Когда я увижу...

      Во сне она услышала стук. Вздрогнула и прислушалась. Стучали в ее окно. Она поднялась с кровати — за окном все еще бушевала гроза.        Девушка открыла окно — в комнату сразу полил дождь. — ЭЙ! МОЖНО ЗАЙТИ? — раздался еле слышный из-за шума дождя голос.       Она прислушалась: голос был мужским, вроде бы даже мальчишеским. Лори кивнула и отступила. В комнату ввалился парнишка. Он поднялся, подскальзываясь на залитом полу, и с трудом закрыл окно.       Девушка уже надела белые тапочки. — Эгей! Ты это чего в темноте? Нечего ж не видно! — он, кажется, пошарил руками и снова подскользнулся и упал. — Мне свет не нужен.        Однако девушка все же пошла и зажгла светильник. Для нее ничего не изменилось. И да, девушке было проще без обуви, но правила приличия не позволили ей разуться. Хотя о каких приличиях можно говорить в этой ситуации?!       Парниша пошуршал мокрой одеждой и встал на ноги. — Ты сильно промок? Идем в ванную.       Она прошла к двери в свою ванную и отворила ее. Потом отщитала ящик и достала большое пуховое полотенце. — Сам разберешься? — она кивнула на ванную. — Да, да! Только одежда… она промокла в нитку. — юноша чихнул. — Повесь свою одежду в ванной — там быстро высохнет. А я принесу тебе сменную.       На первом этаже было много сменной одежды для слуг, и девушка направилась именно туда. По дороге она думала о том, как глупо было впустить незнакомца.       Вот уже и первый этаж. Она медленно спустилась и прошла к шкафу. Там Дел на ощупь вытянула мягкие брюки и кофту. Потом снова медленно прошла по леснице.       В доме была темень. Все спали и только в самой северной комнате горел свет. И это была комнала Лори. Она, наконец, зашла и постучала в ванную. — Я вхожу. — предпредила она, после чего открыла дверь. — Эй! Какого?! Я же! Не смотри!!!       Было слышно, что вода вылилась через край ванной. — Я ничего не вижу…       Девушка спокойно положила одежду на столик в углу, после чего вышла из ванной и села за стол. Там она взялась за рисование. Она рисовала карандашем по плотной бумаге. Интуитивно девушка рисовала пейзаж. Точнее предполагалось, что это пейзаж… но это были самые простые каракули.       Через минут пятнадцать юноша вышел из ванной. — Эт че было? — раздражение и еще что-то… кажется смущение. Он потер шею, но Делла этого не услышала и продолжила рисовать. — Я принесла одежду. — Это ничего не меняет! Ты! Ты… — Нечего я не видела и не увидела бы даже при желании. — Как это так — «не увидела бы даже при желании»? — он всплестнул рками. — Не говори так, как будто ты слепая! — Я и есть слепая. — Ахахахаха… э… это… что?!        Он, наконец, увидел её белые глаза. Смех оборвался, однако в голосе не было сочувствия — как она привыкла. Скорее парень просто ужаснулся. Он подошел ближе, после чего помахал перед ее лицом рукой. Делла почувствовала это и ударила его по руке. — Если я ничего не вижу, то это не значит, что ты можешь делать то, что вздумается!        У неё снова заболела голова. Сейчас хотелось только тишины. — Прости.        Парниша замялся, а Делла легла на кровать и отвернулась к стене. Голова раскалывалась и она не хотела разговаривать, думать и прочее.        Парень сел возле кровати и тихо заговорил. — Э-э… я. Меня зовут Эр. — Делориа. — проговорила она это с огромным усилием. Парень понял что дальше разговор не продолжится. — Спасибо. — он сказал это в пустоту, а после замолк. Кажется уснул.        Так прошла пара часов. Дождь на улице прекратился и голова у Деллы перестала болеть. Она поднялась с кровати. Эр крепко спал, сидя в неудобной позе. — Вставай. — она открыла окно и повернулась к нему.       Юноша тотчас проснулся и посмотрел на девушку. — Спасибо.       Парень поднялся и пошел за одеждой. Она уже должна была высохнуть. Тот ее быстро натянул. Через пару минут подошел к Лори и наклонился на подоконник. — Как ты с этим живешь? — казалось он… а вообщем не важно. — Смирилась, а потом привыкла. — Думала про… м-м-м… ну, что бы покончить с собой? — Да, и не раз. — она пожала плечами, ведь как ни посмотри — без зрения человек почти ничего не мог. — Надоела постоянная гиперопека со стороны родителей? — Да, но… — …но тебе жалко их обижать. Поэтому ничего не говоришь. Да. Да, я тебя понимаю… — в глазах Деллы не было ничего кроме пустоты, но если сейчас что-то и было, то вопрос — Я сбежал от предков. Они меня достали… слишком много опеки. Казалось, они решили, что могут решать мою судьбу! На работу устроили, и невесту нашли, даже расписали, когда дети родятся! Это нормально?! Нееет! Совершенно! — Не лопни от злости… — девушка приподнялась на носочках и протянула руку из окна. — Я потеряла зрение в десять лет. До этого, с пяти или восьми, началось резкое его падение. Мама плакала… да и сейчас тоже, иногда… по ночам. Я не хочу их растраивать, поэтому делаю все, что они хотят… — Дура ты. — Да.        Молчание затянулось. И первым заговорил Эр. — Пошли со мной? — он говорил на полном серьезе, в голосе не было слышно ни капли издевки и подобного. — Подумай. Зачем тебе та, кто не может позаботится о себе. Я бесполезна. — Слушай, я не шучу. Я понимаю твое положение и обещаю, что не брошу. Я научу тебя всему! Ты сможешь обращаться с мечём! Или с другим оружием! — Оружие? Зачем? — Мир не так прекрасен, как в этом доме. Здесь все идеально. А за пределами ограды — сплошные разруха и войны. — Понятно. — Решайся. Ты со мной? — Да.        Она согласилась. Почему? Да потому, что это не жизнь. Каждый день был ужасен. Либо постоянное щебетание матери, либо головная боль и тишина, сводящая с ума. — Если захочешь вернуться… В общем, я помогу. — Мгм.       Он встал на подоконник и взял Деллу за руки. Они были тонкими и нежными. Его же — грубыми и заголелыми. Луна, вышедшая из-за туч, осветила белые, как снег, лохматые волосы парня. — Уверена? Если уйдешь сейчас, может получится, что не вернешься никогда! — Идем уже.        Казалось, если помедлит… сомнение утянут за собой, и она упустит этот шанс вырваться из клетки. Да, люди скажут: " Дурная! Ты живешь прекрасно, всё есть! Родители любят! Чего еще хочешь?!»       Но Делориа никогда не любила этот дом. Он был, как птичья клетка. А она та самая синичка, которую посадили в клетку из-за того, что она безкрылая. Понятно, что синичке не выжить за пределами клетки, но возможно найдется тот, кто взмоет в небо вместе с ней. И она, наконец, почувствует, что же такое свобода. И, побывав в небе, уже не захочет возвращаться в ту маленькую клетку!       Тем временем Эр уже стоял на корнизе. Он поддерживал Деллу, пока она забиралась на подоконник. Когда девушка вышла на корниз, ее обдало холодным влажным ветром. Она пошатнулась, а Эр, увидев это, приобнял ее за талию. — Не боишься? — Чего боятся? Собственного страха, если только. — Для слепой ты слишком начитанная. — Я вообще-то училась. Единственное отличие это то, что я не пишу и не читаю. А так, с лёгкостью перескажу весь учебник по истории. — Не читая? — Мама занималась обучением. Она все мне читала, а я, за неимением способности писать и читать, просто была вынуждена все запомнить. — М-м-м, да ты гений. — Нет. Я инвалид. — Ну что ж, я так не считаю, поэтому будешь делать всё, как я!        Он воодушевился и двинутся по стене. Шаг за шагом. Делла старалась идти след в след. Потом она резко остановилась. — Чего? — Я не чувствую, куда идти. — Агх… Смотри, корниз примерно тридцать сантиметром от стены. Можно спокойно идти. Если пойдешь по стене, то не упадешь. — Дай мне руку. — Нет. Иди сама. — Ты издеваешься?! — Нет. Я же обещал, что ты будешь все делать сама. Топай, я скажу когда остановится.       Снова шаги. Он двинулся по мокрому камню. Делла пересилила себя и пошла вперед. Шаг за шагом девушка продвигалась вперёд. Когда шаги впереди затихли, она тоже остановилась. — Отлично, ты слышишь идеально — остановилась без голоса! Круть. Парень развернулся и приобнял девушку за талию. — Что творишь? — немного возмутившись, спросила Лори.       Но Эр уже не слушал. Миг падения. У девушки перехватило дыхание. И вот звук удара о черепицу. — Не вздумай отпускать! — серьезно сказал юноша.        В следущую секунду он с Деллой, прижатой к груди, катился по мокрой крыше, разбрызгивая капли по всей одежде. Ноги девушки были далеко от воды и остались сухими.       В какой-то момент (когда именно — она не заметила) Эр переключился на бег. После прыжок, и, наконец, звук приземления на мокрую траву. Снова бег. В какой-то момент он ее отпустил и они пошли рядом.       Прошел час или два — Делл не знала, и Эр спросил. — Не устала? — Нет… — на самом деле она устала, очень. Столько она не ходила за всю жизнь. Также сказывалось и напряжение из-за незнания дороги. — Скоро придем.