Любимый Рекс

      Чжун Ли проснулся у Тартальи на коленках, в тесном коконе из одеяла и халата, плотно укутанный, как грудной ребёнок. Объятья Предвестника даже в таком сонном состоянии оставались достаточно крепкими, чтобы сковать движения Архонта и не дать ему выбраться из жаркого плена, как бы сильно он этого не хотел. Из-за духоты горло неприятно царапало сухостью, а по спине уже начинал градом стекать липкий пот, от чего становилось крайне неуютно. Пошевелив пальцами ног, Чжун Ли почувствовал слабое покалывание в онемевших конечностях, которые состояли скорее из ваты, чем из костей и мяса. Нужно было как-то выбираться.       Будить Тарталью совсем не хотелось, но никакого выбора он не оставил. Чжун Ли попытался вылезти, приложив некоторое усилие, использовав своё тело, как его могла бы использовать змея, извивающаяся в руках какого-нибудь змеелова, благо, опыт в изворотливости у него был. Как и ожидалось, Тарталья сразу же проснулся от всего этого шевеления и лениво разлепил глаза, ёрзая и щурясь из-за яркого света.       — М? — невнятно промычал Чайльд, потирая ладонью лицо и шмыгая.       Голубые глаза сонно посмотрели в более бодрое лицо Архонта, пытающегося понять, что до него хочет донести Тарталья, который ничего, в общем-то, говорить и не собирался, просто молча любуясь прекрасным видом. Потянувшись вперёд, касаясь своим носом чужого, Чайльд нахмурился от резкой боли в затёкшем теле. Стянутая хвостом нога, при попытке ей пошевелить, будто моментально покрылась миллионом маленьких иголок, вызывающих желание отрезать себе эту ногу к чёртовой матери.       — Отпусти меня, — через силу попросил Тарталья.       — Что?       — Хвост.       — Ах, извини, — ослабил хватку Чжун Ли. — Может, и ты меня отпустишь?       — Да, — согласился Тарталья и с кряхтением отстранился, ощущая себя лет на двадцать старше, как минимум. До этого момента он не особо задумывался над тем, насколько, всё-таки, Архонт может быть тяжёлым, если держать его на себе долго.       Выбравшись из своих оков, Чжун Ли отполз на соседнюю половину и распрямился, звонко хрустя позвонками, с облегчением сбрасывая с себя одеяло и влажный от пота халат, как цикады избавляются от своей ненужной оболочки. Его драконьи особенности всё ещё были при нём, однако, выглядел он намного спокойнее и даже счастливее, чем ночью. Почувствовав пробежавший по голым плечам холод, Чжун Ли обхватил себя руками и непроизвольно вздрогнул, после чего обратно натянул отброшенное ранее одеяло, кое-как прикрываясь им.       Тарталья сел на край кровати, широко зевая и снова потирая лицо ладонями, будто это как-то могло помочь ему взбодриться. Он развернулся на кровати и бросил молчаливый взор на сидящего к нему спиной Чжун Ли, попутно разминая свою онемевшую ногу, на которой проявились явные бордовые синяки. На мгновение ему хотелось выразить всё своё недовольство по этому поводу, но это желание ушло также быстро, как и появилось. Вместо него в голове осталась лишь пустота, пока до сонного разума не дошло, что никто из семьи всё ещё не в курсе произошедшего, да и резкое исчезновение Рекса тоже могло создать немало вопросов, особенно у матери, хотя она едва ли была бы против от него избавиться.       — Мда… — высказался вслух Чайльд.       — Что? — спросил Чжун Ли, поворачивая голову.       — Умеешь ты создавать проблемы.       Чжун Ли тихо хмыкнул и улыбнулся:       — Кто бы говорил.       Повисшая тишина немного напрягла Архонта, будто сейчас была его очередь говорить, а он нарочно оттягивал свою речь. Переваривая всплывшие сами-собой воспоминания о ночи и своём поведении, Чжун Ли понял, что ему за себя крайне стыдно.       — Прости мне мою сентиментальность, вчера я был сам не свой.       — Всё нормально.       — Тогда в чём проблема?       — Мне теперь нужно как-то объяснить твоё появление семье… — вздохнул Чайльд. — Возникновение рогатого незнакомца и исчезновение Рекса выглядит слишком бредово. Мать мне ни за что не поверит, даже если я ей расскажу всю правду.       — Хм… — задумался Архонт, едва заметно почесав подбородок. — Ну, я мог бы превратиться снова, чтобы ты открыто унёс меня из дома и у неё было меньше вопросов.       — Снова? Ты серьёзно?       — Да, вполне.       — И ты сможешь потом вернуться в человеческую форму? — поднял бровь сомневающийся Тарталья.       — Да, думаю, я смогу это сделать.       — Точно?       По строгому тону Предвестника было понятно, что затея ему не нравится.       — Теперь с этим не должно возникнуть проблем. В крайнем случае, мы можем опять использовать горячую ванну, — снова улыбнулся Чжун Ли, словно речь шла о чём-то немного занимательном и не шибко сложном. — К тому же, мне всё равно не в чем появляться перед твоей семьёй.       — Блин, точно… — замер Тарталья, задумчиво смотря в пол. — У тебя, ведь, совсем нет никаких вещей здесь… Знаешь, я мог бы тебе одолжить свою, но Тевкр и Тоня могут догадаться, они часто прятались в моём шкафу и видели всю мою одежду. Нужно что-нибудь купить тебе.       — Наверно, ты прав, но я уже упоминал, что у меня нет мо…       — Я заплачу, не переживай, — перебил улыбчивый Тарталья. — Мне же не в первой, да? Правда, тогда это были государственные деньги, но, сейчас у меня и своих достаточно.       — Если тебе не сложно, и ты хочешь...       — Хочу! Но мне не нравится твой план с превращением. Это вообще больно? Твоё тело меняется, должно быть, это не очень приятно.       — Не больнее твоей формы духа, — шире улыбнулся Чжун Ли. — Может, я и не Властелин камня, но я всё ещё Адепт. Мы способны подавлять боль. Это не займёт много времени.       — Ясно.       — Хочешь посмотреть? — оголяя плечи, спросил Чжун Ли.       — Н-нет, не думаю, — смущённо отвернулся Тарталья. — Я уже сказал, что не хочу, чтобы ты опять становился драконом.       — Почему? — подполз ближе Чжун Ли.       — Не хочу рисковать. Будет лучше, если ты останешься дома в моей комнате.       — А как же твои родственники?       Тарталья задумался, непроизвольно закусывая губу. Он несколько минут молчал, придумывая альтернативный план, после чего резко встал с места и подошёл к шкафу, со скрипом открывая его дверцу. Внутри на нижней полке стояла клетка, в которой он принёс дракона домой. Вытащив её и поставив на стол, Тарталья полез за какой-то тряпкой. Чжун Ли при виде знакомых решёток всего передёрнуло, словно ему предстояло снова оказаться внутри злосчастной клетки.       — Я сделаю вид, что ты сидишь в ней и спишь, — пояснил Чайльд, накидывая на клетку какой-то широкий тёмный лоскут. — Не думаю, что кто-то будет заглядывать внутрь.       — Хм...       — Я постараюсь быстро вернуться, а потом мы что-нибудь придумаем, — засуетился Тарталья, собирая всё необходимое для похода за покупками. — Я оставлю тебе еды и воды. Если хочешь, можешь пока надеть что-нибудь моё. Только не превращайся больше, ладно?       — Раз ты так сильно настаиваешь, — вздохнул Чжун Ли, кутаясь в одеяло.       Тарталья в спешке подошёл к поникшему Архонту и сел на пол у его колен, обхватывая обнажённую голень:       — Прости, я не могу допустить, чтобы с тобой снова что-то случилось в твоей форме. Я куплю тебе всё необходимое и вернусь, обещаю. Я не буду держать тебя здесь как пленника, как те люди.       — Ладно, — слабо улыбнулся Чжун Ли, убирая с глаз Тартальи чёлку. — Ты хоть знаешь мои размеры?       — Ну… можно снять мерки?

***

      Густой пар валил из носа как из трубы какой-нибудь тепловой электростанции, частично оседая на краях алого шарфа. Если бы Тарталья носил на носу очки, он бы давно кинул их со злостью на землю, безжалостно растоптав, потому что даже без них увидел бы в этом летящем в лицо снегопаде больше. Ветер неприятно облизывал взмокшую шею, вызывая желание забежать уже куда-нибудь и погреться, даже если там будут торговать патефонными пластинками, а не одеждой: лучше, чем ничего. Это было бы куда действеннее, чем шальные воспоминания о тёплом сопящем Архонте под боком, который так судорожно дрожал ночью от фантомного холода, вызванного, вероятно, неприятными снами, что пришлось его завернуть в одеяло, как малое дитя.       Как-то узнав, что Тарталья думает о нём, дракон вылез из широкого кармана и переполз на плечи, изображая из себя своеобразный воротник. Он звонко клацнул зубами, ловя подлетающие к пасти снежинки, и посмотрел вбок, где висела какая-то вывеска. При каждом шаге Предвестника он тихонько покачивал головой, помахивая пушистым хвостом от лёгкого азарта. Широкие улочки с домами из красного кирпича, транспорт, дороги, лавочки, любопытные люди вокруг, пучащие на него глаза, всё вызывало неподдельный интерес, потому как до этого увидеть что-то, кроме тухлого чёрного рынка и корабля, никак не доводилось.       Скромные вывески магазинов главной улицы не столько завлекали, сколько украшали её общий вид, как и высокие рамы витрин. Тарталья проходил мимо них, даже не смотря на своё отражение, направляясь в какое-то конкретное место, о котором Чжун Ли не знал. Сделав глубокий вдох, Предвестник широко улыбнулся, будто вспомнил что-то весёлое.       — Хах, у мамы такое счастливое лицо было, когда я сказал ей, что решил отправить тебя на родину. Будет забавно посмотреть на неё, когда я вас познакомлю. Людей с рогами и хвостами она ещё не встречала. Эх… Надо будет купить тебе пальто, чтобы прикрывало хвост.       — Как скажешь.       — Ага… стоп, — резко остановился Тарталья, замирая посреди улицы, из-за чего идущие за ним люди невольно врезались в широкую спину, недовольно обходя преграду.       — Что-то не так? — спросил Чжун Ли.       — Ты это сейчас как сделал?       — О чём ты?       Тарталья удивлённо посмотрел на морду дракона, оставшуюся без движения.       — Ты говоришь со мной мыслями?       — Ну, да.       Предвестник растерянно посмотрел на животное, не понимая, что ему делать с внезапно полученной информацией и что сказать по этому поводу. Внутри зарождалось какое-то возмущение, которое он старательно сдерживал, ожидая от собеседника чего-то ещё, что разрешит его внутреннюю дилемму.       — Ты злишься? — спросил Чжун Ли, замечая недобрый огонь в глазах.       — Я не…       — О, какие люди, — раздался мелодичный женский голос со стороны, вынудивший обоих отложить разборки.       — Синьора? — перевёл взгляд Тарталья. — Что ты здесь делаешь? Когда ты вернулась?       — Ещё вчера.       — Хах, быстро же ты, — усмехнулся Тарталья, выпрямляя спину.       — Я всегда работаю быстро и аккуратно, в отличие от некоторых, — бросила презрительный взгляд женщина. Когда в поле её зрения попал дракон, она заметно нахмурилась. — С каких пор ты решил обзавестись фамильяром? В одиночку уже не справляешься?       — Фамильяр? — удивился Чайльд, но быстро сообразил, о чём речь. — А, ты про Рекса. Хах, неужели, ты забыла, что мне всё равно, что использовать, если это сделает меня сильнее, чем я есть? Любые средства хороши, почему бы не воспользоваться этим.       — Пф, как самонадеянно.       — Он прекрасный помощник, позволяет не отвлекаться на всякий мусор. — Тарталья скрестил на груди руки, задирая нос.       — Мне это безразлично, — хмыкнула Синьора, перенося вес с ноги на ногу. — А, знаешь, кажется, я уже видела где-то такого дракона.       Чжун Ли заметно напрягся, больно впиваясь когтями в чужое плечо. Тарталья ждал, что он что-нибудь ему скажет, но дракон лишь пристально всматривался в женщину, будто она была источником невидимой угрозы.       — Он очень похож на…       — На кошку, да? — неловко засмеялся Тарталья, накрывая чешуйчатую морду ладонью.       — Кошку? — смутилась Синьора.       — Да, у него очень мягкий мех. Тоня говорит, что он как змееподобная кошка, она так любит его гладить.       — Хм, похоже у вас в семье все странные. Ладно, мне некогда болтать с тобой об этом. У меня много дел, так что - чао! - махнула рукой Синьора, спеша пройти вперёд и удалиться, чтобы вернуться к своим делам.       Тарталья облегчённо выдохнул, всё ещё накрывая рукой притихшего дракона.       — Чуть не попались, да? Честно говоря, не знаю, что было бы, если бы она тебя узнала, но я не хочу никому об этом говорить. Эй, ты меня слушаешь? Ответь что-нибудь.       — Да, я тебя слушаю. Просто, твоя ладонь…       — Ой, извини, я где-то тебя задел? — заволновался Предвестник, осматривая чешуйки и мех.       — Нет, Чайльд это было… Чайльд…       — Рекс?       — Чайльд…! Господин Чайльд, просыпайтесь!       …       Тарталья резко открыл глаза и дёрнулся, прогоняя со своего плеча чужую мозолистую руку с короткими пухлыми пальчиками. Перед его лицом маячили чьи-то тусклые глаза, смотрящие так пронзительно, что по спине пробегал холодок, а в голову невольно закрадывалась мысль — стоит ли уже проверять в груди наличие дыры или нет. Отодвинувшись в сторону, Чайльд облокотился о мягкие подлокотники дорогого кожаного дивана и привстал, осматривая помещение.       — Похоже вас сморило, — раздался тихий смешок сбоку. — Костюм почти готов, осталась лишь пара штрихов. Не желаете пока подобрать аксессуары?       — Аксессуары? — растерянно повторил Тарталья, всё ещё не придя в себя от столь реалистичного сна. Он сделал громкий глубокий вдох, показавшийся тяжёлым, и провёл вниз по лицу ладонью, почёсывая ноющую шею.       — Да. Брошки, запонки, держатели для галстуков, у нас очень хороший и большой выбор.       — Хорошо, — хрипло ответил Тарталья, поднимаясь с места. Тело показалось неподъёмным.       Подойдя к прилавку, Чайльд только сейчас увидел лицо разговаривающего с ним человека, коим являлся низенький деловитый мужичок в опрятном сером жилете, вероятно портной, судя по швейному сантиметру, висящему на плечах. Он приветливо улыбался, излучая ауру какого-то авантюризма, из-за чего могло показаться, что из тонких уст вот-вот польётся незатейливая песня или мелодия, а глаза станут ещё более прищурены, в попытке выразить доброжелательность. Короткие ручки что-то активно искали в ящиках, двигаясь так уверенно и быстро, что полусонный разум едва поспевал за их перемещением.       — Вот, посмотрите, они идеально подойдут под цветовую гамму костюма, — энергично сказал мужчина, выкладывая на стол широкую коробку с бархатной вставкой, на которую крепились различные броши и запонки. — Можем ещё подобрать несколько галстуков, чтобы как-то разнообразить выходы, если вдруг однотонный надоест.       Тарталья подошёл ближе, в полной потерянности смотря на обилие красивых «штучек» в которых он не шибко разбирался, потому как ему не приходилось с этим заморачиваться. Все они для него были, по сути, одинаковы и красивы, что уже автоматически подходило тому, кому подходит что угодно, даже если это будет чёртова юбка из обычных листьев. Выбор был крайне неочевиден и даже советы в духе «доверься интуиции» или «послушай сердце» помочь бы тут не смогли.       — Может, я могу что-то подсказать? Что-нибудь заинтересовало или ищете нечто конкретное? — уточнил мужчина.       Слова нисколько не помогали и больше давили. Хотелось, чтобы навязчивый продавец просто оставил Чайльда в покое, дав ему время побыть наедине с собой, прежде чем он начнёт что-то более-менее осознанно выбирать.       Мечась глазами по отблёскивающим камням, Тарталья еле заставил себя зацепиться за один из них, напоминающий по цвету холодное синее море. Это был красивый угловатый сапфир, вставленный в золотую цельную фигуру дракона там, где у него находился глаз.       — Хм… — задумался Чайльд. — Можно посмотреть вот эти?       Продавец надел перчатку и аккуратно вытащил две крохотные запонки из общей коллекции украшений, откладывая их на отдельный кусок чёрного бархата.       — Замечательный выбор. Они сделаны из цельного золота высшей пробы, и все детали тщательно проработаны. Хочу, также, отметить, что мы давно работаем с этим ювелирным домом и все их камни проходят ручную обработку мастерами высшего разряда. Такой подарок придётся по вкусу любому уважающему себя господину, ведь они идеально сочетаются с любым костюмом.       — Ага, — промычал Тарталья, разглядывая аксессуар. Он не был уверен, что сможет найти что-то более подходящее, поэтому решил остановиться в своём выборе. — Я возьму их.       — Прекрасно. Тогда, я упакую их в фирменную коробку и заодно проверю, как там дела у моих ассистенток.       Чайльд одобрительно кивнул, провожая исчезающего за шторой мужчину. Он со вздохом достал из кармана кошелёк, пересчитывая его содержимое с несколько опечаленным видом, прекрасно понимая, сколько придётся выложить за костюм на заказ и золотые запонки, но тут же заставил себя приободриться, ведь это были далеко не последние его деньги и как он сам говорил ранее Чжун Ли, ему не впервой платить за него.

***

      Вернувшись домой, Тарталья кое-как поднялся к себе, стараясь не уронить разноцветные коробки с одеждой, которые нёс почти вслепую и только благодаря какой-то доброй воле богов Селестии не разбросал это всё по дороге. Он медленно, но верно поднялся по лестнице, дошёл до двери и опустил ношу на пол, принимаясь искать ключи от комнаты. В мыслях он сотый раз благодарил отца за то, что тот когда-то поставил ему замок, чтобы младшие не могли зайти в комнату брата без разрешения, рискуя наткнуться там на что-то, что им лицезреть ещё рано, и не важно, что это конкретно. Подняв коробки и толкнув дверь ногой, Тарталья тихо прошёл к столу, сгружая свои покупки, расставляя их в каком-то своём личном порядке. Немного отдышавшись, он повернулся.       Чжун Ли спокойно лежал на кровати, одетый в любимую алую рубашку Тартальи, из-под которой торчал хвост, зажатый между ног и стиснутый в объятьях, как какая-то подушка. Тихо посапывая, Архонт даже не догадывался, что за ним нагло наблюдают, продолжая пребывать в царстве Морфея. Судя по всему, пока хозяина комнаты не было, Чжун Ли со своего места даже не сдвинулся, разве что ради одежды.       Неосознанно умиляясь столь дивной картине, Тарталья подкрался и сел на край, протягивая руку к обнажённым ногам Чжун Ли, показавшимся внешне невероятно гладкими. Ладонь зависла в паре сантиметров над кожей, не решаясь к ней прикоснуться, осквернить собой. Она будто плавала, как парящее в небе облако, пока ноги не зашевелились, почёсывая одна другую. Тогда Тарталья наклонился и сместился на плечо, мягко его касаясь, однако, это лёгкое прикосновение не помешало Архонту внезапно проснуться и дёрнуться, отползая от руки, как от огня, сильнее прижимая к себе хвост.       — Тише, это я, — постарался успокоить Тарталья.       Чжун Ли словам не поверил, продолжая всматриваться в лицо своими сонными глазами, пока взгляд, наконец-то, не сфокусировался.       — Прости, я тебя разбудил.       — Ничего, — хрипло ответил Чжун Ли. — Тебя долго не было.       — Знаю, — виновато улыбнулся Чайльд. — Портным пришлось переделывать костюм под твои размеры.       — Переделывать?       — Да, я был в ателье, где шьют на заказ. У них часто бывают готовые модели, которые они могут менять под нужды клиента.       — Ох… — опустил взгляд Чжун Ли, чувствуя себя неловко от того, что он настолько кого-то озадачил.       — Можешь на него взглянуть. Всё на столе.       Архонт нерешительно встал с кровати, стягивая вниз рубашку, и подошёл к столу, расправляя свой длинный хвост, который касался пушистым концом пола, будто подметал за хозяином его следы. Длинные обнажённые ноги, верх которых игриво скрывался за длинной алой тканью, постоянно привлекали всё внимание Тартальи к себе, прогоняя любые приличные мысли прочь, заставляя желать к ним прикоснуться хотя бы раз. Чайльд даже пожалел, что так и не сделал этого.       Изящные руки с осторожностью открыли коробку, будто Чжун Ли боялся, что содержимое может как-то его напугать своей внезапностью. Он не питал каких-то особых надежд на то, что ему могли купить, нисколько не сомневаясь в выборе Тартальи, но частично был взволнован. Архонт медленно, оценивающе перебирал бежевую ткань рубашки, наслаждаясь ощущениями мягкости и гладкости, перемещаясь на длинный пиджак и брюки. Янтарные глаза скользнули по острым углам остальных коробок, догадываясь, что там должна быть обувь и уличная одежда, а также что-то очень маленькое. Заигравшее любопытство заставило Чжун Ли взять миниатюрную чёрную коробочку, перевязанную жемчужной лентой с золотым тиснением в виде названия какой-то фирмы, чтобы заглянуть в неё.       — Что это? — непроизвольно вырвалось из уст Архонта.       — Это? Ну, я подумал, что тебе может понравится, поэтому…       Тарталья замолк на половине фразы, наблюдая реакцию увидевшего содержимое Чжун Ли, что выражалось в поднимающемся наверх хвосте. Он активно мельтешил в разные стороны, как у счастливой собаки, из-за чего алая рубашка заметно задралась, обнажая упругую белую кожу. Смотреть на это без смущения оказалось невозможно, и Чайльд спешно отвернулся, чувствуя, как горят щёки.       — Они прекрасны, — тихо восхитился Чжун Ли, разглядывая синие глаза золотистых дракончиков. — Спасибо, Аякс.       — Да, не за что, — неуверенно ответил Тарталья, силясь не смотреть на чужие бёдра, хотя болтающийся хвост всё равно привлекал к ним внимание.       — Ты уже придумал, как мы объясним моё появление твоей семье? — продолжая изучать содержимое, спросил Архонт. — Незаметно выйти отсюда едва ли получится.       — Нет, но об этом можно не беспокоиться, — уверенно ответил Тарталья, машинально смотря на собеседника и снова заливаясь краской. — Дома сейчас никого кроме нас нет.       — Никого? — повернулся Чжун Ли.       — Мать с мелкими ушла в гости и вернётся, скорее всего, завтра. Она часто ходит к подруге с ночёвкой, а отец сегодня на ночной смене.       — Ясно.       — Так что, можешь смело выходить. Что и где ты уже знаешь.       — Тогда, я бы хотел принять ванну, — мило улыбнулся Чжун Ли. — Если ты не против.       — С чего бы мне быть против? — нервно хихикнул Тарталья, сглатывая слюну. Он чувствовал, что начинает терять всякое терпение, пока перед ним маячит полуголый мужчина. — Иди, если хочешь. Чувствуй себя как дома.

***

      Чжун Ли вернулся, не то чтобы быстро: за время его отсутствия Тарталья успел принять душ, который был в другой ванной комнате, переодеться в домашние штаны, закинуть в себя что-то съедобное и даже усмирить своих демонов, отвлекая их чтением какой-то старой книги, хотя полуобнажённые образы всё равно проскакивали, как прозрачные призраки. Лёжа на своём спальном месте, чётко посерёдке, Чайльд медленно листал страницы, начиная испытывать сонливость, пока резкий шум не взбодрил его.       Архонт зашёл в комнату в бордовом халате, который мать Тартальи уже успела постирать за день и высушить. Где-то в уголке сознания Предвестника проскочила мысль, что Чжун Ли скоро окончательно присвоит этот элемент гардероба себе. Но стоило признать, что ему шло. В нём он выглядел более домашним и мягким человеком, контрастирующим с холодным сдержанным обликом, используемым им в обществе.       — Что читаешь? — тихо спросил Чжун Ли, натягивая умиротворённую улыбку. Он уверенно подошёл к шкафу с одеждой, желая повесить чужую рубашку на её законное место.       — Да так, — отбросил книгу Тарталья. — Ничего интересного.       — Зачем же ты тогда её читаешь?       — Просто так. А что?       — Хм… Мне казалось, что книги читают, чтобы извлечь из них какие-то умные мысли, если не ради интереса.       — Не все книги полны умных мыслей, как и не все их там ищут.       — Но ведь от того, что ты читаешь, зависит и то, как ты мыслишь.       — Хочешь покопаться в моих мыслях? — усмехнулся Чайльд. — Кстати об этом, ты можешь читать чужие мысли?       — Читать чужие мысли? — смутился Архонт, усаживаясь на край кровати. — Почему ты спрашиваешь?       — Мне интересно.       — Нет, не могу.       — Вот как… Просто, мне сегодня сон странный приснился, что ты разговаривал со мной мыслями. Ты способен говорить с людьми в форме дракона?       — Способен.       — Правда? — удивился Тарталья и привстал. — Значит, всё это время, ты мог со мной говорить в облике животного? — растерянно спросил Чайльд, не зная, злиться ему или нет.       — Эм, полагаю, это для тебя в диковинку, — опустил лицо Чжун Ли, будто подбирал слова. — Я не умею читать чужие мысли, если это тебя так беспокоит, но я могу заставить других слышать себя в своей голове и являться во снах, и это не зависит от того, в каком теле я нахожусь.       — Хах… Тогда почему ты ничего не сказал мне?! — завёлся Предвестник.       — Я пытался сделать это пару раз, но ты меня не слышал. Вероятно, моих сил было недостаточно, чтобы донести свою мысль, поэтому я перестал предпринимать попытки.       — Поверить не могу… — закинул голову Чайльд.       Чжун Ли почувствовал слабый укор и пододвинулся ближе, шевеля у своих ног хвостом. Всё начинало болезненно напоминать вчерашний день, повторять который он был не намерен.       — Ты злишься?       — Нет, — отрешённо ответил Чайльд, поджимая колени и закрывая лицо рукой. — Я столько о тебе не знаю.       — Ну, я тоже много чего не знаю о тебе, Аякс. Но уверен, что, чтобы там ни было, я не изменю своего мнения о тебе.       — Честно? — открыл лицо Тарталья.       — Честно, — улыбнулся Чжун Ли. Он полностью забрался на кровать и прилёг рядом, положив под голову руку и блаженно закрыв глаза, стараясь вернуть спокойствие хотя бы себе.       — Прости, что не слышал тебя.       — Тебе не за что извиняться.       — Наверно, нелегко быть запертым в маленьком теле, без возможности донести свои мысли, — высказался Тарталья, переворачиваясь набок и перебирая чужие гладкие волосы. Они так красиво рассыпались, что это невольно вводило его в какой-то лёгкий транс, опустошающий голову. Руки мягко легли на талию и двинулись вниз, незаметно задирая пальцами края халата, в попытке открыть побольше привлекательного тела.       — Ты вполне понимал меня, насколько это возможно.       — Правда?       — Да, — открыл глаза Чжун Ли. Он чувствовал, как маленькие ноготки выводят на его бедре незатейливые круги, вызывающие волны мурашек от щекотливого чувства. Тело пробивало импульсами при каждой мысли о том, что можно получить больше.       — Я рад.       На лице Тартальи промелькнула шаловливая улыбка, с которой он наклонился к Архонту за ласковым, а затем и более чувственным поцелуем. В качестве опоры руки выбрали чужое чуть оголённое тело, что до этого так непринуждённо раскрывали озорному взгляду, впиваясь в кожу с заметным усилием. До уха даже донёсся очень тихий милый стон Чжун Ли, доказывающий, что он наслаждался близостью не меньше Предвестника. Испытывая от своего положения слабое неудобство, Тарталья целиком подмял Архонта под себя, нависая над ним. Где-то сзади о его спину изредка бился хвост. От нехватки воздуха Тарталья был вынужден сделать перерыв, отрываясь и видя перед собой запрокидывающего голову Чжун Ли, из-за чего шрам на шее стал заметнее. Брови страдальчески нахмурились, сменяясь злостью.       — Что-то не так? — отдышавшись, спросил Чжун Ли.       — Ты можешь и дальше мне не рассказывать, но я всё равно не могу им простить этого, — шёпотом ответил Тарталья, вспоминая прошлое. Он дотронулся рукой до шрама, заметно меняясь в лице.       — Я смотрю, тебе это не даёт покоя, — усмехнулся Архонт, касаясь ключиц Чайльда. — Честно говоря, я бы о нём даже не узнал, если бы ты не заметил. Обычно мои раны заживают без последствий, но в этот раз вышло грубо. Позже я смогу это исправить.       — Почему он вообще появился? Это от ошейника?       — Да, неудачная попытка побега.       — Болит?       — Уже нет.       Цыкнув, Тарталья наклонился назад и с силой дёрнул Чжун Ли на себя, приводя его в сидячее положение. Он крепко обхватил его руками, прижимая к себе так сильно, как девушки прижимают к груди уходящих на войну мужчин.       — М?       — Как же я хочу убить их ещё раз, — прошипел Тарталья. — Делать это раз за разом, пока не станет легче.       — Ещё раз? — удивился Архонт.       — Да. Я не рассказывал? — ухмыльнулся Предвестник, ослабляя хватку. — Хотя... Лучше, наверно, не рассказывать.       — Это то, из-за чего ты грустил вчера?       — Да.       — В таком случае, думаю, это уже не важно, — ответил Чжун Ли, желая как-то избавить Тарталью от наполняющего того гнева. Он обхватил строгое лицо руками и нежно коснулся губ. Пышные ресницы дрожали, то прикрывая глаза, то наоборот, давая им увидеть сходящие со лба морщины. Всё шло гладко, Чайльд отвечал и постепенно приходил в себя, возвращая себе азарт и желание. Язык активно исследовал острые клыки, дёсны. Ладони снова опустились и прошлись по бёдрам, задирая халат кверху, скользя под ним. Хвост начал шуршать за спиной всё громче, с силой обвивая чужую конечность.       — Ты снова хочешь оставить меня без ноги? — усмехнулся Тарталья.       — Нет, извини.       Чжун Ли тут же убрал свой хвост, задирая его наверх и размахивая им, как счастливая дворняга. Тарталья едва сдерживал широкую улыбку смотря на мелькающий перед глазами рыжий кончик, который щекотал его каждый раз, когда тот едва касался ног. Он буквально выдавал все чувства своего хозяина, то мельтеша, то закручиваясь, в зависимости от того, как именно Тарталья целовал Чжун Ли, и где он его касался. Смотреть на это было до невозможного приятно и интересно. Особенно интересно было узнать, что случится если коснуться более интимных мест. Стала ли часть под хвостом ещё более чувствительна? Проведя рукой между ягодиц, Тарталья заметил, как Чжун Ли скручивается в кольца и хмурит брови.       — Ты такой красивый.       — Думаешь? — улыбнулся Чжун Ли, потерев свой нос о чужой.       — Ты же понимал человеческую речь в облике дракона, а значит, мне не нужно говорить, что я думаю.       Чжун Ли слегка рассмеялся:       — Похоже, мне повезло, что ты ни о чём не догадывался. Знай ты правду, откровенничать со мной бы не стал.       — Да, удача определённо на вашей стороне, господин Чжун Ли, — прошептал на ухо Тарталья, закусывая кончик. — Могу ли я рассчитывать на свою долю? Думаю, я заслужил.       — Всё, что захочешь, — прикрыл глаза Чжун Ли, прислоняясь губами к виску Предвестника.       Почувствовав от слов любимого невероятный прилив сил и свободу, Тарталья обхватил чужую талию и одним мощным толчком уложил Архонта на спину, выбивая из него весь воздух.       Рука Предвестника увереннее скользнула по бедру, сильно его сжимая и даже царапая, пока зубы прикусывали нижнюю губу Чжун Ли, желая добавить пикантности без получения на это разрешения. Тело Архонта активно заёрзало, как у змеи, он шумел в поцелуй всё больше, глотая воздух в короткие перерывы, которых было недостаточно. Хвост бился о матрас где-то в ногах, опять обвивался вокруг стопы. Упругий зад идеально ложился в ладонь, был мягким и гладким, вызывающим желание хоть раз, но шлёпнуть по нему, чтобы был характерный звук. Тарталья решил не отказывать себе в этом, хоть удар и получился не таким громким и отчётливым. Его желание всё больше нарастало, выталкивая из своего положения, призывая к действию. Сильнее проминая Чжун Ли под себя, Чайльд с жадностью целовал и облизывал шею, ненавистный шрам, желая перекрыть его своими метками, как и ключицы, и плечи. Было бы неплохо оставить свой след везде, где только можно, чтобы все видели и знали, кто способен доставить истинное удовольствие тысячелетнему божеству, кому он принадлежит и кто стоит за ним.       Дрожащие от нетерпения руки развязали пояс халата, обнажая прекрасные рельефы, покрытые жёсткими чешуйками в области пупка и ниже, где вздрагивал гладкий член, почти похожий на человеческий. Его форма была иной, но анатомия явно схожа, что не создавало проблемы простимулировать его быстрым движением горячей ладони.       — Мх…       Чжун Ли продолжал дрожать, выгибаться, испытывая мучительный зуд в интимных местах, требующих к себе внимания. Продолжал выпрашивать поцелуи, хоть и не очень одобрял укусы. Руки Тартальи прошлись по бокам, считая рёбра, задерживаясь на гладких мягких сосках, манящих своим розоватым оттенком. От прикосновений к ним Архонт тихо скулил, резко хватая руки Предвестника в свои, чтобы убрать их оттуда, хотя тут же останавливал себя, в стремлении почувствовать больше.       Улыбнувшись в поцелуй от такого сомнительного вялого сопротивления, Тарталья просунул руку в пространство между выгнутой спиной и кроватью, нащупывая чешую вдоль позвоночника. Он провёл по ней пальцами, наслаждаясь вибрацией, замечая, что эта часть тела не менее чувствительна при сильном нажатии, несмотря на свою жёсткость, чем всё остальное. Чайльд развлекался, перебирая каждую пластину, уходящую на копчик, как искусный инквизитор, которому нравится мучить свою жертву. Даже влажный от смазки член Чжун Ли его не останавливал – Предвестник не намерен довести его до пика лишь единожды. Пусть Архонт изливается сколько хочет, пока все его соки не иссякнут. Тарталья будет только рад стать причиной такого бессилия могущественного дракона, о чём всё ещё напоминали рога и хвост, обвивающий чужой торс. Чжун Ли явно мог дать сопротивление в этой схватке дразнящих прикосновений, применяя захваты и удушающие приёмы.       Впиваясь в опухшие губы, Тарталья не понимал, почему у него возникла мысль задать вопрос, прежде чем продвинуться дальше, но он всё равно его задал:       — Ты хочешь меня?       — Да, — прикрывая глаза ответил Чжун Ли, чуть шире раздвинув ноги. — Я хочу тебя, Аякс.       Произнесённого хриплым обрывистым голосом имени оказалось достаточно, чтобы свести Тарталью с ума. Он снял со своей шеи чужие руки и прижал их к подушке, тяжело дыша, как раззадоренный бык. Его глаза опустились на собственный пресс, который скрывался за бурыми кольцами хвоста, сжимающимися при каждом возникающем от возбуждения импульсе. Чайльд попытался отцепить тугой пояс от себя, не удосужившись попросить Чжун Ли словами, хотя тот навряд ли бы осознал просьбу сразу.       Избавившись от оков, Тарталья опустился ниже к стоящему члену, скользя по нему языком.       — Интересно, какой же ты здесь на вкус?       Чжун Ли такой вопрос сильно смутил. Он изо всех сил сдерживал свой голос, испытывая стыд из-за собственного неуправляемого хвоста, мельтешащего в разные стороны от каждого прикосновения, которое било приятным током. Всё-таки, его тело было намного чувствительнее, чем обычно, поддаваясь крупицам неконтролируемого животного инстинкта. В итоге он не смог удержать себя от того, чтобы случайно заехать Тарталье по подбородку.       — Ц! — потёр ушиб Чайльд. — Твой хвост такой сильный.       — Прости. Е-если он мешает, я мог бы…       — Нет, мне всё нравится. Я ещё никогда не спал с полудраконом. Это так волнительно, — склонился над Архонтом Тарталья, шепча на ухо. — Кажется, я был бы рад любому твоему обличию, если оно окажется таким же отзывчивым, как это.       Одарив благоверного поцелуем, Тарталья вернулся к тому, что замышлял ранее. Он всё же намеревался вкусить часть чужой плоти, испытывая любопытство и желание сравнить свои ощущения. Для Чжун Ли было пыткой не зажать заглатывающего его Чайльда в коленях или не обвить хвостом, особенно, когда он нарочно причмокивал или выделывал языком непонятные узоры. Захватить целиком Тарталья всё же побоялся, в отличие от Архонта, его рвотный рефлекс заглушить так просто нельзя, но по красному лицу Чжун Ли было видно, что ему достаточно для удовлетворения и этого.       — Нравится?       — Ах… да.       Тарталья снова взял в рот, начиная орудовать чуть быстрее, высасывая из Чжун Ли всё, что там есть, пока тот не дёрнулся и не сжался, отдавая всё добровольно. Цвет семени, на удивление, ничем не отличался от человеческого.       — Хм, я не уверен, но кажется, что в этой форме она у тебя слаще, — вытирая щёку и облизывая пальцы сделал заключение Чайльд.       — Аякс! — прошипел Чжун Ли, не в силах выносить подобного обсуждения.       — Что? Не нравится, когда я хвалю тебя?       — Лучше бы ты занялся делом.       Тарталья хмыкнул, но согласился. Чжун Ли прав, нужно было срочно браться за основное блюдо, ведь узкий вход ещё даже не растянут, а Архонт уже успел дважды кончить, хотя Тарталья не шибко считал эти разы, ведь они не сопровождались громкими стонами, которые он планировал выбивать из горла, пока оно не охрипнет.       Вернувшись к отвлекающим поцелуям, Тарталья бесцеремонно вломился пальцем в мягкое тёплое нутро, чем вызвал лишь непроизвольное сокращение напряжённых мышц. Чжун Ли собирался что-то высказать, не очень горя желанием терпеть болезненное сухое трение, но передумал, почувствовав на ляжках тягучую холодную жидкость, дающую понять, что о нём всё же позаботятся, прежде чем оприходовать. Впрочем, его бы по итогу устроил любой расклад, если это избавит от выворачивающего наизнанку желания поскорее оказаться заполненным хоть чем-то. Такой смеси стыда и похоти он ещё не испытывал, поражаясь самому себе. И чем больше Тарталья старался, тем меньше в Чжун Ли оставалось человеческого и разумного, тем меньше он вообще о чём-либо думал. Обрывисто дыша, непроизвольно ёрзая ногами, создавая препятствие стремящимся вглубь рукам, Архонт без остатка отдавался ласке, предвкушая нечто большее.       — А-Аякс… — слезливо позвал Чжун Ли.       Прислонившись щекой к щеке, Тарталья резко задёргал пальцами, сгибая их в нужном месте, заставляя Архонта вновь скулить под собой. От пошлых заводящих звуков сознание рассыпалось, посылая последние сигналы только в детородный орган, чтобы он наконец-то выполнил своё предназначение и оказался там, где ему и место.       Не в силах больше тянуть с неизбежным, Тарталья высунул из штанов сочащийся предсеменем член и прислонился головкой к красной скользкой дырке, сжимающейся на каждый рваный вдох. Он медленно продвинулся вглубь, с интересом и наслаждением наблюдая исчезновение своей плоти в недрах распалённого тела. Чем глубже он входил, тем сильнее натягивалась кожа. Чжун Ли был напряжён, с силой сжимал пододеяльник, собрав его в своём кулаке, зажмурив глаза до выступающих на виске жилок. Он невольно сопротивлялся движению, делая его более болезненным, пока хвост закручивался вокруг торса, сжимая рёбра Предвестника до хруста.       — Эй, тише, расслабься.       Тарталья провёл по взмокшим прядям рукой, убирая их с красного лица. Чжун Ли открыл глаза и посмотрел с некоторой растерянностью, не зная, как выполнить просьбу.       — В первый раз ты был таким же, — улыбнулся Чайльд, нежно целуя искусанные губы. Он решил использовать проверенное оружие, чтобы как-то помочь. Гладкие стенки всё ещё стискивали его, но делали это ощутимо слабее, позволяя Тарталье немного выйти, чтобы снова вернуться. Блуждающие по телу руки не переставали изучать прекрасную чешую, нисколько не отталкивающую своим присутствием, больше напоминая своеобразные доспехи, надетые прямо на голое тело. Чайльд толкнулся ещё раз.       — Мнх... ах, — простонал в поцелуй Чжун Ли, чувствуя себя менее сконфуженно от внезапного проникновения, к которому его организм был готов не так хорошо, как он сам.       Почувствовав больше свободы, Тарталья увеличил темп и амплитуду, шире раздвигая длинные ноги. В ушах стояли шлепки кожи о кожу, хриплые сбивчивые стоны и шуршание хвоста, который его, благо, отпустил. Предвестник горделиво распрямил плечи, оценивающим взглядом смотря на дрожащего под ним Чжун Ли, старающегося спрятать своё заплаканное лицо в подушках. Его напряжённый член бесполезно болтался, пачкая пресс густым липким семенем, привлекая к себе внимание. Тарталья не стал это игнорировать, великодушно взяв его в руку, стараясь ласкать в темп своим толчкам, размазывая жидкость по стволу. В уголках рта Архонта скопилась слюна, которую он не успевал сглатывать, едва способный заполнять лёгкие воздухом, чтобы его снова с усердием оттуда выбили.       — Как же ты хорош, Чжун Ли. Просто прекрасен, — сбивчивым шёпотом вымолвил Чайльд, закидывая ноги себе на плечи, наклоняясь и сгибая Чжун Ли пополам, чуть меняя угол.       — Ах! — выгнулся Архонт, кривя рот и закусывая губы. Если бы он мог натянуть подушку себе на голову, как шлем, он бы это уже сделал.       — Не прячься, я хочу видеть и слышать тебя.       Руки Тартальи обхватили чужие запястья, прижимая их и соскальзывая на ладони, чтобы можно было переплести пальцы, не давая Чжун Ли зарыться в мягкое бельё. Член входил ещё глубже, бил прямо в цель, лишая всякой надежды на сохранение крупиц разума.       — Ха... А-Аякс... Я скоро...       — Я знаю, — неосознанно вырвалось из уст Тартальи. Он нетерпеливо прильнул к Чжун Ли, то ускоряясь, то замедляясь, делая всё более хаотично, готовый вот-вот кончить.       Сильно сжавшись, задевая стопами чужой затылок и обвивая хвостом торс Предвестника до невозможного сильно, Чжун Ли задёргался, делая резкие глубокие вдохи и выдохи, протяжно постанывая куда-то наверх, куда запрокидывалась голова, чуть ли не протыкая рогами подушки. Тарталья с рывками и рычанием продолжал вбиваться в обмякшее тело, приходя к конечной точке глубоко внутри, заполняя всё пространство собой так обильно, что часть медленно вышла наружу. Он обессиленно уткнулся в выставленную перед собой шею, вдыхая чужой приятный запах, которым никак не мог надышаться.       — Аякс... — тихо, почти шипяще позвал Чжун Ли, тяжёлой рукой зарываясь во влажные от пота рыжие волосы. Его ноги соскользнули с плеч, облегчённо вытягиваясь вдоль тела, а хвост спокойно сполз с торса.       — Чжун Ли...       — Аякс... — снова подал голос Архонт. Он не особо понимал, что ему надо сказать, продолжая звать по имени, будто ему доставляло удовольствие просто его произносить.       — Что ты хочешь? — привстал Тарталья, пытливо смотря в пьяные медовые глаза.       — Аякс, — со смешком улыбнулся Чжун Ли, касаясь ладонью щеки.       — Хочешь ещё раз? — спросил Тарталья. По его тону было сложно понять, спрашивает он или предлагает.       Чжун Ли вместо ответа лишь шире улыбнулся, притягивая Чайльда к себе ради сотого поцелуя, отличающегося от остальных своей лёгкостью и нежностью, попутно опять обвивая его длинным хвостом, к чему Предвестник уже успел привыкнуть.       — Ладно. Давай поменяем позу.       Архонт одобрительно кивнул.