А что выберешь ты?

Яркие солнечные лучи щекочут глаза, побуждая меня к пробуждению, но помимо этого что-то дополнительно мешает наслаждаться сном, щекоча мой нос. Запах приятный, пахнут ли так наши коты? Но не успев сообразить, я кладу руку на того, кто тревожит меня, думая, что это, скорее всего, кошачий хвост. Но вместо мягкой шёрстки ладонь нащупывает что-то другое, гладкое, бумажное и оно шуршит от соприкосновения с моей рукой. Непонимающе открываю глаза и зрение фокусируется на большом букете, расположенном прямо перед моим лицом. Проморгавшись, привстаю на локтях и беру в руки находку. К чему бы это? И в честь чего? Что, вообще, происходит? Ароматные белые цветы, название которых я даже и не знаю, пахнут буквально на всю комнату, настолько, что это нереально от одного букета воспроизвести столько запаха на такое помещение, не маленькое. Поднимаю голову и ошеломлённо открываю рот, увидев следующую картину... — Что за... Весь стол, подоконник, все тумбочки, везде, где есть плоская поверхность в нашей спальне, она устлана букетами из различных бутонов. Непроизвольно сердце пропускает один волнительный удар. Такого я никогда не ожидала увидеть. Разве такое возможно не только в фильмах и мультиках? Когда я уже полностью отошла от сна зрение стало чистым, а голова прояснилась, повернув голову в сторону пустого места Минхо на кровати, я и там обнаруживаю несколько лежащих букетов. Это точно не видение? Поднявшись с постели, незамедлительно покидаю нашу комнату и шагаю на кухню. Естественно, этот чудик находится там, Дуни с Дори ходят по полу, вынюхивая то, что готовит их хозяин у плиты, в то время, как маленький Суни находится в своей кроватке на столешнице. Видимо, Минхо боялся упустить его из виду, всё ещё беспокоясь, что взрослые коты могут ему что-то сделать и навредить. Как выразить благодарность, мне пока на ум не пришло, но для начала я тихонько подкрадываюсь из-за спины и медленно обвиваю торс Хо двумя руками, прижимаясь щекой к его спине. — Доброе утро? — пусть я и не вижу его лица, но точно слышу эту улыбку в словах. — Милы-ый, а что это там за ванна из цветов, а? — Ванна? Разве? Лепестки роз я думал подготовить на вечер, — парирует он, строя дурачка из себя. — Ну, Хо-о, — слегка возмущённо тряхнув его телом, вызываю подобным действием всего лишь его тихий смех. — Тебе не нравится сюрприз? — наконец поворачивается ко мне и сам обвивает руки вокруг моей талии, смотря сверху вниз. — Очень нравится, ты, как всегда, молодец. Но зачем? Если хотел сделать приятно, мне бы и одного букета хватило, — смотря на него, вероятно, как щенок, выпячиваю нижнюю губу. Цветы зимой, да ещё и в таком количестве — не думаю, что это дёшево. Или наоборот оптом ему обошлось дешевле? Без понятия. — Ты заслуживаешь всех цветов мира, поэтому такое количество — мизер, — он наклоняется ко мне ниже и изучающе рассматривает моё лицо, — можно? — его взгляд опускается на мои губы и Хо сглатывает слюну, словно готовясь. — Ещё спрашиваешь... — сама подаюсь к нему и чмокаю в губы. Но он не отпускает и перехватывает инициативу на себя, углубляя поцелуй. Звук чего-то звонко потрескивающего за его спиной прерывает нас, точнее я с трудом отстраняюсь от присосавшегося ко мне Минхо, потому что он, похоже, забылся, придавшись моменту, — у тебя сейчас там что-то сгорит, — подмечаю я, на что он быстро поворачивается назад к плите, — так что тебя всё-таки сподвигло такой подарок мне устроить? — интересуюсь, присаживаясь на стул. — Просто я идиот, — внезапно заявляет он, — я вообще запоздал с этим. Когда ты лежала в больнице, наверное, мне следовала ещё тогда такой сюрприз сделать, но я почему-то подумал, что не следует сразу переться с цветами и фруктами, если честно... Да и я не люблю такую показуху. Решил, что только наедине между нами обязательно так тебя порадую. Зачем кому-то видеть нашу любовь? Ещё позавидуют, глянут тёмным взглядом и сглазят, а нам оно не на-адо. — Ты все правильно сделал, молодец, — я благодарно улыбаюсь, ожидая, когда он обернётся ко мне. — Правда так считаешь? — с какой-то надеждой бросает на меня через плечо свой воодушевлённый взгляд. — Конечно. Ты знаешь, что я тоже поддерживаю твои взгляды, потому что такая же. Минхо выключает плиту и подходит ко мне, кладя ладони мне на щеки, дабы приподнять моё лицо вверх. Его большой палец начинает бережно трогать область у моего лба, где ранее у меня он был разбит при аварии. — У тебя уже почти затянулась ранка, — он едва ощутимо касается оставшейся засохшей кожи и с примесью боли улыбается. Может, его порыв с цветами означает то, что он чувствует свою вину в случившемся? Вполне вероятно. — Да, но всё равно долго заживает. — Всё будет хорошо, — чмокает мой висок возле раны и возвращается к плите, — ты же будешь завтракать? Хотя чего я спрашиваю... — меньше, чем через секунду сразу же сам и отвечает, — будто я послушаю тебя, если, не хочешь, — бубнит себе под нос, словно причитая, — конечно, будешь, заставим. — Минхо, а как там машина? — не реагируя на его привычные речи, спрашиваю о действительно насущном, — долго её ещё будут чинить? — пока он роется в поисках посуды, решаю всё-таки задать такой вопрос, а то они мне ничего не говорят и не посвящают в свои планы. — Неужели ты думаешь, что пока зима, мы дадим тебе возможность ездить? — Да я поняла уже свою ошибку, я не буду больше... — Я сказал, что не будешь, — перебивает он, серьёзно взглянув на меня, — не то, чтобы я не доверяю теперь, но опасность зимой всё равно ждёт. Я пока буду тебя возить. — Ну а машину хоть уже починили? — понимая, что спорить бесполезно и за меня уже всё решили, хочется хотя бы узнать о состоянии, вроде как, всё ещё моего авто. — Почти. Там же поломок и так было выше крыши. Скоро, говорят, будет готово, но мы её на время отдадим назад Хёнджину, пускай сам её сначала опробует. — То есть, если что-то случится с ним, то это не так страшно? — именно такой мотив я слышу в его предложении. — В него я, как бы, не влюблён, поэтому... А если серьёзно, то он в этом всяк больше тебя понимает. Получишь машину обратно только тогда, когда мы убедимся в её исправности и безопасности. Держи, — он ставит передо мной мою порцию всё ещё парящего горячего завтрака и сам садится напротив. — Ладно, а когда мы всё-таки расскажем родителям о... — дальше без слов я поднимаю левую руку с кольцом. — Ты у меня-я спрашиваешь? — Хо отрешённо хлопает ресницами, удивлённо глядя на меня, — в прошлый раз не я запорол наш план, а ты, потому что испугалась. Вообще, давай поручим это неблагодарное дело Хёнджину, пускай он расскажет, а? Как тебе идея? — берёт в руки вилку и поочередно смотрит то на аппетитное рагу, то на меня. — Ну не смешно-о. — А я и не смеюсь, я серьёзно. Ну хочешь, я сам расскажу. Как там оно? «Прошу руки вашей дочери, благословите нас»? Без этого же никак? И, вообще, думаешь, они меня не одобрят? Что за чушь, зачем всё это? Такие формальности же были актуальны несколько веков назад? — беспрерывно, вопрос за вопросом, сыплет он на меня. — Давай по ситуации, это может получится так же неожиданно, как и само твоё предложение, — кладя в рот кусочек помидора, принимаюсь к завтраку, так как эти обсуждение важных дел с самого утра плохо влияет на мой мозг, что уже болеть начинает голова.

***

Вечером, того же дня. В очередной раз в нос ударяет неприятный запах табака, который просачивается сквозь щели в дверях, и я молниеносно реагирую, уверенной походкой направляясь в сторону источника аромата. — Ты же говорил, что не зависим, а это что-о-о? — врываясь на балкон возле нашей кухни, нахожу Минхо курящим там. Он всегда старается незаметно проскользнуть мимо меня и успеть покурить, чтобы я даже не заметила, как он это делает. Но спустя пару таких его попыток, я уже уловила его фишку и знаю, что, например, как только я отвлекаюсь на что-то, либо иду в ванную, Хо не упускает возможности, и это повторяется всё чаще и чаще, а ведь он обещал, что бросит... Может, Феликс был прав и Хо только кивает головой, давая мне пустые обещания? Я думала, его сила воли мощнее и он заботится о своём здоровье. Но, всё же либо его мотивация слишком мала, либо зависимость стала крепче. Как бы-то ни было, с этим срочно надо что-то делать. — Минхо, ну что мне сделать, чтобы ты перестал? Ну, если хочешь наверстать упущенное, давай каждый раз, как тебе приспичит покурить, мы будем спать, а? — уже понятия не имею, как ещё его можно завлечь, просто бросаюсь в крайность, потому что иного способа придумать не могу. Все остальные мои варианты Ликс запретил использовать. Но, неожиданно на моё предложение, из Хо вырывается всего лишь смешок. — Зайчик, поверь, ты этого не выдержишь, — он качает головой, улыбаясь уголком губ и разглядывая в вечерней темноте яркую полную луну. — Почему? — совершенно не понимаю его высказывания. — Придётся «спать», — повернувшись ко мне боком и опершись локтем на перегородку балкона, вскидывает многозначительно бровями и показывает двумя пальцами кавычки, — нам очень часто, — поясняет он, тем самым подтверждая мои догадки о том, что затягиваться Минхо стал действительно чаще и мне не показалось. — Так всё-таки ты соврал и уже зависим, Минхо! Ну, прошу, что мне сделать, как тебя вдохновить бросить эту гадость? — я искренне хочу ему любыми путями помочь. Возможно, это из-за моих загонов, которые играют тут весомую роль, но, тем не менее, я правда беспокоюсь о здоровье любимого мне человека, да уже мужа практически — сейчас пока что жених. — Я не соврал, я просто сам не понимал, как всё запущено. Ну я правда могу бросить. — Ну так брось, — меньше, чем через секунду, с вызовом выпалив ему ответ, я настроена очень решительно, на что он даже рот приоткрыл, — давай будем тебя награждать чем-то каждый раз, как мотивация, чтобы ты не курил? А ещё дополнительно купим таблетки, на случай, чтобы ты точно не сорвался. Ну? Как тебе идея? — выжидающе наблюдаю за его действиями, пока он тушит сигарету и выбрасывает в пепельницу. — Мне нравится, — Хо подходит почти вплотную и тёмными глазами заглядывает в мои, мягко уложив руки мне на талию. — Но первее всего ты са-ам должен этого захотеть, понимаешь? Иначе все попытки будут тщетными. А я не хочу стараться понапрасну. Уже не слушая меня, вероятно, будучи поглощённым собственной похотью, Минхо тянется за поцелуем, но я отстраняюсь, отодвигая голову назад, прогнувшись в пояснице, и упираюсь руками ему в грудь. — Что такое? — Я же уже говорила, тебя сложно целовать, когда воняет табак изо рта. Давай так, ты пойдешь в душ, почистишь зубы, и пото-ом, может быть, если заслужишь моё одобрение, мы може-ем... — двигаясь двумя пальчиками маленькими шажочками от груди и выше, не успеваю добраться к его шее, как Хо тут же реагирует и чуть ли не бежит внутрь дома. — Я быстро! — даже не дослушав, кричит мне откуда-то уже из глубин кухни, вероятно, спеша в ванную. А его не так уж и сложно будет так мотивировать. Надеюсь, такой метод сработает. Да и таблетки я уже купила без его ведома, завтра начнёт их пить, если хочет ночных приключений, у него просто нет выбора.

***

Как и обещал, Минхо в самом деле довольно быстро справился в ванной, и вслед за клубами пара из ванной комнаты выходит этот Аполлон, точнее его скульптура, потому что... Он уже абсолютно голый, вот же он... Но и я решила не отставать, примерив свой новый белый комплект белья, такой нежный, как облачко, в нём каждый бы выглядел так, словно с небес спустился. Этим и привлёк моё внимание именно такой набор. Минхо тут же резко останавливается в дверях, заметив меня, сидящей в таком виде на углу кровати и ожидающую его. Спальня приятно пахнет, но не приторно, так как большую половину нашего цветочного поля я перенесла на кухню, дабы освободить место. Пришлось много посуды использовать, чтобы поставить их всех в воду. Теперь весь наш дом — это сплошной ботанический сад: куча моих растений в вазонах повсюду, а теперь ещё и вдобавок подаренные букеты на всех плоскостях. — О-о-о, чулки, кружево... Ты прям как ангел меня встречаешь, — довольно улыбаясь, в хищной походке шагает мне навстречу. — И если будешь себя хорошо вести, этот ангел отправит тебя с собой на небеса, в вечное блаженство, котик. Хо вплотную приближается ко мне и я немедля обхватываю его талию, чмокнув в торс. Целую его пресс настолько, насколько позволяет захватить губами и дотянуться моё положение сидя, и веду мокрую дорожку к его паху. Его член тут же дёрнулся, ударяясь мне о подбородок, а сам Минхо резко вцепился мне волосы, как только я всего лишь одарила его покрасневшую головку коротким поцелуем. Коснувшись языком уретры, ощущаю на рецепторах солоновато-кислый привкус выделяемого из неё секрета, смешивающийся с моей слюной. Взяв несколькими пальчиками его орган, высовываю язык наружу и постукиваю головкой по нему и устам, смазывая их ещё больше в мужской жидкости. Далее, не используя губ, вожу по его стволу кончиком языка, двигаясь от края и к основанию. — Боже-е, Ева-а, — Хо испускает короткие вздохи, плотно прикрыв глаза и сжимая волосы на моём затылке, — ты сегодня такая развратная, — он так сильно возбуждён и чувствителен, хотя это и не удивительно, когда у него не было секса столько месяцев. Обхватив губами его головку, начинаю неспеша посасывать её, рукой ведя вдоль всей оставшейся нетронутой моим ртом длины. Инстинктивно Хо толкнулся мне в рот, коснувшись миндалин, отчего к горлу резко подступила тошнота. Схватившись за чужие бёдра, вытаскиваю изо рта член, тяжело вдохнув воздух. — Прости, прости меня, — тут же среагировав, извиняется он, погладив мою голову. Не отвечая, вбираю в рот обратно его возбуждение до середины, начиная активнее сама насаживаться, пока Хо хрипит и стонет сверху над моей головой. Втянув щеки, стараюсь не касаться зубами кожи, дабы доставить любимому как можно больше приятных ощущений. Нащупав его ладони на своём затылке, нажимаю на них, двинув головой вперёд, давая понять, что он может действовать сам, не беспокоясь обо мне. Неуверенно его бёдра начинают сами двигаться, встречаясь с моим горлом раз за разом. Не увидев моего сопротивления, продолжает вбиваться мне в рот, проникая всё глубже, пока я полностью сконцентрирована на том, чтобы подавить рвотный рефлекс, сильно стискивая пальцы на его бёдрах, пытаясь так себя контролировать. Когда я впиваюсь ногтями в его кожу, Минхо шипит, быстрее толкаясь мне в глотку. Сделав ещё несколько резких размашистых толчков, так, что я носом упиралась в его лобок с небольшой щетиной, он, с характерным мокрым звуком собравшейся во рту слюны, стремительно выскальзывает из горячих оков моей полости, тяжело дыша. Несколько тягучих полосок от моих губ не отстают от его отдаляющейся головки. — Кончать я ещё не намерен, — оповещает меня, погладив по щеке, — было не больно? — смахивает с уголков моих глаз капельки слёз, наклоняется и целует в губы, слизывая с них всю влагу и попутно убирая подушечками пальцев с моего подбородка любую испачкавшую меня жидкость. — Всё хорошо, я скажу, если надо остановиться, — пытаясь отдышаться после минета и поцелуя, захватываю побольше воздуха. — Если при каждом моём порыве покурить меня всегда будет ждать ошеломительный отсос, я готов тебя слушаться вечно, — приподнимая меня, чтобы переместить всё моё тело в центр кровати, шепчет мне над ухом. — А я и не против, если это только не людное место, — не стесняясь, дерзко смотрю в его, в момент потемневшие, глаза. Хо склоняется надо мной, приблизившись к уху. Прикусив хрящик, после принимается вылизывать и посасывать мочку, мыча и опаляя горячим дыханием нежную кожу. Пока он проводит махинации у моей шеи, параллельно трётся стояком мне в бедро, размазывая выступающий предэякулят. Его руки блуждают вдоль моего тела, изучая каждый миллиметр так, словно он мог позабыть какую-то деталь, пока мы не были вместе. — Минхо, — на выдохе с тяжёлым дыханием произношу следующее, схватившись одной рукой за его затылок, притягивая к себе поближе, — я хочу тебя, — шепча ему в ушную раковину, ёрзаю на покрывале вперёд-назад, подгоняя тем самым. — Я тоже этого хочу, но чем дольше я наслаждаюсь тобой, тем приятнее будет этот вечер. К тому же, мы так долго не занимались сексом, что стоит мне только войти, я кончу спустя несколько минут. А оно тебе надо? — приподнявшись на ладонях, пристально смотрит мне в глаза, — просто лежи и получай удовольствие, пока я могу держаться. Но-о... — вновь склоняется надо мной, чмокнув в пупок, — есть риск, что к тому времени я тебя просто съем, — показательно кусает меня за бок, вызвав во мне смешок от лёгкой щекотки на талии от его зубов и потока воздуха из носа на моей коже. Бережно, как какое-то сокровище, он следит за тем, как его пальцы проходятся вдоль моего живота, поднимаясь к солнечному сплетению. Задержившись на впадине между грудями, перемещается на левую, приспустив чашечки бюстгальтера и зажав один сосок меж большим и указательным пальцем. Тут же припадает устами ко второму полушарию, начиная одаривать мою грудь мягкими и тёплыми поцелуями, пока его правая рука крутит ещё не тронутую его губами бусинку. Минхо выводит подушечками круги на моей ареоле, высасывая из мягких тканей все соки. Оторвавшись, уделяет внимание второй, играясь языком с горошиной, слегка прикусывая её зубами и нежно оттягивая губами. В неком раздражении он приподнимает меня за лопатки, заводит свои руки мне за спину, расстёгивает мешающий его обзору лифчик и стягивает его, высвободив мою диафрагму от стягивающего эффекта. Удовлетворившись содеянным, иногда Хо мгновениями отстраняется на несколько сантиметров, дабы поглядеть и полюбоваться, как мои соски реагируют на его ласки, как вздымается моя грудь и как упруго она выглядит в его ладонях, когда играется с ней ладонями и сжимает. Всё, что мне остаётся — делать так, как он и сказал: наслаждаться. Поэтому, впившись пальцами в его шевелюру, хрипло и сдавленно дышу через рот, испуская короткие вздохи. Мужские губы проделывают дорожку из поцелуев ниже и, миновав бедренную косточку, приближаются к коленкам. Минхо вытягивает одну мою ногу и продолжает двигаться вдоль икр, затем щиколотка, после пальцы стоп. Я с замиранием сердца приподнимаю голову, наблюдая за тем, с каким трепетом он расцеловывает всё моё тело сквозь тонкую ткань мелкой сетки чулок . Заметив мой заинтересованный и заворожённый таким зрелищем взгляд, он усмехается краем губ. Ухмыльнувшись, укладывает мою левую стопу себе на грудь, нежно проводя ладонями по этой части. Взяв меня за лодыжку, подносит мою ногу к своим устам и повторно чмокает пальцы, потом и вовсе ступню. — Как-то я слышал фразу, что не стоит доверять мужчинам, которые не готовы целовать тебе ноги, — спокойно произносит, глядя на меня влюблёнными глазами. — О-о, значит, тебе я могу доверять? — улыбнувшись ему в ответ, мне кажется, что я уже свечусь от счастья, относительно проведения прекрасного времени с тем, кого так люблю. — Всегда. — Не колеблясь, уверенно отвечает, проделывая те же действия со второй ногой. От такого у меня мурашки бегают по коже. Таким образом, он обратно поднимается поцелуями мне вверх по другому пути и, добравшись до бедра, целует внутреннюю её часть. Хо совершенно никуда не торопится, пытаясь выразить так всю свою любовь и тщательно стараясь не упустить ни один не задетый им участок тела. Даже удивительно созерцать его преисполненным такой нежности ко мне, когда его налитый кровью член то и дело дёргается, иногда ударяясь о собственный пах, уже буквально умоляя уделить ему хоть какое-то внимание. Поэтому, пока Минхо усердно изучает ненароком забытые им родинки на мне и прочее, я просовываю между нашими телами правую руку, касаясь его твёрдого органа. Покручивая его головку в пальцах и слегка сжимая, прохожусь всей ладонью по его стояку к основанию, начиная неспеша надрачивать ему, потирая член. Хо протяжно стонет, на миг остановившись и замерев. Прикрыв глаза, он непроизвольно толкается в мой кулак, плотно прикрыв глаза, блаженно вздыхает себе под нос. — Просто возьми меня уже. Я поняла, как сильно ты меня любишь и хочешь продемонстрировать это мне. Но не нужно таких жертв, сделай наконец уже то, зачем мы это всё начали, — пожалуй, я и сама уже извиваясь вся, толкаюсь бедрами вперёд, чтобы почувствовать его горячую плоть на своём чувствительном месте, пускай и через мелкую преграду в виде нижнего белья. Без слов и всяких препирательств, Минхо на миг слазит с меня, на четвереньках быстро подползает к краю кровати, находит на тумбочке презервативы и незамедлительно разрывает фольгу, раскатав по члену латекс. Вернувшись ко мне, садится передо мной, пристраиваясь, глядит вниз, чтобы медленно войти в моё лоно. Отодвинув край стринг, легко и гладко он вторгается в тиски моих стеночек с достаточным количеством природной смазки, также благодаря скользкости контрацепции. Держась за мои бёдра, неспеша вводит своё возбуждение по саму мошонку. Приятные ощущения накрывают меня с головой, что даже уши пылают. Схватившись за чужие предплечья, вместо привычных стонов из моей гортани вырывается какой-то скулёж, хныканье и всхлипы. Но мне совсем не больно, нет, наоборот — мне хочется большего. — Хо-о-о, — сухим и молящим голосом, обращаюсь к парню, жмурясь и возведя голову к потолку. — М-м? — не останавливаясь, так и продолжает мягко толкаться во мне. — Я хочу... Я... — неуверенно и немного застеснявшись, открываю глаза, отыскав глазами Минхо. — Говори, солнышко, — упав ко мне на локтях, теперь дышит в нескольких сантиметров от моего лица. — Я думала кое-что попробовать, мне интересно... — сомневаясь, мнусь, ведь вдруг я на самом деле не готова и обманываю себя. — Я весь внимание, котёнок, продолжай, — мягко просит, а в его глазах сверкает явная заинтересованность, что же я хочу ему предложить. Расставив мои ноги пошире, не прекращает своих фрикций. — Я хочу... Хочу, чтобы ты меня подготовил к анальному сексу сегодня, и потом мы бы... — Хочешь член в заднице? — не дождавшись, пока я закончу, перебивает, распахнув глаза. — Ну зачем ты так! — стукнув его в плечо, недовольно дёргаюсь в постели под ним, — ты же должен в этом смыслить больше, чем я, тогда... — Сейчас? — опять прерывает, в нетерпении быстрее подводя меня к главному. — Ты меня хорошо услышал. Почему-то мне кажется, что это может быть неплохо, если сделать всё правильно. Тем более я вижу, что ты сегодня никуда не спешишь, у нас есть всё для того, чтобы совершить это, — хлопая глазами, вижу перед собой застывшее выражение лица Хо. Вероятно, он не ожидал такого в нашу первую ночь после расставания. Но от своей любимой подруги я услышала много интересных рассказов на эту тему, и она просветила и переубедила меня в том, что нужно сначала попробовать и понять, приносит ли такой вид секса удовольствие, ведь у всех по-разному. А мне узнать безумно хочется, и, кроме того, в своём парне я точно уверена, он сделает всё по высшему разряду. — У нас же нет... — задумчиво бегает глазами по нашей комнате, словно в поисках чего-то. — Есть, — утвердительно заявляю, зная, что он подразумевает, — смазку и соответствующие игрушки я заказывала как-то... — застыдившись, отвожу взгляд в сторону, ведь не резонно признаться в том, что я мысленно не раз готовилась к такому, а затем и вовсе, на всякий случай, подготовила всё необходимое для подобного. — А ты коварная и продуманная зайка, всё предусмотрела, — щёлкнув пальцами мне по кончику носа, вопросительно смотрит на меня. — В нижнем ящике моей прикроватной тумбы. Не мешкая, он оставляет во мне пустоту, высвободив от инородного тела внутри, и действует за моими указаниями. Как я и говорила, находит ту самую, ещё не использованную ни разу, коробку с прибережённым на будущее содержимым. Анальная цепочка с шариками, большими от основания и постепенно уменьшающимися к концу, тут же оказывается в его руках. Пока он рассматривает предмет, я тянусь ступнями к его стояку и кое-как стараюсь массировать его, водя ногами туда-сюда, окончательно смачивая и пачкая чулки. Минхо тут же перехватывает одну мою ногу, приостанавливая. — Я так вообще думать не могу, котёнок. — А тебе и не нужно. С этим всё должно быть нормально, — киваю я в сторону его рук, держащих секс-игрушку. — Ты же знаешь, для меня любое твоё желание — закон, — ухмыляясь, подбирается ко мне поближе и приподнимает мои ноги, сведя вместе, дабы перекинуть их в одну сторону, а после перевернуть меня на живот. — Раз так, то может всё-таки попробуем как-то такое и на тебе? — бросив ему через плечо, с упованием уже представляю, как бы это было классно. — Мечтай, — сжав одну из ягодицы, припадает губами к моей пояснице. — Ты не знаешь, от чего отказываешься. Тебе же понравится. Это для мужского, а-ах... — вероятно, чтобы заткнуть меня, касается клитора, массируя рукой мои половые губы, отчего на пару минут моё сознание помутнилось и все мысли покинули разум, — здоровья полезно, — быстро проговариваю продолжение, пока он опять не сбил меня с мысли. — Сегодня мы играем по твоему первому желанию, а остальное, надеюсь, тебе хотя бы приснится, чтобы ты была довольна, — резко припечатав правую руку к моей ягодице, приподнимает мой зад, ставя меня на колени. И тем не менее, я дала себе обещание, что мы обязательно попробуем данные действия и на нём, у меня уже даже руки чешутся. Он же просто ещё не понимает, что его ждёт райское наслаждение — как мне поведала мудрая Рэйчел и отзывы мужчин в интернете. — Погоди, а как же спринцевание? Там, кажется, нужно, чтобы... — Минхо, я уже всё сделала, — вильнув попой, пытаюсь привлечь его внимание, зазывая уже наконец приступить к делу. Минхо, как обычно, старается думать обо мне и обо всём сразу, чтобы всё было без сожалений. Когда-нибудь он поймёт, что я люблю его любого, и каждый интимный момент между нами перемещает меня ненадолго в сказку, где я принцесса, а он заботливый и бережно относящийся ко мне принц. Пускай даже это был бы БДСМ — Хо и в такие моменты просто не может быть ко мне жёстче, чем нужно, наоборот — он недобирает, всегда интересуется, как я себя чувствую и хорошо ли мне. И за такую заботу даже во время секса я безмерно благодарна ему, он мечта, которая воплотилась в реальность. Мужчина, который думает не только об удовлетворении своих желаний, а и уделяет должное внимание своему партнёру, потом и вовсе умудряясь снести крышу обоим до какой-то эйфории высшей степени блаженства, — золото. Конечно, у всех бывают проколы, и Минхо не исключение, но это единичные случаи, обычно же всё хорошо. — Нет слов, обыграла меня, — поглаживая сзади два моих полушария, слышу, как он открыл баночку, и спустя пару секунд его пальцы с прохладной консистенцией на подушечках начали проходится вокруг сжатого колечка из мышц. На секунду я всё-таки заволновалась, вдруг, будет действительно больно и не приятно. Минхо несколько раз проводит меж моих ягодиц и медленно пытается проверить, как я отреагирую на что-то инородное в своём анальном проходе. Один из его пальцев осторожно нажимает на дырочку и немножко погружается внутрь. Благодаря лубриканту вышло плавно и безболезненно, но я и не забываю, что это пока что всего лишь палец. Вставив фалангу до основания безо всяких усилий, Минхо неспеша начинает двигаться во мне, вызывая в моём животе волну порхающих бабочек, которые стягивают его низ в томящийся узел, жаром разносящийся по всему телу. От новых, необычных и весьма приятных ощущений, непроизвольно я сама подаюсь навстречу его руке, насаживаясь на палец. — Нравится? — в его голосе так ярко слышится удовольствие. — Да-а... — протяжным стоном хриплю в подушку, пальцами вцепившись в мягкую ткань, — пока да. — Мне попробовать второй палец добавить или игрушку? — Давай ещё один палец, потом игрушку... — испуская негромкие стоны и вздохи удовольствия, с трудом соображаю, я будто нахожусь в другой реальности. Каким-то образом меня так накрыло и унесло куда-то за пределы сознания, что, возможно, я уже думаю, всё дело в голове, потому что она взвывает, в уме гоняя мысль о том, что такое новшество мне правда нравится, от этого-то, я предполагаю, и тело получает такое наслаждение. И здорово же, разнообразие, которое приходится по нраву. Выжимая мне на анальное отверстие ещё немного смазки, Хо медленно вводит безымянный палец, стараясь протолкнуть его рядом со средним. В этот раз получается не так легко и просто, поэтому Минхо понемногу растягивает у входа узкие стеночки двумя пальцами. Разработав их, как следует, без проблем проскальзывает в моё нутро. Внезапно, я чувствую его вторую руку на своих влажных складочках. Он, отодвинув в нужной области край белья, круговыми движениями снаружи потихоньку проскакивает двумя пальцами во влагалище. От двойного проникновения и ощущения такой наполненности, я инстинктивно дёргаюсь вперёд, чуть не коснувшись животом постели, но Хо умело удерживает фаланги внутри меня, чтобы они не выскользнули. — Как тебе? — раздается его сдавленный тон позади. Но я даже не поворачиваю к нему головы, полностью поглощена процессом, стараясь не упустить ни единой детали сладостных ощущений. — Можешь... — проглотив слюну в пересохшей ротовой прости, продолжаю: — чуть быстрее? — Как захочешь. Не томя нас двоих мучительными ожиданиями, ускоряется, одновременно резво врываясь как можно глубже кончиками пальцев мне в два отверстия. Стиснув зубы, сведя коленки крепко вместе, сжав пальцы ног и прикрыв плотно глаза, силюсь сдержать свои порывы начать громко и протяжно стонать на всё помещение. Но Хо, словно почувствовав мой, не полюбившийся ему, план, резко вытаскивает фаланги обеих ладоней до ногтей, а потом так же стремительно погружает их обратно, выбив тем самым желанный стон для себя. Спустя пару минут прекращает свою сладкую пытку надо мной и с пошлым мокрым звучанием высвобождает меня от своего тела. На мгновение я могу нормально набрать в лёгкие немного воздуха, чтобы отдышаться. Сердце колотится в груди, когда организм уже близился к разрядке. Минхо склоняется над моими пылающими от возбуждения ягодицами, обдавая кожу горячим дыханием, разводит их ладонями в разные стороны, касается кончиком языка анального отверстия и просовывает его в растянутый проход, начиная вылизывать меня изнутри. Я вся сжимаюсь от таких действий и Хо несильно шлёпает меня по попе, дабы я не ёрзала. Отстранившись, прикладывает ко входу игрушку, размазывая ещё больше лубриканта вокруг дырочки. Покуда он на водной основе, то и вреда никакого принести не может. — Так много смазки нужно, да? — Это же твой первый раз, лучше так, чтобы не было больно, да и она подсыхает быстро, — сразу после без преград вставляет несколько небольших шариков внутрь. И он, ощутив, что я хорошо принимаю предмет, проталкивает его свободно до тех пор, пока на среднем шарике цепочка уже не входит с такой лёгкостью. Минхо начинает размеренно двигаться ей от средины и до конца, подготавливая колечко из мышц к большему, ведь член будет ещё крупнее, так что первоначально надо хотя бы сделать так, чтобы игрушка хорошо проходила. Таким методом движений взад-вперёд Хо добился того, что уже без препон смог толкаться всей игрушкой от держателя и до конечного шарика. Он был прав и с помощью смазки анальный секс оказался занимательным занятием. Дискомфорт почти не ощутился — за исключения двух крайних толстых шариков, — но и с этим Минхо справился, несколькими усилиями подарив мне хорошие ощущения. Забывшись и растворившись в том, что я испытываю в данный момент, не сразу удалось расслышать голос у себя над ухом. — Мне кажется, ты готова, ну как? — приторно хриплым басом разносится рычание Хо, когда он кусает меня за мочку. — Д-да... Да, пробуй, — всё, что мне получается из себя выдавить, и то, с трудом. Распластавшись всё это время в постели и вжимаясь щекой в мягкую подушку, только колени болят, так долго они были в таком положении. Но это всё равно ещё не весь раунд для них на сегодня. Как бы там ни было, приятное преобладает над мелкими неудобствами. Щелкает опять звук крышечки, а после я чувствую прикосновение горячей мокрой головки у себя на ягодице. Несколько раз стряхивая и хлопая членом по промежности, он подставляет его к тугому входу и старается протолкнуть часть органа в тиски сжимающихся мышц. — Мгм... — стиснув пальцы ног, напрягаю живот. Это оказалось действительно сложнее, немного неприятно, но терпимо. И всё же, если получится плавно протолкнуть головку, то дальше будет легче. — Больно? — Нет-нет, продолжай, — мгновенно заверяю его в обратном, пока он не передумал насчёт этой затеи. Пара отчаянных попыток и бедра Хо уже движутся навстречу моей попе, без весомых трудностей входя наполовину. Держась руками за ягодицы, Минхо качает мной, насаживая на свой стояк, попутно сцепляя пальцы на нежной коже. Наши стоны постепенно заполняют всю комнату, набирая обороты, у меня — от головокружительных толчков в свой зад, у Хо — от того, как всё-таки колечко входа сжимает его почти при каждой следующей фрикции. Сполна растянув своим членом дырочку, он спокойно начал вбиваться в меня до основания — но не без осторожности — что его яички начали шлёпать о моё чувствительные место, параллельно разнося повсюду ещё и хлопки его бедёр о мою попу. Низ живота буквально горит, а клитор пульсирует, вот-вот готовящийся взорваться всплеском ощущений на пике удовольствия. Сам Хо также ускоряется, вероятно, тоже уже близится к оргазму. Выскользнув из плотно обволакивающих его член оков, он тут же сменяет тактику и толкается теперь во влагалище, которое гораздо легче впускает его в свою обитель. Нащупав спрятанные у моего лица руки, вытягивает их наружу и заводит их мне за спину, заставляя тем самым прогнуться в пояснице, и натягивает к себе назад, держась за мои кисти. Набрав скорый темп, начал преследовать свой оргазм, тем самым и меня доводя до края. Моё хныканье и скулёж наполнили всю спальню и тотчас же я, больше не в силах сдерживать и ожидать, когда сам Хо закончит, со звонким стоном вскрикиваю в простынь, до побеления в костяшках сжав ладони в кулачки, впиваясь ногтями в кожу — уверена, незамедлительно в этих местах проступят следы полумесяцы от такого напора. Не задерживаясь, Минхо с полухрипом полурычанием кончает вслед за мной, резким хлопком припечатав свой пах к моему заду и обильно изливаясь в презерватив, отчего он полминуты всё ещё пребывал в моём пылающем теле и дожидался, когда член перестанет испускать из себя семенную жидкость. Мы оба, тяжело дыша, пытаясь отдышаться, обессиленные падаем на подушки, когда меня покидает его уже мягкий член и он отпускает мои руки, нежно погладив мои запястье большими пальцами, якобы извиняясь за предыдущие действия с ними. Притянув меня к себе за подбородок, смачно чмокает в губы, зубами прикусив одну из них. — Ты великолепна, — с придыханием выпускает мне в рот свой комплимент. — Ты... т-тоже... — кое-как вымолвив пару слов, на которые ещё способен соображать мой мозг и поворачиваться язык, закрываю глаза, зарываясь носом в чужие ключицы. — Будешь спать? — интересуется он, чмокнув меня в висок. — Д-да... Я... Очень устала, — приобняв его за талию одной рукой, вторую кладу ему на тёплую грудь. — Хорошо, спи, любимая. Но с утра мне придётся отнести тебя в ванную и помыть, — коротко хохотнув, повторно чмокает меня, но на этот раз в бровь, а после в кончик носа. — Ты тоже спи, — начиная уже посапывать, пока моё сознание ещё окончательно не убежало, остерегаю его, пока могу: — и не смей идти курить, а то больше не получишь того, что сегодня. — Конечно, я же обещал, — весьма убедительно переубеждает меня, после чего я мгновенно проваливаюсь в беспамятство, когда услышала то, чего добивалась. Возможно, он ещё что-то сказал, но мне уже было не суждено это услышать, может, в другой раз. Скорее всего, он в очередной раз признался в любви, после соития Минхо всегда преисполнен чувств и говорит это. Такой забавный.

***

Неделю спустя. — Назови мне единственную причину, почему я делаю это, — скривившись, Феликс старается догнать меня, пока я стремительным шагом лечу по плиточному коридору больницы. Зимние каникулы в университете закончились, учёба возобновляется. Первый семестр был с горем пополам пройден, но я хотя бы была не последняя в списке по успеваемости — уже успех. Лучшая из худших, как говорится, но ничего. На работе, в связи со случившимся, мне дали отпуск. В первое время из-за того, что я была не в состоянии после потрясения и находилась в больнице, а позднее на то, чтобы я немного восстановилась, как и рекомендовал врач. И он правильно предсказал: поначалу у меня иногда кружилась голова, я теряла бдительность и равновесие, внимание было расфокусированным. Но мой отдых на исходе и скоро возвращаться в прежнее русло круговорота жизни: учёба, работа, налаживание домашнего семейного уюта, любовь, дружба и так далее. — Потому что, во-первых, у Минхо ещё занятия, поэтому он не мог бы поехать со мной, во-вторых, одна я боюсь, а в-третьих, ты должен меня поддержать, ведь ты мой лучший дру-у-уг. К тому же, я слушала сегодня, как ты мне плакался. Достаточно убедительно? — дойдя до нужного кабинета, резко останавливаюсь и разворачиваюсь к Феликсу, на что от такой неожиданной остановки он ударяется в меня и я встречаюсь с его возмущённым выражением лица. — Я не плакался, а делился! — если он ещё топнет ножкой, как маленькая девочка, то будет ещё убедительнее выглядеть в роли обиженного. — Пускай так, но у меня уже психологическая травма из-за этих больниц, одна я не могу, у меня мандраж, а когда со мной хоть кто-то, я чувствую себя спокойнее, — уповая на его доброту, я уже на грани, чтобы применить взгляд умоляющего кота. И вообще, Феликс уже тут, почему он возмущается? Дороги назад нет. То чувство, когда ты уже согласился, выполняешь то или иное действие, но всё ещё не принял эту мысль и всячески отталкиваешь её. — Ну ладно, понял. И сколько у нас кабинетов осталось? — сдавшись и прекратив причитать, поднимает голову и смотрит на табличку, на которой черным по белому большими буквами написано «невропатолог». — Вроде, три. Милый, я тоже устала, — хватаю его за опущенные руки и сжимаю ладони, — но после я куплю тебе чего-то вкусного, так пойдёт? Можем в кафе сходить какое-то, как справимся, — заглянув в глаза друга, пытаюсь отыскать в них смягчение. Ликс так хотел сегодня отдохнуть, ведь его на парах сегодня завалил один преподаватель, публично унизив и раскритиковав перед группой в том, что он не умеет забивать футбольный мяч в ворота. Им на замену пришел какой-то новый мужчина и разрешил всем заниматься чем угодно в спортзале. Увидев, что мальчики выбрали футбол, начал активно следить за их игрой, но, как на зло, у Ликса сегодня неудачный день, он зол и без настроения. Но ему же лучше развеяться, чем сидеть в четырёх стенах и прокручивать в голове паршивый день, ведь так? — Я бы могла в любой другой день пройти проверку, но, сам знаешь, я мысленно себя буду накручивать к этому моменту. Поэтому лучше сразу избавиться от этого. — Ты, наверное, будешь первая в списке студентов, кто исполнит данное поручение, — хохочет Ликс. Пропустив мимо ушей его издёвку, стучу в дверь, но никакого ответа не последовало, поэтому я осторожно просовываю голову внутрь и приветствую единственного человека в кабинете, сидящего на рабочем месте. Увидев меня, девушка, подозвала к себе, разрешив войти. Лучший друг терпеливо остался ждать в коридоре, продолжая принимать свою сегодняшнюю судьбу. Ну скрашу я его день сегодня, пускай только подождёт. — Слушаю, что у вас? — достаточно молодая девушка для врача, слегка улыбнувшись, внимательно смотрит на меня. — А, у меня медосмотр для университета, вот, — я протягиваю ей свои документы и она находит в ней последнюю заполненную строчку, где уже написали свои заключения несколько предыдущих пройденных мною врачей. — Хорошо, давай посмотрим. У дерматолога, вижу, сегодня ты ещё не была... — читая рядки на бумаге, не отрываясь, спрашивает. Я отрицательно качаю головой, — я сегодня заменяю доктора, у него отпуск. Давай сразу с этим разберёмся. Что-то беспокоит? — она надевает перчатки и подсовывается ко мне на стуле ближе и протягивает к лицу руки, рассматривая его, — у тебя немного проблемы с кожей. Здоровье не тревожит? Чем-то болела в последнее время? Как питаешься? Спишь? — Вроде, нормально. Но я предполагаю, что это связано с гормонами. Недавно у меня был выкидыш, поэтому вполне возможно, что... — А, поняла... Мне жаль, — она грустно глядит на меня, на что я кротко киваю, слегка улыбнувшись. Девушка поднимается со стула и становится над моей головой, разглядывая её и перебирая пальцами волосы на макушке, — с кожей головы всё хорошо. На теле есть какие-то высыпания, прыщи и прочее? — Нет, только на лице вот это появилось. — Это ничего страшного. Их состояние не тяжёлое, сейчас выпишу тебе парочку хороших препаратов и всё восстановится. Сколько тебе лет? — Девятнадцать. — Такая молодая... Ты к психологу ходишь? — Ходила к одному, но мои сеансы у него закончились. — И как чувствуешь себя? — Не знаю даже... — задумавшись, начинаю вспоминать, нормально ли я переживаю утрату ребёнка, сложно самой оценить своё состояние. — У меня есть хорошая подруга, пока что такой же практикант, как я. Но она очень талантливая. Не могу пройти мимо твоей истории и хочу посоветовать её. Заверяю, она прекрасный специалист. — Вы вместе учились? — интересуюсь я, мысленно прикидывая, что девушке где-то лет двадцать пять. — Да, на одном курсе, но разные направленности, конечно же. Но мы близки, неврология и психотерапия рядом, можно сказать, — она неловко смеётся, — дать визитку? Она поможет, тем более с такой же проблемой, как у тебя. — «Такой же»? — подмечаю я эти два слова, заинтересовавшись, — у неё тоже были выкидыши? — Ох... У тебя он был не один? — ещё более погрустнев в лице, она услышала эту деталь в моих словах. — К сожалению, да... — Бедная... — даже мои короткие рассказы в двух словах явно её впечатляют, если она, как эмпат, сразу их чувствует, словно испытывая сразу же на себе, — у подруги немного другая история. Не может забеременеть вообще, но при этом не бесплодна. И со здоровьем нормально, скорее всего проблема была в её партнёре, у него были дурные привычки. — И они расстались? — рассказ о подруге доктора-практиканта заинтересовал меня. — Да, но не из-за того, что он не может её оплодотворить, он просто плохой человек, а она до последнего верила в него, потому что любила. Но всему есть свой край... — задумавшись, девушка будто вспоминает что-то, потом кривится, стряхивает головой и обратно возвращает ко мне свой взор, любопытно разглядывая, — после первого выкидыша ты была у психолога или терапевта? — Пару раз ходила. — Этого мало. Сколько лет тебе было? — Восемнадцать. — Ещё лучше... — с некой печальной иронией в голосе опускает голову, — мне двадцать шесть и то столько не успела пережить, к счастью. Ну так что, может, надумаешь посетить доктора? Это не дорого, ведь она ещё не полноценный врач. Но, по секрету тебе говорю, что она ничем не хуже специалистов со стажем. Я всегда говорила, что у неё дар разбираться в человеческой душе и сердце. Но... Конечно, в любой чужой, только не в своей... — тихо шепчет себе под нос, но мне удалось расслышать. — Да, хорошо, конечно, давайте, — думаю, это отличная идея, тем более, что я всерьёз хотела наведаться к психотерапевту, даже врач тогда после аварии сказал, что скорее всего придётся. Надо покончить с этой болезненной темой и разобраться в себе, потому что подавлять и отвлекаться вечно от этого невозможно, оно только копится, а потом как вспыхнёт. — Вот, держи, — она протягивает мне маленький листик с номером телефона, адресом больницы, и именем: «Анна-Мария Флорес-Салазар», — не удивляйся, здесь двойная фамилия, девичья и её бывшего. Но называй её «Салазар», сама понимаешь, она не любит, когда называют его фамилию, воспоминания не лучшие... Вот бы убрать её, но это бумажная волокита, а у неё времени пока нет заняться этим. — Бывший муж всё-таки? — Да-а, этот ублюдок, — она явно всем сердцем ненавидит этого человека, который, вероятно, причинил много боли её подруге, — только ты это, не говори ей, что я тебе рассказала подробности её жизни, она не любит такое, — резко опомнившись, чуть приободряется врач, придя в себя, так как, вероятно, придалась воспоминаниям и эмоциям, потому что вся эта история явно сильно задела её в прошлом. — Нет. Конечно, нет. Это не моё дело, — быстро успокаиваю её, чтобы не вызвать волнения у человека, — это останется при мне, — я прячу визитку в свой рюкзак и девушка тут же хлопает в ладоши. — Ладно, всё, что я могла сделать со стороны женской солидарности, на сегодня лимит я исчерпала, а теперь вернёмся к нашему делу, — она берёт в руки маленький молоточек и разворачивается ко мне, — приступим к осмотру.