Хэмиш (Hamish)

Джону Ватсону иногда казалось, что за столько лет работы с Шерлоком его собственные дедуктивные способности значительно улучшились. Он стал замечать такие вещи, как, например, грязь на обуви, линию загара от обручального кольца и рамки для фотографий, сдвинутые на пару дюймов. Он редко мог объяснить, что именно это значит, но по крайней мере он начал это всё замечать. Иногда. В любом случае это не имело значения, потому что сейчас был совсем не тот случай. Нет, сейчас он чувствовал себя полным идиотом. Он ломал голову над тысячами подсказок, которые не смог увидеть. Во-первых, те две недели, когда Шерлок пропал в преддверии свадьбы Джона и Мэри. Он вернулся со странным выражением в глазах, выглядя более помятым и усталым, чем обычно. Джон решил, что он работал над делом или следил за кем-то и его прикрытие требовало такого внешнего вида. Это был довольно логичный вывод, так? Во-вторых, все его полезные советы. О развитии ребёнка на различных стадиях беременности. Об оптимальном питании до и после родов. О плюсах и минусах различных марок колясок. О грудном молоке и молочных смесях. О том, какие фрукты и овощи лучше подойдут для детского питания. Джон подозревал, что чертоги разума его друга в один прекрасный момент всё же пригодятся в реальной жизни, но он совсем не ожидал, что этим моментом будет беременность Мэри и рождение Рози. На самом деле, в списке вещей, с которыми Шерлок сможет ему помочь, он поставил беременность и уход за младенцами в самый конец, где-то между советами о свиданиях и познаниями в мыльных операх. Тем не менее это был далеко не первый раз, когда Шерлок удивлял его, и это не было совсем уж невероятным, что знания Шерлока распространялись на такие вещи, как подгузники и детские шампуни без запаха. Так что Джон воспринял это как должное, когда только узнал об этом, с благодарностью подумав, что, возможно, Шерлок просто узнал это, готовясь к своим обязанностям крёстного отца. Он оказался просто мастером в том, что Джон назвал «коучингом из кресла», когда он выкрикивал инструкции, удобно развалившись в своём кресле, а иногда даже снисходил до наглядной демонстрации. В-третьих, это то, что и практические примеры были ему не чужды. Это должно было стать для Джона очень красноречивой подсказкой. Шерлок был настоящим учёным, но часто его знания были чисто теоретическими, особенно в том, что ему не приходилось практиковать раньше, и в том, что не могло стать потенциально полезно во время расследования. Как в случае с Солнечной системой и как раньше думал Джон, с детьми. Но, опять же, Шерлок превзошёл все его ожидания. Возможно, Джон слишком уставал, чтобы заметить это, но Шерлок был крайне полезен, когда дело касалось Рози. Не то чтобы у него очень хорошо получалось заставить её перестать плакать, и он никогда не был с ней преувеличенно ласков (Шерлок никогда не опускался до сюсюканья, и Джон был очень признателен, что ему не пришлось за этим наблюдать), но Шерлок оказался довольно опытным в выполнении определённых задач. Тем не менее Шерлок, несмотря на то что был крёстным отцом, вероятно, стоял последним в списке на должность няни для Рози, просто потому, что он был Шерлоком. Однако в один из выходных Джон и Мэри должны были поехать в Шотландию на похороны родственника и, за неимением выбора им пришлось обратиться к Шерлоку. Он любезно согласился, несмотря на то, что совершенно не скрывал своего раздражения, потому что его планы провести выходные, проводя кое-какие эксперименты, включающие подвешивание себя на верёвке и выяснение того, как это повлияет на приток крови к различным частям тела, были нарушены. Затем он решительно отверг все попытки Джона научить его ухаживать за шестимесячным ребёнком. — Ты думаешь, я не знаю, что делать? — спросил Шерлок Джона, бросив на него вызывающий взгляд и продолжая его удивлять, правильно стерилизовал молочную бутылку Рози, приготовил смесь и проверил температуру тыльной стороной ладони, и принялся её кормить. Хотя Джон и Мэри были уверены, что Шерлок никогда не допустит, чтобы Рози причинили какой-либо вред, они все равно уехали, чувствуя себя немного неуверенно, и вернулись в Лондон, в какой-то степени ожидая увидеть Рози, подвешенную на верёвке, и Шерлока, который в этот момент будет проверять приток крови к разным частям её тела. Вместо этого они были приятно удивлены, обнаружив ее умытой, накормленной, спелёнатой и удовлетворённо играющей в своей кроватке. Джон как бы невзначай спросил у Шерлока, где он этому научился, на что Шерлок невозмутимо ответил: — Когда присматривал за своим собственным ребёнком, конечно. Возможно, чувствуя облегчение оттого, что Рози цела и невредима, Джон и Мэри пропустили подсказки, потому что они просто засмеялись, ни на секунду не задумавшись, что он может быть правдой. Сама мысль о том, что у Шерлока Холмса может быть ребёнок, была нелепой. На самом деле, даже мысль о том, что Шерлок Холмс занимается сексом с женщиной, была нелепой. Оглядываясь назад, можно было сказать, что подсказки были практически аккуратно выложены перед его носом. Тот факт, что Шерлок знал, кто такая Свинка Пеппа. Тот факт, что несколько месяцев назад он впервые в жизни решил застраховать свою жизнь, несмотря на то, что раньше всегда утверждал, что это глупая затея. Джон на мгновение задумался, что же привело к этому, но объяснил себе это тем, что Шерлоку уже было ближе к сорока, чем к тридцати, и, наверное, он наконец понял, что смерть была очень реальной при его работе. Случайные выходные, когда Шерлок пропадал и возвращался со странно чувствительным выражением на лице, он выглядел измученным, и на вопросы, где же он был, отвечал крайне расплывчато. Такое же чувствительное, почти нежное выражение было и сейчас на его лице, когда он рассматривал картину перед ними. И только сейчас все улики в голове Джона встали на свои места. Но если он и не приобрёл блестящих дедуктивных навыков Шерлока, возможно, он приобрёл некоторую скорость, с которой работает разум Шерлока, потому что всё это пронеслось в его мозгу за те пять секунд, которые прошли с тех пор, как они вошли в комнату Шерлока и увидели эту картину. — Привет, Шерлок, — сказала женщина, которую Джон считал мёртвой. Она определённо была жива и смотрела на Шерлока взглядом, обещающим прохладные простыни и плохое поведение. — Ирэн, — поприветствовал её Шерлок, очевидно, прочитав обещание в её глазах. Комната, кажется, начала нагреваться, как тогда, много лет назад, когда Шерлок за восемь секунд взломал для неё код. Джон на секунду почувствовал триумф оттого, что знал это с самого начала, ещё до того, как это узнал сам Шерлок, и что предложил им своё второе имя на случай, если им нужно будет имя для ребёнка. О да, он назвал его. Он едва сдержался, чтобы не ухмыльнуться, когда до него медленно дошло, что всё это значит. Темноволосый малыш, который спал всего пять секунд назад, открыл глаза, и любые сомнения, которые могли бы возникнуть у Джона, рассеиваются под его непоколебимым голубым взглядом. Малыш начал извиваться на руках у Ирен и потянулся пухлыми ручонками к Шерлоку. Со вздохом смирения Шерлок взял малыша и повернулся к Джону. — Ниро, познакомься с Джоном Ватсоном. Джон Ватсон, познакомься с Ниро Хэмишем Холмсом… моим сыном.