Фиктивный Vраг

— Эй! Ты оглох что ли? — догоняю его и хватаю за руку. Стэн моментально одергивает руку. — Не смей трогать меня! — Откуда, черт возьми, ты знаешь о моем отце? — гневно смотрю на него. Он с пренебрежением оглядывает меня, а затем не проронив ни слово, движется в сторону лестниц. Каждое его действие раздражает меня. Я плюю на все правила приличия, точно так же как и Себастиан плюет на чувства людей. — Ты чертов мизантроп, -перехожу на крик- Если ты сейчас же не скажешь, как ты узнал… — То что? Что ты сделаешь? — перебивает меня Себастиан.- Позвонишь Крису? Не думаю, что он готов сейчас тебя слушать, маленькая миссис Стэн! — от его циничной улыбки, начинает подступать тошнота. Я действительно не знаю, что я могу сделать, пока моё внимание не привлекает фарфоровая ваза. Я без раздумий хватаю её и выплевывая каждое слово кричу ему в спину — Если ты не дашь ответ на мой вопрос, я разобью эту вазу о твою башку! Стэн слегка поворачивает голову в бок и спокойно отвечает: — Тогда ты за всю жизнь не расплатишься со мной. И твоя никчемная душа, будет в моем плену вечно! По моим щекам покатились слезы. Я оказалась не в силах ответить Стэну ни слова. Победно улыбнувшись, он вновь отвернулся и поднимаясь наверх произнес: — Тебе лучше пойти спать, Ева. Завтра нам нужно поехать на студию по-раньше. Доброй ночи. На полусогнутых ногах, я медленно побрела в сторону стола, на котором стояла ваза. Аккуратно поставив ее на место, я подняла голову. Передо мной стояла обеспокоенная Беатрис. — Ева. — она бегала глазами по моему мокрому от слез лицу.- Я не знаю, что произошло пятнадцать минут назад, но точно могу заверить тебя, что Себастиан не такой. В него будто вселился зверь… Такая выходка проявилась впервые.- Бет виновато заламывает руки, будто это она пыталась меня задушить. — Бетти, я верю вам. Себастиан очень обходителен с другими. — я поворачиваю голову и смотрю в зеркало стоящее возле столика с вазой.- Зверь в нем пробуждается, только когда я рядом.- поворачиваюсь к женщине.- Простите за испорченный вечер. Доброй ночи. — Иду в сторону лестниц и вступив на первую ступеньку произношу: — Вам не в чем винить себя, Беатрис. — Милая.-слышу её голос за своей спиной, но не поворачиваюсь, а быстрым шагом поднимаюсь наверх. Слезы душат изнутри, тело бьется в агонии. Меня загнали в угол. Я оказалась, словно в запертой темной клетке откуда невозможно выбраться на волю. Единственный луч, что мог осветить эту клетку, хоть капельку, сейчас не возьмет трубку. Как же глупо получается! Последние восемь месяцев , по настовлению мистера Робинсона, я посещаю психолога. По мнению Ричарда, пропажа отца сильно ломала меня изнутри. Он сопровождал меня на каждый сеанс, словно маленькую девочку. Через пару месяцев доктор смог вытянуть наружу, как он сказал- мой главный страх. Страх одиночества, назвав его сложным медицинским термином- аутофобия. Но анализируя ситуацию последних дней, я могу сказать, что доктор ошибся. Я не боюсь одиночества. Я боюсь людей!