Автопортрет демона

Выход из пляжа в лагерь мне удалось найти быстро, однако появилась дилемма – чем заняться далее? Я точно знал, что мне нужно было «искать», только теперь был вопрос «что» или «кого»? На одной стороне весов имелся добрый друг Александр, которого я мало знал, и который попал в беду. Сейчас неизвестно, где он находится и чем занимается. Пионер-светила мог бы в это время, как истекать кровью где-нибудь в подвале, прося помощи, которая к нему не придёт, так и прохлаждаться в теньке где-нибудь на полянке в лесу. На другой стороне весов имелась моя «свобода». Я издал невольный смешок, когда подумал об этом слове. Свобода. А действительно ли я ею обладаю, или когда-нибудь обладал? Я не сейчас говорю, конечно, не о Свободе в прямом смысле этого слова, ибо если сравнивать моё существование в камере смертников, где весь остаток твоей жизни буквально делился на режимное расписание и пребывание в «Совёнке» … Я подразумеваю свободу от своей сущности: привычки, мысли, страхи, желания. Я прекрасно осознаю, что «тот Сливко» не исчез. Он некуда не уходил. Скорее, это был интервал перед ремиссией, которая произойдёт только тогда, когда я уже не смогу сдержать себя. Чего я бы, конечно, не хотел, ведь, как это сентиментально бы не прозвучало, я уже прикипел к жителям этого странного лагеря, и поэтому не хотел бы причинить им хоть какого-либо вреда. И именно поэтому мне нужно найти выход отсюда, пока не «началось». – О, привет, Анатолий! Задумался о чём-то? От мыслей меня отвлёк голос Слави, что смотрела на меня любопытными голубыми глазами. Оказывается, я всё это время стоял посреди центральной площади, как истукан и мешал людям ходить. – Да, думаю о ситуации с Шуриком. Как только я упомянул его имя, приветливая улыбка слезла с лица блондинки. – Да, мы всем лагерем беспокоимся о нём. – Пытались организовывать поисковую группу? Она лишь отрицательно помотала головой. – Я уверена, что он должен быть на территории лагеря. – А ты уже искала его? – Пока нет, как раз закончила с обязанностями и думала заняться этим. – она на секунду призадумалась, и вдруг засияла от пришедшей идеи. – Слушай, а может быть поищем вместе? Если, конечно, ты не занят… – Ни в коем случае! Ой, то есть я имел ввиду, поиск собрата, пока тот находится в беде – прямая обязанность пионера! А уж тем более с тобой, у которой глаз наверняка зоркий, я обязан сходить. Славяна от моих слов просто воссияла от восторга. – Отлично! То есть… спасибо тебе! Другие на твоём месте отказались бы. Точнее, отказывались, я пыталась предлагать. – она смущённо заулыбалась и поводила носочком по раскалённому асфальту. – И все только пытались искать предлог, чтобы уйти. А ты, Толя… Я уверена, Шурик тебе этого не забудет! – Главное, чтобы ты не забыла. – отшутился я, что пионерка встретила с яркой улыбкой. И на этой ноте мы вместе направились на поиски кибернетика. *** Первой нашей остановкой был клуб кибернетиков. Славя говорила, что она уже спрашивала у Электроника насчёт обстоятельств исчезновения его соседа, но решила допросить ещё раз на случай, если он ещё что-то вспомнит. Я решил, что в такой работе, как допрос я буду только мешаться, к тому же Славя в этом лагере ориентируется лучше, и поэтому попросил её разобраться с этим делом, пока я бы постоял снаружи. Возможно, даже пионерка понимала об уровне моих коммуникативных навыков, и поэтому встретила это предложение с необычайным энтузиазмом. – Хорошо, Толя. Я недолго буду. – сказала она, и зашла внутрь. Я вновь остался наедине со своими мыслями. Только сейчас я обратил внимание, что сама мысль о нахождении в одиночестве теперь кажется не такой плохой. Раньше, «при жизни» я старался заглушать одиночество двумя способами: интенсивной работой, или интенсивным онанированием, ведь сталкиваться один на один с неприятными, поистине омерзительными мыслями, несущими в себе плоды моих деяний. Теперь же, когда в мою жизнь ворвался «Совёнок», большинство мыслей стали заполнены именно им, его жителями и милыми хлопотами, связанными с ним. Если бы была возможность поблагодарить его хоть как-то… Эту мысль развить я дальше не смог, так как Славя вернулась на улицу. Она выглядела слегка понурой. Посмотрев в мою сторону, она лишь пожала плечами. – Ничего нового. Когда Сыроежкин ложился спать, Шурик был у себя на кровати. Утром же тот исчез. – Утром? А может быть, он мог уйти глубоко ночью? – Может быть. Так или иначе, мы это вряд ли сможем проверить, разве что… Блондинка на пару секунд призадумалась, а затем, будто вспомнив что-то, наполнилась знакомым энтузиазмом, и сразу же быстро направилась в неизвестном направлении. Я начал пятиться за ней. – После отбоя у нас объявляется комендантский час. – начала пояснять она. – Каждые два часа по лагерю проводит обход дежурный, который назначается по графику. Кажется, вчера дежурной была Анна. Если она сможет что-то вспомнить… Мне понравилась идея Слави. Она несла в себе хоть какую-то надежду, да и в любом случае, всяко лучше, чем ничего. *** Мы совсем быстро оказались у нужного домика, в дверь которого постучала активистка. Через несколько секунд она открылась и во входе появилась девушка с невыразительной внешностью. Судя по её виду, та отсыпалась после своей «смены». – Славя? Чем-то могу помочь? – спросила та сонным хриплым голосом, потирая ладонью свой глаз. Блондинка начала виноватым голосом. – Привет, Ань. Можем к тебе зайти? Девушка посмотрела на неё, а затем на меня и пригласила нас жестом внутрь. – Слушай, Аня… Прости, что тебя будим в такое время. Просто, мы хотели спросить, во время вчерашнего дежурства, ты ничего не заметила «странного»? Может, хорош какой, или звуки шагов? Или может быть, даже силуэт вдалеке? Анна снова напрягла свой сонный мозг, чтобы пытаться вспомнить хоть что-то, но судя по её извиняющемуся выражению лица – это было лишь тщетно. – Прости, Славя, нет. Ничего в голову не приходит. Блондинка снисходительно улыбнулась. – Всё хорошо, я понимаю. Спасибо всё равно, что помогла. И ещё раз, прости. Анна проводила нас из дома с коротким «всё хорошо» и попрощалась с активисткой. – И что будем дальше делать? Пионерка с косами снова пожала плечами и её лицо приняло то же самое выражение, что и около клубов. – Не знаю. Наверное, осталось только одно- – Звонить в милицию? Славяна отрицательно помотала головой. – Нет. Допрашивать каждого пионера. Может быть, какую-нибудь зацепку получим. Только… – та выглядела обеспокоенно. – Я не хотела бы тебя отвлекать, у тебя наверняка ведь есть ещё дела. – Ну уж нет. Я вызвался помочь, и доведу дело до конца! – воодушевлённо воскликнул я. Причём, даже вышло чересчур. Настолько, что даже мимо проходящие пионеры смотрели на меня странным взглядом. Главное, что понравилось Славе. – К тому же, у меня не может быть никаких дел до тех пор, пока мне не дадут поручение вожатая, или её помощница. А Ольга сегодня дала мне только одно задание: найти Шурика. Пионерка с блондинистыми косами вернула себе яркость лица и теплоту улыбки, и кивнула, согласная с моими словами. – Поняла. Знаешь, Толя…Честно сказать, когда я впервые увидела тебя, то подумала… знаешь, на секунду, что ты можешь быть неправильным человеком. Ну, ты понимаешь… – она виновата опустила голову на секунду, но затем снова подняла её, смотря мне в глаза. – Но теперь я поняла, насколько сильно ошибалась. Толик, мне никогда не хватало такого человека, как ты, рядом, но теперь, когда ты приехал сюда, я могу спокойно сказать… я так рада! И неожиданно Славя набросилась на меня с объятиями, как будто мы уже нашли этого Шурика, и причём это была моя заслуга. Я ощутил теплоту, что исходила из тела Славяны, а также, как часто билось моё сердце. Конечно, этот жест мне был очень приятен, только проблема именно заключалась в том, что Славя ошиблась, посчитав, что я не был «неправильным человеком», чтобы она не вкладывала в это словосочетание. И именно в этот момент я должен был сказать ей об этом, предупредить её! Но, конечно, я понимаю, что совершу вселенскую глупость, сделав это прямо сейчас, и поэтому я лишь обнял её в ответ, сказал, что всё хорошо, что эти чувства взаимны, и что нам пора, ибо дела ждут. Блондинке этого оказалось достаточно, та отпустила меня и мы снова направились на встречу неизвестному. *** И вновь мы занимались допросом других пионеров по поводу исчезнувшего Шурика, но в этот раз это скорее был «блиц-опрос» всех знакомых Слави касательно пропажи кибернетика в очках. Конечно же, к сожалению, никто понятия не видел его в ночь исчезновения, и их нельзя винить. Сам по себе Александр был не сильно общительным человеком, и не имел расширенный круг друзей. Даже есть вполне веские основания полагать, что Сыроежкин был единственным человеком, кому Саша способен доверять все секреты. А учитывая, что даже Электронник не смог понять, на кой ляд Шурику вообще понадобилось куда-то уходить ночью? Конечно, можно принять во внимание и теорию с возможным похищением. Тогда эта история выглядела бы логично: юный пионер во время экспериментов разрабатывает машину времени, о чём не догадывается. Об этом прознают спецслужбы, и похищают его, чтобы использовать знания Шурика в целях разработки сверхоружия. Только у этой теории была небольшая зияющая дыра: над ней посмеялась бы даже Ульянка. Так что работаем дальше… В какой-то момент мы решили сделать перерыв и присели отдохнуть на лавочке на центральной площади. Солнце в очередной раз не давало сбоя и активно припекало наши головы, чему не помогало не менее активное обмахвание ладонями. Вдруг, раздался звук сирены, что призывала пионеров на обед. Из-за сильной жары мне совсем не хотелось есть, но вот Славя решила встать. Перед тем, как направится в сторону столовой блондинка повернулась в моём направлении и сказала, мило улыбнувшись: – Ещё раз спасибо, Толя, что помогаешь. Твои старания правда неоценимы. – Всегда готов. – только и ответил я, шутливо отдав честь по-пионерски. И с этим Славяна пошла потреблять пищу, а я же решился пойти на место, где не был давным-давно.