Left Behind

Стоял солнечный погожий денёк... как и всегда на Солярии. Солнечные лучи заливали огромный торговый центр сквозь гигантские выпуклые окна. Яркий свет чуть ли не слепил глаза, а стекло почти создавало парниковый эффект. Но солярийцев всё это не беспокоило. Они сновали по своим делам толпами, спеша куда-то за очередными вещами - одеждой, аксессуарами, украшениями... Когда-то принцесса этой планеты с превеликим удовольствием составляла всем этим людям компанию, копошась в общем муравейнике шопоголиков. Наверное, во всём огромном здании только один человек никуда не спешил. Это был мужчина, возраст которого было очень трудно определить - он казался молодым со своими чертами лица и шевелюрой каштановых волос, ему можно было дать даже меньше тридцати лет. Но при этом в его волосах были заметны седые пряди, а по вроде бы молодому лицу пролегли несколько морщин. Он стоял, опёршись о перила и глядя в окно выцветшим взглядом, как будто его собственное внутреннее солнце уже потухло. - Брендон... - позвал его негромкий женский голос, который легко мог бы потеряться в гомонящей толпе, но звучал знакомо и проникновенно. Поэтому человек, стоявший у перил, вздрогнул и повернулся на голос. Его окликнула женщина примерно его возраста... каким бы его возраст ни был. Потому что неопределённость возраста была присуща и ей: с одной стороны, это была красивая молодая женщина младше тридцати, с шевелюрой рыжих волос и пронзительно-голубыми глазами. Но в то же время и у неё виднелись и проседи, и лёгкие морщинки. Ясные голубые глаза смотрели на мужчину с грустью. Казалось, они готовы наполниться слезами. Они молча обменивались взглядами несколько бесконечных секунд. Глаза говорили куда красноречивее слов. Наконец, мужчина предложил: - Подойди, постой со мной... Блум. Женщина приблизилась и встала рядом с ним у перил. Он приобнял её одной рукой и ободряюще сжал. Прикрыв глаза, она положила щёку на его плечо и сжала его ладонь. Из-под красивых пышных ресниц вытекли пара капель влаги. - Её день рождения... - сказал мужчина немного сипло, больше глядя не на виды за окном, а в отражение, показывавшее снующую за их спинами толпу. - Она точно была бы здесь... - С утра до вечера закупалась бы десятками платьев, примеряла, тащила бы домой несколько огромных сумок и перемеряла бы вновь, - улыбнулась женщина, издав весёлый и одновременно грустный смешок. - Да, - печально улыбнулся мужчина. - А я бы таскался за ней повсюду и помогал нести эту кучу сумок... И проклинал бы её, только не вслух. Зато за полночь была бы очень громкая вечеринка... где собрались бы все. Он сглотнул, какой-то комок не давал ему договорить до конца. Женщина сильнее сжала его ладонь, давая почувствовать поддержку. Он молча закивал, погладив её по волосам и поцеловав в темя.

***

Это была самая жаркая ночь из всех, что им доводилось переживать. Температура на планете доходила до восьмидесяти градусов. Даже когда зашло местное солнце, затенённая часть планеты не успевала остыть. Сам воздух жёг лёгкие, не говоря уж о том, чтобы к чему-то здесь прикасаться. Но они должны были работать в любых условиях. От этого зависела судьба Магического измерения. Ну, как и всегда. Тёмные огненные демоны против Огня Дракона - да, горячая ночь становилась даже ещё жарче, чем это возможно... Они все изнывали от невыносимой, жгучей жары. Кровь приливала к голове, ушам, жар застилал глаза пеленой, ухудшая видимость. Пот тёк нескончаемыми потоками, которые не могли остановить никакие повязки. Они все пропитались этим жаром. Ещё один могущественный злодей, задумавший то ли погубить, то ли поработить Волшебную вселенную. Иногда казалось, что их штампуют на конвейере и дозированно выпускают в мир, чтобы героям было, с кем сражаться и на ком набивать руку. Он застыл тёмной тенью над полем битвы и посылал орды демонов в бой. Мечи Специалистов работали беспрестанно, кромсая тварей из преисподней на части. Они задыхались от необходимости настолько быстро вертеться в такой невыносимой жаре. Иногда на них попадала кровь демонов, прожигавшая одежду и кожу. Они всё терпели. Должны были. Как и всегда, они были последним рубежом обороны на пути зла. Конечно же, они были не одни, и их верные подруги-волшебницы своими заклинаниями очень сильно помогали в борьбе против демонов. Можно сказать, делали основную работу. - Уничтожьте предводителя! - заорал им Скай, хотя кричать было больно, ибо горячий воздух проходил по глотке наждаком. Феи кивнули. Они не хотели оставлять своих парней, но для того, чтобы уничтожить зло, нужно бить в самое его сердце. Тёмный маг, нависший над полем битвы, был средоточием этого зла. - Получай! - заорала измождённая и разозлённая Стелла, собрав все свои силы и ударив в демона пучком световой энергии. Казалось бы, от такого кто угодно мог распасться на атомы... но не он. Вместо этого он вернул Стелле её заклинание, зарядив его тёмной энергией. Девушка сразу не поняла, что происходит. Она не ожидала подобного. Тьма внедрилась ей под кожу и невыносимо жгла, вынудив Стеллу закричать так дико, что её отчётливо было слышно даже сквозь шум великой битвы. Тьма просочилась внутрь и разорвала принцессу Солярии изнутри, на глазах у её подруг. То, что произошло, было невозможно осознать, но на потрясение не было времени. Злость фей, их воля к борьбе лишь усилилась. Крон-принцесса Дафна потребовала наполнить её силой конвергенции, чтобы она смогла подчинить себе окружавших их созданий тьмы заклинанием Сиреникса и натравить на их предводителя. Ей удалось. Удалось, хотя кровь пошла у неё из ушей, глаз и носа. Удалось, хотя Блум, прервав свой поток магии, бросилась к ней, пытаясь остановить процесс. Но ей уже не было суждено что-либо изменить. Контролировать тьму всегда было очень рискованным занятием, и иногда, чтобы подчиниться, она требовала плату. Такой платой стали плоть и душа Дафны. Взамен за неё тёмные силы согласились обернуться против своего вождя, наивно считавшего себя их хозяином. Ослабевший предводитель тьмы, потерявший большую часть своих сторонников, упал на землю, но всё ещё смог встать с колен и даже творить заклинания. Взбесившийся гибелью жены Торен бросился на него со своим боевым молотом и ударил со всей силы, раскалывая землю под тёмным магом. Но тот не был согласен умирать просто так. Окутав Торена тёмными путами, он поволок воина-Паладина за собой. - Торен, нет! - Скай бросился на выручку, пытаясь разрубить путы, но его световой меч оказался бесполезен. Истощённые волшебницы спешили на помощь, как могли. - Да отпусти ты его! - в гневе Скай взялся за путы голыми руками, пытаясь их разорвать. Падавший в пропасть маг лишь расхохотался - он сам был обречён и переполнен первобытным ужасом, но осознание, что он всё-таки сможет забрать с собой кого-то ещё, давало ему небольшое удовлетворение перед кончиной. - Ко мне, мои хорошие! - сказал он обернувшимся против него демонам, окружившим его плотным кольцом. И пустил по своим путам заряд чёрной магии, сдавившей внутренности и Ская, и Торена. Уже безвольными куклами они свалились в пропасть вслед за предводителем тьмы и восставшими против него демонами, в бесконечную горячую черноту, схлопнувшуюся после того, как демоны окутали и поглотили своего лидера. И Волшебная вселенная на какое-то время вновь оказалась в безопасности. Спустя несколько месяцев состарившийся раньше времени король Орител скончался, оставив бразды правления своей жене Марион. Теперь Блум стала новой крон-принцессой и должна была править Домино после смерти матери. Хотя у неё не было никакого желания... но теперь не ей было решать. Всё решила судьба.

***

Двое стояли у огромного окна торгового центра, молча выражая через объятия свою боль и скорбь по ушедшим. Но как бы они ни вцеплялись друг в друга, они не могли унять эту боль, отнимавшую у них смысл всего их существования. Они могли только пытаться. Пытаться продолжать жить ради тех, кто остался, до последнего исполняя свой долг. И помнить тех, кто остался позади. И, возможно, однажды точно так же остаться позади для своих друзей.