Голос по ту сторону

      Проснулся наш герой от того, что всё тело болело, а солнце очень ярко и раздражительно светило в пока ещё закрытые глаза. Во рту пересохло, а в голове был хаос.       Лень: «Сука, дайте поспать. Чего разорались с утра пораньше?»       Фантазия: «Да это снова та пришибленная, истерики закатывает».       Ориентация: «Это я-то пришибленная? Это вы все тут свихнулись».       Мозг: «Я проверял: всё хорошо».       Ориентация: «А ты вообще захлопнись, серое существо. Толку от тебя ноль, сломался что ли».       Здравый смысл: *тихонько сопит в уголочке*       Ориентация: «Ну хоть ты скажи хоть что-нибудь!»       «А что я могу? – отозвался пофигизм. – Мне по барабану, кому и куда сует наш хозяин. Да и против «кое-кого» не попрёшь, без него нам всем придет пиздец».       «Вот именно», – отозвалось сердце, издавая лишь тихое и краткое «тук-тук».

POV ЮНГИ

      Каждую ночь я звонил ему, и мы часами напролёт разговаривали, казалось, обо всем на свете. С каждым днём, точнее каждой ночью, я открывался ему, точно так же как и он мне, всё время показывая новые грани. Обнажая свои чувства, оголяя свои сердца и открывая самые потаенные уголки душ. Я нуждался в нем всём, как земля нуждается в солнечных лучах и лунном свете, как младенец – в матери, как долбаный наркоман – в очередной дозе кайфа. Только от одного его «Привет» мой член стоял как солдат по стойке смирно. Хотелось увидеть, утопить в объятиях, ласке и заботе.       Поздравляю, Мин, бывший натурал, Юнги, ты стал геем. Хотя меня не привлекали парни, я даже не смотрел на них как на потенциальных партнёров. Мне нужен был лишь один «Мочи».       Что это: наваждение или благословение? Когда мой корабль под названием «Жизнь» сделал резкий разворот на 180° и унёс меня в голубую лагуну? Да и на худой конец, когда всё пошло по пизде (ну, если говорить точнее, то к хуям... да-да, как сказал Омар Хайям)?

***

      И вот после очередной бессонной ночи, устав на работе, я позволил себе расслабиться и выпить виски. Сам не заметил, когда уснул прямо за рабочим столом. И тут я услышал:       – Папочка, проснись...       Докатились, похоже, мне реально нужно к врачу, раз он уже мне мерещится. Я попытался открыть глаза, но выходило плохо из-за алкоголя и ставшей уже привычной усталости. Я видел его образ но.... лицо... лицо я разглядеть не мог. Зато смог почувствовать то, что так давно хотел. И пусть это лишь сон, молю, не заканчивайся никогда. Хочу спать вечно – лишь бы с тобой, лишь бы ты был рядом.

***

      Кое-как Юнги открыл глаза, вяло потянулся, разминая онемевшие мышцы. «Воды», –первое, что смог произнести он, и сразу потянулся к графину, стоящему на столе. Одним глотком выпив всё содержимое, брюнет стал вспоминать, что было вчера и что это за сон такой. А было ли это вообще сном?       Ориентация: «Ну что, доигрался?»       Мозг: «А что случилось?»       Ориентация: «Как что?! Ты нахрена память отключил? У хозяина теперь амнезия или склероз. Всё напрочь забыл».       Мозг: «Так это не я. Она на пару с сердцем вчера от радости напилась, спит ещё».       Да, память реально сейчас подводила Мин Юнги. В голове только размытые картинки, обрывки, как он думает, сна. Но ощущения были настолько сильные и реальные, что он до сих пор чувствовал привкус этих желанных губ. Брюнет отправился домой, дабы привести себя в порядок, принять душ и сменить одежду. Спустя два часа он снова был в офисе, но что-то было не так, как раньше.       Пак Чимин уже вовсю занимался осуществлением своего плана по завоеванию сердца Мин, да отымей уже меня, Юнги: то игриво улыбался, то строил глазки, а под конец вовсе оборзел и стал облизывать и прикусывать свои, сука, такие офигеть какие сексуальные, губы.       Его босс, конечно, всё это видел, и в его голове проносились мысли о том, что он очень похож на парня из его сна, его «Мочи», и даже сам не замечал, как иногда взглядом подвисал на нём, но быстро гнал все пошлые мысли прочь.       Так проходили их дни: ночью разговоры до утра, а утром робкие заигрывания и тонкие намёки от блондина. «Лёд тронулся», – заметил про себя Пак и готов был приступить к более решительным действиям, если бы не одна нежелательная встреча на той злополучной вечеринке. То к чему это всё произвело не был готов ни один из героев.