не буду прежним

Пока Фол был укутан воспоминаниями, в которых он уже почти забылся, разум Джека так же был застлан пеленою. Вереница тех тёмных дней в его жизни всё четче и чётче всплывала у него в памяти. Постепенно его тело начала пронизать дрожь, из-за неё Доккинсон, медленно скатывался по стене на холодный кафель. Он старался как можно быстрее выйти из этого состояния, но оно только больше заключало тело мужчины в стальные цепи, которые, казалось, не дают ему даже вздохнуть. Джек смотрел в одну точку, он вовсе не понимал что происходит вокруг него. Он как будто снова начал осознавать, что стал тем, кого так старательно пытался скрыть в себе. Постоянная маска вежливого и уступчивого человека, сменилась на агрессивного и боявшегося снова привязаться человека. Но Доккинсон сидел на кафеле, он нервно трепал волосы, часто закрывал лицо руками, но он не позволял себе плакать. Однако, у него был способ, как не позволить слезам литься ручьём из его глаз. Джек, что есть силы давал сам себе пощёчину говоря: " Не теряй самообладание, тряпка. Теперь из-за каждого человека так убиваться будешь?! Да ты ничтожество, что просто не может с собой справиться." Его щека становилась алого цвета, после чего, мужчина, казалось бы абсолютно без сил окончательно лёг на ледяной пол. Он смотрел в полок, стеклянными и пустыми глазами. Ведь начало всплыть то злощастное воспоминание, когда весь его мир рухнул, оставившее после себя мелкие осколки, пронзающей болью отзывающееся в сердце. Джек был трудным подростком, однако его родители не сильно ругались на его какие-либо выходки. Его мать Джейс Доккинсон и отец Мартин Доккинсон очень любили друг друга, у мужчины была по-настоящему любящая семья. Родители всегда поддерживали Джека, проводили с ним много времени, уделяли ему достаточно внимания, каждые воскресенье они ходили в кино. У парня с самого детства было много друзей, некоторые и приходили, и бросали, что почти его не задевало. Он всегда был душой компании, потому, привык находиться во внимании, его это даже забавляло. Однако, непостоянство было главной проблемой Доккинсна, хотя раньше ему эта черта совсем не доставляла проблем. В следствие чего, в 15 лет, он решил, что наигрался. Ему надоел большой круг друзей, он хотел одного друга, с которым он бы чувствовал себя полноценным собеседником, а не шутом, подстраивающимся под всех. В его классе был мальчик, который сидел у окна, и почти всегда молчал. У него не было рвения дружить с самым популярным парнем школы, вероятно, у него были другие приоритеты и Джеку понравилась эта неординарность. Зимой, 14 декабря, после 3 пары, он выждал парня и спросил: "Эм, прошу прощения, а вам в какую сторону?" - для самого Джона было удивлением такое официальное обращение к однокласснику. Однако,его с самого детства учили манерам. На что тот просто показал пальцем, в нужную сторону и так они дошли до дома молчаливого парнишки. "А как тебя хоть зовут?"- неуверенно спросил Джек "Льюис."- отрывисто ответил парень. Затем, они оба непроизвольно улыбнулись друг другу, от чего и покраснели. Состояние Доккинсона в тот день было странным. Хотя именно с этого дня, начиналась дружба. Льюис и Джек ходили вместе в школу и обратно, а так же ходили гулять и устраивали уютные вечера, когда они ходили по тёмным улицам, а затем пробирались по-тихому к Льюису на чердак, ведь у него был частный дом. На чердаке они постоянно делились секретами и рассказывали интересные истории. Так проходил, год за годом. И время подошло уже к выпускному. Это был особый день для всех, поэтому все пришли в красивых костюмах. Всё внимание Джека было на Льюисе. Ведь его светлые кудрявые волосы ослепительно поблёскивали на солнце, а красивый костюм, с белой облегающей рубашкой смотрелся на нём прекрасно. Он выглядел словно ангел. Джек почти весь выпускной был рядом с Льюисом. После торжественной части и кафе, где все конечно же напились, Джек повёл друга на улицу. Они остановились напротив порта, затем парень нежно провёл ладонью по его румяным щекам, а затем их губы нежно соприкоснулись в этом поцелуе пьянящем их обоих, как казалось Доккинсону. Он хотел вечно наслаждаться пухлыми губами Льюиса, да и вообще самим парнем. После чего, не выдержав, он произнёс: "Знаешь, все эти годы, мы были настолько близки, что я и не заметил, что прошло столько времени. Мне казалось, что ещё ближе нельзя быть, и я бесконечно хотел быть лишь с тобой. Но ведь бесконечность не предел, а значит и мы можем быть ближе." Затем, он снова потянулся к парню, однако тот, чуть отпрянул назад. Сначала Доккинсон ничего не понимал. Но Льюис начал объяснять, что Джек такое говорит из-за действия недавно выпитой бутылки виски. В тот момент Джек не хотел слышать ничего подобного, ведь он привык, что всё идет так как хочет именно он. И внезапный приступ агрессии вдруг накрыл и поглотил Доккинсона. Он начал кричать и трясти за плечи своего друга. Казалось он накинется на него с кулаками. Было часа 3 ночи, и небо уже не было затянуто синевой глубокой ночи. Но некоторые переулки наводили ужас, так в один из них побежал Льюис. Джек одумался, что отпустил его одного в незнакомый переулок поздно ночью. На часах было 3:30 и Джек побежал искать искать друга. По правде говоря, поиски продолжались безуспешно. Затем, когда он дальше шёл по ещё одному переулку, уже был рассвет и проглядывающийся свет уже освещал путь. Впереди был ещё один переулок, когда он увидел нечто алое на асфальте. Вещество выглядело так, будто его недавно разлили. Джек реши пойти "по следу" и первое что ему бросается, это контраст между багряной жидкостью и светлыми, словно палящее солнце волосами. Этот контраст был ужасающим. Доккинсон сразу же падает на колени, начинает трогать холодные, ещё не успевшие посинеть губы парня, затем начинает трясти тело, прислоняется к груди. Того всегда трепещущегося стука сердца уже не слышно. Время 4:00, багряный закат, алый ручей крови и, стоящий с дрожащими руками, на коленях Джек, над ещё не успевшим остыть телом своего единственного друга.