А что выберешь ты?

Понедельник. — Ева! Не беси меня так больше! — Что ты кричишь? — испуганно я прохожу из гостиной на кухню. — Это что за херня?! — О чем ты? — На. Полюбуйся. — Хёнджин протягивает ко мне свои руки, в которых я вижу помятое что-то. — Что это? — Это были деньги, Ева. — Я тут причем..? — Ты зачем закинула все мои вещи в стиралку?! Я знаю, что это ты. — Но.. Мне мама дала кипу одежды, когда собиралась на работу, вот я и... — Там было несколько тысяч в кармане джинс! От его сильного крика мной начинает бросать в дрожь, а сердце падает в пятки. Из глубин моего организма к глазам подступают слезы, но я стараюсь подавить их и не расплакаться сейчас. — Я же не знала... — Нужно карманы проверять, прежде чем что-то стирать! А второе: не обязательно во всем слушать маму! Они были чистые! И то, что она все сгребла в охапку, потому что просто увидела их на диване, подумав, что я их специально там оставил.. Но это не так! Я забыл о них просто. Что с ними могло случится думал, они дома, чего переживать было. — Так ты сам виноват, не бросай вещи где попало. Хёнджин злобно хватает меня за запястье и свирепо смотрит в глаза. Внутри меня все сжалось. — Что мне теперь делать? — угрожающе тихо произносит он. — В.. В смысле? — неуверенно и с дрожью в голосе спрашиваю его. — Деньги ты как будешь возвращать? — Я?! — Да, ты! — И сколько же там точно было? — Три тысячи долларов. — Что ты врешь. У тебя не может быть столько денег. Ты же.. — Я уже почти месяц хожу на работу. — К..какую? — В клубе, администратором. — Прости, я же не... — Ты мне их вернёшь. — Что? — с моих глазах начинают капать первые слезы. — Не надо мне тут реветь. Как хочешь, так их и возвращай. Нужно голову на плечах иметь, это раз. И переспрашивать у владельца одежды, нужно ли ее стирать, это два. — Ты.. сам.. оставил свои джинсы без присмотра. Хёнджин резко открывает рот и мне показалось, что он сейчас очень громко крикнет, но он вдохнул, медленно выдыхая воздух ртом, успокаивает свое дыхание. — Просто не раздражай меня. Не нужно было так делать и все. — Откуда же я их возьму? — Не знаю. Сама устройся на работу. Много ребят в твоём возрасте работают. — Но из-за того, что я ещё учусь в школе, я смогу только на пол ставки. — Да мне плевать, хоть стриптизершей по ночам заделывайся. — З..зачем ты хранил такие деньги в кармане джинс? — Потому что именно сегодня мне выдали зарплату, вот почему они были там. Если сейчас скажешь, что это я виноват, что отлучился на некоторое время и забыл их там, это не так. Я просто знал, что их никто в моем же доме не тронет! Я начинаю сильно плакать и Хёнджин отпускает мою руку. Смотрю, что на моём запястье остался красный след от его сильной хватки. — И.. За которое время я должна их тебе вернуть? — Ну раз уж я их получил почти за месяц, даю тебе столько же времени. Хочешь, одолжи у кого-то, а потом возвращай им маленькими порциями. Я молчу, не в силах больше и слова проронить. Проклинаю тот момент, когда собираясь сегодня в школу, мама зашла ко мне с грязными вещами в руках. Так подставила меня. Сама я и близко не притронулась бы к чужим вещам. — Короче, думай. Меня не волнует. — Ха, то есть даже если я проституткой заделаюсь, ты будешь согласен? — Не заделаешься. И не преувеличивай. — Это ты трагедию сделал и кричишь тут на меня стоишь! — Можешь элитной шлюхой устроится. — Почему ты так жесток со мной? — Хёнджин перед моими глазами окончательно расплывается. — Я бы не был таким, если бы ты не трахалась с кем попало. Все мое тело онемело и я, мне кажется, не дышу. Из груди никак не могу вырвать хоть одно слово. — Даже сказать нечего? Я знаю, что тогда ночью ты была с кем-то. Не одна, как ты мне сказала. Я бы не стал, как придурок, ломится к тебе в комнату, но... Мужской голос там точно был. И я не стоял там и не подслушивал, если ты об этом. Я сразу, как только это услышал, попытался не думать об этой гадости. — Гадости? А то, что ты свою сестру... Прямо у себя в комнате.. На кровати... В то время, как в доме были и родители, и родственники со своими детьми, это для тебя не гадость?! — Ну ты же сама согласилась. А когда я тебя расспрашивал о звуках в комнате, я был терпелив и тактичен. Не хотел запугивать тебя и заставлять волноваться. Но после сегодняшнего случая, ты меня до сказа довела. И, Ева, как только узнаю, с кем ты спишь, он тоже получит. — Я не понимаю... Я не понимаю, почему ты делаешь это... — Карму тебе возвращаю. Нечего играть с мужчинами. — То есть с тобой, да? А о тех всех своих девушках ты уже и забыл? Ты в разы хуже меня. — Ну конечно... — Я тебя ненавижу. — В следующий раз трахайся не у нас дома. А тому идиоту... Как он в дом вообще попал? К нам никто не приходил... Я молчу, обессиленно смотря на него, принимая уже свою судьбу. — Ага... Я понял... Неужели в окно залез? Надеюсь, если будет следующий раз, то до тебя он не доберется, упадет и сломает себе что-то. Я хочу просто пройти мимо него, не желая больше смотреть на его противную физиономию. Он снова останавливает меня за руку. — Не дай Бог это Минхо. — Что? — Я знаю, что он хотел и чего добивался от тебя. Если ты такая дура... чтобы спать с ним... Я в шоке буду. Ну давай. Начни защищать его, чтобы я точно убедился в том, что это он. Ты сама сглупила, когда начала меня переубеждать в том, что это точно не Феликс, ведь ему есть кем увлекаться сейчас. Кроме меня и Минхо у тебя друзей и знакомых парней нет. Ты бы никогда не стала делать подобное с малознакомым. — Отпусти меня. — Я смотрю на его руку, которая крепко держится за мою и от его касания мне становится противно. — Да пожалуйста. — Он кривится и будто от прокаженной отрывает свою руку. — Ты сам виноват. — В чем? — Что сделал это со мной. — Хёнджин морщит лоб, застыв в немом вопросе, — После, как позволил себе переспать со мной... С тех пор все и началось... Не дай ты мне этот толчок... Я бы не смогла решится и осмелится спать сейчас с кем-то. Ты груб и несправедлив по отношению ко мне. Но я тоже человек. Почему ты так зацикливаешься на том, что я девушка? По-твоему только парням можно спать с кем угодно, и ничего странного, а для девушек это запрет? Или ты сексист? — Заткнись уже. Говоришь полную чушь. — Тебе просто ответить на это нечем. Я верну твои деньги, но после не трогай меня и не смей контролировать и вмешиваться в мою жизнь. Я отхожу от него и поднимаюсь по лестнице к себе. Но Хёнджин похоже ещё не выкричался и не все сказал, что хотел. Не сдержавшись, продолжает: — И если я ещё раз увижу такую хуйню, Ева, блять, ты станешь моей персональной шлюхой, поняла? А что уже тебе терять.. Кого не попадя впускаешь в себя, думаю и для меня место найдётся. Мной уже трясет от злости и омерзения. — Ты самый настоящий урод. Из-за каких-то денег так себя вести, — я стою по центре лестницы и смотрю на него сверху вниз. — Не только из-за денег. Ты врала мне. Я не какой-то там дурак, чтобы со мной так поступать. — А я не открытая дверь для всех мужчин! Тот, с кем я делала это, в миллионы раз достойнее и лучше тебя. Мне надо было до старости быть одной или только с тобой?! — Ты просто пользуешься тем, что ты красива и имеешь привлекательное тело, вот на тебя и положил глаз какой-то подонок. — Ты значит тоже подонок. — Я не лажу к девушке через окно, как какой-то... Почему ты не можешь привести этого парня нормально? Кто он? Слишком уродлив? Или слишком стыдно его показывать? Может он бедолага, у которого секса то и никогда не было. Или это тот, кого мне нельзя видеть? — Я никогда тебя не прощу за это. Озвереть из-за утраченных денег и того, что сестра имеет парня... Самое тупое, что я когда-либо слышала. Ты жалок. Я быстро, чтобы не испытывать судьбу и нервы Хёнджина бегу в свою комнату и запираю дверь. Запрыгиваю на кровать и начинаю сильно рыдать в подушку. Спустя несколько минут обильного плача, беру в руки телефон и пишу Минхо: "Привет. Слушай, пожалуйста, умоляю тебя, не забирайся ко мне больше через окно, если не хочешь проблем и себе и мне." — отправить. Практически сразу сообщение прочитано, но Минхо не отвечает, а просто звонит. — Алло? — Ева, что такое? Почему ты вдруг подняла эту тему? — Хёнджин знает, что ко мне кто-то лазил через окно. Если заметит и узнает, что это ты... — Ты плачешь, что ли? — Нет. — Не ври, я же слышу. Что он сказал? Я шмыгаю носом и к глазам снова подступают слезы. Это как когда ты сильно плакал и вроде бы уже успокоился, но тут кто-то подходит к тебе и спрашивает, что произошло. Вот тогда-то тебя прям прорывает и ты рыдаешь этому человеку в грудь. — Он сказал... Сказал, что... — Так. Ладно. — он устало выдыхает в трубку, — давай встретимся? Сможешь выйти из дома спокойно? Я так понимаю вы только что об этом с ним говорили. Придти я уже к тебе не могу, что через окно, что так.. — Хорошо.. Я смогу. Да. — Просто выйди мне навстречу. Я уже обуваюсь. — Ахаха, уже? — Ты засмеялась. Я рад. Сразу как услышал твой встревоженный голос, начал собираться. От такого Минхо на моем лице расплывается улыбка. — Я люблю тебя. На пару секунд в трубке повисает тишина. — Мне трудно это часто говорить тебе, но я тоже... — он собирается с духом и все таки выталкивает из себя эти слова, — тоже люблю тебя. Всё. Не плачь и выходи. — Да. Хорошо. Давай. — я сбрасываю звонок. "Я не хочу спускаться. Я не хочу его видеть сейчас." Поворачиваю голову к окну. "Запасная обувь у меня есть в шкафу." Я открываю двери огромной деревянной конструкции и вынимаю из коробки новые, ещё ни разу не тронутые мной, осенние ботинки. Накидываю теплую огромную и пушистую синюю курточку. Подхожу к подоконнику. Открываю окно и в лицо бьёт холодный ветер. Свесив ноги, прицеливаюсь, чтобы как можно больше смягчить свое падение. Спрыгиваю, наклонившись немного вперёд, руками опираясь на землю. Сухие листья и маленькие палочки прилипли к ладошкам. Стряхиваю их и быстро убегаю от дома. Спустя десять минут ходьбы вижу Минхо. "А он быстро шагал, преодолел большую половину пути." Наконец-то доходит до меня. — Привет. — обеспокоенно и осторожно начинает он. Только увидев его, я сразу хватаюсь за его курточку сверху у застёжки и плачу в грудь, как и ожидала. Минхо обнимает меня за плечи, которые уже подрагивают и от эмоций и от холода на улице. Простояв так несколько минут, я отстараняюсь. — Готова рассказать? — Слова так и душат и стягивают в горле болезненный узел. — Успокойся, я же здесь. — он оглядывается по сторонам и замечает лавочку возле одного из домов. Мы идём и он подводит меня к ней. Садимся. Я перебираю край своей куртки, теребя пальцами, поджав губы. — Хёнджин... — я замолкаю, снова делая глубокий вдох, — ну... Ты уже понял, что он догадывается.. — Догадывается... — он повторяет, протягивая это слово, пытаясь вынудить меня продолжать дальше. — ...Что это ты. Ну это пустяки. Он просто столького мне наговорил. — Он нас слышал? — Да. Этот.. последний раз. В моей комнате. — Но это было несколько дней назад. Почему только сейчас? — Я кое-что сделала сегодня.. И он разозлился. Сказал, что терпел и молчал, пытался осторожно до этого подойти ко мне с этой темой, но после... Озверел. — Рассказывай по порядку, чтобы я видел всю картину. — Сегодня утром, когда я собиралась в школу, ко мне забежала мама с кучей одежды в руках и сказал мне все это закинуть в стиралку, потому что она проспала и очень сильно опаздывала уже на работу. Ну я и сделала то, о чем она просила, и пошла в школу. Но когда пришла... — из моего рта выбиваются уже всхлипы и сбивается голос. Минхо кладёт руку мне на плечи и в успокаивающем жесте гладит их, — я была в гостиной. Хёнджин спустился на кухню и начал орать мне, подзывая. Вот тогда все и началось. Сколько же гадких вещей он мне сказал. Давно такого стресса не испытывала. — Почему он орал? — Мама захватила его джинсы, которые валялись на диване. Но он их там оставил просто так, не потому что они грязные. А в кармане были деньги... Ну и как ты понял, я их постирала... Он был в бешенстве, что я не проверила карманы и... — Сколько же там должно было быть денег, чтобы оно было таким злым? — Три тысячи.. — Ого. Это он, наверное, те, которые за работу получил. — Ты знал, что он на работу устроился? — А ты нет? — Он молчал. Не рассказывал нам. Только сейчас поняла... Может он так разозлился, потому что хотел всех удивить, показав уже результат, а не сразу хвастаться в первый же день, как его приняли. — Так что именно он тебе орал? — Много неприятных и непристойных вещей.. Сказал вернуть мне эти деньги. — Ч..что? Он совсем на всю голову больной? Откуда ты их возьмёшь?! — Дал мне почти месяц. Как раз столько времени, за которое он их заработал. Меня добило, когда он сказал, что ему все равно, откуда я их достану. Пусть даже стриптизершей по ночам буду работать. А потом я сказала ему, что может мне и проституткой стать? А он такой: "ты не станешь". А потом как-то разговор так закрутился и от гнева он не выдержал и уже зацепил тему... ну... Он тогда слышал мои стоны, и ещё мужской голос. Он не узнал в нем тебя, но.. Уже догадывается. Просто ждёт момента, чтобы спалить нас. Догадался и о том, что ко мне в окно лазают. Что я сплю с кем-то. Понял, что это не Феликс, ведь, во-первых, его внимание сейчас занято другой девушкой, да и он бы не стал так заморачиваться.. Он бы мог просто как обычно прийти ко мне на ночёвку и спокойно переспать со мной. А во-вторых, так как в моем окружении только три близких парня, я же не стала бы спать с кем-то малознакомым.. Я снова начинаю плакать, не в силах продолжать разговор. Минхо молчит, давая мне время закончить, и только потом вставить свои мнение касательно всего этого. — Когда я... Поднималась уже к себе... Он сказал... Ещё и жутко матерясь, что если подобное повторится, то я стану его личной шлюхой... Я так понимаю типо бесплатно, которая всегда рядом.. Потому что мне же незачем уже парится... кто во мне уже только не был, как он сказал. Я перевожу взгляд со своих рук на Минхо и вижу, как он кривится и как ему не нравятся все сказанные мной слова. Мне показалось, что на его лице даже заиграли желваки, но он держится. — Он не знает про Феликса. — Минхо констатирует как факт. — Да.. Он просто обозвал меня, потому что после него у меня появился ещё кто-то. Будто девушке запрещено за свою жизнь быть более, чем с одним. — Если он ещё раз подобное скажет тебе или тронет.. — Нет, Минхо, не надо. Мы сами виноваты.. Вот и все.. Он понимает, что это скорее всего ты, раз уж я не могу и боюсь напрямую привести в дом парня. — Пойдем ко мне. — Зачем? — Успокоишься окончательно. Напою тебя чаем и накормлю вкусностями. — Ахах, ты снова один дома? — Да, мама же все таки работает, — он улыбается. Я киваю и мы поднимаемся со скамейки. Вскоре мы были у него дома. Проходим на кухню, а он делает то, что обещал. — Какой будешь? — Чай? Неужели у тебя такое же разнообразие, как у нас дома? — Ну почти. — Да любой. Я не придирчивая. — Хорошо. Поставив передо мной много разных конфет с печеньем и зелёным чаем, говорит: — Подожди меня немного. Я сейчас. Я молча соглашаюсь и он удаляется. Беру в руки горячую кружку и отпиваю содержащуюся в ней жидкость. По телу разливается тепло и я согреваюсь. Грею руки, так как на улице немного замёрзла. Минхо возвращается через несколько минут и садится рядом. — Держи. Я смотрю на протянутую им руку. — Это что? — Деньги, если не видишь. — З..зачем? — Отдай Хёнджину и пускай заткнётся. Не хочу, чтобы он тебя донимал все это время, пока ты будешь ему их копить. Он же не будет отставать от тебя каждый день. Ещё надумает изнасиловать тебя, не в силах ждать долг. Я не позволю такому случится. — Минхо, я не возьму, — я ладошкой отодвигаю его руку от себя, — Правда, спасибо, но я не могу. Это большие деньги. И я знаю, как трудно ты работаешь. Нет. Пожалуйста. Не надо. — Ева.. — он тяжело вздыхает, — ты моя девушка. Я же не должен тебе это кучу раз напоминать. Все, что случилось, целиком и полностью моя вина. Если бы я не лазил к тебе на тайные встречи, так сказать.. если бы я сразу рассказал Хёнджину, что люблю тебя и с серьезными намерениями к тебе, ничего бы этого не случилось. Я все это заварил, мне и расхлёбывать. Поверь, он больше не от денег озверел, а от того, что ты спала с ним, а потом вдруг вскоре уже пускаешь кого-то в свою комнату. Его это бесит, ведь ты ему нравишься, пусть он и забывает вечно, что ты его сестра и быть между вами ничего не может. Живёт в фантазиях и как ребенок хочет что-то, пока ему это не дадут. Будет капризничать, пока ему мозги не вправить и не показать, что к чему. Возьми деньги и отдай ему. Если будет спрашивать, так и скажешь, что одолжила у кого-то. Но на самом деле не нужно мне их возвращать. — Ты с ума сошел? Что у тебя в голове? Я не могу их принять. Я понимаю, как ты себя чувствуешь, но пойми и меня... Как мне сейчас. — Я знаю. Но у тебя нет выбора. — Нет.. Я.. — Ты слишком правильная и принципиальная, Ева.. Взгляни в лицо фактам. Я люблю тебя, и для меня не составит труда сделать что-то подобное для тебя. Мне ни капельки не жалко. Я наоборот рад, что могу быть полезен тебе. Я правда был готов иметь детей.. От тебя.. Тогда... Ты должна понимать, что это значит. Если ты, конечно, сама не захочешь меня бросить. Но у меня и близко в голове нет таких мыслей. Прости, конечно, что хотел так жестоко поступить с тобой. Таким идиотским способом приковать тебя к себе. Но я сразу осознал свою ошибку. Тебе рано, да и мне, наверное, тоже. Ты пойдешь учится, а я хочу переквалифицироваться. Хотя бы университеты нужно закончить. — Минхо кладет свою ладонь поверх моей. — я впервые кого-то полюбил. И я чувствую, что ты тот самый человек.. Я бы все сделал ради тебя. А деньги... Это такая мелочь. Заработаю ещё. Ты же школьница пока. Если кому и стоит оттянуть твое время до того, чтобы пахать на работах, так пускай это буду я. Ещё успеешь намучаться. Ну что ты смотришь на меня так.. Твой чай остыл. Я ошарашенно, как завороженная, беру в руки кружку и обдумываю все, услышанные только что, слова. — Если не возьмёшь, ты меня очень обидишь. — Просто... С моей стороны... Я привыкла, что нужно отдавать что-то взамен. — Ахах, шутишь? Ты согласилась быть с таким, как я! Думаешь я не знаю, что меня трудно выносить, а ты.. Как-то терпишь. — Я не терплю тебя. — ставлю кружку обратно на стол и поворачиваю голову к нему, — я же люблю тебя. Я никогда не злюсь на тебя по настоящему. Все, что ты делаешь, я люблю в тебе. Просто те люди же не влюблены в тебя, вот почему так. Мне совсем не трудно.. быть в отношениях с тобой. — Ну и прекрасно. Минхо берет мою ладонь и вкладывает в нее несколько купюр. — Теперь ты сделала меня самым счастливым человеком на свете. — Ахах, ну да, разорила. Это у тебя, наверное, истерическое. Минхо улыбается, не отвечая на это. — Я больше не буду так тупить, чтобы тебе снова не пришлось расхлёбывать все за меня. Мне не доставляет удовольствия сидеть у тебя на шее и свесить ноги. Не хочу быть обузой и будто я с тобой только из выгоды.. — Ещё одно слово, и я снова стану тем Минхо, которого ты знала много лет. Веревки ещё тут. — Ахах, ну Минхоо.. — А что? Раз уж тебя никак нормальными способами не получается разуму поучить, может хоть так выбью из тебя всю дурь. Мне не то что набить тебя хочется, когда я слышу подобную ерунду от тебя, а вообще.. — Наверное, встречаясь с такой, как я, тебе этого хочется всегда. — Ахах, ну не всегда. Я ещё и люблю когда ты милая и бить тебя мне не хочется. Только обнимать и целовать. — Ахах, ты и милашничаешь? Что-то новенькое. — Так. Я сказал. Ещё одно слово.. — Ахах, все-все, поняла. Я снова прикладываюсь к кружке и закидываю в рот одну шоколадную конфетку. Украдкой смотрю на Минхо. — Я тебе безумно благодарна. Правда. Большое спасибо. Когда я шла к тебе, я и близко не имела в мозгу мысль о том, чтобы даже просить тебя о деньгах. Я просто рассказывала, не думая, что ты.. — И я рад, что ты делишься всем со мной. Я улыбаюсь и потеряв бдительность, не замечаю, как Минхо стремительно наклоняется ко мне и целует. Сплетая наши языки, я чувствую, как он делает странные движения ним, а потом вмиг отстраняется от моих губ. Чувствую, что... — Ты... Ах ты... — возмущённо начинаю я. Минхо самодовольно улыбается, высовывает язык и показывает на его краешке ту самую конфету, которую я только-что взяла. — Поцелуй может быть ещё и вкусным. — Задолбал меня смущать. — Ну ты же это любишь. Я стараюсь не смотреть на него и намеренно пристально наблюдаю за листьями чая в сосуде. — Так значит.. Минхо резко хватает меня за талию и тянет на себя. Я валюсь на спину, головой ложась ему на бедра. Он начинает меня щекотать, а я пищу, дёргаясь в его лапах, пытаясь вырваться. — Минхо! Минхо, я сейчас собью со стола чай! Ахаха, прекрати! Я смеюсь и отчаянно пытаюсь отбить его руки от себя, но мне это плохо удается. — Ахах, я же умру! Ты слышал, что от щекотки реально можно... Ахах... Можно умереть! Он успокаивается и отпускает меня. Я поднимаюсь и злобно толкаю его так, что он опрокидывается на диван. — Зараза. Он смеётся. — Ненавижу щекотку. Минхо любуется ворчащей мной, а я пересаживаюсь на стул, расположенный с противоположной стороны дивана. — Теперь сиди там. Даже обнять меня не сможешь, ха-ха. — Надолго ли? — дико смеётся он, сидя напротив.

***

— Нет, ну сейчас же не темно. Все нормально. Не надо меня провожать. Играть с огнем? Пускай он там остынет сначала. Я не хочу пока-что говорить ему о нас. — Ладно. Как хочешь. Но быстрее настраивайся, чтобы больше не повторялось вот таких инцидентов с ним. — Как представлю момент, когда он узнает, что мы пара.. — Он соскребёт себе все зубы, ахах. — Хотелось бы, чтобы он мирно принял эту информацию. — Может когда вернёшь ему деньги он сразу и смягчится. Вот после и сможем, чтобы он больше не подслушивал и не ломал себе голову, с кем же ты там. — Ну да... Я пошла? — Мм, в вопросительной форме.. Значит ты знаешь, что просто так не можешь развернутся и уйти, — он довольно прижимает меня к себе одной рукой за талию и целует. Через пару минут мы отрываемся от уст друг от друга, а я его крепко обнимаю. — Спасибо тебе за сегодня и вообще. Если бы не ты, у меня бы не было ни счастливых моментов, ни вот таких со страстями, как сегодня Хёнджин мне устроил. Распрощавшись, я выхожу из его квартиры. Во время того, как мы только что стояли в его прихожей, практически на пороге уже, я вдруг осознала, что безумно хочу его, но... Скажи я ему эти мысли вслух, домой бы я вернулась только к вечеру, а не как сейчас, в пол шестого. Знаю я его. Если уж я сама проявила бы инициативу и желание, он бы не сдержался. А мне домой надо, так что... Придется потерпеть до следующего раза. Да и Хёнджин снова прикопался бы, что я спать пошла с кем-то из нервов, чтобы снять стресс. И он оказался бы прав, но не совсем. Ведь Минхо удалось успокоить меня и так.. Обычными словами и поддержкой.

***

— На. После этого не смей больше ко мне прикасаться даже. Хёнджин, сидя в своем рабочем кресле, недоуменно смотрит на меня и мою протянутую руку с купюрами. — Это что? — Не валяй дурака. Вот твои три тысячи. — Мм.. И где же ты их взяла? — Девственность продала, которой нет. — Твой таинственный покровитель тебе дал? Неужели у него совесть заиграла, что это из-за него все случилось. — А я думала, что ты злишься только из-за утраченных денег... А я получается плачу тебе как-бы за извинения перед тобой, что не рассказала о том, что была с кем-то после тебя? Он хватает деньги из моей руки и отворачивается. — Проваливай. — С удовольствием. Я нервно выхожу из его комнаты и хлопаю его дверью так, что мне кажется, ее заклинит после такого удара.

***

Пятница. — В общем, будем утром, как обычно, — мама целует меня в макушку. — А почему вы так рано? На работу же только через два часа. — Ладно. Признаюсь. Поедем с папой ещё поедим в каком-то кафе. — Мм, домашняя еда уже не устраивает? — я скептически-придирчиво смотрю на нее. — Ахах, ну, Ева, я думаю мы с папой заслужили на отменный ужин. — Ахах, конечно. Хорошо вам посидеть. — Спасибо, — она улыбается и тут же поворачивает голову в сторону, на спустившегося только что со своей комнаты Хёнджина. Мама была очень счастлива, когда услышала, что он устроился на работу и получает нормальные деньги. Теперь наш семейный капитал умножится, ведь на одного из детей тратится уже не нужно. — Куда ты? — спрашивает она. — В клуб пойду. — А разве сегодня твоя смена? — Ну, маам.. — А, точно, поняла. Ты заслужил отдохнуть. Сегодня же пятница. — Работать в месте, которое для него уже как отдых, конечно... Устал он... Переработался. Хёнджин недовольно поворачивается ко мне. — Если бы ты попробовала работать администратором в клубе, поняла бы, что это не так просто. Да и меня попросили сегодня подменить. Так что я по делу, а не развлекаться. — Нет, Ева, серьёзно, это тоже тяжёлая должность, — встаёт на его сторону мама. "Ну да. Теперь ты любишь его ещё больше, чем меня. Спасибо." Я игнорирую ее замечание, а она приободряюще похлопывет меня по плечу, улыбается и выходит вместе с Хёнджином. "Наконец-то я дома одна." Вынимаю из кармана телефон и пишу Минхо. "Привет. Что делаешь?" — отправить. Практически сразу он отвечает: "Мм.. Десять вечера. К чему бы это ты спрашивала меня про дела в такое время?" "Если не хочешь упустить возможность, то предлагаю тебе придти ко мне. Я сегодня одна дома. Всю ночь. Что родители, что Хёнджин будут только утром." — отправить. Входящее сообщение от Минхо: "Хочешь, чтобы я ужин приготовил?" "Не паясничай, а то ещё немного и я передумаю. Приготовленной меня тебе на ужин уже не будет, понял?" — отправить. Входящее: "Ахаха! Насмешила. Неужели я могу через дверь к тебе уже придти?" "Представь себе." — отправить. "Одна минута промедления будет стоить для тебя многого." — отправить. Входящее: "Неужто мой котенок так сильно хочет меня, что уже нет сил ждать?" — после добавляет ухмыляющиеся смайлики. "Если будешь продолжать в том же духе, то "помогать" мне будет твой, однажды врученный мне, "подарок". Я закрою окно и двери. На этом твой "приятный" вечер закончится, так и не начавшись" — отправить. Входящее: "Да бегу я. Я уже в дороге, ты в курсе?" "В смысле?" — отправить. Входящее: "Ну я сейчас печатаю тебе, находясь на пути к твоему дому." "Мм.. Глумился надо мной, а у самого уже штаны разрываются, ахах." — отправить. Входящее: "Ещё одно слово с твоей стороны и я больше буду думать, как удовлетворить свои желания, а не твои." "Не раздражай. Всё. Жду. Дверь открыта, можешь не трезвонить." — отправить. Минхо, похоже, не соврал и действительно уже находился по дороге ко мне домой, ведь как только я отложила телефон, он появился у меня чуть ли не сразу. Я дожидалась его в гостиной. Слышу звук открывающейся двери, а потом кто-то защёлкивает ее на замок. Уголки губ медленно тянутся вверх. Жду, чтобы он сначала разулся и потом иду в прихожую. Минхо, только завидев меня, набрасывается с очень пламенным поцелуем, мол дикий зверь. Его дыхание очень прерывистое и он прижимает меня к стене сбоку. Берет меня своими ладонями под ягодицы и поднимает, заставляя обвить его талию ногами. Мои движения также очень жадные и я блуждаю руками по его телу и добравшись до его волос, сильно сжимаю их, оттягивая назад. — Я вижу, ты хочешь пожестче сегодня? Как пожелаешь. Он отходит от стены, к которой прижимал меня, и двигается к лестнице. Я спрыгиваю с него и с трудом шагаю спиной вперёд, пока он наступает на меня, все ещё не отрываясь от моих губ. Минхо крепко придерживает меня, чтобы я не споткнулась и не упала. Заходим в мою комнату и я по привычке запираю ее. Судорожно начинаю стягивать с себя футболку, как и он свою куртку, а затем и кофту. Что я, что Минхо, думали о друг друге и хотели этого всю неделю. Пожалуй зря я тогда в его доме не поведала ему о том, что очень сильно хочу его. Из-за того, что мы оттянули этот момент, теперь-то все будет куда более животнее, как мне кажется. Ни его темные глаза и рык, ни мое жутко возбужденное тело не предвещает ничего хорошего. Только дожидаясь его и размышляя о сегодняшней ночи, о том, как он будет касаться меня и целовать все тело, я уже чувствовала, насколько сильно промокло мое нижнее белье. Я безумно хотела получить его сегодня и вот он наконец-то прямо передо мной. Я в его руках, а он в моих. Что ждёт нас сегодня этой ночью я и представить не могу. В мою голову закрадываются мысли: "А смогу ли я воплотить сегодня в жизнь хоть один из советов Рэйчел?" Потому что глядя на Минхо, сдается мне, что он не очень терпелив, и сам хочет сотворить многие вещи со мной. Ну посмотрим, кто кого, и сможем ли мы сполна насладится друг другом так, как каждый того хочет, и что каждый из нас жаждет попробовать сегодня друг с другом и друг на друге. Ведь самого секса, как такового, у нас очень давно не было. Чтобы два тела сливались воедино, то... Только раз. Все остальное я не считаю. Секс спустя больше времени, чем месяц...