Вселенная BTS.

Глава 41. - Намджун, Намджуни, директор компании Биг Хит Бан Шихек помахал рукой перед лицом лидера БТС. Ты меня вообще слушаешь? - Да, директор, потряс головой Намджун, извините, я задумался. - Интересно, о чем, директор подозрительно посмотрел на RM. У вас куча дел, а ты витаешь в облаках. - Простите меня, - Ладно, вернемся к нашим делам. Завтра у вас премия, уверен, что вы заберете себе все награды, потом вечеринка для номинантов и победителей. Через 10 дней у вас концерт в Эмиратах. Знаешь, сколько нам заплатили за ваше выступление? Вот, смотри, он положил перед Намджуном договор. - Это в вонах? - Нет, мальчик мой, это в долларах. Семизначная цифра. Плюс доходы будут от продажи мерча, кучи сопутствующих товаров с логотипом группы. В закрытой ложе на концерте будет правящая семья Эмиратов. Я уверен, что вы прекрасно выступите. И заработаете, он утвердительно кивнул Намджуну. Ваша менеджер взяла под полный контроль ваши доходы, в бухгалтерии теперь даже мухи летают по заданной траектории. У этой девушки железная хватка, это вызывает еще больше уважения к ней. - Да, она молодец, рассеянно ответил Намджун, и снова погрузился в свои мысли, делая вид, что смотрит на директора. Тот отошел к окну. Нажал на пульт, поменял подсветку окон, и встал, смотря на Сеул. - Помнишь, как мы начинали? У нас все Агентство было размером с мою приемную сейчас. Сколько тогда я бегал, чтобы у вас появилась возможность дебютировать, а потом выступать на сцене. Маленькие холодные гримерки, никакой охраны. Все таскали сами, вместе со стаффом. Костюмы, обувь, фены, косметика. Редкие телефонные звонки от менеджеров фирм, организующих выступления. Ваш первый гонорар в 200 долларов. Ваша первая песня, записанная в гараже. Юнги тогда притащил, откуда то обогреватель, потому что вы не могли от холода распеться. Съемки клипа, для которого мы просили машины у сотрудников и знакомых. - Место, где вы жили тогда. Двухъярусные кровати, вещи в сумках, обеденный стол, за которым обедали, и Чонгук делал уроки. Я смотрел на вас, и думал. Чем мне еще помочь, чтобы тот огонь, который горел в ваших глазах, не погас. Чтобы не надломились, не повернули обратно. К родителям, домашней еде, друзьям, размеренной жизни. Где тот крючок, за который, вы как группа сможете зацепиться и заявить о себе, как люди и артисты, которых надо уважать. Тогда я и залез в долги, теперь я все вам рассказал, и с помощью Таши мы полностью обелили наше имя, и ничего не выплыло наружу. - Теперь инвесторы стоят в очередь, рекламщики разрывают телефоны. Количество ваших поклонников невозможно сосчитать. Когда мне показывают цифры скачиваний , прослушиваний ваших песен, голосов за вас на музыкальных конкурсах. Мне хочется протереть очки, потому что я до сих пор не верю, что это происходит с нами. Что это сделала группа БТС и ее лидер Ким Намджун. Ты же понимаешь, что не можешь сделать ошибку? Намджун вздрогнул, кивнул директору. - Конечно, я все понимаю. Уже выйдя из кабинет Бан Шихека, он подумал. - Он что то знает? Догадывается? Нет. Никто не мог донести ему. Пока все тихо. В виду загрузки группы и всех менеджеров, Чонгук и Таша встречаются только дома. Выходят вечером гулять только на территории комплекса. Возвращаются довольные, держащиеся за руки. И все время болтают. Особенно Чонгук, он не отлипает от девушки. Столько нежности в его глазах, Намджун вздрагивает, думая об этом. Сложилось так, что макне лайн, как магнитом притягиваются друг к другу, собираются у Таши в комнате, сидят там допоздна, пока их не выставляют за дверь. Казалось бы, живи и радуйся. Младшие прилежно тренируются, выполняют все просьбы и указания. Сидят вечерами дома, не спорят и не шкодят, не исчезают в неизвестном направлении на всю ночь. А потом немилосердно зевают и непрерывно жуют жвачку, чтобы скрыть запах перегара. Хотя, какое уже шкодство, они выросли. Глядя, какими темпами растет Тэхен, он теперь с лидером практически одного роста, а был такой маленький худой мальчишка. И насколько рельефно обозначаются и выпирают из под одежды мышцы Чонгука, видя это, лидер дает себе слово больше времени проводить в спортзале. Вечный болтушка Чимин, который легко взрывался и обижался на подколки друзей, стал вести себя настолько продуманно. Что за глаза, парни начали называть его, дипломатом от айдолов. Абсолютно не реагировал на шутки о его росте и телосложении. - Вам, коням, нечего завидовать изящному эльфу, отмахивался он от рослых друзей. И начал внимательно рассматривать девушек, уйдя от своих пошлых шуточек, в их адрес. Намджун знал, чьих это рук дело. Бесчисленное количество чайников чая, выпитых им с Ташей. Сопровождались тырением из неприкосновенных запасов кухни Бантан, вкуснях. Джин только снисходительно улыбался, зная, что раз в неделю на кухне волшебным образом появлялся пакет, набитый шоколадками и зефиром. И демонстративно раскладывал их в разных доступных для загребущих рук местах. Чимин и Таша шептались, рисовали какие то схемы. Намджун не мог понять за чем это. Пока не увидел на столе у Чимина книгу о семье Борджиа. Которая интригами, хитростью и непомерной жестокостью правили Италией на протяжении десятилетий. И рисунок, показывающий хитросплетение отношений, поступков, и вытекающих отсюда непостижимых интриг правящего дома. Он тогда спросил у Чимина, зачем это ему. Тот усмехнулся, и сказал, что может быть методы управление людьми изменились, но способы достижения цели остались прежними. И в будущем, он хочет заниматься тем, что будет представлять их компанию, которая обязательно будет, в сфере международных отношений и связями со СМИ, а там без манипулирования людьми и их мнением не обойтись. Намджун только захлопал глазами. - Надо думать о будущем, сказал Чимин, в 40 лет смешно будет прыгать по сцене. Намджун вышел из приемной и столкнулся с Ташей, идущей ему навстречу, и о чем то оживленно беседующую по телефону. - Привет, она улыбнулась лидеру, тронула его за руку, в ободряющем жесте, и пошла дальше. - Привет, прошептал он. И тут же вспомнил то, о чем думал со вчерашнего дня. Свой разговор с Джином, который наливал чай, и, покосившись на друга, сказал. - Я вчера разговаривал с риэлтером, который оформлял мне сделку на квартиру. Позвонил ему, мне надо некоторые документы было от него забрать. Он мне сказал, что Чонгук попросил ему найти квартиру. В закрытом комплексе, с полной защитой конфиденциальности. Он хочет купить полностью весь этаж, чтобы лифт на этаже открывался только для него и его гостей, ты понимаешь, что это значит? - Что у Чонгука много денег, ответил Намджун - Дураком не прикидывайся, укоризненно посмотрел на него Джин. Он хочет съехать и забрать с собой Ташу, вот, что это значит. Я не думаю, что она согласится. Но ты знаешь, если Чонгук упрется, он ее может уговорить. У него есть, как и чем ее уломать…. Намджун тогда вздрогнул, разлил чай. Джин вздохнул, и пошел за тряпкой. - Я мог бы тебе это не говорить, но думаю, что ты должен быть к этому готов. Даже у директора не найдутся аргументы против. Ведет он себя как пай мальчик, не спорит, все делает как надо, придраться не к чему. Может и один пожить, до поры до времени. У лидера зазвонил телефон, хореограф Сондык интересовался, не соизволит ли его величество Ким Намджун не опоздать на репетицию больше чем на час. Намджун извинился, и прибавил шаг. Таша. - Директор, ну пожалуйста, ныла я уже десять минут, пытаясь разжалобить Бан Шихека. Когда поняла, что номер не прокатит, сморщила нос, захлопала глазами, и попыталась пустить слезу. - Директор, зачем я на завтрашней премии. Там будете вы, главный менеджер и Ронни. Этого вполне достаточно. Дайте мне выходной, завтра после обеда и послезавтра. Все равно парни будут отдыхать, после премии и вечеринки, которая будет после нее. - Так, душа моя, и самый любимый менеджер моих парней. Встала и пошла готовиться. И чтобы выглядела на миллион долларов. Ты и так очень хороша. Но просьбу мою учти. Завтра в 6 я за тобой заеду. Все, иди, у меня куча дел. - Но, директор. Меня развернули, придали ускорение рукой, и выпихнули за дверь. - Директор, а миллион долларов мне где взять? - Там же, где твоя совесть, в корпоративной карточке, трать, сколько хочешь. С этими словами дверь за мной захлопнулась, и видимо, закрылась на замок. Подавив желание пнуть ее ногой, я улыбнулась секретаршам, и пошла в кафетерий. - Вот что за невезуха, пыхтела я, пока мне готовили три чашки отличного орехового капучино. Я так все хорошо распланировала. Договорилась с Мэй, что приеду к ним, и останусь ночевать. Брата не было в Корее, у нас намечались девичьи посиделки, без посторонних ушей. Мне срочно надо было все рассказать человеку, которому я доверяла на все 100. Мэй мне как старшая любимая сестра. У нее большой опыт семейной жизни, и отношений с моим братом, у которого очень непростой характер. Я могла поговорить с Наташкой, но она не представляет реалии жизни в Корее, а мне был нужен человек, который правильно оценит ситуацию. Ах, ладно, кому я вру. Все это так. Но мне жутко хотелось А. Рассказать Мэй о Чонгуке. Б. Рассказать Мэй все о Чонгуке и наших с ним отношениях. С самого начала. Она не знала ничего. Мне очень хотелось увидеть ее изумленные глаза. В. Рассказать все в подробностях, какой он мур мур, сладкий, и ванильный, и грушево-шоколадный. Так, меня не в ту сторону понесло. Г. Ну, в общем рассказать, что я влюбилась. И, видимо, скоро я ударюсь во все тяжкие. И так, чтобы без последствий. Об этом тоже надо поговорить. Теперь вместо всех этих милых девичьему сердцу посиделок и разговорах о жутких тайных, рассказанных друг другу. Мне придется тащиться на эту премию. Печалька. Чонгук засыпал меня смс, с пожеланиями утречка, хотя утром мы завтракали вместе. Дарил виртуальные объятья, потому что в обед не мог меня увидеть. Писал, как он скучает, и как он ждет вечера. Мы один день вместе, два, десять … Конфеты, мягкие игрушки, милые девичьему сердцу безделушки. - Терпи, мать, смеялся Тэхен, у вас конфетно-букетный период. На что слышавший это Чонгук, хмыкнул, и подарил мне телефон. Последний айфон с гравировкой милой кошачьей мордочки. Как и где это он сделал, не раскололся. Только сказал, что такая вещь существует в единственном экземпляре, и теперь она моя. Вечером мы уходили вглубь парка, и там целовались до умопомрочения, прижимаясь друг к другу. Садились на скамейку, я ложила голову на его широкое плечо, щурилась как сытая кошка, и думала, что хочу большего, намного большего… Чонгук не распускал руки, только раздувались крылья его носа, когда он хватал воздух, так же как я, пытаясь успокоить выпрыгивающее из груди сердце. Ему нравилось переплетать наши пальцы. Он гладил мои руку, и неожиданно сказал - Ты даришь мне такое счастье, которое невозможно ни с чем сравнить. Вокруг думают, что мне все слишком легко дается. Это не так. Я скриплю зубами, но заставляю себя, не спать по ночам, и заниматься вокалом в студии. Вставать, когда у меня в голове только одна мысль. Еще 10, 20 часов сна. Организм сопротивляется, у меня болит все тело, даже зубы ноют, от нагрузок. Мне надо сделать еще 30 подходов в спортзале, а я думаю о том, чтобы лечь прямо там на пол и закрыть глаза. Очень много того, что я просто заставляю себя делать. Вытаскивать наружу эмоции, делать вид, что у меня все шоколадно. А сам мечтаю о том, что я уеду далеко в лес, сяду спиной к дереву, и буду сидеть в тишине, пока спина не онемеет. - Я смотрел на тебя, и думал. Что мне так хочется прижать тебя к себе, зарыться носом в твои волосы, чувствовать твой запах, твое дыхание на своей щеке, и стать, наконец, по настоящему, счастливым человеком. Быть самим собой, а не придуманным персонажем, чьих то фантазий. Когда мы стали встречаться, я неожиданно понял. Как это хорошо, что у тебя есть простое чувство. Чувство безграничного счастья, которое одновременно умиротворяет и дает кучу сил, чтобы наслаждаться жизнью. - Ваше кофе, прервали мои мысли. Я поблагодарила и отправилась к единственному человеку, который мог мне помочь исполнить пожелание директора. - Ронни, sos, ты мне нужен как никогда. - А, Ронни оторвался от разложенных на столе эскизов, над которыми склонился вместе с Пак Ха. Она стала полноправным членом команды стилистов, быстро пройдя испытательный срок. - Это вам, я поставила на стол бокс с кофе, вытащила заготовленную шоколадку. Я попала. И что делать ума не приложу. - Ты говоришь, выглядеть на миллион долларов, ты пришла по правильному адресу, мы как раз на этом и специализируемся, улыбнулся Ронни. - Я не понимаю, что за бзик пришел в голову директору, когда он стал настаивать, чтобы я там присутствовала. - Ты еще слишком молода, чтобы понять некоторые вещи, похлопал меня по плечу Ронни. Директору хочется похвастаться, что в его команде есть такое чудо как ты. - Аха, чудо в перьях. - Не понял? Ты хочешь платье, украшенное перьями? - Ронни, это игра слов. - Я понял. Наш директор принял так много унижений, когда создавал Агентство, и помогал парням. Теперь он на вершине, но никого и ничего не забыл. У каждого из нас есть такое желание. Когда мы хотим, чтобы люди, которые принесли нам много боли и переживаний. Скрипели зубами от зависти, но уже ничего тебе не могли сделать. Такие люди в этом бизнесе есть, и директор хочет им попортить нервы. Твоя внешность, репутация, отличный повод кое кому дать понять, что до высот компании Биг Хит, никому не дотянуться. Теперь ясно? - Не совсем, но смысл я уловила. Теперь у меня надежда только на тебя. Я очень на это надеюсь, на твой вкус и чувство стиля, которому все завидуют. Я захлопала ресницами, просительно глядя на мужчину. А что, похвала и подхалимаж имеют тонкую грань, но людям на это плевать, лесть она всегда лесть. - Но у меня нет времени ходить по магазинам, у меня через час совещание, потом еще два. В семь я должна как штык идти с Чимином к стоматологу. - Зачем, Ронни перелистывал планшет, тыча в него пальцем. - Пак Чимин имеет нежное и трепетное отношение к стоматологам. Иными словами он их терпеть не может. - Эти болючие уколы, и потому ни говорить нормально не можешь, не поесть. Сидишь с открытым ртом как рыба, выброшенная на сушу, и даже поругаться не можешь. - Не буду пересказывать все его жалобы, времени нет. Поэтому я должна иметь совесть и пойти с ним. Кто как не любимый менеджер? Чтобы быть поддержкой и опорой. Сидеть рядом, держать за руку, и гладить по голове. Потом купить ему мороженку и кормить с ложечки, потому что он сам есть не сможет. И печаль его не пройдет. Может быть, только мороженое примерит его немного с печальной действительностью. - Освобожусь я, когда магазины уже закроются. Завтра до обеда у меня еще дела, встречи, которые не могу отменить. Ронни, хелп, что делать будем. - Причёску и макияж мы тебе сделаем. Вот наряд. Он покрутил ручку. Я сложила руки перед собой в умоляющем жесте, и изо всех сил захлопала ресницами. - Пак Ха, как думаешь, мы с тобой сможем это сделать, рассмеявшись, спросил у нее главный стилист Биг Хит. - Без проблем, Пак Ха кивнула, и потащила меня за собой в соседнюю комнату. - Вот, она отдернула шторку, отделяющую стоящие манекены. Это был мой экзамен, и Ронни сказал, что я его сдала на отлично. На манекене было платье. Нет, это было не платье, это был шедевр. Жемчужно-серый тонкий атлас шел первым слоем, на нем невесомая вуаль из кружева. Облегающий лиф платья отделан лепестками вырезанных кружев, которые будут трепетать при ходьбе, и создавать очень красивый эффект. Полностью закрытый верх, с длинными прозрачными рукавами.. На спине тонкая ткань, по которой шел выложенный нитями кружев узор. Расширяющаяся книзу юбка при повороте, закручивалась вокруг ног, и тут же возвращалась обратно, делая платье невесомым и летящим. Я видела подобные вещи на показах, которые любит посещать моя бабушка. На манекенщицах такое платье смотрелось бы отпадно. Я вздохнула, с моими формами, это не прокатит. - Пак Ха, это замечательное, великолепное платье. Но, я не могу в нем пойти. Оно слишком, я замялась подбирая слова. - Оно целомудренное, ты хочешь сказать, подошел к нам Ронни. Поверь, ты ошибаешься, моя девочка. - Нет, я не это хотела сказать. Там будет много знаменитостей, по статусу ли мне прийти в таком наряде. - Директор приказал, мы исполняем, ты будешь выглядеть на все миллионы, компании Биг Хит. Правда, не знаю, как отреагируют парни. И где мне потом от них прятаться, переживу, пробормотал он про себя. И улыбнулся. Ему очень нравилась Таша, в первую очередь, как человек, который всегда придет на помощь и сохранит все тайны. И то, что у нее не было личной жизни, расстраивало главного стилиста компании. И он решил во чтобы то не стало, это исправить. Пусть парни из БТС не считают ее неприкосновенной собственностью. - Когда мэтр, сказала Пак Ха, так я называю господина Ронни, дал мне это задание, я долго думала. Тогда он сказал мне, что я должна выбрать себе музу. Человека, коего я бы хотела увидеть в платье, которое я сошью. И я выбрала вас, госпожа. - Почему меня? - Вы полностью изменили мою жизнь, я никогда бы не попала сюда, не вмешайся вы, и не смогла заниматься работой моей мечты. Но, в моем выборе, это не было главным. За время, что я здесь, видела много красивых женщин. Очень красивых, необыкновенно привлекательных. Честно, сначала я им завидовала, что никогда не смогу так выглядеть. А потом поняла, что, в основном, это искусственно созданная красота. Пластическая хирургия, макияж. Они могут выглядеть, как картинки, но внутри… Она помолчала. Мы обслуживающий персонал, и видим, что происходит, и как ведут себя некоторые знаменитости изнутри. Это далеко не прекрасные цветочки и ангелы, которыми они себя показывают на публике. - Вы не такая. Когда я смотрю на вас, думаю, что именно так должна выглядеть и вести себя прекрасная принцесса, ради которой проводили рыцарские турниры, бились на дуэлях, начинали разрушительные войны, сходили с ума от ревности мужчины. У вас как будто корона на голове. Я вздрогнула, посмотрела на девушку. Она спокойно улыбалась мне. Откуда она может знать? Догадываться? Нет, быть не может. Никто не знает о закрытой от посторонних части моей жизни. Не знают и парни. Я не хочу рассказывать, пока не время…, И надо ли это вообще делать? - Госпожа, примерьте платье. Если что то не подойдет, мы успеем все исправить. - Нравится? Улыбался Ронни. А если так? И он включил искусственный свет. Я повернула голову и ахнула. Шелк платья замерцал, даря сияние коже, которая просвечивала сквозь тонкую ткань. Паутина кружева подчеркивала изящество линий тела. Платье было закрыто-целомудренным, и в то же время абсолютно эротичным. Мерцание ткани притягивало взгляд, шуршание атласа и кружев заставляло оглядывать окружающих. - Выглядишь бесподобно, ухмыльнулся Ронни, представляю, какие кислые мины будут у наших звезд. На фоне их микроскопических юбочек и шортиков, которые они стыдливо прикрывают пледами, когда сидят. Неуместных вырезов на брюках, из которых торчат цыплячьи коленки, люрекса и блесток, им будет нечего предложить, чтобы конкурировать с тобой. - Мне точно не нужна конкуренция, ответила я, лихорадочно соображая, как вымолить у Чимина свободное время. И вместо стоматолога рвануть по магазинам, чтобы найти себе обычное вечернее платье, без выкрутасов. К тому же, девчонки одеваются так как хотят поклонники и их пиар менеджеры. Здесь нет их вины. Это сценические костюмы, и все. - Спорить со мной надумала, иронически посмотрел на меня Ронни. Пак Ха, принеси мой телефон, позвоню директору. - Ладно, я поняла. Огромное спасибо за помощь. - К твоим услугам, шутливо поклонился мне Ронни. И вот еще, я договорился с директором, вместо меня на премию пойдет Пак Ха. - Я? У девушки округлились глаза. - Тебе еще раз повторить, я могу и передумать. Ронни сузил глаза. - Не, конечно, спасибо, мэтр, я вас не подведу, склонилась Пак Ха в поклоне. - Как это, интересно, ты отмазался? Топнула я ногой. - Все просто, включил директору запись разговора со своим отцом, который сказал мне, - Если ты, засранец, опять не придешь на мой день рождения, ты мне больше не сын. - Причина уважительная, вздохнула я. Договорилась, во сколько мне завтра прийти на прическу и макияж, и отправилась спасать мир в лице одного очень обаятельного молодого мужчины по имени Пак Чимин. Вечер того же дня. - Таш, скажи, что все стоматологи гады и сволочи, прошипел Чимин, чья голова лежала на моих коленях, а я кормила его мороженым. - Все стоматологи гады и сволочи, послушно повторила я. - И меня никто не любит, схватился за щеку, Чимин. Я никому не нужен. Только ты пошла со мной к врачу, держала за руку, и утешала всю дорогу, пока ехали домой. Кое кто тоже мог со мной пойти, друзья называются. - Чими, хорошо, что их там не было. Если Чонгук с Тэхеном были бы с нами, доктор от их шуточек, мог тебе не тот зуб начать сверлить, это было бы правильно, спросила я у него. - Ты, права, а там совершенно случайно нет еще упаковочки мороженого, утешить мою раненую душу? Я не успела ответить. - А что это тут у нас за умирающий лебедь, услышала я голос Юнги. - Нормально ты устроился, Чонгук потянул Чимина за ногу, хватит валяться на коленях у моей девушки. - Я пострадавший, меня нельзя трогать, вцепился в меня Чимин, отпихивая ногой Чонгука. - Завтра на премии фингалом сверкать будешь, закатал рукава рубашки Чонгук. - Да ладно, налетели, совести у вас нет. - Ты про какую совесть глаголешь, дитя мое, Юнги вытащил две пустые упаковки мороженого из под дивана. Куда я их старательно запихивала последние 5 минут. - И в одну харю все слопал? - Я помогала, решила вступиться я за Чимина. - Дыхни, приказал мне Юнги. - Мятная жвачка, твоя любимая, и никакого мороженого. Врать нехорошо. Я опустила голову, улыбаясь. Юнги и Тэхен утащили с собой Чимина, с целью добыть из него слопанное мороженое. Чонгук присел на колени передо мной. Прошелся пальцами по моим голым коленям, руки задержались на крае коротких домашних шорт. Рывком поднял меня, взял на руки и понес в свою комнату.