. А Граф в свою очередь, не поскупился на охрану мелкому выродку. Карие глаза слуги внимательно, снова и снова искали осечки. Во внешности, в эмоциях или в знаниях. Но, практически все факторы, лениво говорили, Кейл настоящий. Единственное различие было в поведении, манерах и увлечениях. Ранее, совершенно не как не интересующийся искусством рыжий юноша, вдруг потребовал мольберт, краски и кисти. При этом, на свои творения, тот запрещал смотреть. Ни один из рисунков Рон, к его сожалению, найти не смог.