семейные ценности

Огромный клуб на окраине города встречает громкой музыкой и толпой ярко одетых, татуированных ребят, качающихся под неизвестный бит. Вокруг здания, выстроенного буквой П, припаркованы на удивление неплохие машины, что никак не вяжется с общим обликом этого места. Я вхожу внутрь, привлекая внимание дорогим костюмом и кроссовками с цепями крест-накрест, зажимаю нос рукой - смрад стоит невероятный. Вуди, предусмотрительно идущий рядом со мной, уводит меня с траектории выдыхаемого кальянного дыма и направляет к винтовой лестнице на второй этаж. Стеклянная лестница грохочет под массивной подошвой и норовит вот-вот отправить меня прямо в упоротое месиво людей, но с Божьей помощью (не иначе) выдерживает всю нашу разношерстную толпу. Местные охранники смеряют нас недовольным взглядом и после кивка брюнета (важная шишечка, мамина гордость) пропускают в вип-ложу, где отдельные кабинеты сверкают шикарной (привезенной нелегально) мебелью, хрустальными люстрами и произведениями искусства, явно украденными Вуди на прошлых выходных. Ничего не меняется, думается мне, как и несколько лет назад "Дом" встречает меня отнюдь не теплыми чувствами, а холодным ощущением нахождения не на своем месте. - Надо же, младшая Мартинез собственной персоной, - смуглая женщина, сидящая на широком диване и держащая в левой руке косяк, а в правой - котлету разноцветных купюр, неодобрительно качает головой и оценивающе смотрит на меня. Она такая же, как в моих воспоминаний и чуть лучше, чем в моих кошмарах. По крайней мере, калаша рядом с ней не замечается. Зато взгляд сразу цепляется за брендовые шпильки из лимитированной коллекции. Точно такие же украшают мою гардеробную, и их приобретение для меня было схоже с гражданской войной. - Молли всего на минуту родилась раньше, - привычно отзываюсь я и криво кланяюсь. - Я, кстати, рада вас видеть. - Вру конечно, и все об этом знают. - Ты нас предала. - Говорит женщина сразу, внимательным взглядом смотря на меня. - Я не предавала! - взгляд Рупии, матери Вуди, меняется. В нем читается простая истина: "Сливать третьим лицам пункты сбыта чужого товара и скрываться на первом же самолете и есть предательство", но я делаю вид, что не замечаю этого. - Да уж, наделала ваша семейка тут шуму. - Рупия кивает кому-то из персонала. Нас садят за низкий стол и даже разливают пряный чай с нотками алкоголя по глиняным кружкам. Очень самобытно. К чаю я не притрагиваюсь, в отличие от остальных, что не укрывается от взгляда владелицы клуба. - Вижу, богатая жизнь за океаном сделала тебя похожей на свою сестру. - Говорит она и затягивается. Я чувствую себя виноватой, но этого недостаточно, чтобы я поднесла непонятную чарку к губам. Кто знает, кто и в каком состоянии пил из нее до меня, а уж о тщательной обработке и мытье посуды в таком месте спрашивать просто неприлично. Сама Рупия пьет из фарфорового чайного набора с золотой каймой по краю. - Простите мне мою невежливость, - я неловко улыбаюсь. - Не хотелось беспокоить вас в такой прекрасный день. - Женщина хрипло смеется, перебивая, и машет рукой. Когда Рупия смеется, в мусорных баках за клубом на следующий день обычно находят тело. В разных мешках. По крайней мере, так было пару лет назад. Есть надежда, что привычки, выработанные за тридцать лет, резко меняются за три года? Я сглатываю. - Брось эти интеллигентные речи, Минни, никто не ждет их от тебя. Ты ушла некрасиво и вернулась так же. И твоя мать, поставившая весь город на уши для твоего отлова, ничем не лучше. - Отлова? Я что, животное какое... - Санни просила помочь ей, - напоминает напряженно Моника, сидящая справа от меня. - Откровенно говоря, она говорила о Молли. - Клэр, иногда тебе стоит молчать, - замечаю я, пихая девушку правым локтем. - Молли, Минни, какая разница, вы для меня на одно лицо. - У нас и есть одно лицо! - Рты закрыли, - резко говорит Рупия, и таинственность и тонкость задымленной атмосферы пропадает. Она вздыхает. - Санни пожалуй единственная из Мартинез, которой я мало-мальски доверяла и с кем соглашалась вести дела. Ответственная, хоть и со своими тараканами. - Я в мать пошла, - брякаю я. - Санни поручилась головой за тебя, а едва на горизонте замаячили вооруженные парни - сбежала. - Рупия повышает голос. - Абсолютно не противоречит предыдущей фразе... - Вуди цокает и предусмотрительно кладет пистолет на стол. Все еще хороший сын маминой подруги. - Как твои ребра, Минни? - спрашивает эта страшная женщина, громко сюрпая свой вонючий чай. - В аэропорту не звенишь? - Рупия... - Бенни, сломай-ка ей руку, а то она меня бесит. - Стоп-стоп-стоп! - я машу руками в сторону громилы с дурацким именем, который появляется из-за ширмы, как ниндзя, не всколыхнув ткань. - Рупия, и это теплый прием блудной дочери, возвратившейся на родные просторы?! - Эти просторы станут для тебя родными только в твоих кошмарах, - миролюбиво говорит та, но все таки отзывает своего бугая. Я облегченно выдыхаю. - Ты должна бесконечно благодарить свою мать, Минни. Если бы не Санни, я была бы первой, кто с удовольствием пустил бы обеим близняшкам по пуле промеж глаз, - мне хочется напомнить, что кое-кто уже пытался (не будем показывать пальцами), но я выбираю другую тактику. - Как жестоко! - я хватаюсь за сердце, а в глазах Вуди бегущей строкой "заткнись, не то это сделаю я". - Я же самая безобидная из всей семейки! - А Токио? - ехидно замечает Клэр. Вот уж кто точно не испытывает страха перед матерью моего бывшего лучшего друга. - Какое Токио? - То самое, где ты разнесла половину бмпфффф... - Моника предусмотрительно затыкает Оливеру рот. - Меня восхищает твоя тяга к самоубийству, - говорю пацаненку сухо. - Не болтай, когда взрослые разговаривают, - добавляет Ванесса. - Молли недавно появлялась в Доме, представляясь тобой, - сообщает вдруг Рупия, затягиваясь, и мы синхронно поворачиваемся к ее сыну. - Почему ты молчал? - шиплю я, но взгляд парня красноречивее любых слов. Он поднимает левую бровь, как бы говоря "ты не спрашивала", или "да я тебя больше знать не хочу, не то что разговаривать с тобой", или "мне вообще по барабану на вас обеих, я всех спас, я крутой". - Мы не были в курсе, если что, - Клаус, ловящий дзен от массажа красивой полуголой официантки, отвлекается от созерцания чужих просвечивающих сосков, и смотрит на меня. - Пока твоя мать не сказала, что Молли нужна помощь, мы знать не знали, что все трое Мартинез здесь. О, да, детка, еще вот здесь помни. Я морщусь от отвращения, стоит акцентировать на этом внимание? - О том, что ты не Молли, мы узнали непосредственно в аэропорту. - Моника кивает. - Тогда где настоящая Молли? - задает вопрос Ванесса и мне хочется огрызнуться по типу: а я что, ненастоящая Молли? Я Минни, самая реальная Минни, идите в зззз... - Надеюсь, малыш Бенни сломал ей руку? - шучу несмешно, каюсь. Бенни, который малышом выглядит в последнюю очередь, с мордой кирпичом стоит по правую руку от Рупии и этим самым кирпичом смотрит на меня. - Хотя бы пальчик? Фалангу? Выбил зуб?! - Прекращай паясничать, - женщина кидает прозрачную папку в мою сторону, которую я криво ловлю. - Полюбуйся, что она притащила. - Зная Молли, это явно какая-то очередная нелегальная гадость, - вырывается против воли, и я быстро прикусываю язык. Учитывая специфику работы всех присутствующих, я только что назвала гадостью их всех. Не говоря о том, что раньше я была самой главной гадостью из всех долбанных гадостей этой долбанной страны. В папке оказываются тонкие листы с кривым почерком и какие-то схемы зданий, в которых я ничего не смыслю. Я пробегаюсь глазами по первым строчкам, и глаза против воли расширяются. - Так я была права! Моника, я была права! - оборачиваюсь к подруге с видом радостного воодушевления. - Молли украла у Аркады рецепт! Только здесь не все... - то, что в зашифрованных записях прописаны концентрации запрещенных веществ и химические реакции, невооруженным взглядом сказать было сложно, но личный опыт и особенности воспитания сделали свое дело. - Так ты можешь это прочитать? - Рупия кивает своим мыслям, ее взгляд становится странным, и радость слизывается с моего лица на раз-два. - Скажи, что это копии. - резко бледнея, прошу я. - Оригинал, - добивает меня женщина и мешает звонкой ложечкой остывший чай. Я откидываю листы в стороны, как будто они заразные, и вскакиваю. - Нет. - Да. - Да нет же! - Минни, возьми себя в руки, - Моника хватает меня за руку и усаживает обратно, хотя выглядит она не менее ошеломленной. - Взять себя в руки?! Сестра подкинула нам бомбу замедленного действия, за которой охотятся все, кому не лень! Даже спецслужбы! - ругаюсь я с пола. - Это то же самое, что на лбу себе нарисовать мишень и бегать с ней туда сюда. - Если ты смогла их прочитать, то поняла, что это только часть всего рецепта, - продолжает Рупия, равнодушно выслушав мои метания. - Вся страна знает, что Молли, то есть Минни Мартинез украла рецепт у Аркады, Хуань Линь уже спрашивал об этом. - Так вот как его зовут, - на автомате отзываюсь я. - Стоп, что?! - Каждая собака с пистолетом будет пытаться выкрасть части, чтобы собрать полный рецепт, - Клаус возвращается в реальность, поцеловав напоследок руки официантки. Бровь Моники дергается, но лица она не теряет. - Вернуть все Аркаде не вариант? Рупия смотрит на меня очень красноречиво. Своим фирменным взглядом. В прошлый раз после такого взгляда в моем теле появилось на пару отверстий больше. - Этот ликер - особенный продукт, он может перевернуть все криминальное плато на сто восемьдесят градусов и изменить влияние Аркады на противоположное. - Говорит она. Я стону вслух. Черта с два Рупия меня отпустит. Только если вперед ногами или в мешках из-под мусора. - Где вторая часть? - Клэр, в чьих глазах уже мелькают долларовые купюры от будущих перспектив, заметно воодушевляется. - Или сколько там частей? - она поворачивается ко мне с немым вопросом, как будто у меня и Молли один мозг на двоих или полная синхронизация. Откуда мне-то знать?! - Насколько мне известно из своих источников, частей всего две. Одна у нас, а вторая... - мы в оцепенении смотрим на Рупию, ожидая. Я почти слышу барабанную дробь, или это мое сердце грохочет? - Вторая часть у Альянса, - женщина кривится в ухмылке, а я слышу грохот капкана, в который меня загнала родная сестра. - Который уже год как пытается выкрасть рецепт у Аркады. Как мило со стороны твоей сестры было подкинуть им желаемый кусочек. Ага, и вызвать их прямое столкновение. Альянс и Аркада - две твердыни криминального мира этой страны, оплоты, существующие едва ли не с ее основания. Каждый образованный человек знает, что хуже, чем перебежать дорогу кому-то одному, это только встать между ними. А Рупия предлагает не просто встать, а станцевать канкан перед двумя самыми влиятельными преступными организациями! Это танец на собственной могиле. - Вы хотите, чтобы мы украли у Альянса? - я истерически смеюсь. - Даже вы должны понимать, насколько это бредовая идея. Я отказываюсь. - О, не подумай, что я придираюсь, но разве у тебя есть выбор? - Рупия щелкает пальцами и все присутствующие с завидной синхронностью обнажают оружие и наставляют его на меня. - И ты, Брут, - грустно смотрю я на Монику. - Прости, Минни, но она все-таки мой босс и спонсор моих казино, - Моника хотя бы выглядит виноватой, в отличие от злорадной Клэр, которая изнывает от желания спустить курок. - Совсем плохо нынче с металлоломом? - я понимающе киваю. - Очень много конкурентов, - разводит руками та. - Печально. - Очень! - Если вы закончили с бесполезным трепом... - начинает женщина, но я ее перебиваю мучающим меня вопросом. - Слушай, Рупия,- устало обращаюсь к ней на ты, что само по себе может стоить мне жизни. Ходят слухи, что даже ее любовники разговаривают исключительно на вы, хотя их никто никогда не видел, так что верить им не стоит. - У тебя столько людей и связей, чего ж ты ко мне прицепилась? Вряд ли уровень моих навыков настолько высок и ценен по твоим меркам. - Ты себя недооцениваешь, Минни. Помнишь Токио? - да блять, опять Токио. Там вообще все случайно вышло! - Кроме того, кого еще я могу скинуть прямо в логово Альянса и Аркады? Своих людей жалко, а за тобой, вроде как, должок. - Она снова усмехается. Ведьма! - Кстати, Молли, говорят, уже сбежала из страны, обокрав пару мелких группировок под твоим именем, - добавляет она. - Это у вас семейное? - Не поверишь, она больше в отца, - скалюсь я, совсем потеряв инстинкт самосохранения. - Украсть рецепт у Альянса, не попасться Аркаде, и все это под прицелом еще пары тройки бандитов, желающих моей смерти? Ничего не забыла? - Выжить, - тихонечко вставляет Моника. - А это уже на твое усмотрение. - Как мило, а сколько процентов прибыли мне полагается? - Это ты смешно пошутила, - Рупия поднимается и велит своим людям собрать разбросанные листы. - Как тебе такая награда - я не спущу тебя в океан кормить рыбок? О, или не расскажу СМИ о настоящих делишках Минни Мартинез? Что тогда будет с твоим любимым детищем? - пойдет на дно мое детище. Сразу после того, как четвертуется советом директоров, и годы упорного труда будут спущены в унитаз. - Не трогай мою компанию, - цежу я сквозь зубы. В голове уже назревает примерный план действий. Рупия снисходительно улыбается и наконец уходит, оставляя всех присутствующих в полном раздрае. - Как в старые добрые времена, - говорит Оливер, и впервые его никто не затыкает.