Инвалидное кресло не повод опускать руки

*** Тсуна тренировался долго и упорно. Теперь он прекрасно развил свое тело, точнее его верхнюю половину. Для него даже не составляло особого труда отжиматься на одной руке, а подтягивался он уже почти сорок раз. Однако вот с его силой были проблемы. Непонятно почему, но использование Пламени вызывало адскую боль в спине. С чем это связано никто объяснить не мог. Над причиной бились лучшие специалисты Вонголы и доктора Каваллоне. Найти ответ не удавалось. Тсуна решил наконец взять себя в руки. Да и пора было уже окончательно наладить связь со своими Хранителями. - Привет, глупый ученик! - на стол перед ушедшим в свои мысли Тсуной приземлился солнечный аркобалено. - Реборн? - пискнул от неожиданности Савада. - О чем задумался? - хитро улыбнулся киллер. Дечимо тяжко вздохнул. - Как вернуть расположение моих Хранителей. Взгляд собеседника стал еще хитрее. - Они и так за тебя и в огонь, и в воду. - Ты сам знаешь, что я имею в виду, - отмахнулся юноша. Это раньше его можно было легко сбить с мысли, теперь это уже другой вопрос. - Если хочешь, чтобы было все, как прежде, вспомни школу. - Что ты имеешь в виду? - Вспомни, каким ты был сам. Что хотели и к чему стремились твои друзья? Попробуй их получше понять. - Имеешь в виду то время, когда мы еще не погрязли в мафию? - Именно! Никчемный Тсуна, пользуйся своими мозгами. Для чего они тебе даны? Тсуна слабо улыбнулся и призадумался. Аркобалено молча за ним наблюдал. - Ну, - неуверенно протянул шатен, - возможно я знаю, что делать. Только вот КАК это сделать не знаю. - Вот как? А ну-ка поделись мыслишками своего жалкого мозга! Тсуна недовольно покосился на собеседника. Нет, Реборн нисколько не издевался, просто он так и не изменил своего к нему отношения. Немного посоветовавшись с Реборном, Савада нашел ответ. Единственное, что он пока не знал, это как подобрать ключик к Хибари, но с этим парнем всегда были проблемы, так что Тсуна особо не расстраивался. *** Тсуна приказал установить на улице специальную площадку с тренажерами. Она была скрыта среди деревьев и находилась в ста метрах от особняка. Из окон дома ее видно не было. Место было тихим, окруженным со всех сторон густыми кустами, недалеко располагалась беседка. С изобретением корсета, у Савады стало больше простора для маневров. Он каждый день приезжал на площадку, кое-как перебирался с кресла на брусья и тренировался до изнеможения. Тренировочное оборудование было спроектировано очень хитро. Это были металлические поручни, деревянные кольца, брусья, веревочные петли, особая полоса препятствий. Все приходилось выполнять, используя одни только руки: либо вися, либо активно перетаскивая тело. В первое время Тсуна мог пройти едва ли треть пути, с каждой неделей пройденное расстояние увеличивалось на два метра. *** Рехей только вернулся с миссии. Он был наполнен таким довольством, что ему не терпелось поделиться новостями с Тсуной. Это было полнейшим кретинизмом, с одной стороны, но Савада направил его вести переговоры с одной семьей. Все Хранители хором доказывали Десятому, что это просто смертоубийственно, да и глупо, но шатен упрямо доказывал своим подчиненным обратное, ссылаясь на свою интуицию. Спор занял у них весь вечер, пока не явился Реборн и не поддержал Тсунаеши. После этого Хранителям осталось только смириться. И кто бы думал, что переговоры прошли на высоте. Оказалось, что глава Экперцо тоже помешан на спорте, и не на каком-то невинном виде, а именно на боксе. В общем, спортсмены быстро нашли общий язык, даже провели дружеский спарринг. Теперь Сасагава красовался внушительным фингалом под правым глазом. Рука у дона Рикардо была тяжелая. Зато тот сразу подписал все бумаги и даже предложил большее. Вонгола приобрела еще одного очень выгодного союзника. Рехей был горд собой и боссом, который поверил в его силы. Боксер несся домой на крыльях успеха и прямо-таки горел экстримальным счастьем. Обойдя весь замок, он стал расспрашивать всех, где может быть босс. Однако обслуга терялась, а горничная Нинель посоветовала найти какого-то Майкла Росси. Так как Рехей не часто, в последнее время, бывал в особняке, то он не знал кто это. Однако, горя несказанным энтузиазмом, он успел заглянуть в каждую комнату и все-таки отыскал нужного человека. Тот с загадочной улыбкой выслушал спортсмена и указал, где искать Саваду. Выходя из-за дерева, Сасагава хотел уже крикнуть во всю мощь легких приветственную речь, чтобы привлечь внимание босса, но так и застыл с открытым ртом. Что-то толкнуло его обратно в тень. Он сделал шаг назад, укрывшись за широким стволом и потрясённо наблюдал за действиями Тсуны. Савада медленно перебирал руками, поднимаясь все выше и выше. Тело безвольной тушкой волочилось следом. Пот градом катился с тела юноши. Под нежной кожей перекатывались тугие мускулы. Рехей понимал, чего стоят такие усилия. Ведь Саваде приходилось напрягать каждую мышцу в теле, чтобы выполнять упражнения. Шатен был одет в светлую майку, поверху которой был застегнут корсет. Боксер видел, как крепления впиваются в плечи, натирая до красных полос. Тсуна упорно поднимался все выше и выше. Отчетливо было видно, как работают его руки, плечи и верхняя часть спины. Рехей мысленно прикинул, смог бы он это повторить, и неожиданно для себя осознал, что он бы так не смог. Савада перепрыгнул на соседний турник и стал совершать невообразимые движения, поднимаясь по хитро закрученной системе перекладин. Безвольное тело колыхалось подобно маятнику, мешая процессу восхождения. При следующем прыжке, рука шатена резко соскользнула и он чуть не грохнулся об землю с огромной высоты, но в полете успел схватиться за другую перекладину. Что-то громко хрустнуло, Тсуна коротко вскрикнул и разжав руки, безвольным кулем рухнул на землю. Савада лежал и, скрипя зубами, пытался сдержать стон боли. Приземление было крайне неудачным. Из глаз брызнули слезы. От бессилия захотелось взвыть. Рехей нерешительно потоптался на месте. С одной стороны, он должен был сразу кинуться на помощь боссу, а с другой, прекрасно понимал, что именно сейчас появляться нельзя. Ущемленная гордость и собственное бессилие сильно били по любому самолюбию. Он, как уверенный спортсмен, прекрасно понимал, что такое спортивная травма и как с ней тяжело бывает справляться. Однако душа боксера рвалась вперед, несмотря ни на что, оказать первую помощь. Уже решившись выйти из укрытия и раскрыться, Рехей увидел, что на поляну выскочил виденный им ранее парень. - Дон Савада! - встревоженно заорал юноша, кидаясь к Десятому. - Вы что, совсем с ума посходили?! - в голосе Росси отчетливо слышалась угроза. Сасагава недоуменно вскинул брови. Как этот незнакомец позволяет себе так вести себя с боссом Вонголы? - Майкл, я же просил меня так не называть, - тихо выдохнул Тсуна, морщась от невыносимой боли и до крови закусывая губу, чтобы не застонать. Рехей максимально напряг слух, чтобы расслышать его слова. - Но, дон Савада, - от волнения, у его личной сиделки совсем вылетел их уговор из головы, - с вашей спиной это чревато необратимыми последствиями. Что будет, если вы усугубите травму позвоночника? Сердце боксера от этих слов ухнуло в пятки. - Что будет, что будет! - передразнил Савада. - Буду лежать безвольным кулем в кровати. В полнейшем одиночестве. Потому как полный калека никому не будет нужен, - по губам шатена скользнула кислая улыбка. - Все меня бросят. Кому нужен такой калека? - в его словах звучала такая горечь, что даже собеседник слегка скривился. - Да что вы такое говорите?! - искренне возмутился Росси. - Ваши Хранители вас обожают! - Ага, как же! - печально рассмеялся Тсунаеши. - Так обожают, что на глаза стараются не показываться. Да уж, просто предел мечтаний, - колючий сарказм так и лился из уст дона. От этого мрачного смеха внутри у боксера все свернулось в тугой ком, от вины и горечи. А ведь и правда. В то время, как их маленький храбрый босс всеми силами старается ради Вонголы и своих Хранителей, они сами все дальше и дальше отдаляются от него, стараясь не показываться на глаза. А для их нежного и хрупкого Неба больнее всего именно одиночество. Сасагава с трудом сглотнул ком в горле, чувствуя себя предателем. Его босс верит в него, несмотря ни на что, а он, такой весь из себя сильный и всегда крутой, не смог также искренне верить в самого Тсуну. Мужчина с трудом удержал себя от того, чтобы не ударить по дереву. Оно бы обязательно сломалось от его действий. Развернувшись, Рехей тихо ушёл. Ему нужно было многое обдумать. Отчет немного подождет. Майкл осторожно перевернул Десятого на живот и мягко пробежался пальцами вдоль позвонка, попутно проверяя крепления корсета. - Да вроде ничего не сломал, - задушено пробурчал Тсуна, слегка приподнимая голову. - Это я буду решать, - строго отозвался собеседник. Удостоверившись, что все действительно в порядке, Росси поднял тело босса на руки и осторожно уложил на широкую деревянную скамью, что тоже была специально тут установлена. Быстро расшнуровав корсет, еще раз внимательно осмотрел спину и поврежденное плечо, натер кожу специальной мазью, снимающей воспаление и болевой синдром. Закончив со всеми процедурами, массажист снял корсет окончательно и подняв шатена на руки, понес в дом. На возражение Тсунаеши, что он мог бы отвезти его в кресле, мягко, но твердо возразил, что лишняя нагрузка ему сейчас ни к чему. А еще, юноша никогда вслух в этом не признался, ему нравилось носить хозяина на руках. Это не имело никакого сексуального подтекста. Просто это было так странно и приятно, ощущать это миниатюрное тело в своих объятиях, зная, что внутри этого комочка живет яростная сила и мощное пламя. В этот день его личный гувернер категорически отказался пускать Саваду за рабочий стол. Выйдя в коридор, он нашел Правую руку и объяснил ему ситуацию. Гокудера просто воспылал энтузиазмом и осознанием, что он может быть полезен боссу, кинулся разбирать бумаги, что скопились на столе его обожаемого Дечимо. После этого Росси провел еще парочку дополнительных сеансов специального массажа, возвращая позвонки на место, втер в кожу специальный раствор и заставил выпить снотворное. Боль обещала вернуться посреди ночи, травма все-таки была серьезная, хоть Тсуна и отнекивался и всячески утверждал, что он в порядке. Ночью дверь тихонько скрипнула и на цыпочках в комнату пробрался неизвестный. Аккуратно сев на край кровати, медленно стянул со спины спящего Савады одеяло и протянул к нему руки. В кресле рядом сонно завозился Майкл. Протерев слипающиеся глаза, он уже хотел крикнуть охрану, как увидел теплое желтое Пламя, которое окутывало ладони незваного гостя. Тот тихонько шикнул на Росси, призывая к молчанию, и продолжил лечение. Майкл недоверчиво прищурился, потом встал и подошел ближе. Мягкое Пламя, что лилось с рук Хранителя Солнца, ласково лечило спину Десятого. Напряженное лицо Тсунаеши во сне разгладилось, на губах появилась счастливая улыбка. Погасив Пламя, Рехей широко улыбнулся, сверкая в темноте белоснежной улыбкой и показал Росси большой палец. Тот хмыкнул, оценив юмор, потом покрутил у виска пальцем и вернулся в кресло. Сасагава меж тем на цыпочках выскользнул за дверь. *** Савада снова перебирал гору документов. Глаза уже слишком устали, строчки двоились и сливались. Шатен подъехал к окну и устало откинулся на спинку кресла. Вдруг кто-то засунул ему в рот небольшой мягкий предмет и зажал ему рот и нос. Тсуна напряженно дернулся, но тут же успокоился. Интуиция подсказала, что угрозы напавший не несет. Тсуна проглотил что-то склизкое и холодное, с трудом оторвал одну из рук от своего лица, вдыхая воздух. Вместо активных попыток вырваться, Мукуро получил недовольное сопение, яростные взгляды и расслабленное тело. Рука тут же освободила рот шатена. - Что ты делаешь? - недовольно поинтересовался Дечимо, гневно сверкая глазами. Голос парня прозвучал совершенно спокойно. Словно он отчитывал своего Хранителя, что тот не закрыл окно, а не напасть на него пытался. Чем в энный раз удивил иллюзиониста. Таких непредсказуемых и нечитаемых людей, Мукуро больше не встречал в своей жизни. - Пугаю тебя! - самодовольно усмехнулся Рокудо. - Ну да, ну да, - скептически хмыкнул собеседник. - Развлекаешься? - Есть такое! - сладко улыбнувшись, проворковал иллюзионист. - Ты что за дрянь мне в рот засунул? - слегка обеспокоенно поинтересовался Савада. Интуиция молчала, значит повода для настоящего волнения не было. - Тебе понравится! - Не очень-то мне это понравилось. Гадость какая-то слизкая! - скривился от отвращения Тсуна. - Скоро оценишь! - лукаво улыбнувшись, Мукуро отошел на несколько шагов и требовательно протянул руку. - Иди сюда! - Что? - Сюда. Иди! - как заклинание повторил иллюзионист. - Да ты издеваешься?! - гневно выкрикнул Тсунаеши. Любому терпению есть предел, а его готово было лопнуть вот-вот. Савада резко замолчал, смотря на слишком серьезного иллюзиониста. Что он задумал? - Иди ко мне, мой кролик! Мой зайка, лапусик! - тут же расплылся в похабной улыбочке Рокудо, смотря взглядом удава. - Мой котёночек! Кыс-кыс! Сюда, сюда, к ноге! Мой нежный цветочек! - от притворной сладости в голосе Мукуро можно было получить диабет. Но больше всего дико бесил его голос. Как-то незаметно лопнула последняя нить терпения. Разум Тсунаеши затопила алая ярость, и он рванул вперед.