Часть 4 - Желания
15 мая 2021 г., 11:01
Вечернее солнце окрашивало высокую сухую траву золотом, изредка прячась за облаками, от чего тут же становилось холодно. Голову посыпало мелким снегом, возникающим как бы из ниоткуда, но делающим окружение более приятным для глаза. Высокие чёрные ели в белых шубах сразу смотрелись менее зловеще, когда начинал падать снег. Ветра практически не было, поэтому всюду царила тишина. Единственным шумом оставался только скрип кожаных сапог и шуршание мелких камней на промёрзшей земле.
Тарталья шёл вдоль покосившегося деревянного забора из прогнивших досок, на котором висел старый, насквозь влажный ковёр с толстыми торчащими нитками. Его узор напоминал что-то знакомое, но стоит начать вспоминать что именно, как тебя выворачивает наизнанку, заставляя проваливаться в не своё прошлое. Череда полузаброшенных сараев, стоящих, как заваленные, побитые войной солдаты на параде, не вызывала никакого интереса, она, вообще, ничего не вызывала. В Снежной полно таких мест, но жилых домов среди них мало, поэтому встретить в руинах можно только диких собак.
Поднимаясь на холм, Тарталья дошёл до красного кирпичного дома с обвалившейся стеной. На верхушках обломков блестела толстая корка льда, образовавшаяся из-за воды, стекающей с шиферной крыши. Предвестник на миг замер. Он прислушался к пространству, замечая только слабый ветер, качающий сухие стволы борщевика. Место казалось слишком спокойным, мёртвым.
Предвестник выслеживал своих врагов несколько дней, подключив к этому агентов. Работать нужно было тихо и быстро, пока все, кого необходимо было найти, не покинули пределы страны. Чаще всего эти типы прятались прямо под носом, в самой гуще, где нельзя выцепить конкретного человека сразу. Тарталья взял на себя обыск старого дома на задворках. Тут он сможет разгуляться, если что. Он намерен разгуляться.
Пройдя во двор более-менее сохранившегося дома, Тарталья приметил большую гору деревянных ящиков и проржавевших клеток разных размеров. Он подошёл к двери и легонько качнул её. Та со скрипом поддалась. Внутри серая пелена, пахло сыростью и пылью, было много поломанных и ненужных предметов, которые давно никем не использовались. В глубине дома висели алюминиевые кастрюли, тупые ножи, сухие веники из непонятной травы и чья-то поношенная одежда на тонкой натянутой нитке. В углу был промятый драный диван. На импровизированной кухне на маленькой газовой плите стояла остывшая постная похлёбка бурого цвета. Кто-то недавно готовил её, тот, кто живёт здесь.
Продолжая в полумраке изучать комнату, обставленную под временное жильё, Тарталья брезгливо касался вещей, изучая их и гадая о назначении, если оно не было очевидно. Пройдя в ещё одну комнату, он почувствовал неприятный резкий запах туалета. Развернувшись и выйдя на улицу, Предвестник был разочарован. Всё это больше похоже на простую лачужку отшельника или человека, ведущего собачий образ жизни. Но клетки… зачем их столько? Тарталья хотел это узнать. Он завернул за угол на задний двор, наблюдая перед собой узкую дорожку и высокие будки с отсеками для содержания животных. Чаще всего в них держали кроликов, но эти были явно не для них. Не для обычных кроликов, в любом случае, судя по остаткам элементальной энергии. Из тонких решёток торчали комки соломы со странным бурым налётом, похожим на застывшую кровь. Подойдя к сараю в конце дорожки, Тарталья открыл его, обнаруживая лестницу в подвал. Он осторожно спустился по ней, чувствуя всё тот же запах сырости и плесени. Стены были холодные и влажные, покрытые тонкой коркой льда. Ступеньки слегка скользили.
Спустившись в подвал, Тарталья несколько удивился. Перед носом была толстая металлическая дверь какого-то бункера, расположившегося под землёй. Замок был открыт, он висел только на одном кольце из двух. Чайльд зашёл внутрь.
Обстановка куда чище, но также ужасна. Металлические стеллажи, забитые пустыми клетками разных размеров, мешки с зерном. Много ящиков цветных камней разной паршивости. Похоже Предвестник по адресу. В глубине коридора послышались голоса. Один из них был очень даже знаком — зазывающий, громкий, мерзкий. Тарталья гневно сжал кулаки, вспомнив, кому тот принадлежит. В глазах пробежали лиловые блики.
Громкий шаг Чайльда эхом отражался от стен. Он вышел из мрака на слепящий зрачки свет, как чудовище из Бездны. В подвале, под тусклой лампой жёлтого света, без абажура, за одним столом сидело пять взрослых мужиков и один мальчишка, делящих между собой деньги. Они складывали купюры горками, выстраивая из них своеобразную карту, читать которую могут только они. Дело привычное, Фатуи делают так же. Но чаша терпения переполнилась, яд полился из её краёв. Последней каплей был угол этой маленькой комнаты, в которой высокой горкой лежали шкуры убитых животных.
***
Свернувшись в кольцо, Рекс в очередной раз зевнул, продолжая лежать на шкафу, под потолком, и со слабой ненавистью смотреть на тоску вокруг себя. Тихая комната навевала ужасную скуку, но если бы её снова нарушил Тевкр, то лучше от этого бы не стало. Он уже приходил пару раз, желая сдержать данное брату «обещание» и поиграть с его другом, рискуя оторвать тому всё, что можно. Даже регенерация не спасла бы его от повторной потери конечностей в ходе какой-нибудь постановочной битвы. Тевкр не сделал бы это умышленно, всё случилось бы само собой. Дракон это понял, когда заметил в руках мальчишки безрукого робота и озорной огонёк в глазах. Хорошо, что Тевкр слишком мал, чтобы достать его. Рекс снова зевнул. Тартальи не было видно уже третий день, что начинало вызывать за него беспокойство. Вернётся ли он? Жив ли? Может он отправился за границу, решив не брать с собой балласт в виде питомца? Как Предвестник и сказал, его мама не давала умереть с голоду, но дракон не то чтобы нуждался в этом. Из-за подавленного настроения аппетит и так не шёл. Несмотря на то, что его освободили из клетки, ощущение было такое, что она просто стала больше в размерах, при этом продолжая сильно давить. Что он снова в ней заперт, не в силах что-либо сделать. Просто сиди и жди, когда к тебе снова придут люди с закрытыми лицами, чтобы заставить тебя спать. Дракон тихо протяжно заскулил, чувствуя, что ему холодно без чужих рук и звонкого смеха. Что он снова хочет чувствовать вокруг себя чужой запах, игриво покусывая мягкие пальцы и путаясь в одежде. Рекс очень скучал. Он вспомнил о том, как Тарталья вдыхал аромат чужого письма, ощущая себя от этого легче, решив попробовать что-то похожее. Дракон ловко спрыгнул со шкафа, перебираясь на аккуратно застеленную кровать Предвестника. Он уткнулся мордой в подушки, полагая, что на них должен был остаться посторонний запах, но с ужасом обнаружил, что от них пахнет лишь стиральным порошком. Когда бельё успели поменять? Этого не должно было произойти. Не получив желаемого, дракон почти отчаялся, пока на глаза не попалась куча скомканной одежды, явно, ношенной. Это были светлые брюки и тёмный свитер с рубашкой, в которые Рекс тут же поспешил заползти. Он ловко проскользнул в воротник, обнюхивая пропитанную запахом хозяина ткань, вызывающую приятное тепло, идущее изнутри, после чего свернулся клубком и погрузился в условную ванну чужого феромона, который мог отчётливо распознать благодаря тонкому животному обонянию. Хозяин почти рядом, он держит его в тепле, дарит неосязаемую любовь. Пока этот пряный запах рядом, никто его не тронет. Рекс даже не заметил, как задремал, чувствуя себя менее одиноким и брошенным. … Дракон проснулся от резкого громкого звука, напоминающего чужой истошный крик. Он не сразу осознал, что лежит не в приятном полумраке, а на ярком свету, на чём-то мягком, поглощающим, как болото, как и не сразу увидел, что он не в комнате Тартальи. В голове родился только один вопрос – где я? Рекс суетливо замотал головой, осматриваясь по сторонам в попытке сообразить, куда он попал. Глаза испуганно смотрели вокруг, а мышцы тут же напряглись в ожидании опасности, готовые бежать либо сражаться. Когда дракон обратил внимание на стоящую рядом женщину, он понял, что напуган здесь не только он. — Святая Селестия! — схватилась за сердце женщина. — Из какой Бездны ты вылез?! Ох… Чтоб я ещё раз согласилась держать в доме что-то подобное, чуть сердце не остановилось. А ну иди сюда, паршивец! Рекс напряжённо припал к земле, уклоняясь от чужих рук. Он собирался выскользнуть из корзины, в которой находился, но огромное полотенце тут же его поглотило, сдавливая и сжимая, не давая даже шанса на побег. Дракон очутился в пугающем мраке, чувствуя, как его куда-то торопливо несут, как тьма начинает душить его, а пульс рвёт перепонки. Всё его нутро сжалось в растянувшемся ожидании.***
Вернувшись домой, Тарталья вёл себя как обычно: пару раз подкинул Тевкра в воздух, когда тот попросил поиграть с ним в полёты; чмокнул Тоню в щёчку; помог достать матери специи с верхней полки, до которой она не дотягивалась; учтиво пожал руку увлечённому чтением отцу. Оказав всем внимание, он без суеты поднялся к себе в комнату и закрыл дверь. Медленно дойдя до кровати, Тарталья без сил упал на неё, зарываясь в подушках. Из груди вырвался отчаянный раздражённый крик, который эти же подушки и заглушили. Тарталья не знал, сколько времени он так пролежал, пока не перевернулся на спину и не закинул руки под голову, пустыми глазами пялясь в потолок. На белой ровной поверхности отражались цветные пятна, будто смотришь в калейдоскоп, забывая о чём вообще думал до этого. За дверью послышался громкий женский голос, судя по тону, кого-то отчитывающий. Постепенно он становился всё громче и громче, пока вовсе не ворвался в комнату с резким раздражающим хлопком. — Я что тебе говорила про «следить за своим зверинцем», а?! — громко спросила возмущённая мать. — Какого чёрта твоя ящерица сидела в корзине для белья, можно узнать?! — Что? — удивился Тарталья, приподнимаясь на локтях. До сих пор он даже не вспоминал о Рексе, думая только о своих проблемах. — То! Постирала я одежду, называется! В следующий раз следи за ним лучше, а то мне так и до инфаркта недалеко! Знаешь ведь, как я боюсь этих ползучих гадов, — крикнула женщина, небрежно выкидывая из полотенца животное, прямиком на кровать к Тарталье. Демонстративно хмыкнув, мать ушла, громко хлопая дверью. — Ты как? — поинтересовался Тарталья, смотря на сбитого с толку Рекса. Тот явно не был готов к столь неожиданным полётам, немного теряясь в пространстве и падая на бок. — Ты прости её, она не со зла, — улыбнулся Тарталья. Он перевернулся набок, подпирая голову, и принялся поглаживать пальцем рыжие чешуйки, как бы утешая этим. — Что ты вообще делал в корзине для белья, можно узнать? Как ты туда забрался? Дракон широко раскрыл пасть и тихо чихнул, почёсывая свою морду о мягкую поверхность. Он слезливо посмотрел на Тарталью, всем своим видом извиняясь за доставленные проблемы. Его лапы трусливо поджались под брюхо, а голова виновато опустилась под звук протяжного скуления. Если бы это делал человек, можно было бы подумать, что он вот-вот расплачется. — Перестань, в этом нет ничего страшного, — тихо возразил Тарталья, подгребая дракона к себе, будто тот был маленькой плюшевой игрушкой. — Я рад, что с тобой всё хорошо. Рекс тихо проурчал. — Я сегодня совершил кое-что ужасное… — шёпотом начал Тарталья. — Думаю, после такого от меня много кто отвернётся, когда узнает. Тебе тоже может не понравиться. Я и сам себя за это ненавижу… Лучше бы я никогда не вылезал из той Бездны. А может, лучше бы и не рождался никогда. Тарталья сильнее прижал дракона к себе, зарываясь носом в подушку. Если бы он мог, он бы, наверное, заплакал или разозлился, но даже этих эмоций у него не осталось после столь тяжёлого дня. Ткнувшись мордой в шею, Рекс тихо заскулил. Он выскользнул из рук Тартальи и лизнул его по щеке, что-то тихо рыча. Ему хотелось всеми силами утешить своего хозяина, показать, что тот не прав и слишком к себе строг. Дракон отчаянно лизался и тёрся о лицо и шею, размахивая пушистым хвостом почти у самого носа. — Перестань, — почесал нос Тарталья. — Что с тобой? Ты никогда ещё не был таким любвеобильным. Рекс тихо тявкнул. — Ты меня испачкаешь всего, хватит, — отмахнулся Тарталья, слабо улыбаясь. — Какой же ты несносный. Ладно. Чего тебе от меня нужно? Дракон суетливо сделал два круга вокруг своей оси и встал на задние лапы, как цирковая собачка. Он клацнул своими зубами и пристальным взглядом посмотрел на Тарталью, будто собирался серьёзно с ним поговорить, будто он вообще был способен так сделать, пока его настрой не сбил внезапный стук в дверь. — Это я, — послышался голос матери. — Прости, что накричала, ей-Богу. Я хотела спросить, тебе ванну набрать? Устал небось… — Ванну… — про себя повторил Тарталья, задумчиво смотря в сторону. — Да, спасибо! Рекс недовольно прищурился, возмущённый тем, что его перебили. — Ты же пойдёшь со мной купаться, да? Тебе тоже нужно мыться, — улыбнулся Тарталья. Дракон опустился на четыре лапы и покорно лёг, решая оставить всё как есть.***
Отмокать в тёплой ванне было чем-то невероятным, приносящим неописуемое удовольствие. Тарталья даже не думал, что после тяжёлого дня ему будет настолько приятно нежиться в горячей воде, что он сможет расслабиться. Ныряя с головой и задерживая на время дыхание, он с облегчением выныривал обратно, зачёсывая мокрые волосы назад. Раскрепощённо усевшись, Предвестник положил на лоб маленькое полотенце, смоченное в холодной воде. Контраст температур сразу заставил все мысли уйти, заглушить внутренний голос хотя бы на пару минут, чтобы действительно отдохнуть от них. Рекс напряжённо сидел на бортике, боясь соскользнуть в воду. В тусклом свете чуть моргающей лампы его рыжие чешуйки будто светились изнутри. Он походил на маленький живой ночник, правда, света от него было маловато. — Залезай ко мне, — тихо позвал Тарталья. Дракон всё ещё не решался, пристально смотря сквозь прозрачную воду на красивое накаченное тело своего хозяина, покрытое разного рода шрамами. В конце концов, он всё же не удержал равновесие и соскользнул, со скрежетом царапая эмаль ванны. Худое тельце резко обдало жаром, заставляя Рекса спешно подгрести к берегу, даже если это окажется чужая грудь. Глаза-бусинки в миг широко раскрылись, а морда зависла над тонкой водяной плёнкой. — Расслабься, — погладил питомца Тарталья, продолжая лежать с закрытыми глазами. Рекс сделал, как ему сказали — расслабился. Он полностью лёг на Тарталью, слушая размеренный ритм сердца, эхом отзывающийся в нём. Жар тела смешивался с жаром воды, поглощая дракона целиком и полностью, заставляя забыть себя. Его будто положили в тлеющие угли, закопав в них вместе с носом. Глубоко дыша Тарталья почувствовал, как вдох даётся ему всё тяжелее. Тело будто наливалось свинцом, становясь неподъёмным. Его что-то придавливало, вжимало в ванну и топило. Поначалу это было приятно, стягивающая тяжесть, за которой должно быть сладкое облегчение, но потом стало невыносимо неудобно. Ко всему прочему, это сопровождалось звуком вытекающей за бортик воды. Тарталья открыл глаза и попытался привстать, с удивлением обнаруживая, что не может этого сделать из-за того, что его самым наглым образом оседлали. — Что? Похоже я совсем перегрелся, — усмехнулся Предвестник, снимая с головы полотенце. — Не думал, что дойду до галлюцинаций с… Так, стоп! В голубых глазах застыло бескрайнее искреннее удивление. — Чжун Ли?!
