семейные ценности

Если несколько лет работы на тандем Рупия Вернара - Санни Мартинез и научили меня чему-то, так это простой истине - если твоя жизнь резко катится под откос и кажется, что подставы преследуют тебя на каждом шагу - тебе блять не кажется, проверяй своё ближайшее окружение. Поэтому, когда Дилан каким-то немыслимым образом дозванивается до меня (сменившей номер телефона еще день назад), пока я трясусь на заднем сидении под аккомпанемент споров Моники и Клауса, я приветствую его довольно сухо. ⁃ Я прилечу следующим же рейсом! - горячо заверяет Дилан, услышав очень сжатую версию моих похождений, а я не могу удержаться от закатывания глаз. Только секретаря, способного прикончить разве что акции конкурирующей компании, мне в этом цирке не хватало. - Сиди на месте и улаживай дела! - спорю я. - Придумай правдивую историю моего исчезновения для совета директоров и следи, чтобы ни одна крыса не подпортила нам репутацию в мое отсутствие! - Клаус издевательски хмыкает. - Но, Минни, я беспокоюсь... - беспомощно говорит Дилан, и на мгновение мне становится совестно. Дилан, возможно, единственный человек на всей планете, кто искренне волнуется о моей судьбе (если конечно не брать во внимание риск, что крысой является как раз таки он), и я немного смягчаюсь. - Я просто улажу кое-какие хм..семейные дела и быстро вернусь. - Моника поднимает левую бровь, потому что и дураку понятно ( а я не дура), что до родного Рима я доберусь ой как не скоро. Особенно после того, как наш план пошел псам под хвост. "Из-за тебя!" - добавляет внутренний голос в моей голове, смутно похожий на Клэр. "Иди нахуй" - отвечаю ей я. - Так и, что теперь? - спрашиваю я, когда с раздачей заданий секретарю закончено. - Ваши цели были подставными, мой чемодан оказался в руках Мори... - А еще ты прикончила Сузуки, - перебивает Клаус, бесконечно дымя в открытое окно, - правую руку главы Альянса. Вообще мне хочется сказать, что Сузуки больше похож на лишнюю третью ногу, от которой полезно избавиться, но выдаю только: - Нет тела, нет дела. Вы же его не нашли? Моника качает головой. К их приезду (такое чувство, что ребята не особо и торопились на спасение моей жизни) склад оказался пуст - ни Сузуки, ни Мори с ребятами Аркады, ни чемодана. Только я, раскинувшая руки-ноги в позе звезды и покрытая слоем строительной пыли. Клаус что-то быстро печатает одной рукой и хмурит свои густые брови. - Щас не понял. Я переваливаюсь через сиденье и заглядываю в экран с кучей окошек с камер наблюдения по всему городу. От качества картинок рябит в глазах, и как он только не убил зрение с такой работой? - Твой Мори, почему-то, держит курс не на базу Аркады. - Он не мой, - на автомате отзываюсь я и впериваю взгляд в одно из изображений, на котором знакомая фигура в одиночестве выходит из черного кроссовера на перекрестке далеко за центром города и бодро вышагивает из-под зоны видимости городских камер. Что особенно удручает, в руках Мори знакомый чемодан (мой чемодан!), доставшийся мне потом, кровью и... - Разве офис Аркады находится там? - сбивает меня с мысли недоуменный голос Моники. Она съезжает на обочину, чтобы не мешать другим резкой остановкой. Вот, приличный водитель. Если бы левый бок машины не был усеян вмятинами от пуль, а заднее стекло не пало смертью храбрых пару часов назад от шального выстрела, сошли бы за примерных граждан страны. Платим налоги, сортируем мусор, начищаем бандитские задницы средь бела дня. - Раньше они базировались рядом с отелем Форд, чтобы мельтешить перед их глазами и бесить. - Я морщусь. Если даже меня Аркада умудрилась достать до нервного тика, что говорить о ребятах из Альянса, вынужденных лицезреть их выходки каждый божий день. - Может, переехали? - Мелковато для Аркады, - Клаус достает телефон и хмурится, а потом кидает взгляд на меня. - Минни, плохие новости. - Удиви меня, - я закатываю глаза. Этот день может стать еще хуже? Единственное, о чем я мечтала - теплая ванна в клубе, бокал вина (читать как бутылка) и пару мазей от ушибов местных врачей. Все-таки, не на экскурсию выбиралась. - Как тебе идея наведаться с дипломатическим визитом к Альянсу? - усмехается Клаус и закуривает в очередной раз. - Блять, последняя. - Идея отстой. - Говорю честно и откидываюсь на сиденье. - Ваш босс точно хочет от меня избавиться. - Наш босс, - поправляет меня Моника совершенно несправедливо. - Я свалила три года назад! - Но это не отменяет того факта, что официальной отставки тебе не дали, - подруга виновато смотрит в мою сторону. - И чего мне делать в Альянсе? Я только что пришила сраного Сузуки! - Нет тела, нет дела. - Моника, ты не помогаешь! - Может, его тело забрал Мори? - снова предполагает та. - Или он уполз на своих раскрошенных конечностях. - Я сверяюсь с часами на приборной панели. - Как раз наверное доползет до Альянса к этому времени и начнет придумывать план мести. - Короче, задачка прийти с повинной и пообещать больше не лезть в гонку за рецептом Аркады. - Резюмирует Клаус. - Не стоит нам светиться перед Альянсом, вряд ли он нам по зубам в открытом столкновении. - Но мы же полезем? - спрашиваю обреченно. - О, еще как! - Клаус кровожадно улыбается. - Моника, разблокируй двери. - Удачи, Минни! - подмигивает блондинка и передает мне два полных магазина, а потом меня оставляют на обочине посреди федеральной трассы. Я поднимаю голову к небу и складываю руки в молитве. "Господи, если ты существуешь, дай мне пережить этот день и я больше никогда не буду пить, курить и сквернословить! Ну и по людям стрелять тоже, честное слово!". *** - Блядский день! - ругаюсь я, едва не сбивая пешеходов за два квартала от Форда. Плюшевый солярис (спасибо каршерингу и веку технологий, добравшимся даже до этого забытого места) негодующе рычит и петляет по узким улицам, пока хаммер Аркады сбивает все преграды, как в компьютерной игре, и упорно приближается к моей заднице. Долбанные японцы, думаю я. Уже соскучились, думаю я. Идите вы к черту, думаю я и сворачиваю на круговое движение. Я вываливаюсь из окна, несколько раз стреляю (конечно, безуспешно, на что ты вообще надеялась, Минни?!) и успеваю схватить руль до того, как солярис таранит автобус на остановке. Мне не уйти на этом корыте, это факт. Мои пули для бронированного монстра как легкий бриз на Лазурном берегу, и это тоже факт. И моя бывшая команда - долбанные предатели, и это самый удручающий факт моей жизни за последние пару дней, потому что: - Вуди, у меня на хвосте Аркада! - Выкручивайся! Отличный совет, придурок! Хаммер играючи бодает меня по багажнику, словно заигрывает. Как бы намекнуть водителю, что подобный флирт совершенно не в моем вкусе? Шестеренки в голове крутятся с бешеной скоростью, пока я судорожно пытаюсь придумать план выживания. Когда до отеля Альянса остается пару кварталов, я резко выворачиваю руль влево и въезжаю в пеший проулок, распугав прохожих. Улица настолько узкая, что солярис царапает все покрытие и, в конце концов, останавливается, застряв посредине. Хорошая новость - хаммер сюда не пролезает и останавливается сзади. Плохая новость - двери соляриса в таком положении никак не открыть. "Хотя кому нужны двери, когда есть пистолет?" - думается мне, когда от моего выстрела рассыпается лобовое окно. Я выбираюсь на карачках, царапая руки об осколки, и съезжаю по капоту на брусчатку. Пуля одного из разукрашенных японцев, спешащих ко мне на первой космической, попадает в несчастный автомобиль, и я срываюсь с места, чтобы нырнуть в еще одно разветвление улочек. Единственный плюс этого сумасшедшего города - архитектура. Для людей, впервые очутившихся в узком лабиринте обшарпанных построек, заблудиться здесь - раз плюнуть. А вот тем, кто разбирается в переплетениях улиц, больше похожих на узор разбитого стекла, открываются поистине прекрасные перспективы для побега, преследований и других незаконных делишек. Я, прожившая здесь большую часть своей жизни, разбираюсь. Парни Аркады, к превеликому сожалению, тоже. Когда из-за угла выныривает первый из них, я оказываюсь к этому готова - пока громила в цветастом костюме поднимает автомат, мой палец уже нажимает на курок. Я петляю по родным ненавистным закоулкам, периодически отстреливаюсь, пока солнце предательски медленно склоняется к горизонту. В темноте от японцев скрыться было бы проще. "Главное - добраться до отеля, - проносится в голове, пока я собираю подошвой пыль с брусчатки. - Какой бы наглой не была Аркада, даже она не рискнет устроить перестрелку перед самым носом Альянса". Вот уже точно описание фразы - меж двух огней. Я выныриваю на оживленный проспект и второй раз за день оказываюсь перед башней Форд. Так себе статистика, но если выбирать между отбитыми татуированными бандитами Аркады (Мори не в счет) и более менее приличными ребятами из Альянса (Сузуки не в счет), я бы конечно выбрала остаться нахрен дома! Позади раздается японская ругань и я, оставив патетику и ностальгию, устремляюсь к пешеходному переходу, который как назло загорается красным. Секундная заминка перед пронесшимся мимо такси, и вот меня грубо хватают за предплечье прямо посреди толпы пешеходов. Что мешает японцам скрутить меня без шумного сопровождения и тихо проводить в хаммер /последний путь? Пожилая пара с подозрением смотрит на нас - на меня и мощного брюнета в гавайском рубашке. Видимо, по моему оскалу видно, как я отношусь к подобному лапанью своего бедного тельца. Ну или их смущает пушка в моей левой руке. Хотя вряд ли, пистолетом в этом городе мало кого удивишь. - Это бутафория, - успокаиваю я парочку на всякий случай, - а вам бы корпоративный стиль сменить, - почти миролюбиво обращаюсь уже к японцу, на что тот расширяет ноздри и делает попытку утянуть меня в сторону от Альянса. Что я там говорила про перестрелки? Правильно, ко мне это не относится. Я стреляю в упор по ногам японца, он заваливается на землю, а толпа с ужасом разбегается в разные стороны. Наплевав на сигнал светофора, я перебегаю через дорогу и чудом не оказываюсь погребена под пронесшейся перед самым носом фурой. Выстрел по касательной задевает (в который раз за день?!) плечо и пистолет валится прямо под ноги толпе зевак на другой стороне. Я зажимаю кровоточащую рану свободной рукой и устремляюсь к лестнице перед отелем. Навстречу бегут охранники Альянса, которые не могли не проигнорировать шумиху внизу. И это очень кстати, ведь когда меня перехватывает один из них, я, не чувствующая ног от усталости и стресса, со спокойной совестью заваливаюсь на него всем весом. - Здравствуйте, - проявляю я вежливость. Кровь с плеча стекает по руке и заливает отвратительную зеленую рубашку охранника. - Мне нужен Сарат Альберай, очень срочно, если можно. - А вы записывались? - звучит ехидный мерзкий голос сверху. О нет, нет, нет, нет, этого не может быть! Я поднимаю голову и смотрю на человека, к кому практически без сопротивления свалилась в объятия. - Не ожидала, мышка? - скалится Сузуки. - А ты разве не... - лепечу растеряно. - Выжил твоими молитвами, - Сузуки ставит меня вертикально, сжав плечо, и я едва удерживаюсь, чтобы не заорать от боли. - Какими судьбами на этот раз, Мартинез? - Не поверишь! - с воодушевленным видом переставляю конечности по ступеням. - Переговоры! Сузуки аж запинается. *** Однажды, когда я еще училась в средней школе и носилась босиком по уже тогда выцветшим улицам города, к нам домой пришел странный человек в дорогом костюме. В то время я еще не знала о существовании различных брендов, но когда мужчина, сидящий посреди нашей гостиной и наблюдавший, как один из его амбалов душит мою мать, обернулся на меня, замершую на пороге в ужасе, первое, что я заметила - надпись "Прада" на оправе его очков. Это так сильно врезалось в мою память, что много лет позже, несмотря на финансовые возможности, бутики "Прада" я обходила за несколько километров и всегда игнорировала их предложения о сотрудничестве для моих артистов. Тогда за мою мать впряглась Рупия Вернара. Рыдающая Молли ввалилась в ее дом по соседству и попросила помощи, в то время как меня заставили сидеть и наблюдать, как страдает Санни Мартинез. - Смотри, Минни, - сказал тогда Сарат Альберай, хватая меня за волосы до искр из глаз. Охранник как раз выжигал на плече Санни новый узор тлеющей сигаретой. - Смотри и запоминай, что случается с мелкими насекомыми, пытающимися пойти против правил в моем городе. - А я не могла заставить себя перевести взгляд на мать - глаза то и дело возвращались к сраному "Прада" на лице главы Альянса. Рупия ворвалась неожиданно и лишилась за это одного пальца на левой ноге. Именно это было первым и единственным случаем, когда я видела мать Вуди, стоящую на коленях и умоляющую дать им еще один шанс. Тогда бизнес Санни и Рупии еще был в начале своего развития, но с того времени пути сбыта их продуктов были диаметрально противоположными с интересами Альянса, а масштабы прибыли несоизмеримо меньше. Так вот, тот прямой, как палка, мужчина, с ястребиным взглядом из-под густых бровей, пал смертью храбрых от собственного товара и не имел ничего общего с Саратом Альбераем, который приветствует меня автоматной очередью, едва я переступаю порог его кабинета. Сузуки даже не морщится, тогда как я ошарашено оглядываюсь на красивый витраж, осколками свалившийся к нашим ногам. И не жалко гробить собственное имущество? Хотя, с таким оборотом, как у Альянса, ему по карману выкупать и расстреливать по одной картине из Лувра, и еще на несколько скульптур эпохи возрождения останется. - Какой теплый прием, - брякаю я нервно. Сарат бросает на меня недовольный взгляд и возвращает автомат одному из своих ребят. - Выйдите все, - командует он. Ух ты, а голос-то какой грозный, даже не вяжется с внешностью видавшего лучшие времена старика. Не зря говорят, что ни один уважающий себя наркоторговец не пробует собственный товар. Ни к чему хорошему это никогда не приводило. Свита Сарата шустро скрывается из поля зрения, и даже Сузуки, бросив предупреждающий взгляд в мою сторону, быстро исчезает за главными дверьми. Я неловко перешагиваю осколки и оказываюсь в центре кабинета, как раз перед массивным дубовым столом, за котором в большом кресле утопает обманчиво хрупкая фигура. - Ты очень смелая, Мартинез, раз посмела явиться сюда в одиночестве, - издалека начинает Сарат. Очень радует, что оружия в ближайшем доступе у него не наблюдается, но когда это мешало пытать неугодных? Сарат закуривает, и я сразу напрягаюсь от мелькнувших воспоминаний. Наручники, в которые меня предусмотрительно заковали перед встречей с главой Альянса, тихо звякают, когда я нервно тру ладони. Не успеваю придумать ответ, который бы не привел к моей быстрой кончине, когда Сарат вдруг продолжает: - Очень смелая и очень глупая, Мартинез. - Он шумно выдыхает струю дыма и отворачивается к панорамному окну. - Скажи мне, девочка, Рупия все также вербует сопливую молодежь в свою команду и кидает их при каждом неудобном случае, как расходный материал? Намек настолько прозрачен, что перестает быть намеком и становится огромным булыжником, приземлившимся в моем саду. Я неловко улыбаюсь и опускаю взгляд, надеясь, что Сарат увидит это в отражении темного окна и не сочтет молчание за грубость. - Рупия очень сильно меня разочаровала, влезая в это дело и нарушая договоренности десятилетней давности. - Глава Альянса снова разворачивается. - Слышал, ее дела идут неплохо, а, Мартинез? - Не... не жалуемся, спасибо, - я пытаюсь развести руками, но наручники впиваются в запястья. - Конечно, все не так прекрасно, как хотелось бы, но на какую-никакую жизнь хватает. - Тогда назови мне хоть одну причину, по которой мне не следует сравнять ваш захудалый клуб с землей, а всю вашу компанию пустить на корм акулам? - Сарат сужает глаза, и градус опасности в помещении повышается на пару десятков. - Здесь не водятся акулы? - неловко улыбаюсь и продолжаю, придав голосу уверенную интонацию: - Это недоразумение, сэр. Если бы мы знали, что вся эта...ситуация вписывается в интересы Альянса, мы бы и пальцем не тронули сран...рецепт! - Вся страна знает о моей заинтересованности, а вы и не в курсе? - Сарат поднимает бровь и даже усмехается. - Рупия совсем обезумела от жажды денег, раз рискнула показаться перед моими глазами. - ой, кто бы говорил! - Да еще и послала ко мне такую мелкую, некомпетентную букашку, чем показала высшую степень своего неуважения! - мужчина повышает голос, и я морщусь. Нужно что-то срочно придумать, чтобы его успокоить и заставить передумать пускать весь клуб под снос. - Мистер Альберай, если вы проявите великодушие и не станете акцентировать внимание на... - К черту твое великодушие, Мартинез! - рычит Альберай и поднимается с кресла. Я моргаю, шестеренки в голове прокручиваются еще несколько раз. Я не успеваю сделать вдох, когда морщинистые пальцы вцепляются в горло. - Мало того, что Молли подбросила мне только часть обещанного рецепта, так еще и ее глупая сестра решила поиграть на моих нервах и помельтешить перед глазами, как назойливая муха! Да уж, чета Мартинез как имя нарицательное. Даже главы нелегальных группировок знают нас в лица и в именах не путаются. Так себе достижение, если честно. Когда я еще раз прокручиваю в голове фразу, сказанную мужчиной, меня накрывает осознание. - Так в том чемодане... - хриплю я, - было пусто? - Альберай криво ухмыляется и отшвыривает меня в сторону. Я закашливаюсь и хватаюсь за шею. Всего один день в гуще событий, а на мне уже живого места нет. - Я живу не первый десяток, Мартинез, и прекрасно знаю, как вести подобные дела. Черт возьми, умный старый хрыч! Все чемоданы были подставными. Даже жалею, что не увижу разочарованное лицо Мори, открывающего пустой кейс. - Признаюсь, я допускала подобный исход событий, - медленно говорю, пытаясь восстановить дыхание. - Вы и не планировали перевозить рецепт, я права? - Сарат ничего не отвечает, только продолжает надвигаться на меня и давить аурой безумства и власти. - Зачем, - я усмехаюсь, - если можно подкинуть слух, что рецепт будет перевезен, и с интересом наблюдать, кто из банд впряжется в эту гонку? Так сказать, раскрыть предательства и истинные намерения неугодных, чтобы со спокойной совестью от них избавиться? Да, вот так и ведутся дела в этом сраном городе. Он даже своей правой руке не стал раскрывать всей правды для лучшего эффекта, потому что прекрасно знал, что справиться с Сузуки сил не хватит даже у вооруженной Аркады. Рупия же осознавала весь риск, но все равно отправила всю нашу команду на это дело, а меня - в логово Альберая без шанса на спасение. Готова поспорить, что, пока я тут мило беседую с умным (я признаю) старикашкой, эта ведьма вместе с ребятами в темпе собирают вещички и готовятся сваливать на какие-нибудь соседние островки. Обидно? Обидно. Ожидаемо? К сожалению, да. Что еще более ожидаемо - удар от Альберая, который он отвешивает мне, подойдя ближе. Я падаю обратно на пол, в голове звенит так, что первая часть фразы Сарата остается для меня загадкой. - ...и ты станешь очередным уроком для остальных, Минни Мартинез, - старик пинает меня в живот, и я всхлипываю, глотая воздух с кровью. Черт, а удары у него что надо. Тренируется что ли? Когда Альберай берет в руку свою трость с рубиновым навершием в виде головы кобры (фу, как вульгарно), а я готовлюсь к новому, последнему в своей жизни удару... Так вот, когда я уже мысленно успеваю попрощаться со всеми знакомыми и пообещать парочке из них являться после смерти в виде озлобленного духа (Молли, ты первая на очереди), тогда вдруг раздается короткий сигнал телефона со стола. - М..мистер Альберай, - тоненьким голосом блеет секретарша, и вау, у него есть секретарша? Я-то была уверена, что обо всех визитах ему сообщают камеры слежения, а кофе по утрам приносит Сузуки в розовом фартучке. Фу, кажется, удар по голове был слишком сильным. - К вам без записи, очень настаивают. Рупия Вернара. Ого, кто это такой смел...стоп, что? Мы с Альбераем обмениваемся одинаково недоуменными взглядами, и я даже чувствую некую связь. Как минимум, неприязнь к Рупии и Молли у нас примерно одинаковая. Альберай отходит к телефону и дает разрешение на пропуск. - Интересно, - говорит он и кровожадно улыбается, потирая кобру на трости. - Очень интересно. Рупия заходит, как всегда, эффектно сотрясая воздух золотыми украшениями и стуком каблуков. Из своего лежачего положения я вижу только чужие ступни в дорогих босоножках, которые останавливаются напротив моего лица. Рупия наклоняется, и я перехватываю ее взгляд, не предвещающий ничего хорошего. - Выйди, - цедит Рупия и разгибается. Легче сказать, чем сделать! А ничего, что у меня все тело поломано и лицо в крови? Хотя, кому до этого есть дело, верно? Я медленно, без резких движений, поднимаюсь и стараюсь удержать взгляд ровно в одной точке - так сильно кружится голова. Пытаюсь поклониться в знак уважения, но этот финт едва не отправляет меня обратно на мраморный пол. Оставив взрослых разбираться в своих нелегальных делишках, я тихо прикрываю тяжелую дверь и оборачиваюсь. "Надо было прочитать утренний гороскоп, скорее всего мне противопоказано было выходить сегодня из дома", думается мне, когда я замечаю раздражающе яркие красные патлы. - Ого, даже на своих двоих? - усмехается Сузуки, помешивая кофе на столе у бледной секретарши. Именно, сидя на столе. - Очень вам сочувствую, - обращаюсь к бедной девушке. - Видеть эту рожу каждый день...даже врагу не пожелаешь! Сузуки откидывает голову и хохочет, как гиена. - Смотри, Лидия, какая смелая девочка,- обращается он к секретарше. - Такие обычно долго не живут. Я морщусь, хочется размазать самоуверенную улыбочку с чужого лица. Я распрямляю плечи, невзирая на боль, и бреду в сторону лифтов мимо стоящих у стеночки охранников. - Не так быстро, - Сузуки спрыгивает со стола и любезно предлагает мне опереться на его локоть. - Иди к черту, - я отшатываюсь. Сузуки пожимает плечами и нажимает кнопку вызова. Уже в лифте я устало облокачиваюсь на хромированную (спорим, бронированную) стену и смотрю в свое отражение. А лучше б нет. - Только не реви, - предупреждает демон напротив, печатая что-то в телефоне. И вот именно это фраза обычно является спусковым механизмом для женских эмоций. Сразу хочется сесть на пол и позорно разрыдаться от жалости к себе. Но на это времени не остается. - Почему это? - из чистого упрямства спрашиваю я, в носу неприятно щиплет. - Боюсь, что твой вид станет еще страшнее, - Сузуки переводит взгляд на меня и морщится. - Не уверен, что вынесу. - Кто бы говорил! Мы выходим в просторный холл, заполненный людьми. Почти никто не обращает на мое избитое тело внимания, очевидно, смирившись с особенностями хобби владельца башни Форд. Ну или все наслышаны о похождениях Сузуки и боятся лишний раз косо на него посмотреть. Почти испытываю гордость, что отконвоировать меня к выходу доверили именно ему. У-ух, Минни Мартинез, гроза всех бандитских группировок и бывший участник одной из них. - Слушай, - обращаюсь я к парню, когда мы выходим на улицу. С приходом вечера воздух не становится ощутимо прохладнее - все так же окутывает влагой и неприятно липнет к телу. Я сажусь на верхнюю ступень лестницы и поворачиваюсь к Сузуки. Голову приходится задрать. Вот же вымахал, шпала ходячая. - А как ты умудрился выжить? - А-а, - непропорционально большой рот растягивается в ухмылке, как у джокера. Жуть какая, ему самому не страшно смотреться в зеркало? - Поправь меня, ты про сегодняшний случай, когда ты меня под обстрел выкинула? Упс, как-то из головы вылетели подробности. - Это непреодолимое стечение обстоятельств. - Я похож на идиота? - Тебе честно ответить? - огрызаюсь я на автомате, хотя становится не по себе. Вдруг обидчивый парень решит скинуть меня под основание лестницы в качестве ответочки? Альберай конечно меня пока отпустил, но вот это самое "пока" может в любой момент превратиться в "Сузуки, а прострели-ка ей колено". Сузуки тем временем сильно обиженным не выглядит, продолжает ухмыляться и стучит по груди длинным паучьим пальцем. - Бронежилет, мышка. Полезная вещичка, советую приобрести, если планируешь здесь задержаться. Да не дай Бог. А вообще, бронежилет от боли не спасает. Как-то попало мне в спину, так меня оглушило на пару часов от болевого шока. Вероятность того, что правая рука главы Альянса действительно вынуждена была добираться до своего гнезда ползком, увеличивается, и это почему-то греет душу. - Ясно. Сузуки не спешит уходить, хотя я представляю мало угрозы в данный момент. Максимум, могу сама любезно свалиться с лестницы и расплыться кровавым пятном под ногами туристов, но, опять же, здесь все к этому привычные. Долбанный город. Рупия Вернара выходит через десять минут и выглядит вопиюще лучше меня - без кровоподтеков на загорелом лице и с набором всех пальцев на обеих руках. Душу в себе неудовлетворение и поднимаюсь. - Двигай, - она хватает меня за локоть и быстрым шагом тянет в сторону припаркованной у отеля машины (между прочим, небронированной, что конкретно в нашем шатком положении кажется не очень хорошим выбором). - Сузуки, покеда,- бодренько рапортую я машущему парню, силясь попасть в шаг начальницы. Рупия буквально впихивает меня на пассажирское и сама садится за руль. - Ого, - ошарашено говорю я, когда машина срывается с места. - Вы настолько в себе уверены, что рискнули приехать без охраны? - У тебя было одно задание, Минни, - говорит она напряженно, не глядя. - Мы же вроде уже выяснили, что кейс оказался пустышкой, - я стекаю по сиденью. - Да будь он хоть трижды пустой, это было твое задание, ты была обязана его достать! - Рупия бьет по рулю. - Босс, не кипятитесь, - прошу я, когда педаль газа вжимается в пол. - Вообще, с вашей стороны было глупо участвовать в такой сомнительной афере без адекватного плана, на вас не похоже, - решаю высказаться, раз уж мы оказались наедине без вечно бдящего Клауса и сующих везде носы Вуди и Клэр. - Ты не представляешь, вот что превратился город за время твоего отсутствия, - Рупия закуривает. Ага, уходим от разговора. Как непрофессионально! - Да нет, представляю, - я открываю окно и кладу на стекло локоть. - Альянс разросся до неприличных размеров, как опухоль, и норовит поддавить все окружающие банды, включая клуб? Так это было ожидаемо... - Минни, - перебивает меня Рупия. - Ты когда-нибудь связывалась с Молли и спрашивала, чем она вообще тут занималась все это время? - я запинаюсь. Вопрос, честно говоря, неожиданный. В отличие от меня, три года назад уехавшей ради своей мечты и свободы ( и пусть команда говорит, что я кинула своих же, я не могла поступить иначе. История долгая и невеселая, связанная с отцом, двумя мексиканцами в дешевом баре и пакетами кокса в моем чемодане. Удирать за мечтой пришлось на первом самолете без сменного белья и денег, зато с нужной информацией, которую не прочь были купить). Так вот, в отличие от меня, Молли решила остаться и продолжать дело матери, а на все мои попытки вывезти ее из страны отвечала автоматной очередью и срывами моих мероприятий. Да уж, Молли Мартинез оказалась злопамятной сучкой. - Я не знаю подробностей, но кажется, это что-то нелегальное? - шучу несмешно. - Твоя сестра начала вести себя подозрительно, - говорит начальница и кидает на меня странный взгляд. - Она пропадала вечерами и ночами, долго разговаривала с кем-то по телефону и даже умудрилась натравить на клуб несколько мелких группировок. В ходе стычек ее ранили, и она немного поутихла, но месяц назад заявила, что у нее есть нечто, что перевернет все криминальные круги страны, и исчезла. А потом заявилась в ночи, подкинула этот рецепт и свалила окончательно, без возможности с ней связаться. - Очень в ее стиле, - я кривлюсь. - Я надеялась, что ты сможешь понять ее мотивы или хотя бы связаться с Молли. - Не хочу вас разочаровывать, но мы с ней не то что бы лучшие подружки, - развожу руками и вздыхаю. Все снова сводится к сестре, это начинает утомлять. - И что же вы не вернули его в Аркаду, а решили поучаствовать в общем веселье? - спрашиваю спустя пару минут бездумного всматривания в полупустые улицы. - Альянс действительно стал много себе позволять, - Рупия выдыхает сизый дым и переключает радио. - Не нравится Тейлор Свифт? Надо запомнить. - Минни, буквально на прошлой неделе Альберай убил двоих из наших, кто занимался отгрузкой контрабанды. Причем не просто так, а с присущей ему жестокостью - Сузуки ворвался к ним в дома и застрелил ребят на глазах семей. Там и дети были. - Охуеть, - просто говорю я и вспоминаю джокерскую улыбку. Так мне просто повезло дважды встретиться с ним и выжить. Прямо джек-пот. - И что-то мне подсказывает, что он только набирает обороты. - Рупия хмурится, и мне это не нравится. Обычно богатый эмоциональный диапазон начальницы ограничивался только двумя выражениями - убить/помиловать, а такое разнообразие наталкивает на мысли, что ситуация действительно серьезная. - Поэтому, чтобы хоть как-то обезопасить себя и своих людей, мне нужны две вещи. - Рецепт, - киваю я. - Даже если не для клуба, важно не позволить его реализовать, иначе господство Альянса будет не остановить. - И союзник. - Серьезно? - я даже оборачиваюсь к женщине. - Непобедимая, гибкая, как змея, Рупия Вернара признается, что не справится сама? Да о вас же легенды ходят, как о самой неуловимой женщ... - Обойдемся без твоих метафор, - отрезает та. - Обойдемся без моих метафор, - соглашаюсь я и отправляю мысли в полет. - Аркада сразу отпадает, после того, что натворила Молли, они вторые на очереди, кто желает сравнять клуб с землей. Кто у вас тут еще есть? - Рупия кидает на меня недовольный взгляд, оценив отрицание причастности к всему происходящему. Как бы мое " у вас" нужно заменить на "у нас" и перестать выпендриваться. - Хуй Луань и его "Золотые драконы"? - Луань трус, он ни за что не пойдет против Альберая. - Из крупных и относительно независимых от Альянса, не считая нас, только итальянцы... - Дольчезза пока не изъявляли желание поучаствовать в гонке за рецептом, но в прошлый раз, когда мы пытались сотрудничать... - Не напоминайте, - я вздрагиваю от воспоминаний. Пять лет назад один из "нежных" (долчеззо=нежность на итальянском) ребят совсем не нежно сломал мне ногу, когда пытался добраться до наших документов. И неважно, что те документы изначально принадлежали совершенно другим людям - мы выкрали их первыми, поэтому агрессия со стороны итальянцев была несправедлива! - Мелкие группировки? - Рупия качает головой. - Ваш тайный воздыхатель из Тайваня? Что? Расстались уже? Очень жаль. - предусмотрительно отворачиваюсь, чтобы не встречаться с ледяным взглядом и вытягиваю ноги, ломящиеся от усталости. Надо бы обработать приобретенные ранения, хотя бы на левой руке, иначе не получится взять второй пистолет. А с одной береттой мне тут делать нечего. - Ой, а можно пожаловаться? - оживляюсь я, когда мы сворачиваем к последнему кварталу перед клубом. - Раз уж выпала такая возможность побыть с начальством в доверительной, так сказать, обстановке. - Не забывайся, Минни, я все еще твой босс, - пока что мягко осаждает меня та. - Так я как раз об этом! - по-глупому улыбаюсь. - Вот скажите, Рупия, вы же лучше всех осведомлены, что произошло три года назад? Точно вам говорю, даже не пытайтесь соврать, я же в курсе, как вы работаете! - перевожу дух и взъерошиваю волосы в нервном жесте. - Вы меня с детства знаете, лет двадцать наверное? - Допустим. - Откуда такая ненависть? Я понимаю, было много всего и всякого, но заставлять меня идти к Альбераю с повинной в одиночестве, когда он рвет и мечет после всех скаканий вокруг его людей...Это так жестоко! Ранит! - я хватаюсь за сердце. - Минни... - В самое сердце! - Добавляю и на всякий случай хватаюсь за дверную ручку. - Прыгать будешь? - невозмутимо спрашивает Рупия. - А придется? - Минни, ты и правда ничего не понимаешь, - женщина вздыхает и въезжает на территорию клуба. - Потому что я отвыкла от этого всего, - говорю честно. - Я не говорю, что добилась успехов в своем бизнесе честным путем, спасибо вашим урокам и связям Санни, но перестрелки, борьба за товар, конкуренция, которая заканчивается свинцом в черепушке... - Ты от этого сбежала? - Рупия смотрит мне в глаза. - Так сильно испугалась смерти, что бросила команду, которая воспринимала тебя как члена семьи и доверяла тебе? - Не нужно этих высокопарных фраз, - прошу я. - Вы лучше всех знаете, что я держалась в команде благодаря Молли и Вуди, а сейчас они встанут в очередь, чтобы от меня избавиться. - Три года назад я ушла (сбежала, шепчет в моей голове сестра) вовсе не из-за риска закончить с пулей в виске, все таки нас с детства тренировали далеко не как будущих домохозяек с цветущими петуньями на заднем дворе, максимум, с парочкой трупов в палисаднике. В какой-то момент я начала задыхаться от отсутствия свободы, от невозможности распоряжаться своей жизнью и от того, как Рупия Вернара на пару с Санни Мартинез щелчком пальцев решали судьбы членов клуба и навязывали свои принципы. И случайно брошенная Ванессой фраза, что моей будущей семьей станет только Вуди Вернара, ведь ни один адекватный мужик ( а адекватных в этой стране в принципе дефицит) не свяжет свою судьбу с преступницей, вдруг заставила по-другому взглянуть на свою жизнь и запустила в мозге круговорот новых мыслей. Но сказать это в лицо начальнице все равно что выписать себе путевку на дно океана, поэтому я предусмотрительно молчу и жду ответа от нее. Рупия отвечать не спешит, только паркуется в тишине и отцепляет ремень безопасности. - Ясно, босс, спасибо, босс. - Бурчу я и выпрыгиваю из машины. Уже на подходе к зданию в спину летит: - Я пришла за тобой. Лично. И я резко оборачиваюсь. - Я прошла вашу проверку? - говорю зло. - Не сбежала снова, не умоляла пощадить меня у Альберая и не сказала ничего лишнего? Вы же за этим меня туда отправили? - вот оно. То, что выворачивает меня наизнанку. Ты можешь хотеть чего угодно, твои планы и мечты будут погребены комбайном по имени Рупия Вернара без права на ошибку. - Повзрослей, Минни, и переставай себя жалеть. Здесь это не работает. - Рупия качает головой и заходит в дом первой. - Проклятье! - я пинаю мусорный бак на заднем дворе. - Все как в девятнадцать лет! Чтобы успокоиться, у меня уходит две минуты бесцельного хождения вокруг припаркованных машин и злобного пыхтения. Знала бы, что ждет меня внутри, вскрыла бы первый попавшийся пежо и свалила в закат. Потому что, едва я переступаю порог гостиной, как челюсть отлетает куда-то вниз и пробивает фундамент. - Что ты тут нахрен делаешь? - ошарашено спрашиваю я Мори Осаму, сидящего посреди комнаты и попивающего кофе. - И кто дал тебе мою кружку?! - Минни, знакомься, - торжественно говорит Клэр. - Да я знаю, кто он! - ... Кацу Сато, он же известный как Мори Осаму, тайный агент полиции, проникший под прикрытием в Аркаду. - заканчивает Оливер менее воодушевленно и поудобнее перехватывает пистолет, направленный на мужчину. - Приветик, - салютует тот наручниками. - Охуеть. - отвечаю я.