Выжить любой ценой

      Очередной день, очередная головная боль. Но нет, что-то не так. Слишком уж сильно тут воняет. Стоп. А тут — это где?       Только сейчас мне хватило ума пошевелить извилинами и оценить обстановку вокруг себя. Картина была кошмарная: все тело в слизи и крови, останки знакомых, чьи-то внутренности лежат прямо на моем животе. Засуетившись я скидываю часть кого-то с себя и в панике отползаю подальше. Как только я оказываюсь на части брусчатки, где уже нет кровавых следов, меня всю скрутило, а завтрак решил, что ему срочно нужно увидеть белый свет.       Впервые вижу такое: трупы, разбросанные останки тех с кем я делила завтрак пару часов назад, море крови повсюду, дым от испаряющегося титана. Ко всему этому я оказалась не готова, да и вряд ли кто-то может быть готов к ТАКОМУ.       Сидя на земле я закрываю лицо руками, чтобы не видеть окружающего ужаса. Пять лет… Гребаных пять лет не было ни одного нападения титанов и именно сегодня оно произошло. Черт, да я только окончила училище и даже не успела выбрать куда хочу пойти. Нет, нет, нет. Это все слишком, это не может быть правдой, слишком плохо, чтобы ей быть.       Вдох — выдох. Нужно взять себя в руки. Вдох — выдох. И спасти свою задницу.       Дав себе пощечину для более ясного мышления, я встала на ноги. УПМ не было. Куда оно делось? Осмотревшись вокруг я заметила его в эпицентре трупного месива, откуда совсем недавно уползла. Как оно там оказалось? А я почему там была? Нахмурив брови и приложив все усилия чтобы отыскать это воспоминание в своей голове, мне все равно не удалось это сделать. Словно оно отчаянно не хочет показываться мне. Но да ладно, сейчас не до этого. Нужно забрать УПМ.       Подходить туда совсем не хотелось, но другого выбора нет. Сглотнув ком тошноты я двинулась навстречу своей, вероятно, единственной возможности выжить. Приходилось идти медленно и на носочках, чтобы не задевать части тел своих товарищей. Когда я надевала УПМ обратно, то чуть не уронила его из-за дрожи в руках. Страшно подумать, что я бы могла сейчас лежать мертвым телом рядом с ними. Но я жива, поэтому нужно приложить все усилия, чтобы это так и оставалось.       Из-за этого неясного пробела в памяти я не понимала где нахожусь и в какую сторону нужно идти. Видимо, голову я не совсем отбила, так как минимальное представление о том что нужно делать все же было. Так, мне нужно взобраться на крышу, найти максимально короткий путь до стены и добраться до нее, по пути избегая столкновений с титанами. Не шибко хороший план, но он должен мне помочь. Надеюсь.       Да, да, да. Я знаю что это меня совершенно не красит как солдата, но думаю можно сделать мне скидку на то, что обучение кончилось только на днях, нашивка на форме все еще кадетская и я осталось совсем одна. Ведь одна я не справлюсь. «Один в поле не воин», не зря же так говорят. Тем более если это поле здоровенных монстров. Если я сейчас тут сгину, то точно не смогу принести пользу человечеству, а лишь стану закуской. Нет, лучше сберечь себя и дать отпор, когда я буду готова. Главное выжить. Монолог в голове отлично помогает держать себя в руках и продолжать двигаться вперед. Забравшись на крышу я чувствовала себя лучше и увереннее, чем когда была внизу. Мой «план» дает мне надежду на то, что я смогу выжить, хотя скорее всего это лишь иллюзия. Пусть так, если это иллюзия поможет мне выжить, я согласна. Выжить, выжить, выжить. Только одно слово вертится в мыслях.       Стоя на крыше я начала оценивать ситуацию и подыскивать максимально короткий и безопасный путь до стен. Странно… Слишком много разрушений. Прорыв ведь произошел совсем недавно, но уже столько повреждений. Правильно нам говорили на лекциях «Лучше переоценить противника, чем недооценить». Радует что видно испарение этих выродков, значит мы и правда можем их убивать. Ладно, что-то я отвлеклась. Потом буду размышлять и философствовать, когда буду в кругу друзей топить эти страшные воспоминания в алкоголе. Друзья… А откуда такая уверенность что они живы? Нет, они не могут умереть, просто не имеют на это право. Каждый из них сильнее меня в два раза. Лучше сейчас не думать об этом, надо добраться до стены.       Выбрав путь я начала продвижение к стене. На мое счастья она была недалеко от меня. Монолог в голове перестает быть спасательным кругом, теперь я начинаю еще больше паниковать и переживать, но уже не за себя, а своих друзей. Главное не потерять голову. Через пару минут я уже буду на стене и смогу лично убедиться, что с ними все хорошо, ну или хотя бы кто-то расскажет мне о них. Неизвестность уже становиться невыносимой.       Последние метры до стены преодолены, остался подъем и все. Наконец на месте. Удача все еще была на моей стороне, так как на своем пути мне удалось не встретить титанов. Без промедления я двинулась в сторону солдат, которые находились на стене. Они что-то обсуждали, вероятно оценивали потери и выстраивали дальнейший план действий. Я была не знакома с ними, поэтому когда чуть поодаль от этой группы солдат я увидела знакомую фигуру, двинулась к ней. Это был Райнер. Он сидел, упирая локти в колени, его руки вцепились в волосы так, словно он хотел их выдрать, невидящий взгляд, направленный в пустоту. Он тоже явно не рад тому, через что ему сегодня пришлось пройти и что пришлось увидеть.       Я не хотела его напугать, поэтому аккуратно подошла и встала слева от него, положив руку ему на плечо. Мне хотелось его поддержать, чтобы он знал что не один противостоит этим ужасам. Мои поглаживания не остались не замечены. Райнер медленно поднял на меня свой взгляд. В его глазах было столько боли, что хотелось спрятаться от нее. Около минуты мы молча смотрели друг другу в глаза, затем, отвернувшись, он закрыл лицо руками и хриплым голосом сказал: — Я рад, что смог еще раз тебя увидеть, но это бесполезно. Я знаю, что ты мертва. Так что чтобы это ни было: иллюзия или наваждение, — прошу, оставь меня. Я не хочу переживать эту боль снова.