Близнецы Майклсоны

      Следующее утро выдалось довольно трудным. Аарон не мог двигаться из-за ужасной боли. Поединок с Давиной стоил не малых сил. Ронни нашёл в себе силы отправиться в ванную комнату. Он начал смотреть на своё отражение. Попытки найти изъяны или изменения не увенчались успехом. Мальчик даже сам не знал, что ищет. Взор остановился на фиолетовых глазах. Многие сказали, что у него мамины глаза, но это не так. Его глаза темнее. В них больше злобы. Но к кому? Ронни усмехнулся своим мыслям. Этот список можно продолжать и продолжать. Затем, он посмотрел на чёрное пятно на груди. Эта ужасная боль была невыносима. Но он её заслужил.       Вчера вечером Аарон стал убийцей. Так он считал. Эти руки отняли жизнь невинного человека. Да, Ронни знал, что придётся пойти на такое, но отнимать жизни невиновных он не хотел. Клаус сказал, что первый раз всегда самый трудный, но он ошибается. Хуже всего было то, что это было легко как щелчок пальцев. Ронни хотел не думать о случившемся, но не мог. Предсмертные крики Тима его преследуют в кошмарах. Любой другой просто сломался бы, но не он. Аарон не станет жалеть себя или успокаивать. То что сделано, уже сделано. Этого уже не изменить.       Приняв ванный процедуры, ведьмак пошел в кухню, заварил себе крепкий кофе и сел за стол. Есть ему совершенно не хотелось. Кусок в горло не лезь. После случившегося, Клаус привел к Аарону ведьму. Софи Деверо. Она осмотрела его шрам на груди и обещала узнать все, что сможет. Но Аарона это не интересовало. Такую мощь он не намерен терять. Нужно лишь научиться её контролировать.       Достав из кармана телефон, Ронни ахнул. 48 сообщений от Кесси. 67 от мамы. 109 пропущенных звонков. Аарон позвонил сразу сестре. Та, довольно быстро, ответила.       - Аарон Генри Миллс слушает, - сказал ведьмак.       - Какого чёрта! - сразу начала его драгоценная сестрица. - Я просила не пользоваться магией всего пару дней! Но нет, ты же Аарон Миллс! Правила не для тебя! Всего за сутки ты устроил сверхъестественную драку! Чем ты думал!?       - Я убил человека, - с холодным тоном сказал Аарон.       Повисло недолгое молчание. Кассандра чувствовала беспокойство брата. Затем она начала разговор более спокойным тоном:       - Как ты?       - Нормально. А откуда ты узнала?       - Вчера вечером я почувствовала твою боль и ярость. Мы пытались тебе дозвониться, но ты не отвечал. Тогда мама позвонила Клаусу и он рассказал всё. Не вини себя. Ты не...       Не успела Кесси договорить, как брат её перебил.       -... виноват? Все вы так. Ты, Клаус и мама. Вы считаете, что это случайность, но это не так. Ты права, я был ужасно зол. Но я всё понимал. Всё! Я хотел сделать Давине больно. Я убил Тима, чтобы сделать ей больно. Я наблюдал, как он страдает и кричит от боли. Но даже на мгновение мне не хотелось остановиться, потому что Давина страдала. Теперь, скажи, дорогая сестрёнка, не виновен ли я?       Снова воцарилась тишина. Кассандра нашла подходящие слова и сказала:       - Ронни, я понимаю тебя, потому что чувствую то, что и ты. Это чувство вины, которое будет пожирать тебя изнутри. Я прощу тебя, мама простит, и даже Давина когда-нибудь сможет. Но это чувство не пройдет, пока ты себя сам не простишь.       - Я знаю. И, кстати...       - Что?       - До меня только дошло.       - Что?       - Мы так и не отпраздновали своё день рождение.       На другом конце, Кассандра начала смеяться.       - Я тоже только поняла. Праздновать сейчас будет неправильно.       - Почему?       - Во-первых, в тот день нас пытались убить. Во-вторых, прошло уже несколько дней, больше недели. Я думаю, стоит дождаться следующего года.       - Ну раз такое дело... с прошедшим днём рождения.       - И тебя.       - Вы уже в Мистик Фоллс? - спросил ведьмак.       - Нет, вчера мы остановились в Чикаго. Мама встречалась с каким-то своим другом. Мы в отеле. Вечером будем уже в городе. Ты думаешь это сработает?       - Ты про Беннет? Вчера я превратился в стаю воронов и управлял погодой. Если я смог такое, значит и другие ведьмы могут быть такими же сильными.       - Надеюсь. Ладно, я прогуляюсь по городу. А ты отдыхай! И это не просьба. И передавай привет Ребеке.       - Ладно, медвежонок. Пока.       - Пока.       Ронни допил кофе и отправился в свою комнату. Снова читая старинные книги Элайджи, Ронни пытался не думать о Тиме. Рано или поздно он научится привыкать к этому. Это лишь вопрос времени.       Дочитав огромную главу, Ронни выдохнул и лёг на кровать. Попытку заснуть прервало землетрясение. Весь дом начал дрожать. Ронни вышел из комнаты и направился прямо в мастерскую Клауса. Дверь была открыта. Ведьмак вошел туда, но древнего не обнаружил. Новое землетрясение. Аарон услышал звук упавшей картины. Хотя, вся комнаты была как после урагана, Ронни все же решил поставить упавшую картину на стол.       Подойдя и подняв картину, Аарон увидел нарисованного на ней человека. Это был он сам, читающий книгу. Всё так детально: глаза, лицо, руки. Аарон не знал, что думать. Когда, вообще он успел нарисовать это?! Если память ему не изменяет, при Клаусе он не читает. Новый толчок заставил Ронни поставить картину на стол. Выбежав из комнаты, ведьмак побежал во двор, где столкнулся с первородным гибридом.       - Аарон, ты в порядке? - спросил Клаус.       - Как видишь. Что происходит? Это землетрясение явно необычное. Я чувствую огромную энергию.       - Ты пользовался магией?       - Нет. Это магическая чуйка.       - Проблема в Давине. После вашей "беседы" она потеряла много сил. Её сила стала нестабильной.       - Что мне нужно делать?       - Тебе, ничего. Я пришел удостовериться, что мой ведьмак жив. Ты тоже потерял много сил. Тебе нужно отдохнуть. Мы сами разберемся с этой проблемой.       - Но я могу поглотить эту силу. Как тогда, во время ритуала.       - И потом навлечь на себя ещё одно проклятие? Нет. Оставайся здесь.       Не дождавшись ответа, первородный ушёл на вампирской скорости. Ронни выругался себе под нос и отправился в свою комнату.       Собрав все свои магические книги, Аарон сидел на кровати. Пытаясь найти способ контролировать силы. Аарон вспомнил свои ощущения во время драки с Давиной. Эта сила, мощь были просто невообразимы. Он был мог весь Новый Орлеан превратить в руины. Воспоминания прервало сообщение от Камиллы. Та просила ведьмака остаться дома. За окном был сильный ветер. Не то, что сильный, ураган какой-то! Аарон отправил ответное сообщение с просьбой не выходить на улицу и быть осторожнее. Вернувшись к чтению, Аарон наткнулся на интересную главу про силовые узлы.

"Каждая ведьма или ведьмак, знает закон сохранения энергии. Берёшь - отдаёшь. Магия не появляется из ниоткуда, её создают ведьмы. Для сотворения заклинание ведьме нужна энергия. Эту энергию можно взять из четырех первостихий: огня, воды, земли или воздуха. Перед ритуалом или заклятием, ведьмы, обычно, зажигают факелы и свечи, чтобы питаться энергией огня, так как она самая чистая и легко доступная. Когда колдун читает заклинание, то энергия, впитанная колдуном, заряжает заклинание. Проблема в том, что после снятия заклинания энергия, потраченная на неё, просто исчезает. Улетучивается. Эту силу нельзя сохранить или вернуть обратно, но можно направить. Последние остатки энергии можно направить на новое заклинание. И чем дольше стояло заклинание, тем сильнее оно становилось. Силовые узлы - это энергия, оставленная после заклинаний, которую можно направить. Зачастую, узлы можно создать только после произношения мощных заклинаний, так как они дольше простоят в нашем мире, чтобы можно было успеть собрать их..."

      Ронни понял, что тогда, в свой день рождения, он поглотил не сам огонь, а энергию, которой ритуал поддерживался. Но что это была за энергия, пока не ясно. Аарон решил использовать ясновидение, чтобы узнать, что поддерживало магический огонь. Дома никого не было, поэтому он собрал в гостиной всё необходимое. Свечи расставил вокруг себя, в форме пятиугольника. Гримуар был на столе. Ронни уже нашёл необходимое заклинание.       На душе было неспокойно. Буквально вчера, магия чуть не разорвала его, но ведьмак должен узнать, как управлять этой силой. Аарон собрал всю волю в кулак и начал читать заклинание.       Ничего не происходило. Аарон повторял и повторял заклинание, но не выходило. Попробовав ещё пару десятков раз, Аарон решил, что это последствие поединка с Давиной. Он встал с пола и подошел к столу. Аарон лишь легонько коснулся книги. В глазах потемнело, и ведьмак потерял сознание...       Ронни проснулся посреди леса. Мальчик встал и начал искать путь, по которому можно можно выбраться из леса. Услышав внезапный хруст ветки, Ронни увидел темнокожею женщину, одетую в светлое платье, времён гражданской войны. Она улыбнулась парню и начала уходить в чащу леса. Ронни пошел за ней, намереваясь узнать кто она и где они.       Они шли всё глубже и глубже, пока женщина не остановилась у сгоревшей хижины. Ронни остановился рядом с женщиной. Они посмотрели друг на друга, и женщина улыбнулась ему и зашла в хижину. Ронни зашёл за ней и оказался в неком подобии гостиной.       - Может, теперь поговорим, - сказал ведьмак, чьё терпение было на исходе.       - Хорошо, - ответила женщина.       - Для начала, кто ты такая?       - Меня зовут Эмили. Эмили Беннет.       - Беннет? Так, это тебя ищет моя мама?       - Я мертва. Твоя мать ищет моих потомков.       - Для чего мы здесь?       - Из-за тебя. Ты хотел ответов. Я готова ответить на твои вопросы.       - Я думал, заклинание ясновидения должно показать мне ответы, а не вести со мной беседу. Ладно, тогда мне нужно знать о чёрном ритуале. Что за энергия его питала?       - Черный ритуал - древний магический обряд сожжения души. Изначально, его источником был обычный огонь, но потом Ковен ведьм начали сжигать в этом огне других ведьм и использовать их внутреннею магию в качестве топлива. Каждый раз, когда сжигали кого-то, вместе с магией в огне оставались предсмертные крики сожжённых. Осколки их душ навсегда привязанных к огню. Когда ты поглотил силу огня, ты поглотил и эти души. Их боль смерти обжигает твоё сердце каждый раз, когда ты пользуешься их магией, а не своей. Чем сильнее обжигается твоё сердце, тем опаснее становишься ты сам. Ты не умрешь от этого. Но будешь вынужден испытывать их предсмертную боль. А боль содрогает разум и вызывает всплески хаотической силы.       - Ясно. Оставлю силы, буду вынужден умирать раз за разом. Сниму проклятие, придётся быть второсортным колдуном. Выбор не особенно богат.       - Выбор за тобой. Я лишь предупреждаю о последствиях.       - Спасибо за предупреждение. Если это всё, могу я вернуться к живым?       - Да, но хочешь ли?       - Что это значит?       - У тебя есть вопрос, который ты боишься сказать.       - Не понимаю о чём ты.       Повисло молчание. Эмили лишь смотрела на Аарона с улыбкой на лице. Ведьмака это бесило. Она была права. Был вопрос, который он хотел спросить, но не позволял себе этого. Направившись прямо к выходу, Ронни вышел из дома. Он пошёл в сторону леса, но дорога преградила Эмили.       - Что тебе нужно? - агрессивным тоном спросил Аарон.       - Что нужно тебе?       - Не играй со мной. Я узнал, что мне было нужно. Теперь я хочу обратно к живым.       - Это невозможно, пока ты не задашь вопрос.       Ронни хотел воспользоваться магией, но это не помогло. Он просто не смог этого сделать. Заклинание просто не сотворилось. Он пошёл прямо в лес. Эмили лишь смотрела ему в спину, улыбаясь.       Побродив пару часов, Аарон сел у дерева и начал думать, как отсюда выбраться. Хуже всего было то, что Эмили права. Ронни беспокоит вопрос, который он боится задать. Он просто не хочет получать ответа.       Из-за деревьев появилась Беннет. Она подошла к мальчику и села рядом.       - Ты не выпустишь меня, так ведь? - спросил Аарон.       - Задай вопрос.       Ронни молчал, пытаясь правильно подобрать слова. Решившись, он наконец то спросил:       - Где мой отец?       - Ближе, чем тебе кажется.       Ронни хотел спросить кто он, но в глазах потемнело и ведьмак снова потерял сознание.       Очнулся он в той же гостиной. Всё было на своих местах. Ужасный дождь лил как из ведра. Было уже темно на улице. Ронни проспал несколько часов. Ведьмак подошел к гримуару и начал искать заклинание связи с мертвыми. Внезапное чувство узнать правду об отце его душило. Он одновременно злился и хотел обрести семью. Всю семью. Всю жизнь, Ронни притворялся, что не хочет отца, так как не нуждается в нём. И все верили в его ложь. Но себя он не мог обмануть.