Она любила цветы...

-Год спустя-

Криста села на небольшую скамейку перед аккуратной могилой. Принесённый букет из анемонов и гиацинтов она положила на каменную плиту. Погода была, как подумала Криста, неприлично хорошая для такого дня. Сегодня она в первый раз посетила могилу Мелани. Спустя год после её пребывания в лечебнице она наконец-то смогла приехать. Выписали Кристу два дня назад, дали лекарства и рецепты на них, а так же обязали проходить ежемесячные обследования у психиатра. Ничего удивительного не произошло. – Привет, Мелани, – тихо сказала Криста глядя на могильную плиту, на которой так больно было видеть знакомое имя и лицо, но она пересилила себя и не отвела взгляд, – я наконец-то здесь, – по щеке соскользнула хрустальная звёздочка слезы, оставляя за собой чуть влажный след. Подул лёгкий ветерок, разнося вокруг ароматы весны. Несколько лепестков вырвались из букета и пустились в пляс с нежным ветерком, то падая к самой земле, то поднимаясь к небу. Сглотнув ком, внезапно появившийся в горле, Криста вновь заговорила: – Не знаю, была бы ты рада видеть меня после всего, что произошло тогда. Скорее всего – нет, но я не могу не исповедоваться перед тобой в свой первый и последний раз, – Криста сжала край чёрного пальто и стала теребить его, чтобы занять руки, – Знаешь, я долго думала над тем, что сделала в тот вечер, времени то у меня было предостаточно, – Криста усмехнулась,– Я очень сожалею. Да, знаю, мои сожаления никак тебе не помогут, да и вообще не знаю, слышишь ли ты меня, но я предпочитаю думать что слышишь и понимаешь мои мысли. Я не буду просить у тебя прощения, такое не простит ни один человек, я просто хочу сказать что осознала свой зверский поступок и понесла за него ответственность. Я исправилась, правда исправилась. Мне помогали врачи. Доктор Грин, например – мой психотерапевт – очень умный и хороший мужчина, он помог мне разобраться в своём прошлом и во всём содеянном. Я всё осознала. Доктор конечно говорил, что в моём поведении виноваты мои родители, и что прошлое оставило на моей психике серьёзные отпечатки, но я всё равно не перестала чувствовать себя виноватой. Потому что я виновата, не прошлое. Пару дней назад меня выписали, сказали принимать препараты и посещать психиатра каждый месяц. Мне сказали что я хорошо справляюсь. Я даже знаю как сделать ещё лучше, чтобы точно искупить свою вину, – Девушка уверенно посмотрела куда-то в сторону выхода с кладбища и сжала руки в кулаки. Ветер продолжал разносить цветочные лепестки вокруг могил и трепал волосы Кристы. По щеке вновь скатилась слеза. Криста смахнула её плавным движением и продолжила, уже чуть тише: – Знаешь, а ведь тогда я пыталась убить и себя тоже, – горько усмехнулась своим словам Криста и подняла лицо к небу, чтобы слёзы не лились из глаз, – Сразу после того, как поняла, что натворила, я порезала вены. У меня почти получилось, если бы не Джон с Аароном. Я благодарна им за спасение, ведь иначе не смогла бы прийти сюда и объясниться. Думаю, для этого судьба всё так и обернула, и я была спасена тогда. Я должна была сказать тебе эти слова. Сейчас же меня больше ничего не держит в этом мире, – девушка вновь посмотрела на выход с кладбища и на стремительно текущую реку через дорогу, – я должна была умереть тогда, но судьба даровала мне ещё один год. Этот год был дан мне для осмысления и раскаяния, и я потратила его так как надо, – Криста поднялась со скамейки и в последний раз взглянула на фото на надгробии. Слёзы, до этого сдерживаемые лишь силой воли, ручейками потекли по щекам, но ни один мускул на лице девушки всё ещё не дрогнул. – Прощай, Мелани, — вновь сглотнув ком в горле сказала Криста, и ушла, не оглядываясь назад. Переступив границу кладбища, Криста пересекла дорогу, которая отделяла кладбище от реки, и облокотилась руками на перила ограждения. Оценив скорость течения, девушка без раздумий с лёгкостью перелезла через ограду и встала к ней спиной, держась за перила руками. Криста посмотрела вниз и страх ненадолго разошёлся по телу, заставляя ноги подкашиваться. Ветер уже не был таким ласковым, он распахивал полы пальто, пробираясь под одежду и кусая пальцы рук, которые и без того сильно холодили железные перила. Выдохнув, Криста свесила одну ногу с ограждения, зажмурилась, и отпустила руки. Удар об воду заставил открыть глаза от внезапной боли и страха. Воздух, который немного задержался в лёгких, выбило напрочь, а тело онемело. Перед глазами была лишь мутная вода, а в голове сплошной белый шум, который звенящей тишиной вибрировал в черепной коробке. Последние фрагменты сознания темнеют, и наконец наступает облегчающая, свободная темнота...