Заставь меня поверить

В комнате поглощался весь свет от потолочных ламп, придавая опасности, и только зажатый в руке канделябр давал призрачное ощущение спокойствия. Когда глаза привыкли к полумраку девушка осмотрелась: темно-зеленые обои, портреты, на которых невозможно было рассмотреть лиц, на стенах. Справа от нее стоял большой книжный шкаф, которому, казалось, не было конца, а подле расположился величественный хоть и старый, ухоженный камин, что придавало ему новый вид. Несколько черных кожаных кресел и низкий столик находились в небольшом расстоянии от него. Комната всем свои видом показывала богатство ее хозяина. Она была незнакома Гермионе, даже больше того, она бы с радостью коротала там спокойные вечера, будь там немного посветлее. Внезапно где-то за ее спиной послышался нечеловеческий, но полный боли рык и от испуга, резко повернувшись к источнику звука, волшебница выронила подсвечник и потянулась за палочкой, которой не оказалось на привычном месте. Свечи потухли во время падения и в комнате воцарился мрак. Наступила тишина, которая заставляло девушку дрожать. Глаза постепенно привыкли к отсутствию света, и девушка заметила величественную дубовую дверь, за которой возобновилось рычание. Страх сковал от осознания необходимости выйти к возможно раненому неизвестному существу. Собравшись с мыслями, девушка приблизилась к двери, все еще решая, готова ли она пойти в неизвестность, и, приложив немного усилий открыла дверь. Яркий солнечный свет ослепил девушку от чего она ненадолго зажмурилась. Она оказалась в большом саду с множеством голых деревьев и кустов. Она даже не сразу заметила зеленый лабиринт. Холодный морозный ветер моментально заставил девушку сжаться, была зима. Неведомая сила тянула Гермиону вглубь и не оглядываясь, дабы не спугнуть порыв смелости, девушка шагнула на белоснежное покрывало. Ногу мгновенно обжег холод и только сейчас она обратила внимание на босые ноги и свой наряд. Легкая белая туника не способна была согреть и становилось зябко. Но это не остановило ее, и она с большими усилиями несмотря на холод начала идти по зову, но не пройдя и трех шагов как это дрожь от холода прекратилась, что не могло не радовать. Она чувствовала, что нужно спешить, иначе случится что-то плохое, и тогда перешла на бег. Вскоре, на снегу она заметила небольшие капельки крови. Сердце сжалось, но она продолжала бежать. Следы вели по лабиринту чем дольше она бежала, тем сильнее стучало сердце. Совершив последний поворот, она стояла напротив пустой белой беседки. Время, и шум ветра как будто прекратились. Она снова оказалось в тишине, но не такой, как в доме, а в той, что можно было, прикоснутся к ней, протянув руку. Тревога начала бить по сознанию, неведомы голос кричал, что ей нужно повернуться, а на место волнения к ней вернулся страх. Девушка медленно поворачивалась, как бы боясь спугнуть то, чего она еще не видела. На снегу лежал белый, с зеленоватыми гребнями, дракон, внимательно наблюдая за ней серыми, но отчего то знакомыми глазами. Волшебница замерла в оцепенении. В голове царил хаос от мыслей и планов действий, ведь если он решит напасть, девушка даже не сможет спастись без волшебной палочки. Но он не нападал. Поэтому, она, не решаясь шелохнуться, осматривала его. Он был необычайной красоты, почти вся его чешуя, кроме красного пятна на боку, сияла на солнце словно брильянты. Пятно. Кровь. Дракон был ранен. В его серебристых глазах сочились слезы, но он тщетно старался их скрыть. Гермиона сама не поняла, как она неосознанно пошла к нему. Но когда она осознала это, было уже поздно, и она продолжила аккуратно приближаться. Вытянув правую руку к нему ладонью к земле в знак дружелюбия, она остановилась в метре от него. Дракон все так же лежал и наблюдал за ней, на секунду ей показалось, что он готов к атаке, но существо лишь поднял голову к ее руке, подавшись ближе, как бы разрешая ей коснуться. Его холодное тело было приятно на ощупь, и на душе Гермионы воцарилось спокойствие, которого она так долго жаждала. Этот жест казался очень интимным, прерывать его не хотелось, но через минуту, он медленно отстранился. - Я хочу помочь… – прошептала девушка животному. - Мне нельзя помочь. – прозвучал бархатный мужской голос, который однозначно принадлежал бы человеку, если бы они осознание того, что кроме нее и дракона тут никого нет. Внезапно все перед глазами померкло, но проваливаясь в пустоту она все еще слышала его голос. - Я спасу тебя, Гермиона Грейнджер. И буду рядом. А темнота все больше обволакивала ее. Открыв глаза, она все еще слышала тихий голос из сна. Как бы она не пыталась убедить себя, что это - просто сон, в душе ей что-то подсказывало, что это было неким предзнаменованием. Белоснежный дракон не выходил у нее из головы: ни когда она принимала ванну, ни когда выбирала себе наряд на день. На улице был ливень, казалось, что вчерашней безоблачной погоды и вовсе не было. Черные тучи перекрыли небо и единственное, что ей хотелось это надеть теплый свитер и просидеть в библиотеке до ночи. Чем, собственно, она и планировала заняться. Со всеми своими проблемами она совсем не появлялась в ней, хотя раньше ее сложно было оттуда вытащить. Надев коричневый широкий свитер с черными штанами, и обув белые кроссовки, девушка скептически себя осмотрела. - Магловская одежда все так же прекрасна и удобна. Синяки под глазами за один полноценный сон стали немного светлее, но не ушли. А из-за нежелания есть она немного похудела, что, не особо было заметно для всех. Воспользовавшись косметикой, она привела себя в порядок, затянула невысокий хвостик и пошла на завтрак. Вышла она немного раньше для того, чтобы прогуляться по еще пустым коридорам школы и для того, чтобы не встретить никого из знакомых. Раньше восьми мало кто покидал свои гостиные в воскресенье. Все старались максимально урвать драгоценные минуты сна. В 8:00 она уже сидела за пустым грифиндорским столом и ела кашу со сливками. Патока, которую она всегда тщательно перемешивала с кашей придавала потрясающий вкус и чем придавала плюс несколько баллов к настроению, на секунду она подумала, что все не так плохо как кажется. Все-таки, она в школе, где ее ценят. У нее есть хорошие подруги, которые могут защитить или в крайнем случае вместе с ней напиться. Она пережила войну и сможет вернуть память родителям, главное, немного потерпеть. Погрузившись в свои мысли, она совсем пропустила момент, когда зал наполнился людьми. Она бы так и витала в облаках, пока возле нее не приземлилась белоснежный филин с привязанным к лапе свертком. Он смотрел на нее с безразличием, как будто ожидая, когда она снимет с него ношу. Удивившись настолько ранней почте, она отвязала узелок, и хотела бы покормить животное, но он только отвернулся и вспорхнул. Сверток оказался небольшим, но увесистым, и хоть волшебницу распирало от любопытства, что же это могло быть, она положила его в сумку, решив открыть в гостиной. Когда она уже заканчивала прием пищи на ее плечо опустилась рука, побуждая ее обернуться. За спиной стояла неожиданная компания. - С днем рождения тебя! – пропел Гарри -С днем рождения тебя! – Пенси - С днем рождения, дорогая Гермиона! – Луна - С днем рождения тебя! – подхватили песню Джинни, Джордж и Блейз. - Пусть никакие уроды тебе не мешают жить – пожелала Паркинсон в своем репертуаре. - И что бы мы были друзьями до последнего - Гарри, вообще то лучше сказать «навсегда», но я с тобой согласна – приобнимая своего парня поправила его Джинни. Шок от внезапного появления друзей постепенно сходил, пока они распылались в пожеланиях. И на лице Грейнджер появилась искренняя улыбка. - Ребята, спасибо, я даже забыла. – а ведь и в правду, она забыла о том, что сегодня, 19 сентября ей исполнилось уже девятнадцать лет. – Спасибо… Я даже не знаю, что сказать… - Ничего не надо, лучше бы обняла каждого из нас – усмехнулся Забини своей фирменной улыбкой, подмигивая и захватывая ее в теплые объятья – с днем вылупления из скорлупы, храбрая грязнокровочка. Перед глазами возник образ дракона из сна, но волшебница быстро выкинула из головы, выбираясь из рук мулата. Долго уговаривать Гермиону не пришлось, и она кинулась в объятья сначала к Джинни потом к Луне, Пенси и остальным. Каждый из них дарил ей свертки разных размеров, отчего она все приговаривала, что не стоит, но все-таки положила их в сумку. - Герм, а это… От мамы… Лучше открывать, когда будешь одна, она так попросила. – Джордж передал небольшой конверт, с извиняющимся взглядом. - Ой… Ну… Д-да, конечно. Спасибо. И за вч… - Не стоит, не вспоминай… Когда с поздравлениями было покончено, друзья сказали, чтобы Гермиона посетила гостиную Грифиндора около шести вечера, и что ее ждет сюрприз. - Вы все там будете? – удивилась девушка, когда речь зашла про Грифиндорскую башню. - Конечно, а в чем проблема? – недоуменно поинтересовался Гарри. - Ну, Пенси и Блейз со… - Принадлежность к факультету не означает что мы пропустим вечеринку подруги. – засмеялся Забини. - И даже грифиндорцы не будут против? - Скажем так, у нас договоренность. – скорчил заговорщескую рожицу Джордж. - Какая же? - Скидки во вредилки, конечно же. - Видимо, библиотека на сегодня отменяется – пронеслось в мыслях у девушки, отчего она улыбнулась – зато побуду с друзьями. Плохое настроение окончательно покинуло свои владения, и она даже не задумывалась о том, что еще вчера вечером она смотрела на себя и не знала как жить дальше. По пути в башню она, улыбаясь, принимала поздравления от знакомых и преподавателей. Кто-то даже спросил как она себя чувствует после вчерашнего и всучил ей свежий выпуск пророка для ознакомления, но она лишь запихала его в сумку, стараясь не думать о том что могла написать Скиттер. - Ну уж нет, ничего не испортит мне настроение. Только не сегодня. Уже в гостиной она начала разбирать подарки от своих друзей, усмехаясь их не оригинальной фантазии. Книга Рея Бредбери от Гарри, косметика от Джинни, какое-то странное украшение в форме репы от Луны, Браслет и ожерелье от слизеринцев и флакон духов от Джорджа. Ничего удивительного, но было безумно приятно. Добравшись до письма, у волшебницы стало тревожно на душе. Все-таки, она догадывалась что может быть там написано.

«Дорогая Гермиона, я была поражена до глубины души тому, что ты не сказала об этом и поведением своего сына. Я понимаю, то, что я его мать, возможно ты боялась, что встану на его сторону (хотя это невозможно в здравом уме) но я не воспитывала Рона таким. Его испортило общество и популярность, дементор его дери! Но ты мне стала как вторая дочь, и я искренне сожалею о том, что Рональд совершил такой поступок. Я обещаю, что в наших с тобой отношениях ничего не изменится. Ведь я очень тебя люблю, как и его… Я прогнала его… Джордж защитил твою честь и больше он не вернется в Нору, но я очень надеюсь, что ты посетишь нас. Я не воспитывала его таким подонком, он совершил ужасное… Но я надеюсь, что ты справишься с этим. И знаешь, я бы пожала отпрыску Малфоев руку за его поведение и твою защиту. (Ты знала, что он сломал Рону ребро? Надеюсь, этот слизеринец целым остался.) Скорее всего, письмо ты будешь читать уже утром, поэтому я хочу поздравить тебя с твоим днем рождения. И хочу, чтоб ты была всегда счастлива. (И не забывай про нас – стариков.) Пусть в твоей жизни сложится все как никогда удачно.

Искренне твоя, тетушка (а скоро и бабушка) Молли Уизли. Надеюсь на ответное послание и скорейшую встречу»

Гермиона, конечно, знала, что Молли справедлива, но так же она понимала насколько она любит своих детей. Она даже и предположить не могла, что она будет способна отказаться от собственного сына за такой проступок. И это было последним, что она могла рассказать ей, хоть и относилась к ней как к матери. Быстро написав ответ, спросив про здоровье Флер и беременность Гермиона отправила его. На душе стало горько за эту женщину. Хоть она и казалась сильной, она знала как ей больно и плохо. Да и на письме в некоторых местах была потекшие чернила, скорее всего от падающих на пергамент слез. Невольно по щеке скатилась слеза от мыслей о Молли и Артуре, но быстро заперев горькие чувства под замок Гермиона начала было готовиться к празднованию ее дня рождения. Но все шло наперекосяк и, вызвав подмогу в лице Паркинсон, девушка села читать книгу, подаренную Гарри. Когда Гермиона дочитала уже половину книги в ее дверь требовательно постучали. Взглянув на часы, которые показывали час дня девушка пошла открывать. - Готова стать самой красивой девушкой на вечеринке? – ухмыляясь зашла Паркинсон. - Только при условии, что я буду похожа на себя. - Гермиона, я не собираюсь тебе рисовать новое лицо и наряжать в мини юбки, я лишь приукрашу твои достоинства. Хоть я бы очень хотела на это взглянуть. – Пенси расхохоталась. - Тогда я вся твоя. – смиренно произнесла Гермиона. - Ну, показывай, что у тебя есть. Ураган Паркинсон рылась в ее шкафу постоянно небрежно отбрасывая вещи на пол позади нее. Сначала, хозяйка комнаты пыталась хоть что-то убрать, но после лишь села на кровать, наблюдая и тихо посмеиваясь от негодования подруги. После того, как весь гардероб оказался на полу, возмущенная слизеринка просто упала без сил на кровать прямо возле Гермионы. - Скажи мне, Грейнджер, ты из принципа не носишь яркие вещи? – развалившись на кровати прошипела Пенси. - Ну а чем плох мой стиль? - Тем, что из всего что я увидела там, можно пойти только на прогулку по магловскому парку. - А ты была в магловском парке? – скрыть удивление в голосе не получилось, за что Гермиона получила взгляд, полный негодования. - То есть, по-твоему, я из магического мира не вылазила? - Ну да… - Ну и глупая раз так считаешь. – рассмеялась слизеринка. – Я была в Грин-парке и там продавали очень вкусное мороженное, вот честно, тогда я готова была скупить все виды, чтобы попробовать. На мне тогда было длинное сиреневое платье… Это было на четвертом курсе… Эх, как же я хочу туда еще раз… - Ты и сиреневый? - Ну да, мне нравятся нежные тона. Но… Маме они не нравились. Ей только аристократские насыщенные цвета подавай. Пиздец. - Я узнаю о тебе все больше и больше. А почему сейчас не носишь такие вещи? -У меня есть пара платьев в гардеробе, но… - начала было Паркинсон, но внезапно ее глаза округлились, и она подскочила с кровати и вылетела из комнаты, лишь бросив в след что-то по типу никуда не уходи. - Да куда я уйду то… - протянула Гермиона уже закрывшейся двери. Спустя пятнадцать минут Пенси уже снова стояла в комнате Гермионы с кучей одежды в руках и счастливой улыбкой на лице. - Ты пойдешь в одном из этих платьев! – воскликнула по-ребячески слизеринка. – Выбирай то, что более для тебя приемлемо, а потом выберу я, потому что, что-то мне подсказывает, то что хочу я, вряд ли ты наденешь. Пенси заставила платья левитировать в воздухе, а Гермиона не могла отвести глаз от нарядов. Там были от длинных элегантных вечерних платьев до сексуального (по словам слизеринки, конечно) пошлого мини, которое едва что-то прикрывало. - Подожди, Пенс, это все помещается у тебя в шкафу? - Грейнджер, ты волшебница или нет? Заклятие расширения в непростительные не записывали. - Мне нравится синее… - Тогда примерь и поскорее. А то твое день рождения начнут отмечать без тебя. - Ты не могла бы… - замялась Гермиона - А да, я отвернусь. Быстро надев платье, она попыталась посмотреть в зеркало, но поняв, что подруга левитировала его в гостиную, подала знак что бы она поворачивалась. - Мерлин, ты прекрасна! - Правда? - Да! Гермиона, это определенно да! Пенси принялась за волосы Гермионы, напевая себе под нос. Позже последовал макияж. Пусть даже они использовали магию, на это потребовалось слишком много времени. - Ну а теперь туфли… - Пенс, тут каблук больше, чем моя самооценка. - Ну и что? - Я не смогу долго на них ходить… - Сразу видно маглорожденная. – засмеялась слизеринка. – Надевай быстрее. Как только Гермиона надела туфли, подруга произнесла заклинание и в них стало ровно так же удобно, как и в привычных ей кросовках. Взяв обещание поделиться заклинанием после праздника, грифиндорка начала уговаривать Пенс вернуть зеркало. - Подожди, я тоже оденусь и приведу себя в порядок и вместе посмотримся. Спустя пару минут слизеринка стояла уже в янтарно красном облегающем платье чуть выше колена и боевым расскрасом. - Погоди, ты издевалась надо мной в течении нескольких часов, а сама собралась за пару минут? - Просто я знала, что хочу сделать. А с тобой я подбирала и экспериментировала. - Надеюсь, я не испугаюсь себя… - В обморок упадешь. - Что?! - От своей красоты, моя милая Гермиона. От красоты. В комнате появилось зеркало и увидев девушку в отражении, она не сразу признала там себя. Нежный макияж с акцентом на стрелки, делали синяки под глазами незаметными, а глаза выразительнее. Шикарные локоны были прибраны, что бы не мешали на затылке, только лишь две передние пряди обрамляли ее лицо. А синее приталенное платье чуть выше колен с рукавами в три четверти подчеркивали фигуру и даже декольте не смущало Гермиону, а лишь раззадорило. Благодаря каблукам ее стройные ноги казались еще длиннее. К отражению подошла эффектная черноволосая девушка и тихо прошептала что-то вроде: «я же говорила, ты - красотка». - Мне кажется, здесь не хватает украшений… - Дементор, я забыла их взять, а до подземелий уже поздно идти… У тебя есть что-нибудь? - Паркинсон, выпей что-нибудь для памяти. – засмеялась гриффиндорка и достала из прикроватной тумбы браслет и колье. - Ты хочешь надеть наши с Блейзом подарки?! – в глазах читался восторг. - Именно. - Звучит как ахуенная идея, Грейнджер. Давай я застегну. – Пенси выхватила из рук Гермионы украшения и взяла ее правую руку. - Я са… - Это что? – произнесла слизеринка, смотря на свежие порезы на руке. - Отпусти. - Ты причиняешь себе вред и скрываешь это… - Пенс… - Зачем? - Мне было плохо, ясно? А теперь отпусти мою руку. - Но ты могла сказать мне. – Паркинсон подняла на нее глаза, полные непонимания. – Мы бы справились вместе. - Нет. Это мои проблемы. И не твое дело. - Я хочу помочь, Гермиона. - Мне нельзя помочь. Перед глазами снова появился момент из сна с драконом, только вот теперь она сама ощутила себя этим драконом и отчего то стало горько. - Я наложу тебе скрывающие чары… - Хорошо… - дождавшись, когда порезы скроются под чарами, девушка взглянула на часы. - Уже шесть, идем. На этом диалог подруг закончился. Пенси не хотела ссориться, а Гермиона уже не хотела это обсуждать. Поэтому девушки выдвинулись в сторону гостиных Грифиндора в полной тишине. Грейнджер понимала, что она отталкивает так подругу, но еще хуже было бы если она начала ее жалеть. Она не нуждалась в жалости. Ей нужно было лишь спокойствие. И немного веселья. - Здравствуйте, Розита. - Гермиона, как давно мы не виделись. Я так скучала. С днем рождения, милая. Я подготовила оду в честь тебя… - Я бы с радостью послушала, но мы торопимся, пустите нас пожалуйста. - Охх, ладно, в следующий раз. – Полная дама заметно помрачнела, но старалась не выдавать своих эмоций, но все же улыбнулась девушкам. Когда картина отодвинулась Гермиона с Пенси вошли в гостиную и на них сразу посыпались конфетти из блесток с криками поздравления. - Спасибо, спасибо большое! – грифиндорка улыбалась, но уже не искренне. Улыбка была полностью наиграна, но никто этого не заметил. Все-таки, она мастерски научилась скрывать свои эмоции. Остаток вечера она провела в компании друзей, алкоголя и возгласов о ее красоте и мужественности. Но как бы она не хотела забыться, у нее это выходило отвратно. Ближе к двенадцати ночи, когда уже половина друзей были в бессознательном состоянии от выпитого, а вторая половина ушла спать Гермиона начала собираться уходить, но ее окликнул знакомый голос. - Гермиона, подожди. Давай я тебя провожу. - Джордж, я была бы признательна. – улыбнулась парню грифиндорка, выходя из гостиной. Первые пару минут они шли в тишине, но Уизли не выдержал первый. - Я сейчас кое-что скажу, но пообещай, что ты выслушаешь это до конца, ладно? - Ты меня пугаешь… - Ты не испугалась Волон-де-морта, и боишься меня? - Не то, что бы… - Я не сделаю ничего, чего бы ты не захотела, не переживай ладно? Я только провожу и поговорим. - Хорошо. - У нас с Фредди была договоренность, что чтобы не случилось, кто бы не погиб на войне мы будем защищать семью и вас с Гарри. Но когда я узнал, что Рон начал употреблять и выставил тебя виноватой я был шокирован даже больше, чем когда увидел тебя с Паркинсон. Когда ты ушла, мне рассказали еще и о его попытке… Извини, будем называть вещи своими именами. О его попытке тебя изнасиловать. Кстати, тогда выяснилось, что он и тогда уже был под этой дрянью. Перед глазами появился Фред и как мы обещали друг другу. Я был в смятении, он моя семья, а ты… Тоже семья, получается… В голове что-то перемкнуло, и я бил его. Вбивал в землю. Мама кричала, Джинни пыталась оттащить, Гарри стоял и молчал… А в голове Фред и «защити ее». Тогда я понял, что еще одного брата у меня не стало. Но я не смогу… Потерять… Он все-таки брат… И… - Джордж… - Я понимаю, ты бы не хотела… Но маме тоже тяжело… Мы отправили в Святой Мунго не потому, что сильные травмы… Там только ушибы… Мы… Отправили лечиться от… - Джордж, я не прошу от него отказываться… Я не хочу, чтобы от него отрекалась его семья… - Правда? - Ну конечно! Джордж, он твоя семья… И только вы можете его направить на правильный путь… - А ты? - Я – это я. Я не хочу его знать. У нас с ним ничего будет. Но это не значит, что вы должны похоронить его в своих жизнях. - Ты хороший человек, Гермиона. И хорошая волшебница. - Не такая уж и хорошая, раз не могу восстановить память родителям после Обливейта… - У тебя получится. Я верю… - Наверное. Но мы уже пришли. Спасибо что проводил. За разговором дорога оказалась слишком короткой, но ее башня стала для нее спасением. Еще пара минут и она бы разревелась. - Наконец-то все закончилось. Разговор с Уизли выбил ее из колеи, она не переставала думать о том, что они делали все это ради нее, а она ведет себя как гребанная эгоистка. Ее телом и разумом овладевала истерика. День был богат на эмоции. Это было слишком сильно для нее. Девушка медленно приблизилась к камину, на котором стояли разнообразные статуэтки, которых ранее она даже не замечала. Взяв одну, она узнала изображение. Салазар Слизерин. В голове проносились воспоминание о том, как она с Роном попала в тайную комнату, и он уничтожил его медальон мечом Гриффиндора. А еще их первый поцелуй. Статуэтка, полетевшая в противоположную стену, разбилась с характерным звуком. Но девушку уже невозможно было остановить. Следующая была Хельга Пуффендуй. Чаша. Кондида Коктевран. Диадема. Годрик Грифиндор послетел вслед из-за Дамболдора, который оставил их воевать одних. Как бы она хорошо не относилась к директору раньше, сейчас она начала его ненавидеть. - Почему он просто не мог с помощью Маховика времени убить Тома Редла?! Старый дурак! – кричала Гермиона. – Дурак! Ненавижу! Обессиленная девушка опустилась на диван, прикрыв глаза. - Соберись, Гермиона. Ты справишься. – старалась успокоить себя волшебница. Завтра ей будет стыдно за эту разруху. Но сейчас ей было все равно. Она чувствовала себя опустошенной, но одновременно полной чувств. Она оглядела комнату и заметила на кресле ее сумочку, моментально вспомнив о посылке доставленной утром. Но первой она достала газету, и пересилив себя начала читать, что же написала репортерша о вчерашнем.

РОНАЛЬД УИЗЛИ НАХОДИТСЯ В БОЛЬНИЦЕ СВЯТОГО МУНГО

Отдыхающий в компании своего брата Джорджа и лучшего друга, по совместительству Мальчика-который-выжил-умер-и-снова-выжил, Гарри Поттера настигла ссора. И даже в этот раз яблоком раздора послужила когда то их подруга Гермиона Грейнджер. Очевидцы рассказали, что мужчины спокойно сидели, как вдруг к ним подошла Гермиона и завязался конфликт. И вы не поверите, с ней находилась Слизеринсткая принцесса Пенси Паркинсон, на удивление, она назвалась ее "солнце". Может там даже романтические отношения? И именно это послужило причиной наркотической зависимости Рональда Уизли? В любом случае, Грейнджер быстро покинула Три метлы, но в дальнейшем братья Уизли общались на повышенных тонах, а спустя некоторое время Рональда опознали в больнице. Я буду расследовать это дело и держать вас в курсе событий, ваша рабыня Рита Скиттер. И пусть ни одна сенсация не пройдет мимо"

Шок, от прочтения овладевал Гермионой, но сил злиться уже нет. Она обессиленно швырнула газету к осколкам статуэток. - Когда же эта Скиттер уймется? Пошарив в сумке волшебница все таки нашла посылку, и еще несколько секунд думала, кто же мог быть отправитель. Но когда в голову так и не пришло ничего путного, она решила посмотреть, что там. В черной бархатной бумаге лежала старинная книга Шекспира. Открыв титульный лист, она не поверила своим глазам. Это самое первое его издание, так еще и не исправленное по требованиям цензуры, которую в Лондоне просто не достать, Ромео и Джульеты. Такая книга была в единственном экземпляре. И сейчас Гермиона держит ее в руках. - Должно быть, это стоит бешенных денег… Между страницами лежал лист пергамента в качестве закладки. В глаза бросился текст.

«Но будь любовь слепа, она так метко Не попадала б в цель.»

- И вправду, а любила ли я? – произнесла Гермиона переворачивая пергамент, всматриваясь в аккуратный красивый почерк.

«Ненависть — полезное чувство, где-то сродни любви: такая же сильная и мощная…»

Перебирая в мыслях, кто мог отправить ей такой дорогой подарок, девушка не могла даже представить. Точнее могла, но всеми силами пыталась доказать, что ошибается. - Это все равно слишком дорого… Сил подниматься к себе в комнату не было, а ее соседа по башне не было уже продолжительное время, поэтому она позволила себе прилечь, размышляя о таинственном отправителе. Так девушка забылась в беспокойном сне прямо на диване, прижимая к себе пергамент с одной лишь фразой и ненависти.