Possession

— Алло? Раннее утро не радовало. И даже не своим фактом существования, а простой вещью — мне позвонили. Я знала, что Том может найти информацию в любой момент, но не ожидала, что он сделает это так быстро. — Прости, что разбудил. — Он улыбается в трубку. — Но, я кое-что нашел. — Вещай. — Я вскочила с постели, принимая сидячее положение. — В общем. Ты говорила о любых странных штуках. В плане тень ромба или тату. Я нашел подобное в архивах. Пару лет назад какой-то художник запечатлел странного человека, чья тень напоминала ромб. Хоть он все и отрицал, наш специальный отдел давно за ним наблюдает. Донован Миднайт. Тебе говорит о чем-то это имя? — Понятия не имею. — Отлично. Но, факт остаётся фактом: он полностью попадает под описание. В плане, синие волосы, фиолетовые глаза, татуировка в виде ромба на лбу, другие тату по всему телу и очень странная тень. Он не числится в базе преступников, исправно выплачивает кредит на жилье, работает в удаленном режиме в сфере айти технологий и каждое утро в восемь тридцать гуляет с собакой в парке по улице Мидлтон. — У нас нет такой улицы. — Ах да, забыл сказать, что он живёт в другом штате. Я бы сказал, в другом конце страны. — Классика. — Я тяжело вздыхаю. — Сколько до него ехать? — При скорости в среднем шестьдесят на загруженных дорогах и сто двадцать на голой трассе, то через сутки доберешься. — Сутки? На сутки оставить одержимого демоном брата одного? — Он что-то за эти сутки натворил? — Ну, ничего такого, не считая того, что он выбросил кучу нужного хлама из моего чердака и перекрасил волосы в блондинистый. — Я обожаю этого демона. — Смеётся Китти. — Напомни, как его зовут? Я хочу в следующий раз призвать его. — Даже и не думай, Томас Честер Китти. — Ладно-ладно, я просто пошутил. Я могу заехать за тобой, если хочешь. — Буду не против. — Тогда жди через два часа. Когда он бросил трубку, моя мысль, пришедшая первее пробуждения была: «о боже, он увидит Билла». И что я хочу сказать. Сработала она не хуже будильника. Я буквально подорвалась с кровати, будто меня пчела ужалила и резво побежала в душ, наскоро приводя себя в порядок. Уже внизу я поняла, что мои страхи были напрасными. Билл спал. Победа человеческого организма над демоном! Но, волнение всё ещё оставалось. Ведь у него мог быть чутких сон. А значит любой лишний шум его разбудит. Пришлось вести себя тише. Почти бесшумно копошится на кухне, готовя себе припасы, собирать вещи в поездку и даже пить кофе, почти холодный. Посуду только мыть было не бесшумно. Но, если его не разбудили другие мои копошения, то… — Доброе утро, Звезда. От внезапного голоса Билла я подпрыгнула, может, на метр в высоту, уронив пресловутую чашку во второй раз. На этот, с печальным исходом. — Ты меня напугал, дебил! — Я кинула в его уже ухоженное лицо мокрым полотенцем. — Я мог бы извиниться, но не буду. Разве что вопрос задам: куда собралась? — Тебе-то какое дело? — Я зло швыряю в урну осколки кружки, пытаясь угомонить этим бешено стучащее сердце. — Важно знать, на кого оставишь дом. — Он широко улыбался. — На Диппера. — Я выхватила из рук Сайфера полотенце, наскоро вытирая влажные руки. — Беспомощного призрака? Будто он остановит меня от захвата мира и его аппетитных булочек. — Тронешь брата — убью. — Уже тронул, детка. — Билл подмигнул. — Ты чутка опоздала. — В общем, ты понял, что я имела ввиду. Просто, будь паинькой и сиди дома. — Никогда в жизни не был паинькой. — Тогда этот раз в своей жизнь будь. — Только если твой братец меня поцелует. Я закатила глаза. Тут спорить было бесполезно. Через пару минут должен был явиться Томас, поэтому дальнейшие уговоры я прекратила. Махнула рукой на прощанье, взяла вещи, провизию и по звонку телефона быстро покинула дом. Оставлять на Билла жильё было тем ещё риском. Но, как говорится, кто не рискует, тот демонов не изгоняет. Так ведь? Я была в этом не уверена. Но на все сто уверена в своем брате, что даже в облике призрака не даст этому демону спокойно захватывать нашу вселенную. В машине Томаса приятно пахло сосновым освежителем. Понятия не имею, почему ему так приелся именно этот аромат, но спорить с ним не стала, просто наслаждаясь. Он же в свою очередь выглядел весьма радостным, сверкая тёмными глазами через линзы очков. По радио играла какая-то незамысловатая песня, ритмичная и веселая. Я бы отнесла ее к разряду тех, что включают в дальние поездки. Конечно, не из разряда поиска ещё одного геометрического демона. Скорее, просто путешествие из точки А в точку Б. Но, если напрочь забыть о том, что у меня дома брат-призрак, демон в теле брата и полнейший беспорядок, то песня мне даже нравилась. Особенно в исполнении Китти, подпевающего ей в полный голос. Его пушистая, светлая челка растрепалась, а очки почти слетели с переносицы от того, как он активно машет своей головой в ритм приставучей песни. Заразительно. Я улыбаюсь и отворачиваюсь к окну. Городской пейзаж уже давно сменился какими-то полями, надеюсь, без инопланетных треугольников, и лугам, покрытым зеленью. Солнечные лучи поблескивают в ярком изумруде растений, переливаясь разными цветами, словно на волнах большого океана. Я делаю пару фотографий. Везёт, что они относительно не размыты. Будет чем поделиться с подругами. Вновь смотрю на Тома. Он уже прекратил размахивать головой, хотя прежний беспорядок все же остался на его голове. Я слегка поправляю попавшие в глаза пряди, на что он лишь благодарно улыбается, продолжая петь. — Признайся, Китти, ты поехал только ради того, чтобы петь в машине. — Как ты узнала? — Он делает удивлённое лицо, но тут же начинает смеяться, чуть не ударяясь головой о руль. — Я читаю мысли. — Правда? — Он ещё больше улыбается. — И о чем же ещё я думаю? — О коробке твинки в твоём бардачке, которую ты хотел захомячить в одно лицо. — Ты ведьма. — Он удивлённо хлопает пышными ресницами. — Теперь я обязан поделиться с тобой твинки? — Да! Твинки! Удерживая рукой руль, второй Том полез в бардачок, доставая ту самую упаковку со сладостями, отдавая мне ее в руки. Я ловко распаковала упаковку, извлекая оттуда две сладости. Одну съела сама. Вторую же впихнула в требовательно разинутый рот Китти. Тот довольно что-то муркнул и опять перевел взгляд на дорогу, жуя. Как огромный кот, честное слово. Я улыбаюсь своим мыслям. — Эй, Мейбл. — Вдруг заявляет он, как только его рот освободился от сладости. — Это ведь получается, что мы на свидании? — Нормальные свидания не проходят в поисках демонов. — А может мы любители ненормальных свиданий. — Я бы скорее сказала, что очень странных свиданий. — Так ты согласна? — Он радостно мне улыбается, вновь сверкая глазами. — Ну ладно, — соглашаюсь я, — очень странное свидание. Томас пошарился рукой на заднем сидении, по крайней мере, насколько того позволяло его положение, извлекая странный пакет, что он тут же вручил мне. Я его потыкала, только потом открыла, извлекая оттуда целую коллекцию плюшевых зверушек, которые продавали в Макдаке. Я только слышала об этой акции, но сама часто там не бывала, чтобы в ней участвовать и выиграть эти игрушки. Томас же умудрился заполучить их все. От радужного единорога, до пингвина. — Я набрал пять килограмм, пока участвовал в этой акции. Но, думаю, они того стоили. — Ты ел фастфуды только для того, чтобы заполучить мне всех плюшей из коллекции? — Ну, да. Наверное, это было глупо… — Нет, все в порядке. Они милые. Очень и очень милые. Я буду с ними спать, пока ты работаешь. Если бы я сравнивала Китти со звездой, то сказала бы, что он сиял как Бетельгейзе. Можно было прям доставать солнцезащитные очки, чтобы я хотя бы могла его четко видеть на фоне всей той яркости, что он излучал от одного факта того, что я одобрила его подарок. Впрочем, он всегда знал, что мне нравилось. Ближе к ночи мы решили остановиться в придорожном мотеле. По счастливой случайности, или же по великой удаче самого Томаса, тот оказался вполне неплохим и даже без клопов. Мы сняли более-менее неплохой со шторами, удобной, двуспальной кроватью, цветным телевизором и, о чудо, виниловым проигрывателем. Рок-баллады, джаз, блюз и прочее. Всего этого было полно в небольшой коробочке-подставке, стоящей в забитом, пыльном углу. Китти будто застыл во времени, восхищённо смотря на всю ту коллекцию музыки. Его глаза горели любопытством и желанием что-нибудь включить. К счастью, соседей у нас почти не было. — Как насчёт Мэрилин Монро? — Спрашивает он меня, когда я уже почти вышла из ванной, утирая влажные волосы махровым полотенцем. — Мне нравится ее вокал. Том включает проигрыватель и протягивает мне руку. — Только не говори, что ты хочешь потанцевать со мной. — Только с твоего согласия. Я улыбаюсь, но протягиваю ему руку в ответ. Спокойный вокал, спокойный танец. Я даже на мгновение прикрываю глаза, забывая обо всем. Даже не хотелось думать о том, что происходит дома. Только сейчас. Эта музыка и этот танец. Теплое тело рядом и не менее теплые взгляды. — Ты из-за этого выбрал этот номер? — Все может быть. Китти снимает очки. Он абсолютно слеп без них, но сейчас он мне на все сто доверял, бросив их на кровать. Глаза, смотрящие скорее по памяти на меня. Хотя я и знаю, что кроме цветного, размытого пятна, он не видит ничего. Без них он выглядел странно. Как-то иначе. Может, дело просто в привычке. — Каково это, находится в таком положении? — Немного страшно. — Отвечает он, слегка улыбаясь. — Скорее от того, что я чувствую себя уязвимым в таком положении. Но, в то же время я невероятно спокоен. Потому что слышу даже сквозь музыку, как бьётся твое сердце. Хотя, мне все равно жутко. Наверное, я должен был записаться на коррекцию зрения. — Кто знает. Если тебе так лучше, то нужно ли оно тебе? Том пожимает плечами, а я слегка смеюсь, уводя его в танец. Он крепко держится за меня и, скорее, автоматом повторяет те же движения, не рискуя сделать лишнее. Я улыбаюсь этому, щелкаю его по носу и ухожу к кровати, поднимая с нее его очки. Возвращаюсь, смотрю ещё раз в это наивное лицо, с гримасой беспомощности, смешанной с лёгким весельем. Аккуратно целую его губы, ощущая всем телом его дрожь и отдаю Китти очки. — Иди в душ. Нам завтра очень рано вставать. Он смущённо воротит лицо, пытаясь скрыть ярко поалевшие щеки, а после, надев очки, быстро скрылся в ванной комнате, слегка стукнув дверью. Я же выключила проигрыватель, хоть и не прекращала подпевать засевшей в голове песне, что играла из него. Постель оказалась не такой теплой и уютной, как моя. Она пахла дешевым порошком и странным ополаскивателем, от которого щекотало нос. Может, даже, пылью. Впрочем, мы тут были только на одну ночь. Так что вскоре, под яркий шум воды из душа и тихий повтор песни в своей голове я уснула.